Хочу убежать, от холодного взгляда...

Локки шёл. Глаза. В больной, затравленной памяти всплывали глаза. Затравленные. Они утопали в слезах. Слёзы наполняли их, но не могли вытечь наружу. Выдохнул. Ускорил шаг. Он видел, как ей было невыносимо больно. Она мучилась тяжело и горько. Боль скручивала её и выжимала из неё жизнь, словно воду из тряпки. А она еле держалась, еле дышала, еле могла говорить... Чёрт! Чёрт, чёрт, чёрт! Как такое вообще могло случиться?! А ведь они хорошо знали друг друга. Ну, с Локки. Она девчушка, конечно, наивная. Но они всё же встречались. Давно это правда было. Сотни две лет назад. Или больше. А что в ней, собственно, было хорошего, привлекательного? Нос вздёрнутый, волосы вьются, смех некрасивый. И вообще странной она была. Но сейчас, в тот момент, когда она... когда... ...задыхалась тем миром, в котором была. Да-да, она задыхалась. И она была неимоверно прекрасна. Красивое личико её не портили морщины напряжения - его вызывали адские боли. Голос её казался всем нежнее журчания хрустальной воды, хоть она почти не говорила, а всё больше, полуживая, стонала или шептала. Но она казалась всем прекрасной. Такой прекрасной, какой не была никогда. - А-а-а-а-а-а-а-а-а-! - зло закричал Лев. Ему хотелось драть на части всё: волосы, одежду, окружающих... Он порвал бы сам воздух, если б только смог. Всё это было так... Чёрт. Она еле говорила. Говорила о разном, о странном. Она пыталась не плакать и Локки видел, даже чувствовал, как в горле у неё метался комок. он будто застрял там и не мог выйти. А она мучилась. Ком в горле - это больно. - Подожди! - крикнули сзади, - Локки, постой! Я тоже пойду. Мне тоже нужно сказать принцессе. Локки... Да, покачал головой царь зверей, искуситель девушек, ловелас. Самым страшным было то, что она знала, что умирает. И никакие доводы, никакие советы и утешения не помогали. Она умирала. И знала это. Знала с отчаяньем, страхом и болью. Там, в одинокой, пропитанной печалью комнате, где были собраны все звёздные духи, тяжело уходила в мир иной... она. Уходила всеобщая любимица, и никто, НИКТО не мог ей помочь. Все просто стояли рядом. А ей было так больно. Ей было так страшно. Она, наверное, утонула в слезах. - Братец, пойдём, - Дева коснулась острого плеча рыжика, - Принцессе нужно знать. Всё ужасно. Мне тоже нелегко, но... Ты же знаешь, нам надо. Нам непременно надо. - Да, - тихо кивнул Лев. *********************** Люси лежала на больничной койке. Ничего особенного - самая обыкновенная палата. Белые стены, белые кровати, белая пижама, белое всё. Дверь была прикрыта, видимо, врачи заметили, что их пациентка "клюёт носом", и предоставили ей право отдыха. Сама же Драгнил нервно потирала глаза. Кажется, её разбудили. Однако, это уже было не важно. Важнее было другое... - Локи? Д...Дева? - Накажите? - Что вы тут делаете? - позёвывая спросила больная. Царь зверей и его спутница замерли. Они как-будто бы замялись. И словно смущение какое-то отразилось на их лицах. И ещё - Люси заметила это лишь на краткий миг - какая-то непонятная златовласке тень скорби и печали пробежала по их глазам, омрачила щёки. - Ч... что-то случилось? - испуганно вздрогнула она. - Ну же, не тяните! Только хуже будет, если будете медлить. - Люси... - промямлил Лев. - Принцесса, - взяла себя в руки Дева, - мы должны вам кое-что сказать. Люси чувствовала, как тяжелел вокруг неё воздух. Что-что, а уж настроение она всегда хорошо ощущала. Кожей. - Что там? - прижала она к груди дочь. - Король звездных духов снова буянит? Плю потерялся? Водолей поссорилась со скорпионом и выгнала вас сюда? ЧТО? Драгнил замерла. Лев медленно качал головой. Она очень хорошо видела, что он слегка опустил голову, словно в трауре. Она подметила, что вся его одежда, как и одежда Девы, вместо обычного, подобрана исключительно в чёрном цвете. Она слышала, как нервно её "служанка" отстукивала носком туфли по полу. Она почти ощущала запах чего-то... плохого. И, Господи, ей становилось страшно. - Дева, ну скажи хоть ты, что здесь происходит! - с отчаяньем попросила заклинательница. - Люси, дай мне твою руку, - вместо подруги ответил златогривый. - Зачем? - Дай, - настаивал на своём дух. Она протянула свою ладошку Льву, и тот вложив в неё что-то, сомкнул её пальцы вокруг предмета. Предмет был холодный, скользкий и... крошащийся. Медленно-медленно Драгнил раскрыла ладонь. Вскрик. Да, кричала Люси. Она вскрикнула и зажала себе ладонью рот. Но слёзы из её глаз говорили о многом. На ладони волшебницы, покрошенный, переломленный пополам, лежал ключ. Простенький и лёгкий - он всегда нравился Люсьене. Это был ключ Лиры. - Ч... Что это.... ЗНАЧИТ? - не то кричала, не то рыдала девушка, прижимая к себе спящую Нюсю и поломанный ключ. - Лира... Она умерла, Люси, - прошептал Лев. Она почти не слышала. Она рыдала и рыдала. Безудержно. Страшно. Как это? Вот был дух - такой весёлый, такой милый и, что самое главное, такой живой. А потом - раз, и нет больше духа. Всё. Сколько она так сидела на своей кровати, покачиваясь и уткнувшись носом в розовую макушку Нюси? Наверное, долго. И просидела бы ещё дольше, если бы не.... Если бы не. Если бы Дева - что тоже чувствовала, тоже носила траур, тоже переживала душевную боль хозяйки - тихо и, как обычно, спокойно не произнесла: - Принцесса. У нас ещё кое-что. - Люси замерла и подняла взгляд на духа. - Новой Лирой... Ей придётся стать Нюсе. КОНЕЦ ГЛАВЫ ТРИДЦАТОЙ.