Мэйхуа

      — Боюсь полюбить тебя ещё сильнее.       Кагура не может поверить своим ушам. Что он только что сказал? Это сказал Сого? Этот болван! Капитан первого отряда Шинсенгуми показал, что он человек? Ему не чужды эти чувства…       Ято боялась, что это трепетное тепло, скрывавшееся внутри нее будет, отвергнуто, но теперь не было нужды скрывать это. Её чувства взаимны. Она сможет ему рассказать!       — Сого, я тоже…       Звук металла, рассекающего плоть, заставил Кагуру замолчать. Она оглянулась назад, там, где осталось тело Тэя. Теперь над мертвым доктором возвышался Каято. Он, как и прежде, был покрыт с ног до головы кровью, будто монстр. Ни единого намека на человечность. Ято могла лишь догадываться, что творилось на душе у этого парня.       Кагура видела в нем себя. Вот как кровь его врагов покрывала его, так её собственная кровь мучала свою обладательницу. Она не хотела становиться таким монстром. Не для нее быть умытой алым цветом. И сейчас кроме жалости Каято у нее ничего не вызывал.       — Хватит с меня! Хватит! — Каято сорвался с места, желая снести одну голову, которая сейчас немигающим взглядом смотрела на него.       — Каято! Прекрати! — Кагура попыталась уклонится от атаки, но весьма неудачно. Она споткнулась и упала на пол. Столько сил уже было потрачено и всё впустую?       Лезвие остановилось всего в нескольких сантиметрах от её лица.       Капли стекали по металлу и капали ей на лицо. Теплые алые капли.       Сого крепко сжал лезвие, не давая достичь своей цели.       — Мы можем решить всё здесь и сейчас, — Окита ослабил хватку, почти отпуская катану противника.       — Я не стану решать с тобой ничего. Я просто хочу убить эту девчонку на твоих глазах. Ты однажды казнил Аяме, теперь я казню Кагуру. Мне всё равно, останешься ли ты жив, Сого. Я хочу, чтобы ты страдал. Страдал, как я.       — Этого ты добивался всё это время? Идиот, — Окита негромко рассмеялся.       Уж какой мести он ждал, но не такой. Окружающие его люди не могли заметить, что Окита изменился спустя некоторое время после встречи с рыжеволосой Ято. А этот парень, едва знающий его, смог всё понять. Какая ирония! Действительно, враг всегда знает твои слабости лучше твоего друга.       — О чем вы толкуете, идиоты? — Кагура вмешалась, вырывая Сого из своих мыслей.       — Мы говорим о том, что тебе не понять, — Каято отвел катану в ножны, — и вряд ли тебе кто-то об этом расскажет. Он трус.       — Что? Что ты несешь? — Ято крайне устала, чтобы додумывать фразы этого парня.       — Кагура, ты свободна. Иди. Проваливай! — Сого повысил голос, как тогда на лестнице в полицейском участке.       — Кагура! — голос Гинтоки разорвал всю обстановку.       — Гин-чан!       Гинтоки ускорил бег, завидев Кагуру, так что даже не обратил внимания на тело доктора, когда перемахнул через него.       — И ты, ублюдок, здесь, — взгляд Сакаты остановился на Сого, — я разберусь с тобой позже.       — Не стоит тратить свои силы на него, — Каято стер кровь со своего лица, — он и так уже мертв.       — Я не хотел этого, но…       Каято срывается с места, пытаясь обогнуть и Сого и Гинтоки, целясь прямо на Кагуру. Всего несколько шагов разделяют его от заветной добычи. Он столько раз представлял, как это сделает, как будет выглядеть лицо капитана, как весь мир окрасится в красный.       Хрупкое тело возникает перед ним, и ему не удается затормозить своего движения. Маленький нож, что был спрятан до этого в рукаве и сейчас был нацелен на Кагуру, достиг плоти, но не того, кого надо.       — Чиио… Что ты…? Что ты наделала?       Алое пятно окрасило её одежду. Чиио осела на пол.       Она успела. Успела спасти. Теперь она успела.       Кто бы мог подумать, что огромный белый пёс поможет ей очнуться? Она успела как раз вовремя. Но время на раздумья не оставалось. Ей пришлось заслонить Кагуру собой.       Она спасла Кагуру от смерти.       Она спасла брата от убийства невиновного человека.       Жизнь за жизнь. Если ты отбираешь у судьбы кого-то, то будь готов заплатить такую же цену. Решишь прогнать смерть, то повстречаешь её сам. Так происходило с начала времен.       — Прости меня, Каято… Что так поздно.       — Нет, сестра! Что ты…       Руки Каято дрожали, как в тот самый день, когда казнили Аяме. Чиио чувствовала, что брат вот-вот разрыдается. Она не могла видеть его слез.       — …просто живи. Она хотела бы этого. Ей не нужно отмщение, слышишь, Каято. Аяме не хотела видеть тебя убийцей. Дурачок, ты так ничего и не понял…       — Замолчи, Чиио. Не говори, иначе ты потеряешь больше крови!       — Чиио… — Кагура бросилась вперед, падая на колени, — держись!       — Вы так и не поняли, — но она продолжала свой странный монолог, который понял лишь Сого, — она сама желала умереть. У неё не было выхода. Как и у меня…       Она смолкла.       — Нет, Чиио! Стой! — Каято сжал плечи сестры, желая привести её в чувства.       — Чи-чан, прости… — Кагура пыталась сдержать истерику, что рвалась изнутри.       Жизнь жестокая штука. Что дома, что здесь на Земле. Страдания преследуют Ято словно по пятам. Такова их природа. Жутко жить и ждать очередного испытания. Как много раз Кагуре хотелось быть обыкновенной девушкой, которая не умеет останавливать скутер одной рукой, не умеет размозжить голову врагу одним ударом. Почему всё так обернулось?       — Сого, — она тихо позвала капитана, — ответь… Ты ведь понял, о чем она? Да?       — Я не стану ничего делать по твоей просьбе, я ведь уже говорил.       — Прекрати это! Сого, — она развернулась к нему, — почему ты так себя ведешь?       — Кагура, вставай, и пойдем отсюда, — Гинтоки коснулся плеча напарницы, — всё кончено. Полиция разберется с этим. Пора домой.       — Гин-чан, ведь ты тоже всё понял, да? Ответь! Почему им всем было необходимо умереть? Зачем?       Слезы хлынули ручьем. Облегчение ворвалось внутрь и наполнило каждую клеточку. Окончательно вымотавшаяся Ято потеряла сознание.       — Любовь не всегда бывает со счастливым концом, — Саката еле слышно ответил в пустоту.       Он поднял Кагуру на руки и, не проронив больше ни слова, покинул место боя. Тоширо проводил его молчанием.       — Сого, — Хиджиката закурил, — нам пора.       — Иду. Только вот захвачу кое-кого с собой.       Наручники звонко щелкнули, сковывая руки Каято уже в который раз.       — Наконец-то я вас нашел, парни! — откуда-то появился Кондо, блуждавший до селе внутри зала.       — Пора домой. На сегодня хватит приключений, — Тоширо затушил брошенную сигарету ботинком.

* * *

      Кагура очнулась рано утром от дикой боли, сковавшей ее спину и ноги. Вообще, в целом, у нее болело всё тело, но спина и ноги выделялись на общем фоне.       — Гин-чан, — она позвала уснувшего рядом с её кроватью Гинтоки, — просыпайся.       — Ещё чуть-чуть…       — Гин-чан.       — Ка-Кагура-чан, ты пришла в себя! — Шинпачи отозвался вместо Гинтоки, что, как оказалось, тоже находился в палате. — Мы так боялись, что ты не проснешься.       — Сколько я уже здесь?       — Чуть больше недели.       Гинтоки устало поднял голову и выпустил руку Кагуры, что до этого сжимал, пытаясь не пропустить её пробуждение. Но выматывающее дежурство сморило его.       — Не смей больше пропадать… — слишком по-отцовски произнес Гинтоки и вновь заснул, но уже откинувшись на спинку своего стула.       — Со мной всё будет в порядке. Вам следует тоже отдохнуть. Шинпачи, бери Гин-чана и идите домой.       — Ты уверена?       Она кивнула, пытаясь сдержаться и не заплакать.       Шинпачи растолкал Гинтоки, и они вместе отправились домой. Ято осталась одна. Она не знала, чем всё окончилось, что стало с Каято, где сейчас был ее любимый пес? Возможно, она еще больше бы накрутила себя, если бы не стук в дверь.       — Я вхожу, — мужской голос за дверью ознаменовал своё действие.       — Это ты, командующий… — с тоской произнесла Кагура, скрывая свое разочарование.       — Ты ждала кого-то ещё? — Кондо печально улыбнулся, пытаясь не выдать своё волнение.       — Я знаю, что он не придет сюда.       — Ну, в этом ты не ошибаешься. Больше он не придет, хотя до сегодняшнего дня он дежурил тут не меньше Гинтоки и Шинпачи.       — Не похоже на него.       — И правда, не похоже, но он такой. Этот мальчишка всегда был не предсказуем, — Исао нервно рассмеялся.       — Вы ведь пришли сюда не просто меня навестить? — Кагура почти сверлила глазами командующего.       — Он подал рапорт на увольнение и хочет покинуть город завтра вечером.       — Что? — она не могла поверить своим ушам.       — Всё дело в том, что произошло с тобой, было по его вине…       Кондо рассказал всю ту историю, что не так давно поведал ему сам Сого. Сам командующий конечно винил его, но с другой стороны считал и себя виноватым, что позволили парню так запутаться. Хотя, что мог посоветовать командующий в делах любовных Сого? Ничего дельного, ибо и сам Исао испытывал трудности на любовном фронте.       — Какой же он дурак… — Ято устало прикрыла глаза, сдерживая горячие слезы.       — Возможно, но он будет ещё большим дураком, если бросит тебя.       — Он не виноват, Кондо. Тэй с самого начала следил за мной, и это он похитил меня в тот вечер. Достань мне одежду. Пора вернуть этого идиота в участок!