Чудо сумеречного мира

— Элис, я не уверена, что всё именно так, как ты подумала, — осторожно ответила я, пытаясь оградить себя от её пронзительного, всевидящего взгляда. — О, ты глубоко ошибаешься, — её губы растянулись в беззаботной, озорной улыбке, но в золотых глазах вспыхнула стальная уверенность. — Ты — настоящая редкость. Уникальна. В следующее мгновение её тело содрогнулось, будто от удара током. Взгляд затуманился, утратил фокус, устремившись в невидимую другим даль. Она застыла, превратившись в хрустальную статую, видящую сквозь время. И меня настигло то же самое. Невидимый кулак врезался мне под дых, вышибая воздух из лёгких. Мир поплыл, и я провалилась в водоворот не своих воспоминаний. Чужие жизни, чужие боли, чужие откровения хлестнули по сознанию ледяным потоком. Психушка. Запах дезинфекции, страха и безумия. Затем — тьма, падение со скалы, острая боль превращения и… тишина. Светлое лицо Карлайла, протянутая рука спасения. Джаспер — его боль, его борьба, его тяжкий дар чувствовать и управлять эмоциями, который был и благословением, и проклятием. Я увидела, как её дар — видеть призрачные тропы будущего — не раз выводил семью из тупика, спасал от гибели. Белла. Хрупкая, упрямая, любимая. Щит, который та воздвигла вокруг своих мыслей, был почти осязаем. Вольтури — их холодная, бездушная мощь, нависшая над семьёй дамокловым мечом. Битва не на жизнь, а на смерть за то, что дороже собственного существования. За Ренесми. Затем видения сменились, уносясь вперёд. Поиски других, таких же, как дитя. Дампиров. И… будущее. Жестокое, кровавое, неотвратимое. Я увидела, как Бенджамин, с лицом, искажённым яростью, вздымает руками стихии, пытаясь отвести прочь тёмную, губительную энергию, исходящую от одного из молодых членов Вольтури. Битва. Хаос. Потери. Яростнее всех сражались те, кого природа одарила особыми способностями. Их отчаянная, самоотверженная защита своей семьи сжимала мне сердце ледяной гордостью. И среди них — Бен. Таким я его никогда не видела. Его движения были стремительны и смертоносны. Он не сражался — он крушил, рвал, уничтожал. Одну голову за другой он отправлял в небытие, прокладывая себе путь к лидерам вражеского клана. Но что-то остановило его на полпути. С бешеным, обезумевшим от горя и ярости рёвом он обрушил свой кулак на землю. Земная кора содрогнулась и разверзлась под его ударом. Трещина, глубокая, как пропасть, устремилась вниз, к самому ядру планеты. И в эту огненную бездну, сметаемая разъярённой стихией, рухнула Лиa. Её крик затерялся в грохоте рушащегося мира. В конечном счёте не выжил никто. Абсолютная, тотальная гибель. Но это было лишь одно из возможных «завтра», вовремя угаданное и отринутое. Однако тень его осталась. И я поняла — охота будет продолжаться. Охота за одарёнными, за уникальными, за такими, как мы. Пока всех не заполучат… или не уничтожат. Резкий толчок вырвал меня из кошмара. Моё тело трясло так сильно, что зубы стучали друг о друга. Эммет, сжав мои плечи своими стальными пальцами, буквально выдергивал меня из плена видений. — Эй! Эй, волчонок! Очнись! — его громовой голос гремел прямо над ухом, но сквозь него едва пробивался испуганный шёпот Розали. Наконец сознание вернулось ко мне, заливая реальность обратно, как прилив. —Эммет… отпусти, — прохрипела я, чувствуя, как мои ключицы вот-вот треснут под его хваткой. — Опа! Вернулась к нам! — богатырь радостно вскрикнул и, наконец, разжал пальцы. Рядом с Элис уже стоял Джаспер, его лицо было бледным и напряжённым. Он что-то тихо и быстро говорил ей, проводя рукой по её спине, пытаясь успокоить дрожь, сотрясающую её хрупкое тело. На меня же обратили меньше внимания, но когда пара удалилась вглубь дома, я почувствовала на себе тяжёлый, испепеляющий взгляд Эдварда. Он знал. Он, конечно же, уже прочёл в моей голове всё, что я увидела. И в его взгляде читался немой упрёк — за то, что принесла с собой этот мрак, это предзнаменование. Настанут более тёмные времена. В следующее мгновение рядом возник Бен. Боже, как же я была рада его знакомому, спокойному присутствию. Он встал между мной и взглядом Эдварда, заслонив меня собой. — Ты в порядке? — его голос был низким и ровным, но в нём я уловила лёгкую, едва слышную дрожь. — Да, всё… всё хорошо, — попыталась я успокоить его, хотя сама ещё не пришла в себя. — Ну, вы там закончили сюсюкаться? — раздался весёлый, раскатистый хохот Эммета. — А то я кое-что проверить хочу! Не успела я опомниться, как здоровяк вскинул меня на своё плечо, как мешок с перьями, и понёс к выходу. — А-а-а! Похищают! — в шутку завизжала я, хотя внутри всё ещё всё сжималось от недавнего ужаса. Розали последовала за нами, её изящные губы тронула снисходительная, весёлая улыбка. — Совсем не смешно, Рози! Помоги же! — позвала я, болтая ногами в воздухе. — Эй, вы там! Неужто все смотрите? Затем я услышала голос Беллы, доносящийся с крыльца: —Хах. А вот меня Розали встречала не так приветливо. Никогда не видела, чтобы она дала кому-то так себя вести с гостями. --- Эммет поставил меня на землю и отступил на несколько шагов, приняв боксёрскую стойку. Его массивная фигура казалась ещё больше на фоне вечернего неба. — Ну что, посмотрим, на что ты способна в реальности, а не в ваших видениях, — он оскалился в дружелюбной, но полной азарта ухмылке. — Ты что, хочешь подраться? — удивилась я, отряхиваясь. — Ага! — он радостно потёр могучие ладони. — Эммет, ты уверен в этом? — в его сторону бросила обеспокоенный взгляд Розали. — Похоже, прошлой возни с Беллой ему показалось мало, — из дверного проёма появились Эдвард и сама упомянутая девушка. Вскоре на зрелище собралась почти вся семья Калленов и добрая половина стаи квилетов. Куда-то пропали лишь Элис и Джаспер. Интересно, куда они подевались? Эммет угрожающе похрустел шейными позвонками, и по его лицу пробежала тень нетерпения. Я же сделала глубокий вдох и позволила своей вампирской сущности выйти на первый план. Глаза залились алым светом, клыки удлинились, а по телу пробежала знакомая волна силы. На моё лицо наползла ехидная, вызывающая улыбка. Бен стоял чуть поодаль, его взгляд был твёрдым и уверенным. Он смотрел мне прямо в глаза, словно говоря: «Я в тебе не сомневаюсь. Победа твоя». С низким, яростным криком Эммет ринулся в атаку. Я успела отпрыгнуть в сторону, но он, словно предугадав моё движение, вцепился мне в талию и с силой швырнул в ближайшее дерево. Кора затрещала под ударами. Я мгновенно оттолкнулась от ствола и нанесла ему серию быстрых, хлёстких ударов, целясь в ноги, чтобы свалить с ног эту гору мышц. Он действительно был крепким орешком. Эммет не унимался. Он набрасывался снова и снова, используя свою вампирскую скорость, пытаясь поймать меня, схватить, опрокинуть. Но моя волчья природа давала мне преимущество. Я была стремительнее, гибче. Я уворачивалась, приседала, проскальзывала у него за спину и наносила удары в спину, в бока, стараясь найти слабое место. Наконец, воспользовавшись его минутной оплошностью, я запрыгнула ему на грудь, уперлась ногами в его мощную грудную клетку и, сохраняя равновесие, торжествующе возвысилась над ним. — Сдавайся, Эммет, — провозгласила я, сверкая алыми глазами. — Ни за что! — рявкнул он. Одной рукой он схватил меня за ногу и с силой подбросил вверх. В воздухе я перекувыркнулась, нашла точку опоры и, падая, успела ударить его пяткой по затылку. Бой продолжился с новой силой — мы метались по поляне, сметая всё на своём пути, пока нас наконец не разняла Розали, встав между нами с царственным и грозным видом. Я, тяжело дыша, собралась было пожать Эммету руку в знак перемирия, но он, не теряя духа, снова подхватил меня за ноги, поднял в воздух и принялся кружить, как ребёнка, вызывая смех у зрителей. Розали лишь покачала головой, но в её взгляде я увидела не злобу, а странное, зарождающееся доверие. Затем мы разошлись — Эммет к своей возлюбленной, чтобы запечатлеть на её губах победоносный поцелуй, а я… Я просто подошла к Бенджамину и бросила ему руку на плечо. — Пошли, — выдохнула я, чувствуя прилив усталости и странного, светлого удовлетворения. Парень осторожно придержал мою руку своей прохладной ладонью, и на его обычно невозмутимом лице появилась лёгкая, почти незаметная улыбка. Мы побрели обратно к дому, шаг в шаг, и в тишине вечера нашлась капля покоя после бури эмоций.