Дом с валидолом

Всё начиналось постепенно. То есть маленькие необычные находки и происшествия случались периодически, но настолько редко и бессистемно, что всерьёз не насторожили даже подозрительную Ойку. Как ни странно, но первой призадумалась Люсинда, когда в заброшенной кладовке внезапно зацвел засохший кактус. Бедняга пылился там много лет, еще с тех времен, когда в доме никто не жил, и Люся периодически подумывала о том, чтобы достойно его похоронить где-нибудь в районе мусорки, но лапы так и не дошли. И вот теперь кактус зацвел, и хоронить его стало, вроде как, не совсем прилично. Кошка выволокла цветок на свет божий - на кухню, тщательно вымыла горшок и смахнула паутину между колючек, после чего торжественно водрузила на центральную полку. Прошли недели, Люсинда Пална постепенно забыла, что хотела найти того, кто так удачно удобрил засохшее растение, и не сразу вспомнила, даже когда Сонечка притащила свою находку. Притащила она её почему-то на кухню, хотя там подобной вещи было не место. Но, возможно, это произошло по привычке. Или потому, что все как раз собирались ужинать. - Мать моя кошка! - Люся картинно прижала лапы к груди. - Сонечка! Ты где это взяла?! Синяя кошечка склонила голову набок и с недоумением уставилась на шелковые трусы лазурного цвета, прицепленные к её правой лапе. Трусы красиво раскинулись по полу голубой лужицей, гламурно отсвечивали люрексом и на что-то намекали крупной непонятной надписью "login required!" - Не знаю, - задумчиво протянула Соня, - они сами, я проснулась, а они... Буду кушать, - логично закончила кошечка свою речь. - Так, всем оставаться на местах, нужно выяснить, что это и откуда оно взялось! - среагировала Ойка, подскочила к Сонечке и брезгливо подняла двумя пальцами голубое безобразие. - Они мужские, - заявила черепаховая кошка с видом эксперта. - Тебе виднее, конечно, - хмыкнул Моня. - Они фирменные, - уточнила Тая, - и дорогие, наверное... - Надо вернуть их владельцу, - забеспокоился Марс. - Вообще-то, нижнее бельё из хлопчатобумажных тканей гораздо практичнее и не вызывает аллергии, - начал, было, Фантик, но Люся его перебила: - Это всё крайне интересно, но у меня ужин стынет, а эту тряпочку, наверняка, Моня стащил, как обычно, с бельевой верёвки и забыл. - Ничего я не стащил, я вообще не мог позариться на этот образец безвкусия! - возмутился Моня. - Да, люрекс давно уже вышел из моды, - поддержала его Тая. После недолгой дискуссии было решено от непонятно откуда взявшейся вещи избавиться и заняться, наконец, более важными вещами. То есть ужином. Через несколько дней Тая, исследуя дом в поисках ранее не обнаруженных Ойкиных заначек, внезапно наткнулась на футболку со Спанч Бобом. Странным было даже не то, что лежала находка в ванной, а Тая всего лишь полчаса назад была оттуда изгнана толпой разъярённых кошаков, решивших, что умывания лапой недостаточно для того, чтобы проснуться окончательно. И даже не то, что никакой футболки в этой самой ванной тогда не было. Странным было присутствие рядом с такой негламурной вещью подвязки от чулка. Очень красивой подвязки - Тая замерла в восторге. Но тут же задумалась о том, кому мог принадлежать столь изысканный предмет. В их, безусловно, славном городке нечасто можно было встретить со вкусом одетых барышень, а ещё реже эти барышни встречались в доме с валидолом. Точнее - никогда. Ещё и футболка... Тая, подумав, решила, что сообщить друзьям о находке, конечно, необходимо, но ведь не обязательно выкладывать все детали и подробности. Потому подвязку она припрятала, сама не понимая толком, для каких целей, а вот футболку торжественно вручила Моне. Тот в недоумении уставился на Спанч Боба. - Тая, спасибо, конечно, но это не совсем мой размер, - осторожно уточнил он. - Но и не мой тоже, я стройная, - заметила Тая, - просто нашла в ванной, думала, ты вместо полотенца использовал и забыл. - Ой, Спанч Боб, будет мне вместо пледика, - внезапно вклинилась Соня и, выдернув многострадальную футболку из лап Мони, скрылась в недрах диванных подушек. Несмотря на мгновенную утерю улики, Тая решила непременно выяснить, откуда же могли взяться её находки. Мало того, что кошка была почти так же любопытна, как и хороша собой, ей очень хотелось заполучить в коллекцию еще одну изысканную подвязку, а если повезет - даже чулок. - Но если футболка не твоя, то откуда она взялась? - заговорщицким шепотом спросила она Моню. Кот сосредоточенно почесал ухо задней лапой. - Да с люстры сквозняком сдуло, - наконец, заключил тот, - Ойка же у нас знатная барахольщица. И небрежно махнув хвостом, Моня с важным видом посеменил на кухню инспектировать, как продвигается у Люси процесс приготовления завтрака. Что-то в его версии Тае показалось неубедительным, и она собралась, было, серьезно об этом подумать, но тут её внимание привлек недочесанный клочок шерсти на хвосте, и кошка мгновенно переключилась на более важное занятие, напрочь забыв об утренних происшествиях. Очередное непонятное событие произошло уже на следующий день, как раз когда кошачья банда в кои-то веки чинно и мирно рассаживалась за столом, чтобы пообедать. В комнату вбежал отчего-то очень счастливый Марс, неся в зубах какую-то бумажку. Выплюнув её прямо в Ойкину тарелку, он смело обратился к слегка растерявшейся от такой наглости кошке: - Вот! Можешь не благодарить! - Что это за гадость? - брезгливо поморщилась Ойка, скептически глядя на обслюнявленный кусок бумаги с расплывающимися буковками. - Это твой билет до Бреста... - с чуть меньшей уверенностью ответил Марс. - Так! Я не поняла, это что еще за намеки?! - максимально повысила голос начавшая закипать черепаховая кошка. Остальные домочадцы предпочли пока никак не вмешиваться, им уж очень было любопытно, какое такое коварство смог задумать самый безобидный на свете пес. - Никаких намеков, многоуважаемая Ойка - начал запинаться тот, неожиданно осознав, что в чем- то эпически просчитался, - я нашел этот билет во дворе под деревом, где ты обычно заначки из косточек закапываешь, делая вид, что ты собака... Ой, то есть, я хотел сказать... - Хватит оправдываться! - перебила перепуганного пса воинственная кошка, ударив лапой по столу так, что у всех тарелки зазвенели, - мечтаешь от меня избавиться, да? Ойка готова была в очередной раз наброситься на обидчика, но её привычным уже движением перехватил Моня, удержав за успокоительную точку на шкирке. Ему так хотелось хоть раз пообедать без эксцессов. - Да я правду говорю, - понуро попятился к выходу Марс, - я иду, а он там лежит, я думал, из тайника выпал, помочь хотел... - Оюшка, да успокойся ты, Марсик не хотел тебя обидеть, он же ми-и-илый, - примиряюще промурлыкала Тая. - А что такое «брест»? - поинтересовалась Сонечка. - Город такой в Белоруссии - машинально отозвалась Люсинда, которая все это время стояла, застыв с кухонным полотенцем в лапах, решая, кому в данной ситуации пригрозить справедливым наказанием. - Мон шери, ты не совсем права, - интеллигентно вклинился Фантик, - есть еще такой городок во Франции, пара сёл в Болгарии, Македонии, Сербии и коммуна в Германии, - начал перечислять шиншилл, загибая пальцы. - Начинается... - простонал Моня, закрывая морду свободной лапой. - И на этом и закончится! - рявкнула Ойка, предпринимая очередную попытку вырваться из крепкого Мониного захвата, дабы совершить справедливую мстю. - Унеси это отсюда! - грозно шикнула Люсинда Марсу. Пес споро сцапал свою находку и поволок прочь, искренне надеясь, что несущийся вслед вопль "дайте я порву его на мелкие клочки" относится все- таки к билету. Моня отработанным движением заткнул пасть Ойки куском ветчины, но кошка её моментально выплюнула, чем повергла всех в такой шок, что даже Сонечка прекратила жевать. Воспользовавшись всеобщим остолбенением, черепаховая кошка вскочила на стол, схватила из Мониной тарелки кусок рыбы и нервно сунула его в рот. Прожевав его в гробовой тишине, она стукнула по столу лапой и уверенно заявила: - Мне это не нравится! - Тогда зачем ты ее ешь? - справедливо поинтересовался Моня. - Я не про рыбу! - отмахнулась Ойка. - Я про шпионов! - Каких шпионов? - тихим восторженным шепотом поинтересовалась Тая, у которой моментально засверкали глаза. - Таких! - припечатала Ойка, не обращая внимания на пренебрежительные усмешки Мони и Люси. - В доме появляются новые вещи! - Они всегда появляются, - закатила глаза Люсинда. - Вы вечно тащите всё, что не прибито гвоздями. - Да? - вздыбила шерсть Ойка. - Тогда давайте разберемся, кто притащил вот это. После этих слов черепаховая кошка запрыгнула в открытое вентиляционное отверстие под потолком, и оттуда немедленно посыпался поток находок. Люсинда с ужасом наблюдала, как на чистый пол падают шишки, бумажки, листья, скорлупа от орехов... Поток барахла струился, как вода из дырявого бурдюка, и, наконец, иссяк. Люся беспомощно уставилась на расплескавшийся у ее лап мусор, а Ойка, спрыгнув вниз, хищно выуживала из кучки отдельные предметы с криками: - Улики! Улики! Видите? - Что мы видим? – ошарашенно спросил Моня, прижавший уши к голове и осторожно трогавший лапой какую-то красную блестящую штуковину размером с чайное блюдце. – Что? - Ага! – Ойка, подпрыгнув, схватила штуковину передними лапами и начала ее обнюхивать. – Это что у нас? - Похоже на чешую, - с сомнением в голосе произнесла Люся. - Чешую-ю-ю-ю-ю? – протянула Тая, отнимая кусочек у Ойки из рук. – Рыбья? - Ты представляешь себе размер этой рыбы? – ехидно спросил Моня, пристраивая чешуйку себе на голову. – Она что, к нам из палеозоя приплыла? - Не знаю никакого зоя! – рявкнула Ойка. – Но кто-то жрал рыбу без нас! Она подозрительно перевела взгляд с Мони на Марса и обратно. - У меня на рыбу аллергия! – открестился пёс. - А что сразу я? – заголосил Моня. – Это муфта вечно что-то жрет ночами в шкафу, у него и спрашивай! - Дорогой мой, - начал Фантик, - Вы забываете, что я грызун, а не плотоядный хищник. - Вот и загрыз рыбу на смерть, - продолжал упорствовать Моня. - Я не ем мясо, - повторил Элефантий. - А ЭТО ты ешь? – рыжий кот схватил в пригоршню скорлупу от орехов и сунул шиншиллу под нос. - Это ем, - согласился Фантик, - верней, не совсем это. Я имел в виду, что употребляю орехи в пищу, как вид, но… - Заткнитесь оба! – рявкнула Ойка. – Дайте разобраться! Все потрясенно замолчали. - Надо выбрать отсюда настоящие улики, – скромно вызвалась Сонечка. - Приступаем! – согласно припечатала Ойка. Синяя кошечка, раздобыв где-то относительно чистую простыню, расстелила ее на полу, надела на лапки целлофановые пакеты и начала сортировать мусор. Всем любопытным кошакам было велено, не отвлекать сыщика от поиска улик, отойти, не дышать, не задавать дурацких вопросов. Ощутившие благоговение кошки, пес и шинш наблюдали, как на простыне появляются плотный глянцевый прямоугольник с надписью на непонятном языке, шахматный король, очечник и флешка в виде раскоряченного человечка. Отдельно Соня положила чешую непонятной рыбы и кожаный напульсник весь в заклёпках. Потом с видом фокусника она извлекла пульт неизвестного происхождения и с недоумением на него уставилась. - Это от телевизора? - не удержалась Тая. - Откуда у нас телевизор? - резонно возразил Моня. - Я же не сказала, что он у нас есть, просто пульт от какого-то телевизора, - попыталась кошка донести свою мысль недогадливому другу. - Нет, здесь какие-то непонятные кнопки и надписи на незнакомом языке, - с видом эксперта заявила Ойка. - Дай, я посмотрю,- вмешалась Люся, считавшая себя полиглотом, и не без основания - она действительно знала пару фраз на немецком. Этим же мог похвастаться, впрочем, и Моня, который однажды стащил полпалки колбасы у одного из жителей городка, пока тот был крайне занят просмотром зарубежного фильма, сопровождавшегося странными звуками и фразами типа "дастиш фантастиш". Фразы Моня запомнил на всякий случай - знание иностранных языков лишним не бывает. Но и Люся не смогла прочесть странные надписи на пульте. Пока кошаки замерли в недоумении над загадочной вещицей, из вентиляции неожиданно посыпались мелкие белые перья, красиво кружась по комнате и оседая на пушистых спинах присутствующих. Моня заворожённо наблюдал за этой картиной. Оглушительно чихнув и смахнув с носа пару перьев, он пробормотал: - Дежавю какое- то... - Это так красиво, - восторженно прошептала Тая. - А убирать это кто будет? - раздражённо проворчала Люся. Сонечка, сняв пакеты с лапок, азартно начала ловить отдельные пёрышки и складывать их в кучу других улик. Ойка же, решительно заявила: - Будем устраивать засаду! - Настоящую засаду? - обрадовалась Тая. - Засаду на кого? - осторожно уточнил Марс. - Уважаемая Ойка, если речь идёт о том, чтобы выследить и поймать неизвестное существо, которое с неопределённой целью подбрасывает в дом искомые предметы, - Фантик указал на груду "улик", - то необходима приманка. - И я даже знаю, что это будет за приманка, - с каким-то нездоровым энтузиазмом заявила Ойка, и глаза её опасно сверкнули. - Ловля на живца! - Нет, я не позволю издеваться над Элефантием! - вступилась за шинша Люся, строго скрестив лапы. - И подвергать его... – «опасности», собиралась продолжить она, но вместо этого неразборчиво закашлялась, уж очень не хотелось мудрой кошке признавать, что паранойя её сотоварищей в этот раз не безосновательна. - Этому всему должно быть какое-то простое логическое объяснение, - успокаивающе начала рассуждать Люсинда, - ну не может некое «неизвестное существо» так долго гулять у нас под носом, оставаясь незамеченным... - Ночью, когда все спят? - скромно предположила Сонечка. - Но ведь кошки имеют сверхчуткий сон и должны моментально просыпаться в случае любой потенциальной опасности... - начал свою лекцию Фантик, - хотя... - он задумчиво посмотрел на Соню с Моней, - иногда книжки врут. - А может быть, у нас завелся домовой? - воскликнула Тая. - Какой ещё домовой? - раздраженно гавкнула Ойка, утомлённая уже болтовней и рвущаяся в бой. - Это такое м-и-и-и-лое пушистое существо, которое селится в некоторых домах, чтобы помогать хозяевам поддерживать уют. Я когда-то читала в местной газете, в разделе «народные советы» письмо пожилой женщины, которая рассказывала, что у неё в доме кто-то ходит по ночам и предметы разбрасывает, хотя она живет совсем-совсем одна, - на последней фразе кошка артистично вздохнула, - и ей посоветовали на ночь оставлять за печкой блюдце с молоком и корзинку со сладостями, чтобы таким образом задобрить домашнего духа, и он наоборот начал порядок наводить... - Что- то этот твой домовой подозрительно напоминает нашу Сонечку, - скептически хмыкнул Моня, - в любом случае, готов поспорить, что она же первая на такую приманку и попадется. - Тихо! Я додедуктировала! - внезапно пробасила Сонечка, обратив на себя удивленные кошачье-собачье-шиншильи взоры. - Люся права, раз мы его не замечаем, значит, злоумышленник приходит по ночам, когда все спят - это раз. Но мы не просыпаемся, значит, он не хочет на нас нападать - это два! Соответственно, Элефантий, как приманка, тоже будет ему не интересен - это т-три! - старательно имитируя заикание, закончила мысль синяя кошечка. - Ну и что, что ты тогда предлагаешь? - нетерпеливо подпрыгивая, вопрошала Ойка. - Ловушки по дому расставить. Веревки у пола натянуть, консервные банки в дверных проходах развесить. И ждать всем в засаде, кто туда попадется, - с нескрываемой иронией в голосе предложил Моня. - Ну, вообще- то да... - смутилась Соня. - Господи, какие банки, какие веревки? – простонала Люся, хватаясь за голову. – Что вам это даст? - Подозреваемого, - подняла лапу вверх Ойка. - Нет, - неожиданно возразила Сонечка, - это уже будет не подозреваемый, ведь мы его поймаем на месте преступления. - Именно, коллега, - кивнула черепаховая кошка. - Элементарно, - напыжился Фантик. - Вы все тут с ума посходили, - заявила Люся, обведя компанию тяжелым взглядом. - Еще нет, - Моня широко зевнул, - но точно сойдем, если не найдем решение. Поэтому давайте делить вахты – кто ночью дежурит первым? Кошки долго препирались по поводу первой смены: у Ойки были «личные обстоятельства», о которых она наотрез отказывалась говорить, Тая боялась, что к первой вахте не успеет подготовиться, Соня сетовала на то, что после плотного ужина будет не в состоянии быстро двигаться, а Люся предложила отдежурить первую вахту без вопросов, если кто-то помоет за нее посуду после ужина. Желающих не нашлось. - Ладно, - буркнул Моня, - я пойду. Смотрите и учитесь, как надо. И рыжий котяра отправился очищать все известные ему заначки в поисках подходящих для ловушек материалов. У Таи были изъяты два красивых пояса, почти новых, ненадеванных, и подвязка от чулка. У Ойки Моня отобрал перечный газ в баллончике, две новогодние петарды и, зачем-то, старый ржавый штопор. Люся была ограблена на моток синтетической пряжи для вязания и старую картонку из-под шляп. У Марса Моня из вредности забрал любимую резиновую косточку, «в качестве приманки», как он объяснил расстроенному псу, а у Фантика отжал две свежие морковки, аргументируя это тем, что «подозреваемый, возможно, грызун». Соня добровольно отдала пакет миндального печенья и моток бечевки, а также несколько кусочков резинового жгута. На вопрос, где она взяла жгут, кошечка скромно потупилась и прошептала что-то мало разборчивое. Единственным словом, которое отчетливо понял Моня, было «скораяпомощь». Кот выразительно подергал бровями и пошел устанавливать ловушки. В засаде было невыносимо скучно. Моня обустроил себе лежбище на шкафу, выгнав оттуда Люсю. Ему сверху было «видней», а чтобы его не отвлекали от «миссии», согнал с люстры и Ойку, которой было велено найти себе место и сидеть там тихо. Ибо своими перемещениями кошки, по мнению рыжего кота, пугали «добычу». Ходики на стене отсчитывали минуту за минутой, время текло блеклой густой массой, в комнате ничего не происходило, да и в других частях дома было безжизненно, так что Моня стал засыпать. Пытаясь в очередной раз моргнуть, чтобы прогнать дрему, он увидел сидящего на краю шкафа маленького красного дракончика. - Чего звал? – прошипел нежданный гость и совершенно по-кошачьи начал чесать задней лапой за ухом. - Я?! – удивился Моня. - Ну, ты, не я же, - сказал дракон и широко зевнул, продемонстрировав небольшие, но все равно внушительные клыки. - А ты кто такой вообще? – возмутился Моня. - Здрасьте! – отозвалось видение. – Насоздают сначала, а потом имени не помнят. Что за демиурги пошли! - Но-но! – зашипел кот. – Без оскорблений! - Что, опять нарушение рыцарского кодекса? - скучающе протянуло непонятное создание и попыталось свернуться у Мони под боком явно с целью поспать. Моня ошалело похлопал глазами в надежде, что морок рассеется и непонятный персонаж окажется привычной Сонечкой или Таей, ну, на худой конец, Ойкой, так опрометчиво согнанной с люстры и теперь ищущей место для ночёвки. Однако дракончик никак не желал превращаться в представителя семейства кошачьих, да и Марса не напоминал даже отдалённо. - Какого, нафиг, кодекса? - Моня героически решил продолжить светскую беседу с глюком. - Может, утром поговорим об этом? - сонно предложил дракончик. - Утром? Нет, ты же мне снишься, значит, утром ты исчезнешь, - проявил Моня чудеса логики, вскользь подумав, что не зря он стащил у Сонечки и прочёл пару романов о Фандорине. - Ладно, - миролюбиво согласился красночешуйчатый, - тогда хотя бы вспомни, как меня зовут. - Откуда мне знать! - возмутился Моня. - Я тебя вообще не звал! - Да-а-а-а, всё очень запущенно, - вздохнул глюк, - ну просто расслабься и произнеси вслух первое, что придёт тебе в голову. Моня подумал, что сон - он и есть сон, потому совсем не зазорно вести себя по-идиотски. Он важно уселся в позу лотоса, стараясь при этом не свалиться со шкафа, закрыл глаза, подышал медленно и глубоко, потом затаил дыхание, потом приоткрыл один глаз, но ничего мистического больше не произошло. Дракончик наблюдал за этой сценой с насмешливым интересом. - И как, удалось нырнуть в нирвану? - ехидно поинтересовался он. - Вот щас кто-то внепланово, без просветлений и медитаций, туда отправится, - прошипел Моня угрожающе. - Да ладно тебе, - непочтительно заржал незваный гость, - ты же почти вспомнил. - Я ничего и не забывал, - привычно возразил Моня, - тоже мне, развелось умников - драконы, рыцари, дульсинеи, Брандлтраунвильфы Горнозаозёрные.... Он еще хотел что-то сказать, что вертелось вот прямо на языке, когда ему нехило прилетело по загривку смутно знакомой лапой. Мир вокруг на мгновение потускнел, странно исказился, а в следующий момент перевернулся. Моня панически мявкнул, выпустил когти, пытаясь удержаться на краешке мира, но сорвался. - Все-таки он неправильный кот! - донесся откуда-то Ойкин голос. Моня осторожно приоткрыл один глаз, на него с любопытством пялилась вся кошачья банда почти в полном составе, а пузо, которым рыжий кот шмякнулся об пол, ощутимо болело. - Возможно смещение центра тяжести, - с умным видом заявил Фантик, - ввиду изменения... кхм... стандартной формы представителя семейства кошачьих Моне сразу же захотелось придушить шиншилла, но желание это было настолько привычным, что не стоило на него обращать внимания. - Кошки должны падать на лапы! - Ойка нервно металась на верхушке шкафа. - И вообще! Вы это видели? - Ты меня сбросила вниз, - обиженно заявил Моня и свернулся гордым клубком. - Не тебя! А эту тварь! - гавкнула Ойка. - Какую тварь? - сонно поинтересовался Марс. - Так вот, значит, кто удобрил кактус, - Люсинда Пална задумчиво поправила очки. - Какой кактус? - с живым интересом вскинулась Тая. - Я не тварь! - возмутился Моня. И, немного помедлив, уточнил: - И не кактус. - Вы, значит, все дрыхнете! - азартно вскрикнула Ойка. - А я! А он! - кошка забегала по шкафу, в пантомиме изображая пережитые события. - Сидит тут! Моня спит! Чешется! Я его ка-а-а-а-к лапой! А он - бах! Исчез! - Я не исчез. Я упал, - ворчливо пробурчал рыжий. - Да не ты! - отмахнулась Ойка. - А он! - Кто?! - шепотом уточнила Тая. - Дракончик, - неожиданно громко сказала Сонечка. Она вышла на середину комнаты и решительно заявила: - Я все поняла. Я тоже не ложилась спать, и все это время следила за тем, как следит Моня, потому всё видела... - А зачем я торчал в этой дурацкой засаде, получал тяжелые увечья, если ты тоже следила? Ты из меня наживку сделала? - послал рыжий кот в адрес Сони взгляд оскорбленной невинности. - Нет, просто сыщики в книжках всегда так поступают... И обязательно происходит что-то интересное, чтобы они появились в самый ответственный момент и все разрулили, - виновато принялась оправдываться кошечка. - В книжках не бывает Ойки, - понимающе вздохнула Люсинда, тоже имевшая большой опыт в чтении детективной литературы. - Да, неизвестно, что бы этот драконище сделал с Моней, если бы я не вмешалась! Он ведь мог его вообще поджарить! - гордо гавкнула черепаховая кошка. - Глубокоуважаемая Ойка, я ни в коем случае не хочу принизить значение вашего подвига, но мне интересно, как вы смогли определить, что этот ваш, так называемый, дракон был еще и огнедышащим? - недоверчиво поинтересовался Элефантий, предусмотрительно вскарабкавшись на Люсю. - Так это и правда был дракочик? - восторженно подскочила Тая. - А как он выглядит? Он хорошенький? - Ну... Он такой... - начала водить лапами Ойка, - красный, с острыми клыками и кровожадными глазами! - Нет, он очень милый, ближе к розовому, чем к красному, и глаза почти такие же красивые и умные, как у Мони... - мечтательно отозвалась Соня. - Значит, он приходит за мной! - взволнованно принялась дефилировать по комнате Тая, грациозно покачивая хвостом, - драконы всегда приходят, чтобы похитить прекрасных принцесс! А единственная правильная принцесса в этом доме, простите, милые дамы, все-таки я! Только это романтичный дракон, потому он мне в ванную подвязку красивую подкинул... и футболку со Спанч Бобом... И трусы те, помните? - Мужские? - хмыкнул Моня. - Вот со вкусом у него не стабильно, как-то, да... Но это поправимо! Романтические фантазии были прерваны пронзительным звуком, больно резанувшим всем по ушам. Это Сонечка, раздобывшая где-то хоккейный свисток, попыталась вернуть к себе внимание домочадцев. И это ей, как ни странно, удалось. - Да дайте же мне рассказать! - засопела синяя кошка, - пока Моня бодрствовал, ничего странного не происходило. Как только он уснул, рядом с ним из ниоткуда появился наш странный гость, но стоило Ойке сбросить Монечку со шкафра, как дракон испарился, - затараторила Соня, не давая возможности её перебить. - По всей видимости, он умеет телепортироваться - это раз. А значит, мог бы приходить и уходить в любое время... Но почему-то подстраивается под Монин режим сна - это два. Либо он так боится с Моней встретиться, либо... Но к Тае дракончик никакого интереса не проявлял, хотя та тоже спала, так что похищать он её явно не планирует - это т-т-три. Тут абиссинская кошка на всякий случай обиженно надулась. - Нужно допросить главного свидетеля, - продолжал доморощенный сыщик - Монечка, скажи, ты ничего странного не заметил, пока спал? - Ничего, кроме попытки Ойки меня угробить... Но я бы не назвал это странностью, - задумчиво отозвался кот, уже взобравшийся на свой трон и принявший позу привычно царственную, - А во сне? Что тебе снилось? Вспомни, пожалуйста, это очень-очень важно! Моня, напряженно задвигал бровями, изо всех сил стимулируя память и пытаясь выловить из неё какие-то эфемерные образы. В процессе он, сам того не замечая, почти принял позу пухлого лотоса. - Кажется, он обиделся, что я не помню, как его зовут, - неожиданно выдал рыжий кот бессвязное. - Румпельштильцхен! – громким шепотом воскликнул Фантик. - Чего?! – возмутилась Ойка. - Румпельштильцхен, - повторил шинш и, отлипнув от Люсиной шеи, двинулся к Моне. Он забрался на трон и уселся на подлокотнике, в упор уставившись на рыжего кота: - Он Вам, дорогой друг, никаких сделок не предлагал? Моня замер на мгновенье. - Нет, - неуверенно мякнул он. - Точно? – придвинулся еще ближе Элефантий. – И Вы ничего не подписывали? - Я спал, - возмутился Моня, - это никакой не Штильцхен, а плод моей фантазии. С чего я ему подписывать что-то буду? - Может, он хотел автограф у тебя попросить? – предположила Тая. - Автограф? Зачем? Котяра тряхнул головой: - Хватит! Вы меня совсем запутали! Автографы, драконы, штильцхены…. Я вообще начинаю подозревать, что вы хотите меня с ума свести! - Как ты можешь! – воскликнула Тая. - Что-о-о-о?! – рыкнула Ойка. – Такого ты о нас мнения, да?! - Моня, опомнись, - приложила лапы к груди Люся. А Сонечка шмыгнула носом и приготовилась плакать. - Ладно-ладно, - заорал Моня, - я пошутил! Это я сошел с ума, и мне мерещится чёрт-те что. А может, это последствия сотрясения мозга? Ведь меня со шкафа скинули! - Сотрясения чего? – ехидно переспросила Ойка. - Без намеков! – рявкнул кот. – Ты меня уронила специально! И я пострадал из-за тебя! - Я тебя спасла от хищника! – возразила кошка. – Он бы тебя съел! - Он был фантом! Галлюцинация! У них нет зубов! - Откуда ты знаешь?! - Я его вспомнил! – заблажил Моня. – Его зовут Джейс. Он, конечно, дурак, но безобидный! - Какое красивое имя, - тут же вклинилась Тая. - И откуда ты это знаешь? - немедленно поинтересовалась Ойка. - Что знаю? - опешил Моня. - Что дракона зовут Джейс, что он дурак, но при этом безобидный, - чётко перечислила черепаховая кошка. Моня впал в ступор. - Друзья, нам необходимо провести следственный эксперимент, - оживился Элефантий. - Не могу не согласиться с вами, к-коллега, - неожиданно поддержала Сонечка. - Да, нужно же выяснить, зачем дракон приходил к Моне, - согласилась Тая, - ведь вряд ли он хотел похитить Моню в романтических целях, хотя... - Никто не хотел меня похитить! - поспешил прервать странный ход мыслей подруги вышедший из ступора Моня. - И я вам не подопытный кролик, никаких экспериментов! - Но мы должны понять, в конце концов, что происходит, - всплеснула лапами Люсинда. - У нас тут не дом с валидолом, а проходной двор какой-то! - И что вы предлагаете? - вмешался сидевший до этого тихо Марс. - Это же очевидно, - начал Элефантий, - если странные фантомные существа появляются в то время, когда глубокоуважаемый Моня спит, то необходимо его усыпить, пардон, я не в том смысле... То есть, я хотел сказать, ввести его в состояние глубокого сна, а самим пронаблюдать, не появятся ли вышеупомянутые... - Да,- подхватила Тая, - мы будем в засаде! - Я руковожу операцией по захвату глюков! - оживилась Ойка. - Э, какая операция, я протестую, - попытался, было, возмутиться Моня, но его никто уже не слушал. - Нужно достать снотворное, - вещал шиншилл. - Зачем снотворное? - возразила Люся, - у меня есть чудесный настой успокоительных трав. - Я знаю способ получше, - воодушевилась Ойка, - слегка стукнуть по голове и глубокий сон обеспечен! - Не надо Моню бить по голове, - забеспокоилась Сонечка, - я его ласково попрошу, свернусь у него под боком, и он сам уснёт. - Ничего вы не понимаете в новейших методах гипноза, - выдала Тая и метнулась к одной из своих многочисленных заначек. Вернулась она с красивым медальоном на цепочке. - Вот, Моня, ложись поудобнее. Моня, забившись в угол трона, ошалело наблюдал за суетящимися кошками. Он бросил тоскливый взгляд в сторону форточки, прикидывая, удастся ли молниеносным красивым рывком добраться до неё и скрыться, но решил, что он не в форме, и, не позавтракав, бродить по улице всё-таки моветон. Потому он послушно уставился на медальон, мерно покачивающийся в Таиных лапах. Уже через несколько секунд Монины глаза закрылись, и он размеренно засопел. Сначала долго ничего не происходило. - А ты уверена, что он спит? - громким шепотом осведомилась Ойка у Таи. - Вообще-то, состояния сна и гипноза немного различаются, но будем надеяться, что сработает, - ответила за Таю Люсинда Пална. Она зачем-то крепко держала в лапах здоровенный сачок. Уличный фонарь отбрасывал желтоватые блики по полутьме комнаты. Негромко скрипнула дверь кладовки, и на пороге появился высокий, стройный, явно человеческий силуэт в каком-то странном балахоне с капюшоном. Незнакомец мягким шагом вышел из кладовки, не спеша прошествовал через комнату, по пути наклонился, чтобы потрепать Таю между ушами, а добравшись до окна, буквально вылетел наружу. - Это Смерть приходила?! - шепотом промолвила Тая, старательно прикидывая: упасть ей в обморок от ужаса или от восторга. - Моя кладовка! - воскликнула Люсинда, отбрасывая ненужный сачок, и со всех лап рванула на инспекцию своей заповедной территории. - Моя заначка! - гавкнула Ойка, устремившись следом. Тая, передумав падать в обморок, с любопытством побежала следом, а за ней и верный Марс - в качестве защитника. В комнате остались только Элефантий и Сонечка. Первый - чтобы не затоптали в тесном пространстве кладовки. Вторая - на страже. Чтобы мудро разбудить Моню, если дело примет совсем плохой оборот. Некоторое время они сидели молча, усиленно имитируя напряженную умственную деятельность и стесняясь признаться друг другу в отсутствии достаточно логичных теорий, объясняющих произошедшее. - Я так понимаю, это не ваш давешний дракончик? - наконец, нарушил тишину Элефантий. Сонечка растерянно помотала головой в ответ, и беседа снова заглохла. Моня, не просыпаясь, перегруппировался, чтобы сложиться плотным калачиком, и закрыл нос хвостом. В этот момент грохнули дверцы шкафа, и оттуда выскочила изящная фигурка в небесно-голубой атласной пижамке, всей в рюшах и кружевах. - Наверное, это ангел, охраняющий нас от всей остальной нечисти, - зачарованно прошептала Сонечка, разглядев в пришельце миловидного белокурого юношу. Гость тем временем с умилением склонился над мирно дрыхнущим котом, извлек из кармашка шёлковую розовую ленточку и причудливо повязал её на рыжий хвост. Прошелся колесом по комнате, накрыл Элефантия оставленным Люсиндой сачком, ловко подскочил к люстре, схватив с неё Ойкин стэк, и так же лихо исчез в дверном проеме, ведущем на лестницу. Оттуда вдруг послышался цокот копыт, и так же внезапно дом с валидолом снова окутала мирная ночная тишина. Ну, если не считать кошачий топот, доносящийся из кладовки. Сонечка, придя в себя, вооружилась лупой, подползла к Моне, пощупала на всякий случай его пульс, как научилась из любимых книжек, и начала пристально изучать новую улику на хвосте рыжего друга. Где-то рядом неинтеллигентно ругался интеллигентный Фантик, безнадежно запутавшийся в сачке, и очень мешал дедуктировать. В это время рядом с троном материализовалась Тая, прервав своим появлением вдохновенную речь Элефантия, демонстрировавшего отличное знание нецензурной лексики. - Ну, что там? - тут же спросила подругу Сонечка. - Ничего интересного, - отмахнулась Тая, - Люся проводит ревизию содержимого кладовки, а Ойка перепрятывает свои заначки. - А у нас вот, - Сонечка потрясла Мониным хвостом с розовой ленточкой. - Ой, какая прелесть, - восхитилась Тая, - но розовый не очень подходит к цвету Мониной шерсти... - Мон шери, нам сейчас не до сочетаемости цветов, происходит нечто странное, явно выходящее за рамки... Только выбравшийся из сачка Фантик был вновь внезапно прерван странным звуком, напоминавшим царапание по стеклу. Кошки и шиншилл синхронно повернулись к окну и опешили: весьма симпатичный парень с крыльями за спиной нагло портил помытые накануне Люсиндой стёкла. Сонечка сначала решила спрятаться под трон, но, вспомнив о спящем Моне, героически запрыгнула на него и попыталась прикрыть тушку рыжего своим тельцем. Фантик, видимо, впал в ступор и не подавал признаков жизни. А вот Тая и не подумала падать в обморок - она модельной походкой подошла к окну, распахнула его створки и светским тоном поинтересовалась: - Какого чёрта ты скребёшься, через дверь войти нельзя? - Это банально, - заявил подозрительный персонаж, сильно смахивающий на вампира. - А вот если Люся заметит порчу своего имущества, будет не банально, а больно, - заверила Тая. Вампир хмыкнул, покружил по комнате и вышел действительно в дверь, из чего Тая сделала вывод, что странные глюки всё же поддаются воспитанию при умелом подходе. - Люся заметит! - донеслось до Таи грозное, и кошка решила, что наблюдать со шкафа приближение бури гораздо продуктивнее, чем с земли. - Моисей! - заорала Люсинда, вкатываясь в комнату и стряхивая с себя клоки пыли. Моня дернул задней лапой и попытался перевернуться на другой бок, но был жестоко схвачен за свежеповязанную ленточку.- Моисей! Я к тебе обращаюсь! - Подъем! - заорала из-за Люсиного плеча не менее разъяренная Ойка, и Моня подпрыгнул, спросонья пытаясь понять, что происходит и как он оказался в эпицентре урагана.- Ты сожрал мою банку консервированной ветчины! - заорала Ойка. - Ничего подобного, - замотал башкой Моня, аккуратно вытягивая любимый хвост из захвата, - не ел я банку! - А ветчину?! - надвинулась на него черепаховая кошка. - И ветчину не ел, - твердо сказал рыжий кот. - А кто тогда?!- Ойка обернулась с грозным видом, но все присутствующие прямо и честно встретили ее взгляд. – Значит, дракон сожрал! Ты специально его вызываешь! - Моня, сознайся лучше по-хорошему, - сказала Люсинда. - Почему всегда я? - возмутился котяра. - Потому что морда рыжая! - заявила Ойка. - У тебя наполовину тоже! - парировал Моня. Черепаховая кошка задохнулась от возмущения и уже собиралась перейти к более весомой аргументации, чем словесная перепалка, когда ее за шкирку схватила Люсинда. - Моня, - сказала она, - из кладовки пропала палка колбасы… - Тоже мне новость, - сказал Моня, на всякий случай, отодвигаясь подальше. - А на ее месте - продолжила Люся, - появилась какая-то дубина… - А я-то тут при чем? - Вся в рыжих волосах! - торжественно закончила Люсинда. - Это подлог, клевета и провокация, - заныл кот, - меня здесь все время дискриминируют по цвету шкуры! Я не могу жить в атмосфере подозрительности и наговоров! Я ухожу! Кот принял горделивую позу. - Иди-иди, - сказала Ойка, - давай, вернешься к своему сторожу в садоводческий кооператив? Будешь масло от шпротов по праздникам есть? Моня окунулся в воспоминания и всхлипнул: - Лучше недоедать, чем быть несправедливо обвиненным, - сказал он, промокая лапой глаза. - Моня, я с тобой, - заплакала Сонечка, - я сейчас… вещи только… И она принялась бегать по комнате, хватая то одно, то другое. - Соня, успокойтесь, - всполошился Фантик, - давайте поговорим. Я уверен, все можно уладить. Шинш вскарабкался на обеденный стол: - Господа! Происходящее мне категорически не нравится! Люсенька, ты же разумная женщина, нельзя выдвигать обвинение на основании косвенных улик. Давайте разберемся. - Сейчас я с ним разберусь! - согласилась Ойка, выпуская когти. Моня совершил невероятный прыжок и сумел втиснуться в угол между стеной и диваном - сверху его от посягательств защищал мягкий изогнутый подголовник, а спереди подушка, дальновидно прихваченная и используемая котом вместо щита. Тая, осознав, что конфликт сторон дошел до точки кипения, резво спрыгнула вниз и уселась напротив Ойки, которая с шипением рвалась из лап Люсинды и Сонечки. - Я буду адвокатом Мони, - заявила Тая, - попрошу вести себя цивилизованно и все претензии в адрес моего подзащитного адресовать мне. - А я буду прокурором! - заорала Ойка. - Хорошо, - согласилась Тая, - а кто у нас будет судьей? - Он! - ткнула Ойка лапой в сторону Элефантия. - Я не могу взять на себя такую ответственность, - замахал лапами шинш, - предлагаю кандидатуру Марса - он честен, неподкупен и абсолютно независим. - Ладно, - неожиданно согласилась Ойка. Вскоре судебное заседание началось. Марс сидел на бархатной подушке напротив дивана, у которого несла свою вахту взволнованная Сонечка: она все время подсовывала Моне то платок, то блюдце с молоком, то кусочек вяленой воблы. Тая устроилась справа от пса, а Ойка слева. Шинш объявил себя секретарем судебного заседания и, раздобыв где-то огрызок карандаша и тетрадный лист, строчил протокол. - Какие обвинения выдвинуты против Мони? - важно спросил Марс. Люся вышла на середину и начала перечислять: - Хищение палки колбасы, нанесение ущерба общественной собственности… - И моральный вред, - гавкнула Ойка. - Прокурор еще получит возможность выступить, - посулил Марс, - а пока мы заслушаем потерпевшую. Слово «потерпевшая» очень смущало Люсинду Палну, но деваться было некуда. - Когда вы обнаружили пропажу колбасы? - спросил Марс. - Полчаса назад. - Мой подзащитный, - вступила Тая, - в это время спокойно спал. - Да, он спал, а его дракон жрал нашу колбасу! - заорала Ойка. - Удалю из зала за неуважение к суду, - с нескрываемым удовольствием пообещал пес. Ойка надулась, но замолчала. - При каких обстоятельствах вы обнаружили пропажу? - продолжил допрос Марс. - Ну, мы пошли в кладовку, а там вместо колбасы висит дубина, - пожаловалась Люся. - Внесите дубину в зал суда, - распорядился Марс, и прокурору ничего не оставалось, как отправиться за ней. Пес обнюхал указанную дубину, потрогал лапой и заявил: - Это палица. - Что? - переспросила Люся. - Палица - оружие такое, оглушающего действия. - Зачем Моне палица? - удивилась Люся. - А это не моя! - раздалось из-за дивана. - Мой подзащитный утверждает, что это оружие ему подбросили, - сказала Тая, выразительно щурясь. - Кто подбросил? - спросил пес. - Неизвестный злоумышленник, - уверенно заявила Тая. - С целью д-д-дискредитировать репутацию уважаемого к-к-кота, - добавила Соня. - Очень интересно, - сказал Марс, - предлагаю осмотреть место преступления. И вся кошачья банда, возглавляемая псом, двинулась в сторону кладовки. За исключением Мони, разумеется. Он мудро решил, что покидать укрытие - преждевременно. В кладовке царил идеальный порядок. Когда-то. А после предыдущей инспекции - относительный. До появления воинственной Ойки, которая, влетев в тесное помещение первой, немедленно устремилась в дальний угол, сшибая по пути какие-то баночки, жестянки и пакеты с чем-то сыпучим. - Вот, здесь висела палка колбасы! - черепаховая кошка пафосно ткнула лапой куда-то в стену, призывая общественность, в лице столпившихся у входа кошаков, убедиться в коварстве Мони и наличии состава преступления. Однако стена неожиданно отъехала в сторону, и Ойка по инерции влетела в открывшийся лаз. Тая охнула, Фантик моментально взобрался на Люсю, Марс тихонько хмыкнул, а может, это просто у него в горле запершило, мало ли... Сонечка же бесстрашно выхватила из кармашка лупу и деловито проследовала к лазу. - Господа, - начала она, - к-кажется у н-нас новые улики, к-которые, безусловно, п-помогут полностью оправдать Моню... - В моей кладовке потайной ход? - изумилась Люсинда, - быть такого не может! - Ещё как может, - раздался голос подсудимого Мони. Все синхронно повернулись в его сторону. - Ты знал, что у нас здесь тайный ход, а мне не сказал? - обиделась Тая. - Там же наверняка так много интересного... - Да нет там ничего интересного, - фыркнул Моня, - никакой еды, никаких сокровищ, даже томящихся в неволе принцесс нет, хотя они и ни к чему... - Да, там ничего интересного, - подтвердила появившаяся в кладовке Ойка, чихая от пыли и пытаясь смахнуть паутину с носа. - Просто пустая грязная комната. - Ну-у-у, она была не совсем пустая, - протянул Моня, и Ойка тут же насторожилась. - То есть всё-таки ты спёр колбасу, ограбил потайную комнату, скрыл её существование от нас, - начала она прокурорскую речь. - Насчёт колбасы - это беспочвенные подозрения, - тут же вступилась Тая, - и почему ограбил? Комната ничья, значит, если Моня и взял что-то из неё - это не кража! - Моня, скажи, наконец, что ты там стащил? - прервала дебаты Люсинда. - Да ничего особенного, пару шариков каких-то непонятных. Я подумал, ну мало ли - пригодятся, зарыл их в том кактусе, что в кладовке стоял. - А когда это было? - встрепенулся Элефантий, - как давно вы, Моня, обнаружили эти предметы? - Да не помню я, что мне крестиком в календарике отмечать? - отмахнулся рыжий от надоедливого шиншилла. – Давно. - Кактус зацвёл, а потом эти трусы непонятные появились, - задумчиво сообщила Люсинда вяленой рыбе, висевшей напротив. - А потом футболка со Спанч Бобом и подвязка! Моня, верни подвязку, - спохватилась Тая. - Мы близки к р-разгадке, - деловито воскликнула Сонечка и замельтешила по кладовке. - Шарики - это р-раз, непонятные предметы - это д-два, глюки, которые появляются, когда Моня спит - это т-три! - То есть, это волшебные шарики, - привычно восхитилась Тая. - Шарики, как шарики, - пробурчал Моня, - А чё сразу я? - Надо их выкопать и провести экспертизу, - деловито предложил Фантик. - Ах, если бы у меня была переносная химическая лаборатория... - мечтательно протянула Соня... - Никаких выкопать, никаких лабораторий, знаю я вас! - всплеснула лапами Люсинда Пална, - угробите мне кактус зазря, а шарики потеряете, как обычно. Надо оставить всё как есть! - Да, они несъедобные все равно, - поддержал кошку Моня, - я на зуб попробовал... кхм, ну думал, вдруг они из платины какой-нибудь. - Ага! И в доме будут продолжать бродить разные драконы и жрать нашу колбасу? - напомнила Ойка. Данный аргумент заставил всех призадуматься. - Необходимо взглянуть на эти шарики, чтобы определить степень их необычности, - предложил Элефантий. На этот раз все безоговорочно его послушались и гурьбой рванули в кухню, где и стоял во всей красе цветущий кактус. Моня ловко разгрёб землю в горшке и предъявил присутствующим несколько разноцветных шариков разной величины. - Ничего необычного, - разочарованно протянула Тая. - Это вещественное доказательство, - с умным видом заявила Соня и попыталась уволочь их в свою заначку. - Ну уж нет, - перехватила Люсинда синюю кошечку, - не знаю, волшебные они или нет, но этот бардак надо прекращать, хоть мне и жалко кактус! Твои гости, Моня, совершенно невоспитанные, поэтому немедленно отнеси эти шарики туда, где взял! - А вампирчик был симпатичный… - тихонько промолвила Тая. - Тссс! – шикнула на неё Ойка и внезапно подмигнула. - Если судить по статистике непонятных явлений, - пробубнил себе под нос Элефантий, - то раньше мы их как-то не замечали и не мешали они никому, это всё гипноз… Люся предупреждающе прижала шинша лапой к загривку и тот замолчал. Моня с крайне независимым видом сгрёб шарики и прогулочным шагом, в сопровождении всей гурьбы обитателей дома с валидолом, направился в кладовку, где нырнул в тайный лаз. Вернулся рыжий кот уже без странного артефакта, зато с кучей пыли на своей пушистой шерсти. Люсинда, с самым невинным видом, спохватилась, что надо бы убраться в потайной комнате, но на неё зашикали. Порешили на том, что комната странная, и нарушать её ауру уборкой не стоит. - Буду кушать, - заявила Сонечка, и все с облегчением вздохнули. - Ой, мы же не позавтракали из-за этих чудес, - поддержала Ойка. Люся, вздохнув, покорно вернулась на кухню, все остальные привычно уселись ждать, когда она накроет на стол. Судьба таинственным образом исчезнувшей палки колбасы так и осталась невыясненной. P.S. - Пицца с тройным сыром! Фаршированные куриные ножки! Большое ведёрко вкуснейшего фисташкового мороженого! - раздавался в ночной тиши заговорщический шепот. – Про что еще из своих снов ты мне рассказывала? Моня решительно подталкивал синюю кошечку в сторону кладовки. Сонечка согласно кивала, но все-таки немножко упиралась всеми лапками, справедливо сомневаясь, что рыжий кот будет в таком же восторге, когда по дому начнут бродить единороги с клюшками. Парочка осторожными перебежками заскочила в кладовку и почти добралась до лаза, когда вдохновляющие речи Мони оборвал подозрительный шум. На свою реакцию кот никогда не жаловался. Моментально нырнув в большую пустую коробку, остро пахнущую копченой рыбой, он даже успел затащить следом Соню, когда из лаза выскочила обвешанная паутиной Ойка. - Ты ж говорила, что там пусто и мы только за шариками пойдем, а там никаких шариков! – следом за Ойкой показалась на удивление чистенькая Тая. - Только это! – она кивнула на толстую серебряную цепочку, обмотанную вокруг шеи черепаховой кошки. - Шарики, значит, Моня уже упер, - уверенно пояснила Ойка. – Ну и молодец! А цепочку я просто не заметила в пыли прошлый раз. - А мы её по очереди будем носить? – Тая со скепсисом разглядывала сомнительную и совсем не гламурную находку. – Я хотела вторую подвязку, - вздохнула она. - Мы её спрячем! – уверенно припечатала Ойка. И, подумав, уточнила: - Только не в кактус. Кошки переглянулись, захихикали и дружно выскочили из кладовки. - Предательницы! – фыркнул Моня, подглядывая через дырочку в коробке и втягивая носом успокоительный рыбный аромат. В животе сразу заурчало. Рыжий кот справедливо решил, что ничего страшного не случится, если он попутно перехватит чего-нибудь перекусить. Насчет шариков Моня не переживал – он их накануне предусмотрительно спрятал в нише в стене лаза. - Пошли, - шепнул Моня Сонечке и только отогнул лапой картонный бок коробки, когда дверь кладовки снова распахнулась. Пришлось нырять обратно в коробочные недра. Как оказалось, на инспекцию своего хозяйства явилась сама Люсинда Пална, на загривке которой уютно пристроился шиншилл. Моня угнездился поглубже и постарался не дышать или хотя бы дышать тихо и через раз. Люся прошла вдоль полок, внимательно изучая банки и коробки. Постояла в задумчивости около мешка с мукой и, быстро оглядевшись, пулей метнулась в заветный лаз. Моня про себя присвистнул, устроился поудобнее и плотнее прильнул к своей наблюдательной дырке. Люсинда с Элефантием вернулись достаточно быстро. В пасти у кошки плотным веером расположилась пачка дивиди-дисков с лохмато-носатым типом на обложке – как усмотрел Моня своим идеальным ночным зрением – а Фантик с довольным видом крутил в лапках маленькую игрушечную машинку. Эти двое не разговаривали. Они быстро и бесшумно исчезли за дверью кладовки, и рыжий кот смог, наконец, спокойно выдохнуть. - Вот лицемеры! – с возмущенно-довольным видом повернулся он к Соне. Но синяя кошечка крепко спала, свернувшись уютным клубочком и уткнувшись носом в ароматную стенку. Моня почесал лапой загривок, справедливо подумав, что, в общем-то, вытащить обещанные Сонечке вкусности можно и попозже. И мягким прыжком выскочил из коробки, после чего с решительным видом потрусил в сторону тайного лаза – надо же вернуть свой артефакт, а может, и новый найти. Что-то ему подсказывало, что защищаться от чужих гостей из снов лучше всего с помощью гостей собственных.