Хочу убежать, от холодного взгляда...

Девчонки дружной толпой шли по улицам. Они провожали друг друга домой, не прекращая болтовни и смеха. Эльзу они уже довели до дома и как раз шли провожать Дождию. Вечер был тёплый, и у всех на душе было спокойно. Только маленькая Нюся всё канючила дёргала мать за локоны, но все списывали это, естественно, на то, что девочка попросту устала. - ...А он ведь и говорит мне: "Ты чего, опять за старое?". А в голосе дрожь, я на него смотрю, а он весь аж насторожился как-то, не знаю, напрягся и смотрит на меня такой, будто хоть чё-нибудь понимаю. Я: "Ч...чего?", а он, бяка такая: " Ты что, снова читать.... будешь!?". Занавес. И ведь нет, вы понимаете, девки, он ведь мой муж и я даже не знаю, что мне с ним делать! - под громкий хохот подруг закончила Леви. Она рассказывала историю и девушки с удовольствием внимала ей. - Ну, я даже не знаю, что тебе делать. У меня, вот, Нацу есть. Ну такой ребёнок! Я, вот, уже пол года, как не могу его отучить от... Нюся! Ну не плачь, ты чего. Что случи... Она оборвалась на полуслове. И кой чёрт заставил их повернуть именно здесь? Сердце ушло в пятки. Ладно бы златовласка была здесь одна. Но с ней была Леви с большим сроком. С ней была Дождия, не посвящённая во все эти дела. И, что было страшнее всего, на руках Люси держала дочь! Это было плохо. Это было офигеть, как плохо! Она медленно закрыла глаза, открыла их и... Нет. Грей, в одних потёртых брюках, без рубашки, действительно был стоял перед ними. Странно, но от него словно чернел как-то воздух. Он проникал в сердца девушек и заставлял их останавливаться, замирать. И вдруг Грей сорвался с места и побежал к ним. Стояли они довольно далеко друг от друга. Бедняжки попятились и упёрлись в стену. Над их головами смыкался голубоватый лёд, закрывая небо, и всё вокруг приобретало неприятный, бледный оттенок. Драгнил сползла по стене и села. Час от часу не легче. ******************** Удар. Это сердце стукнуло или кулак? Не понятно. Леви открыла глаза и замерла. Рядом с ней, буквально в нескольких шагах, стоял Грей. Он упирался ладонью в ледяную стену и склонялся над чем-то... Над Локсар. Девушка, согнувшись, лежала на земле. Она явно пребывала без сознания. - Уж прости, - ровным тоном произнёс Отмороженный. Боже. Рефдокс захотелось отшатнуться. Голос холодный, надменный. Это не было похоже на голос того Грея, которого она видела в гильдии почти каждый день. Этот, нынешний голос, был каким-то ненастоящим и от того жутким. А потом... Всё это время лицо ледяного волшебника скрывала чёлка. Но вдруг, оторвавшись от Дождии, он резко развернулся и... На тёмном его лице очень резко выдавались светлые ледяные глаза. Пугающие, злые, замёрзшие. "Как тогда!.. Как у него!.." - судорожно вздрогнуло сердце голубовласой феи. Она инстинктивно метнулась в сторону, пытаясь защититься, но... была мгновенно прижата к стене. Дурочка. Она только привлекла к себе внимание. И, благодаря этому, оказалась лицом к лицу с Фулубластором. Чудно. Чудно, потому что эти глаза были теперь почти вплотную с её собственными. Это пугало настолько, что Леви почти теряла сознание. Сердце у неё застряло где-то между гланд, а тело била дрожь. И в голове так и мелькали луна, фиолетовые волосы, ржавчина, холодные мёртвые глаза и боль. - Леви Рефдокс, - захрипел ей на ухо голос, - Будь поосторожней. Недавно я случайно кой-кого встретил и он говорил о тебе. И знаешь, кто это был?! ФИГ! Ты понимаешь?! Будь действительно осторожна, раз уж тебя ищет сам Фиг... Ту-дум. Леви на секунду почувствовала себя живой. Всего на миг, но всё же. Лишь от того, что вдруг ей в голову залезла мысль. Странная, даже глупая, но так похожая на озарение. Грей. Фиг. Они виделись. Возможно... Возможно Грей зак... - ХВАТИТ, ГРЕЙ! НЕ ТРОГАЙ ЛЕВИ! - голос Люси вырвал волшебницу из оцепенения. Замерзшая, она рванулась и... упала, забыв, как это опасно в её положении. Но магу было уже не до неё. - Грей, я знаю, ты не остановишься. Но, прошу, не трогай Леви! Ей... Ей нельзя. Если иначе нельзя, лучше возьми меня, но не тронь мою подругу... и мою дочь! Грей, самодовольный, ухмылялющий схватил Драгнил и, прижав её к ближайшей стенке, начал зацеловывать. Девушка слабо хрипела и, кажется, плакала. В голове у бывшей Мак Гаден было мутно, в ушах звенело, тело била дрожь, хоть Фулубластор её и не бил. Еле-еле подползла она к маленькой, ревущей Нюсе, прижала её к себе и упала. Последним, что увидели её глаза, было небо, с которого обильно сыпал снег... Где-то задавлено просила отпустить их Люси, да в голове у заклинательницы слов бродило осознание того, что мерзкий опасный Фиг заколдовал Грея... Когда Рефдокс открыла глаза, вокруг неё ходили медсёстры, пахло лекарствами, а сама Леви лежала на белой скрипучей кровати. Рядом лежала Люси с ребёнком. Они оказались в больнице. КОНЕЦ ДВАДЦАТЬ ВОСЬМОЙ ГЛАВЫ.