7. Сделка на камнях
22 мая 2015 г., 22:06
Этот высокий светловолосый эльф, которого Кили видел только с высоты самодельной баррикады на воротах Эребора, сидел неподвижно, откинувшись в своем троне, но было в его фигуре что-то настораживающее. Одна рука мужчины обессиленно свисала вдоль кресла, а другая подпирала чуть склоненную голову, скрывая глаза. И хоть такая поза не отличалась особой величавостью, она не могла утаить источавшиеся благородство и волю.
— Прошу прощения, владыка, — несмело откликнулся один из стражей. — Здесь пленный. Он говорит, что ему есть что сказать вам.
Синда медленно отнял ладонь от лица, поднимая взгляд на гостя. Несколько секунд он молчал, будто пытаясь понять, кто перед ним, а потом заговорил.
— Я помню тебя, гном, — голос тихий, шелестящий и немного певучий. Впрочем, как у всех эльфов. — Это из-за тебя моя подчиненная предала меня. Из-за тебя она наставила на своего короля оружие.
«Оружие?» — чуть не переспросил Кили. Он даже и не догадывался, на что пошла Тауриэль ради спасения его жизни. А он еще сомневался, глупец!
— Зачем ты пришел, племянник Торина Дубощита? — последние два слова Трандуил произнес особенно четко, выцеживая их с явной злобой. Похоже, смерть верных бойцов и то, что случилось в Битве Пяти Воинств, он еще не скоро простит своему соседу.
Кили уже давно придумал, что скажет лесному королю, но в самый нужный момент все заготовленные и эффектные фразы как-то вылетели из головы. Время пошло, а ничего путного, как назло, не вырисовывалось. Что ж, ну тогда…
— Ты ведь изгнал Тауриэль, — ну вот, сразу в омут с головой — типично по-гномьи. — Отмени свой приказ!
Он — Трандуил — наверное, просто ослышался. Едва ли этот щенок мог выдать нечто подобное. Такого быть не может.
— Отмени свой приказ, слышишь?
— Да ты, я смотрю, — эльф неспешно вскинул голову, — позабыл свое место, жалкий подгорный житель. Как смеешь ты указывать мне? В этот раз с тобой нет хоббита, который вновь освободил бы тебя из моих темниц — ты, верно, захотел туда вернуться?
— Совсем нет, — Кили изо всех сил старался сделать голос твердым, но предательское волнение, что план не сработает, червем подтачивало уверенность. Ведь если ничего не получится, ему не миновать здешней камеры, а тогда можно попрощаться и с надеждой еще хоть раз увидеть любимую, и с семьей, и, при дальнейшем прогнозе, с самой жизнью. Но он готов был рискнуть и потому, крепко сжав лямки походной сумки, вновь произнес: — Я пришел предложить тебе кое-что взамен.
— Ваше золото меня не интересует, — презрительно отмахнулся Трандуил. — Тебе нечего предложить мне.
— А как насчет этого? — кожаные лямки соскользнули с плеча, и небольшая сумка опустилась на пол. Один из стражников поднял поклажу пленника и передал владыке.
Когда Трандуил открыл крышку ларца, на этом вечно молодом и необыкновенно красивом лице не дрогнул ни один мускул. В первый момент. И лишь несколько секунд спустя едва заметно начали приоткрываться льдисто-голубые глаза. Совсем чуть-чуть, будто не решаясь поверить до конца, что их не обманывают.
— Откуда это у тебя?..
— Странный вопрос от того, кто пришел силой забрать это из сокровищниц моих предков.
— Мальчишка, твои предки… — но эльф не стал продолжать.
Эмоции — непозволительная роскошь, на которую не имеет права даже король. К тому же слишком глубокие раны не стоит тревожить, пусть и кажется, что они давно зажили.
— И почему ты думаешь, что я не заберу их у тебя просто так? Почему ты уверен, что я стану выкупать свою же собственность?
— Ну, если честно, — если честно, то в этот момент Кили ощутил, как по спине прокатилась большая капля пота. Пальцы рефлекторно дернулись, а тело подобралось. — Я не знаю. Я просто верю в твое самолюбие. Едва ли великий король опустится до воровства.
Ох и опасными были эти слова. Рискованными. Но выбора не было: или пан, или пропал. Если препятствием к тому, чтобы они с Тауриэль были вместе, служило лишь ее изгнание, рискнуть стоило. Снова на несколько секунд повисла тишина, и краем глаза юноша видел, как напряженно переглянулись стражники, как чуть сдвинулись темные брови владыки Лихолесья. Секунды мучительно тянулись. Ну что: победа или поражение? Выиграл или…
— Итак, — держа на коленях сундучок с камнями Ласгалена, Трандуил внимательно посмотрел на гнома. — Что ты хочешь?
А это было близко.
— Только одно — отмени твое изгнание Тауриэль. Пусть она сможет вернуться домой и снова обрести свое положение и семью. Это все, чего я прошу.
Опять недолгое молчание, а потом…
— Даю тебе мое слово. Это все?
— Да, — после короткого молчания кивнул Кили. — Этого будет вполне достаточно.
— Тогда уходи. Стража, проводите его.
Двое эльфов подтолкнули Кили к выходу, но он и сам был рад покинуть это место. Обернувшись напоследок, юноша заметил, как длинная тонкая рука потянулась к белым самоцветам, намереваясь утонуть в этой россыпи. Вдруг на площадку перед троном взбежал еще один стражник и быстрым шагом направился к своему повелителю.
— Владыка, я должен прервать вас.
Алебастровая рука так и замерла над святыней, не успев даже коснуться. Трандуил взглянул на вестника, и если струны его души уже давно трепетали, то внешняя маска ни на йоту не сдвинулась с монаршего лица.
— Три десятка тварей из Дол Гулдура снова пересекли нашу границу и напали на небольшой отряд. К сожалению, необходимо ваше присутствие для отдачи приказа. Раньше этим занимались Тауриэль или ваш сын, но сейчас…
Упоминание о Леголасе возымело свой эффект: не желая обнажать эмоции, лесной король поднялся с трона и стал спускаться вниз.
— Отнесите в мои покои, — скомандовал он, передавая ларец другому охраннику.
Что было дальше, Кили уже не слышал и не видел, так как, ведомый небольшим конвоем, поспешно направлялся в сторону выхода из королевства, надежно обосновавшегося в Сумеречном лесу.
И снова теснина Лесной раскинулась перед глазами, снова припорошенная снегом листва шуршала свою зимнюю песню, снова опасные камни грозили неосторожностью, но уже совсем скоро привычное шипение реки разбавилось недовольным фырканьем и нервным постукиванием копыт о мерзлую землю.
— Заждался, дружище? — потрепав барана по светлой шерсти, произнес Кили.
Животное снова фыркнуло, но, почувствовав, что свобода близка и поводья вот-вот покинут ствол дерева, слегка подтолкнуло своего седока могучей головой.
— Эй, эй! — Кили постарался не упасть от такого напора, тут же в ярких ощущениях вспомнив о своем прощальном подарке от орка Болга. — Я спешу, как могу.
Оседлав-таки скакуна, он напоследок обернулся на шумящий в холодных ветрах лес и уже собрался было хлестнуть поводьями, как вдруг помедлил. Рука сама потянулась за пазуху, а через секунду тонкое эльфийское ожерелье шаловливо сверкнуло в мужских ладонях.
— Надеюсь, Трандуил не очень жадный, а то на тебя у меня другие планы…
