No-good

— Твою мать... Бэкхён шокированно рассматривает распечатки на доске почёта и не может поверить собственным глазам. Омега понимал, что рано или поздно тайна станет раскрытой, но уж точно не так скоро. И только прийдя в себя, Бён слышит перешептывания школьников, некоторые даже тычат на него пальцем. Омега ощущает, как лёгкое раздражение щекочет нервы, но мысленно уговаривает себя сдержатся и найти Ифаня, уж тот точно раньше него оказался в школе, он уверен. — Если ты ищешь своего дружка, он в медпункте, — Бён одаривает ухмыляющегося альфу злым взглядом и тот моментально теряется. Победно хмыкнув, Бэкхён уходит в сторону медпункта, надеясь, что друг там. Похоже Бён до того разволновался за альфу, что со всей дури пинает дверь медпункта, а она с грохотом бьётся об стенку, оставляя вмятину, и сыпется штукатурка. От неожиданного прихода Хосок подпрыгивает на месте, чуть не уронив стакан воды, который только собирался передать Ифаню, пока их не напугал омега. Завидев друга, Ву облегченно улыбается и выдыхает слабое: — Бэкки. — Бэкки, уже сколько лет Бэкки, — Бён сам не понимает почему голос дрожит и хочется обнять альфу. Тот выглядит не самым лучшим образом. Как будто у него всю жизнь высосали, причём самым изощрённым путём. Хосок чувствует себя третьим лишним, но уходить он не спешит. Этот омега... Он так сильно напоминает его. Альфа неосознанно хочет потрепать по волосам омегу, но вовремя опомнинается, после ругая себя за такую оплошность. Да, он похож, но это не он. Да и вопросы так и крутятся на языке. Кто они друг другу? Маловероятно, что пара, ведь Ифань по альфам, если верить слухам, да и распечаткам. А что если это грязный слух, и у капитана действительно отношения с альфоподобным омегой? — Хосок, знакомься, это Бён Бэкхён, мой друг и одноклассник. А когда омега смотрит в глаза Чону, то мир будто перестаёт существовать. Тоска крепко сжимает внутренние органы, и альфа сдерживает порывы хватать воздух ртом. Такое поведение только напугает Ифаня и Бэкхёна, так что надо сдерживаться. — Чон Хосок, очень приятно, — альфа выдавливает улыбку, игнорируя пульсирующую боль в районе правого предплечья. — Спасибо, что помог Крису, — когда Бён искреннен, то теплота в обращении заставляет сердце таять. Как это умеет только он... Хотя бы на мгновенье. Пожалуйста. Прошу. Побудь им. Я не против лжи. Я так скучаю, что согласен на иллюзии... Идиллию прерывает кашель и все синхронно поворачивают головы в сторону парня, что удобно прислонился плечом к дверному косяку. Чон хмурит брови, завидев одноклассника, а тот только гаденько ухмыляется. — Хосок, тебя директор вызывает, — Юнги переводит взгляд с Чона, на Ифаня и фыркает. — Срочно, староста наш. А когда он сталкивается взглядом с Бэком то теряет дар речи уже второй раз. Значит ему не показалось. Господи, а он-то надеялся, что ему мерещится или ещё что. Они и вправду похожи. Заметив резкие перемены в поведении альфы, Хосок хватает его чуть выше локтя и поклоняется старшим: — Нам надо идти, было очень приятно познакомится с вами, капитан Ву и Бэкхён-хён, — дергает Мина за локоть, тем самым вырывая его из потока мыслей. — Идём, замстароста. Когда дверь за младшими закрывается, Бэк и Крис синхронно вздыхают. — Есть идея, кто это мог тебе так напакостить? — Понятия не имею, — Ву закрывает глаза и расслабляет плечи. — Я же многим не нравлюсь, Бэкки. — Господи, звучим, как крутые парни из фильмов про мафиози, — хихикает омега и вытаскивает смартфон, который только начал вибрировать. — Дуй в медпункт. Наш медпункт, не твой, тормоз!... Ой придурок. Мы ждём тебя. — Что Чонин натворил? — интересуется Ву, заметив тихо посмеющивающегося Бёна. — Ворвался в медпункт во время медосмотра омег, — хмыкает тот. — Ему в лоб запустили пустой баночкой и визжали, что он извращенец. Ифань прыскает в кулак, и заметно расслабляется. Понимание того, что теперь все вокруг знают о его отношениях, мешает нормально соображать. Страшно, безумно страшно. Ведь такие отношения считаются отклонением от социальной нормы, это повлияет на его карьеру, будущее, на всё то, о чём он никогда не задумывался раньше. И Чанёль... А что если эти отношения погубят его надежды на определённое будущее? Что, если у него мечты, карьера, за которую он готов цепляться? Ифань сам себе усмехается. Он так мало знает о Чанёле в действительности, но утверждает, что любит. Разве можно любить, когда толком человека не знаешь? За что полюбил тогда? Неужто, за внешность? — Пиздец, вы видели у входа доску почёта?! — взбудораженно тараторит пришедший Чонин, но поймав уничтожающий взгляд от омеги, заметно поникает. — Оу... Видели, значит. — Как ты догадался? — раздраженного фыркает Бэк. — Теперь что делать? — ловко перевёл тему Ким. — Если знает ваша школа, моя скоро тоже будет в курсе, и так по цепочке и почти все из нашего окружения будут знать. Когда я говорю "нашего окружения", я имею ввиду твоих родителей и брата, хён. Тяжёлый груз заставляет сердце тонуть в страхе. Родители. Тао. Крис даже толком понять не мог, действительно ли он боится реакции своих родителей. Что если Цзытао узнает, что его истинный давно с другим. Да ещё и не абы с кем, а с его младшим братом. Эгоистичная сторона альфы вполне довольна сложившейся ситуацией, теперь Тао не будет надеяться на что-либо с его Чанёлем. Но также альфа понимает, что эта новость может сильно сказаться на здоровье брата. Неужели Тао настолько не нужен родному человеку? Он был таким плохим геге? Нет. Конечно же нет. Цзытао только и делал, что дарил всю свою любовь, а Ифань вел себя, как последний подонок. Неужели Тао заслужил такого брата? Перед кем он тогда провинился? Неужели он виноват в том, что его истинный именно Чанёль? °°° — Я заставил тебя бросить уроки, мне так жаль, — голос у Ву настолько тихий, что сливается с монотонным писком аппаратов. — Но я правда хотел тебя увидеть. По сути, Чанёль должен чувствовать явственно их связь, коей их наградила природа. И Пак, кажется, чувствует. Или нет? Он сам запутался, если честно. Вроде, вот, истинный, он мечтал о нём, даже будучи бетой, мечтал, что у него тоже будет партнёр, созданный природой. Пусть даже если бы они не были бы истинными по канонам, но были бы не менее счастливы. Но сейчас, сидя рядом с увядающим Цзытао, что белее простыней, Чан чувствует лишь тревогу за старшего. — Тао, — несмело начинает Пак, однако его прерывает настойчивое: — Цзы, — омега улыбается слабо. — Ты же меня так ласково называл ЦзыЦзы. — ЦзыЦзы, — Пак сглатывает слюну и повторяет, смотря в удивленные глаза. — ЦзыЦзы. Альфа замолкает. Тревога сменяется на тепло и учащенное сердцебиение, из-за чего пальцы чуть дрожат, а улыбка поневоле расцветает на лице. Чанёль берет робко ладонь истинного в свою и поглаживает костяшки большим пальцем. Запах персика дурманит голову, смешивается с запахом мяты. — Я не люблю сентиментальности, — забавно фыркает Тао. — Но с тобой хочу быть сентиментальным, истеричным, полной противоположностью себе привычному. Ты поверишь, если скажу, что я раньше занимался ушу и дрался с альфами наравне? А то, что я абсолютно неправильная омега, потому что слишком альфа? То, что я совсем не умею убирать, готовить и прочее? То, что рядом со мной любому альфе стыдно бу... — Не говори так, — перебивает его Чан. — Ты чудесный, Тао. В первую очередь ты Ву Цзытао, личность. Потом уже омега. — Я ни к чему не годный омега. — Ты моя омега. Слова сказанные без раздумий порой можно отнести к словам, что хотело сказать сердце. Тао замирает, неверя собственным ушам. Пусть даже Чан и признал их истинность, но он никогда не говорил о принадлежности вслух. Это так... Прекрасно. Понимать, что ты чей-то, что ты нужен, что ты полноценная омега, ничем не отклонившаяся от нормы. Это самое прекрасное чувство на свете, боже. Ты моя омега. Ты моя омега. Ты моя омега. Ифань прислоняется спиной к стенке в мужском сортире и со звоном роняет на кафельный пол пакет с едой, что мама попросила отнести старшему сыну. Ты моя омега. Альфа скатывается вниз по стенке, прижимая ладонь ко рту, лишь бы не издать ни одного подозрительного звука. Дышать трудно, он задыхается, и Крис не совсем уверен, что это от переполнивших чувств. Разве возможно такое чувствовать от эмоций? Ты моя омега В воспоминаниях всплывают те дни, когда Чанёль улыбался Тао и обнимал, вдыхая его запах. Пак обнимал его брата нежно, робко, словно тот вот-вот сломается. Чанёль целовал Цзытао в уголок губ, переплетал их пальцы, и Ву, честно, думал, что это слишком уж наигранно. Такие нежности бывают только в книгах и сериалах, что мало тянут на реальность, поэтому Крис был убеждён, что это игра на публику. Мама рассказывала ему сказки про истинных и что их связь ничем не разрушить. О том, что это счастье встретить своего истинного. Раньше Ифань фыркал на это, потому что не верил. А сейчас… Парень отрывает ладонь от себя и всматривается на кольцо на мизинце. Ифань любит Чанёля. Безумно, сильно, настолько, насколько это вообще возможно. Но иногда надо вовремя расстаться, чтобы сохранить эту любовь.