39.
9 августа 2017 г., 21:19
Я не ненавижу его, я правда не ненавижу его, Потому что из-за него на твоем лице появляется эта ангельская улыбка. EXO – What if
Кёнсу ведёт себя странно. Одноклассники этого не видят, а если и замечают что-то неладное, то списывают на отсутствие Чанёля. Действительно, кто бы не волновался, если бы его лучший друг перенес сложную операцию? До часто спотыкается на ровном месте, от уроков физкультуры у беты какие-то справки, и он часто витает в облаках на уроках. Лухан заботливо интересуется, может его проводить до дома, а то совсем вялый в последнее время. Но Кёнсу на автомате благодарит за предложение, но мягко отказывается и врёт, что его встретит отец. А дома его ждёт вызубренные наизусть фразы на привычные вопросы родителей. И так изо дня в день, постоянная ложь окружающим и себе, что всё в порядке. Кёнсу раньше тошнило от лжи, но теперь его просто тошнит и живот постоянно ноет. Бета обнимает себя за живот и обещает себе, что долгожданный день наступит. Чёрт бы побрал врача Ли внезапно перенести все дела на следующую неделю. Но Кёнсу не жалуется. Он столько дерьма пережил до этого, и такая мизерная преграда его не остановит. Кёнсу машет на прощание Сехуну и Лухану, растянув губы в улыбке. А когда парочка скрывается за поворотом, улыбка тут же исчезает, и привычная боль в желудке заставляет бету схватиться за живот, впиваясь ногтями в кожу. – Кёнсу? Ты в порядке? Бета мысленно стонет от досады и молит всех богов, что ему померещилось. Суджон подбегает почти молниеносно и садится на корточки, чтобы помочь, согнувшемуся от боли, Кёнсу встать. «Вблизи она ещё красивей», – мелькает на секунду в голове До, когда тошнотворные позывы убывают. Суджон судорожно несёт какой-то бред, чтобы отвлечь его от боли, а Кёнсу ещё хуже. Потому что Чон Суджон волнуется за него, обещает, что всё будет хорошо и она так честно пытается ему помочь, хотя по сути они друг другу никто. Потому что Чон Суджон такая дурочка, которая свято верит, что её Чонин отличный парень и не способен на мерзкие поступки. Кёнсу хочет разбить её розовые иллюзии о истинном, растоптать её веру в природную связь и чтобы она наконец утонула в реальности. Но. Кёнсу сжимает её ладонь в своей, пока девушка безуспешно пытается дозвониться до скорой, не переставая повторять, что всё будет в порядке. Он зовёт её по имени раз, два, в итоге не выдерживает и дёргает на себя, что омега неловко наваливается на парня. Суджон моргает, хлопает недлинными ресницами, не понимает, что творится, а Кёнсу произносит совсем тихо: – Не надо. Она не виновата. Она не виновата. Она просто истинная, у неё разве был выбор? Она не виновата. Она не виновата. Она просто пошла на поводу природы и в этом нет её ошибки. Она такая потерянная, такая глупая, что сердце кровью обливается от противоречивых чувств. Живот неприятно ноет, но бета терпит и не сводит взгляда с обескураженной Суджон. В её растрепанных волосах путаются солнечные блики заката, глаза бегают по его лицу, лёгкий румянец выдаёт смущение девушки. И этот запах вишни так кружит голову, что перед глазами мутнеет. Он должен её ненавидеть. Он не может её ненавидеть. Он не хочет её ненавидеть. Потому из-за неё Чонин пытается стать лучше. – Со мной всё в порядке. Ложь даётся ему на этот раз с трудом, оставляя горьковатый привкус на языке. Суджон знает это, улыбается неправдоподобно и делает вид, что верит. Иногда для глупой девушки, она слишком многое понимает без слов. Кёнсу мысленно благодарит её за то, что подыграла, и обещает, что больше не потревожит их. И, как иронично, сегодня у него запланированный поход к врачу. Один поход и все эти последствия исчезнут и перестанут тревожить его. Один поход и он освободится от прошлого и сможет идти дальше. Один поход и после, он отпустит того, кто ему не нужен.~~~
– Я не могу сказать, что я безумно рад видеть тебя, – признаётся Тао, морщась от боли в груди. – Ведь из-за тебя у меня теперь огромный и страшный шрам. Прошло от силы две недели с операции, а Тао до сих пор не понимает, почему отголоски истинности до сих пор дают о себе знать. Зато все эти две недели его чуть ли не каждый день навещал Бэкхён, который оказался таким нужным и необходимым. Может дело в истинности, что он так отчаянно цепляется за малознакомого парня, может дело в одном горе, но Цзытао знает точно – без Бэкхёна он не может идти дальше. Кто знает, сколько продлится эта зависимость – неделя, месяц, год, два. А вдруг это надолго? Тао усмехается своим собственным мыслям – как можно так надеяться на человека, которого знаешь совсем мало? Это ловушка и время покажет настоящие краски. Но Тао надеется, что Бэкхён окажется исключением. Дальнейшие действия незваного гостя заставляют Тао раскрыть рот от изумления и попытаться встать с койки, нервно говоря: – Эй, ну, ты чего? Ты не воспринимай это всё так серь… – Геге, прошу, прости меня за мой эгоизм. Коленки начинают мёрзнуть, но Ифань не встаёт и сжимает в руках ткань школьных брюк, стыдливо не поднимая взгляда с пола. Тао шипит про то, что пол холодный и что грязный, но младший Ву упрямо сидит на коленях и наклоняется, почти соприкасаясь лбом об пол и тихо молвит: – Прости меня, тебе пришлось столько перенести. Всё из-за меня. Только из-за меня. Здесь нет вины Чанёля, это всё я. При упоминании имени~~~
Исин по привычке приходит пораньше на ту самую остановку, в надежде встретить того парня. Прошло больше двух недель с их первой и последней встречи, но Чжан не опускает руки. Такие, как тот парень появляются один раз и западают на целую вечность. И даже не страшно, если ничто не сложится или если ничто не начнётся, ему плевать. Ему без разницы. Ему бы увидеть красивую улыбку на лице того грустного парня. Бета прижимает к груди папку А3 с эскизами, потому что папку одолжил вечно забывчивому Сехуну, который в последнее время буквально в облаках витает. В последнее время альфа стал каким-то тихим и слишком трогательным по отношению к Лухану. Не поймите неправильно, он и до этого относился к омеге, словно с хрупкой драгоценностью, однако теперь дошло вплоть до того, что Се ни при каких обстоятельствах не спорил, не высказывал свою неприязнь к знакомым альфам Лухана, даже перестал крыть омегу своим запахом, чтобы другие ясно понимали, что он занят. И если Хань облегченно вздыхает, что его альфа перестал ревновать к каждому столбу, то Исина это, мягко говоря, напрягает. Потому что сколько он помнит альфу, тот всегда относился собственнически даже к неодушевлённым предметам, что уж говорить об истинном. Кстати, Лухан обещал ему на днях, что закончил с его рекомендательным письмом для университета Британской Колумбии, надо бы забрать наконец. Учителя пообещали бете, что помогут ему зачислиться в университет, потому что у него огромный потенциал и он способный ученик, на что Исин часто заливался краской от количества комплиментов. Бета считает себя счастливчиком, потому что его окружают доброжелательные люди, готовые ему помочь или просто поддержать его, даже мама не стала исключением, хоть она и таит в глубине души страх, что её единственный сын не усвоится в Ванкувере. У него все шансы, но всё равно тоска охватывает парня, стоит ему оглядеть старую остановку, где чувство влюблённости обняло его в первый раз. Скорей всего, не стоит надеяться и ждать у моря погоды, но сегодня ветер такой прохладный с нотками влаги и листья кружат под ногами, что Исин не может перестать надеяться. Исин привык верить в чудеса.~~~
– Да кончай ты истерить! – Что за хмырь был с тобой, я тебя спрашиваю?! – К твоему сведению он нас с тобой намного младше. – Не пудри мне мозги. – Слушай, чем тебе Марк не понравился? – Значит то, что ты на нём повис и ржал, меня должно радовать?! Словесная перепалка между омегой и альфой длится уже добрые двадцать минут в кафе и никто не решается заткнуть пару. То ли напрягает омега, что схватился за нож для масла и агрессивно намазывал джем на тост, то ли альфа пугает, одни вздутые венки на шее чего стоят. Для этого кафе Минсок и Чондэ стали регулярными утренними гостями, и поэтому все официанты с интересом рассматривали очередную сценку между парой, удобно устроившись у барной стойки. – Ты чего развёл драму? – ухмыляется Минсок, откусывая тоста с джемом, и продолжает с набитым ртом. – Фам фе не прифнаёфь ифтиннофть! – Ты плюешься, – Чондэ морщит нос и подаёт омеге салфетку. Чен давит в себе желание сказать, что с набитыми щеками омега выглядит, как милый бурундук, потому что он всё ещё зол на него. Какому альфе понравится, как его истинный вешается на каком-то сосунке? Да ещё и такой дохлый, и запах у него посредственный, чем он так привлёк внимание Минсока? У них странные отношения. Хорошие ночи вместе, никаких претензий на дальнейшее будущее и иногда могут проскользнуть ревнивые нотки. Однако сам Минсок говорит, что не собирается утопать в истинности и всей этой мути, у него большие планы на будущее, как и у Чондэ, на чём они договорились не доставать друг друга отношениями. В этот момент Ким был безмерно рад, что из всех омег ему в истинные достался Минсок, потому что он понимает его. Любая другая омега бы доставала его с свиданиями, подарками, встречами с друзьями, чтобы похвастаться наличием истинного и прочим, отчего у Чондэ аллергия на отношения. Минсок другой. Он вместе с ним обсуждает вон ту симпатичную омегу, не любит телячьи нежности и прелюдии перед сексом, не жалуется на неромантические посиделки с пивом перед телевизором, где идёт футбол, вытаскивает его на прогулки по ночному городу, может пофлиртовать с чужими альфами у него на глазах, абсолютно ничего не вызывая. Последнее можно вычеркнуть. Потому что теперь, видя омегу с другим альфой, у Чондэ кипит внутри и хочется убивать. – Ты ведёшь себя иррационально, – усмехается Минсок, словив настроение альфы. – Рано или поздно эти наши «свободные отношения» потерпели бы крах. – С чего бы это? – криво улыбается Чен и отпивает горький кофе, не сводя взгляда с хитрых лисьих глаз Минсока. – Потому что в мире столько достойных альф, к твоему сведению, – улыбается омега, склонив голову набок. – А я не из тех, кто идёт на поводу истинности. Вернее, перестал быть таким. Тот глупый Минсок выплакал все слёзы и похоронил то трепетное, что чувствовал к тебе. В сознание всплывает тот Минсок – с пухлыми щёчками и робостью в голосе, стоило ему заговорить с ним. Как может человек так сильно измениться? – Значит, будешь ошиваться с тем молокососом? – скалиться альфа, сцепив пальцы в замок. – Может быть, – пожимает плечами Ким. – Хотя, на днях меня познакомили с одним парнем, – Чондэ слышит треск чашки, с которой пил кофе. – И запах такой терпкий, голова аж кружится. Чашка разбивается в кулаке альфы, но сейчас его это мало волнует. – Мне нужен священник! – неожиданно для всех орёт на всё заведение Чондэ. Хренеют посетители, хренеют официанты, хренеет Минсок, но больше всех хренеет сам Чондэ от мыслей вслух. – А мне нужен отдых хотя бы на один день! – в ту секунду отвечают ему, а далее слышится шипение, мол, заткнись. Однако Ким сразу заметил, кто ему ответил и буквально подскакивает к священнику, что поспешно запихивал небольшую Библию в деловую сумку. Его собеседник, завидев Чена, жестоко фейспалмит и ноет: – Блять, – мужчина с длинными волосами устало проводит ладонями по лицу. – Уйди, я с утра слышу вашу перепалку, – а потом обращается к священнику. – Шивон, вот кто, блять, тебя за язык тянул?! – Хичоль, не сквернословь, – мягко просит Шивон, пытаясь задобрить друга. – Я тебя засквернословлю, священник хренов, – огрызается тот и оборачивается к Чондэ. – Пользуйся этим конём, пока я добрый. Шивон вслушивается в шёпот Чондэ и чему-то согласно кивает, и от этого Минсоку становится ещё хуже. Потому что после Чен вытаскивает цепочку из рубашки и отстегивает её, чтобы вытащить красивое кольцо. Минсок всегда знал, что когда Чондэ в ярости, то он начинает творить неведомую хрень. Но чтобы такое. – Мы собрались здесь, чтобы связать узами брака эти два любящих сердца. Дышать становится нечем, воздуха катастрофически мало. Минсок беспомощно озирается вокруг, не понимая сложившуюся ситуацию. Когда он умудрился проморгать момент, где он стоит посреди посредственного кафе в окружении совершенных незнакомцев, держа за руки Чондэ и с рядом стоящим усатым мужиком, который слабо тянул на священнослужителя? Это в какую он комедию вляпался? Перед глазами начинает плыть и Минсок смаргивает ненужные слёзы. Тепло разливается по телу под гулко стучащее сердце, а омега не может отвести глаз с альфы. Чондэ крепче сжимает его ладони, поддерживающее, и Минсок понимает, что это не шутки, что альфа как никогда серьёзен. Неужели Чондэ готов переступить через свои принципы? – Я спрашиваю тебя, – Шивон запинается и тихо спрашивает. – Молодой человек, как вас зовут? – Придурок, – отвечает за того Минсок и улыбается, еле сдерживая внутреннюю бурю эмоций. – Мы несовершеннолетние, какой брак? Воцаряется молчание, если исключить тихие всхлипы омеги. – Блять, Шивон, идём отсюда, ты не квалифицирован заключать браки. А кольцо Минсок себе оставил. Теперь надо дождаться совершеннолетия. Всё-таки отлично он знает своего альфу, правда на такое скорое предложение он не рассчитывал. А Чондэ не обязательно знать, что он вновь попал в ловушку Минсока. Разве что, лет через десять, когда дети повзрослеют, и он будет убеждён, что безумно любит омегу.~~~
– Чонин-а, – раздаётся взволнованный голос из смартфона. Чонин заинтересованно бегло просматривает звонящего и убеждается, что ему не показалось. Парень давно уже дома, сестры готовят ужин, а мама как всегда задерживается на работе. – Дядя Рёук, что-то произошло? У вас голос дрожит, – отвечает Ким, ощущая нарастающую тревогу. Чонин выскакивает из квартиры под крики сестёр, зовущих его обратно и поесть, но это альфу абсолютно не волнует. Его трясёт, он почти срывается на снующих туда-сюда людей, что раздражают своим спокойствием. Альфа держит себя в руках, мысленно молит водителя, чтобы он прибавил газу, чтобы не стоял на остановках по пять вечных минут, и в итоге сам не выдерживает и слезает с одной из остановок и мчится к нужному месту. «Чонин, это странно, но спустя столько времени твой запах так и не выветрился. Будто в кожу въелся, понимаешь?» Альфа дышит урывками, несётся на дрожащих ногах. «Есть ещё один способ, чтобы запах въелся. Если эта омега или бета… Ну…» Он спотыкается несколько раз, порвав ткань на коленках, но всё равно бежит. «Чонин, поговори с Кёнсу» Он одет в школьные брюки, домашнюю майку и какие-то ботинки, и весь его вид так нелеп, но ему плевать, особенно, когда оказывается у входа в роддом. Кёнсу сидит на скамейке у здания и смотрит в пустоту, теребя в руках рюкзак. До чувствует запах Чонина и резко поднимает голову, сталкиваясь взглядами с ним. – Кёнсу, – губами произносит Ким. Чонин срывается с места и моментально прижимает к себе бледного бету. Кёнсу не сопротивляется, даже напротив, он обнимает парня в ответ и не выдерживает. Майка альфы намокает, как и открытое плечо, Чонин на это не обращает внимания и стискивает объятия. И с ужасом понимает, что на Кёнсу нет его запаха.
Примечания:
/вот что происходит, когда меня лишают варенья/
