No-good

– Н-нуна! – несмело позвал взрослую омегу раскрасневшийся альфа лет шести. Та перестала разговаривать с другом-омегой и, кивнув ему, торопливым шагом, насколько это было возможно на каблуках, направилась к насупившемуся мальчику. Девушка была высокого роста для своего возраста, с большими темными глазами, широкой улыбкой и длинными каштановыми волосами. Невероятно красивая особа. – Что случилось, малыш? – мягко спросила омега, присев на корточки перед маленьким альфой. – Почему ты не с братом? – Я хотел тебя встретить, – мрачно буркнул тот. – А кто это там был? – Кто? – девушка обернулась и, увидев машущего им омегу-друга, засмеялась. – Это мой друг. – Он мне не нравится, – видно было, что мальчик обиделся такой беспечности девушки. – Мой альфа оказывается такой ревнивый, – надула губы омега, встала и протянула мальчику руку. – Пойдём, проводишь меня. Прохожие ничуть не удивились при виде высокой омеги в форме старшей школы «Minsong» ходящей под ручку с низкорослым альфой в форме начальной школы «HongLu», который с довольной улыбкой что-то увлеченно рассказывал. Многих умиляла эта картина. Иногда даже в шутку спрашивали когда свадьба намечается, на что альфа пыхтел «как только стану достойным для нуны!». Уже стоя у дома мальчика, омега потрепала его по волосам и улыбнулась: – Больше не убегай так далеко. А то твой хён сильно испугается, если тебя потеряет… – Нуна, – перебил её альфа и опустил голову, нервно перебирая пальцами. Девушка легко улыбнулась, села перед ним и спросила: – Что случилось? Опять что-то натворил? – Нет, – мотнул головой он и неловко взял омегу за руку. Сердцебиение альфы участилось в разы и поэтому было видно, как сильно он покраснел. – Нуна, – он сжал длинные тонкие пальцы девушки. – Хён сказал, что ты переедешь. – Малыш, – она прикоснулась к его щеке. – Обещай, что ты вырастешь красивым и сильным альфой. – И тогда мы точно будем вместе? – с надеждой пролепетал он, подняв голову. – Да. Только ты обещай, что в следующий раз, когда мы встретимся, ты будешь выше меня на голову, таким же милым и очень-очень сильным, чтобы мне было нестрашно. Обещаешь?

~~~

– Блять, что я здесь делаю?! Юра недовольно поморщилась от внезапного шума и гама в комнате братишки. Часы упорно показывали шесть часов и десять минут, и девушке от этого хотелось повеситься. Желательно предварительно убив Чанёля и его шумного друга. – Нуна, спасай! – стоило младшему брату пискнуть, как Юра, наплевав на сон, побежала на помощь. В комнате царил настоящий кавардак. Больше, чем обычно. И плюс картину заметно скрашивал запыхавшийся незнакомый альфа, завёрнутый в одеяло и забитый в угол комнаты, при этом что-то яро кричавший на китайском. Чанёль же сидел на диване, потирая затылок, на котором появлялась хорошо заметная шишка. – Одноклассник, говоришь? – хмыкнула сестра и присела рядом с братом. – Он просто вспыльчивый, оказывается, – пробормотал Чан. – Я не вспыльчивый! Это ты странный! – Крис не намеревался подходить к бете. Когда до альфы дошло, что в комнате не они одни, он поклонился на девяносто градусов и проговорил: – Простите за шум, госпожа… – Пак Юра, – девушка встала со своего места и подошла к нему, едва заметно улыбаясь. Выполнил обещание? И тут Ифаня будто током прошибло. Пак Юра. Почему это звучит так знакомо? – Мы не знакомы? Чанёль нахмурился. Не нравилось ему, что эта недобашня стала такой покладистой при виде его сестры. Его омеги-сестры. Пак встал с дивана и подошёл к парочке. – Это моя нуна, – несколько ревниво заявил Чан, приобняв сестру за плечи. Может со стороны это прозвучало немного по-детски, но, да ну вас к чёрту, это его сестра. Пусть даже Юра и любит иногда мозг выносить ему и подкалывать, в какой-то степени заменяя немого Кёнсу, это его сестра. – Айгу, – девушка закатила глаза и чуть надула губы. – У меня оказывается такой ревнивый брат. «Мой альфа оказывается такой ревнивый» – Тебя как зовут? И ты прости моего оболтуса-брата, если он тебя напугал, – девушка подправила короткие волосы и подмигнула. – Эй, не заигрывай с ним! Он мой ровесник, нуна! – Ву Ифань, – еле вымолвил альфа, почему-то заливаясь краской. Чан проследил за траекторией взгляда китайца и заорал на него: – Ты куда уставился, альфа хренов?! – Н-никуда! – встрепенулся тот. – Ты не смотри так на мою сестру, понял?! – Никак я на неё не смотрел! – Охотно верю! Знаю я, о чём думают альфы! – Да? И о чём же?! Юра вздохнула и отошла от разбушевавшихся парней в кухню. «Обещаешь?» Девушка старалась подавить улыбку. До чего же судьба забавна. Маленький, хмурый альфа превратился в высокого, очаровательного самца с умопомрачительным запахом. Поставив чайник на плиту, она принялась за готовку для ребят и себя под крики парней в комнате братишки. – Значит, я тебя пожалел, а ты тут не растерялся и позарился на мою сестру! – рычал Чанёль, держа альфу за плечи и прижимая к стене. – Да ни на кого я не позарился! – оправдывался тот, всё ещё краснея и пытаясь оттолкнуть разъяренного бету. – И ты так на каждую омегу кидаешься? – хмыкнул он. – Не кидался я, чёрт возьми! Альфа не мог унять учащенное сердцебиение, потому что горячее открытое тело беты прижималось к нему, а он был только в трусах, чтоб вы знали. И запах мяты творил что-то неведомое с ним. Что с этим альфой такое? Какой-то чрезмерно ревнивый. Стоп. А кого к кому он ревновал-то? – Чанёль, – Крис перестал сопротивляться и даже притих. – Что? Пак, мягко и культурно говоря, удивился, когда оказался прижатым к стене, как Ифань секунду назад. И какого-то чёрта не вовремя от него исходила вся эта альфачья аура и серьёзный взгляд с нахмуренными бровями вызывал дрожь в коленках. Что за магия вуду?! – Неужели ты, – Крис наклонился к бете и шепнул. – Ревнуешь? – Э-эй! Ты что творишь?! Я бета, придурок! – И? – Ифань прикусил губу и игриво взглянул на парня. – Что значит «и»?! Твоя омега Тао, или как там его, тебя скорей всего ждёт! – язык завидно не заплетался, хотя он был уверен, что скоро начнет заикаться. – У меня нет омеги, – Крис склонил голову набок и чуть приблизил лицо к бете. – Прошу, не ревнуй. – Не ревную я! – буквально пищал тот, уже шумно дыша, словно воздух кончался в этой комнате. – Не дразни меня, малыш. Нельзя дразнить альфу. – Фигасе… Кёнсу, давай тоже встанем как они? Ай! Крис лениво повернул голову и увидел у порога комнаты Чонина, потиравшего плечо, и злого Кёнсу, который многозначительно провел большим пальцем поперек шеи. Ифань не знал почему, но он боялся мелкого и щуплого Кёнсу больше двухметрового широкоплечего Чанёля, и поэтому нехотя отошёл от прижатого беты. Чан тут же подбежал к Кёну и обнял его, тараторя что-то про альфу. Чем больше говорил Чанёль, тем злей по внешнему виду становился До. Не дав другу закончить, Кён отошёл от Пака и направился к бледнеющему альфе, при этом хрустя пальцами. – Фань, беги! – запоздало крикнул Чонин. Когда Юра зашла в комнату, чтобы позвать всех ребят за стол, то застала весьма комичную картину. Крис, сжимающий длинные пальцы у переносицы что-то шипел на китайском языке вперемешку с английским, стоя позади Кая, который пытался защитить друга от злого Кёнсу, не слушавшего уговоры Чанёля. – Кёнсу-я, милый, мне страшно подумать, что будет с нами, если мы начнём встречаться, – млел альфа, сдерживая нехилые удары беты. – «Ты совсем заебался жить?! Какое нахер «встречаться»?!» – жестикулировал Су. – Кёнсу! Следи за своей речью! – запричитала Юра. – «А что вы предлагаете?! До этого идиота всё не доходит, что я не собираюсь с ним иметь никакие дела!» – О таких настырных альфах мечтает каждая омега, – буркнула та. – «Ага, настырных! Вон, этот полез к Чанёлю с поцелуями!», – потом уже обращаясь к Чану. – «Кто это вообще? И почему он в таком виде в твоей комнате?» – Это Ву Ифань, – вместо брата ответила Юра. – И это мой альфа. Крис резко перестал ныть о боли и перевёл взгляд на довольную Юру, приоткрыв рот. – Что?! – в унисон крикнули Чанёль и Кай, а Кёнсу просто раскрыл рот от удивления. Не обращая внимания на возгласы остальных, Фань шагал к Юре, неверяще уставившись на неё, словно она не существовала или была просто плодом его воображения. В голове стали всплывать моменты из детства, где он гулял со взрослой омегой под палящим солнцем, а она просто улыбалась ему. Как он рвал цветы с клумб парка и спешил к её школе, чтобы её встретить. Как она причитала его и еле сдерживала слёзы, когда не могла найти его, а он просто слишком сильно приревновал её и убежал прочь. – Н-Нуна? – Крис покраснел и голос охрип. – Ю-нуна? – Фань-Фань, – Юра крепко обняла парня. Парень робко обнял её в ответ, мысленно разбираясь в воцарившимся кавардаке, что творился в его обесцвеченной башке. Кёнсу хлопал глазками и перевёл взгляд на шокированного Кая. Тот на немой вопрос пожал плечами. Потом заметил хмурого Чанёля. Обычно Чан блевал радугой и вообще посылал позитив всем и вся и ничуть не ревновал сестру ни к кому. Так что за чертовщина сейчас происходит? Между тем, Юра упорно прятала улыбку, кусая нижнюю губу и утыкаясь в грудь высокому альфе. У неё были свои неосуществленные планы. – Он любит тебя, – вздохнул Тао, не отрывая глаз от младшего брата. – Нельзя быть такой жестокой. – Он мал, – хмыкнула Юра, отпивая из жестяной баночки. В парке людей не так уж много, прохладно и вообще это отличное место для прогулки после уроков. Цзытао успел раз сто переволноваться за Криса, пока тот беспечно играл в баскетбол с другими альфами. Юра видела напряженного друга и тихо посмеивалась над его опекой. – Он мал, ты разобьёшь ему сердце и он возненавидит тебя, – проворчал парень, не глядя на подругу. – Я не теряю надежды свести его с Чанни, – засмеялась та. – Забавно же. Я безуспешно подкатываю к тебе, а в будущем твой мелкий будет за моим бегать. – Извращенка, – закатил глаза тот. – Они же альфы. – Любовь не знает границ. – Меня в эту любовь только не втягивай, женщина. Юра не любила Тао. Никогда не любила. Но она любила отшучиваться, что их братьев-альф ждёт красочное будущее. А Цзытао обиженно пыхтел и тыкал омегу в бок, ворча, что у них появятся истинные и даже она не встанет против природы. Но попробовать стоит?