Хочу убежать, от холодного взгляда...

Люди суетились, похожие на мух. Бегали медсёстры, иногда проходили врачи. Из соседних палат доносились голоса больных и их родственников. Зачем и они спешили? Почему они шумели и не давали пациентам спокойно отдохнуть? Наверное, один Бог знал. Люси, по крайней мере, не знала. Палата у них с Леви была одна на двоих. Драгнил знала это, так как несколько раз уже приходила в себя. Правда ненадолго. Скорее всего, спасибо Грею, она подхватила какую-то болезнь. Ангину, кажется. А сейчас Леви куда-то унесли. Её не заправленная кровать пустовала. Впрочем, Люси было всё равно. Девушке было нехорошо, и она находилась в полубессознательном состоянии. Палата плыла в её прикрытых глазах, и только шум, производимый персоналом больницы, мешал златовласке отключится вновь. Юная мать лежала в больнице уже около четырех дней. Её, Леви и маленькую Нюсю нашли в переулке и доставили сюда. Женщины легли в состоянии сильного обморожения, малышка же только слегка простудилась. Миссис Рефдокс успела сильно заболеть и набрать большую температуру. Это, да стресс и шок, да немалый срок в сумме дали то, что и подняло суматоху по всему отделению - Леви Рефдокс рожала. Вскоре должен был прибыть мистер Рефдокс. Он прибыл бы значительно раньше, если бы его известили о местонахождении его жены чуть более своевременно. Он был на границе, и вести о супруге попросту не доходили до него. Теперь же он мчался на всех парах. "Нацу" - подумала Люси, заходясь кашлем, "Нацу, где ты?". А Нацу был на задании. На задании данном самим королём. Он, конечно, выполнял свою миссию не в одиночку, однако его присутствие было крайне необходимо. Его никак нельзя было отпускать. Товарищам было горько видеть, как он рвался домой, к больной жене, но они выполняли свой долг. Поэтому-то Люси, постепенно приходящей в чувство, и приходилось довольствоваться обществом дочери. КОНЕЦ ДВАДЦАТЬ ДЕВЯТОЙ ГЛАВЫ.