No-good

Утро обычно всегда однообразное. Ты просыпаешься, трёшь глаза, смотришь на время, смиряешься со своей участью и плетешься в ванную комнату под крики мамы о том, что ты опоздаешь в школу. Так было и с Кёнсу. Он проснулся, потёр глаза, только посмотреть время на сотовом помешал ворвавшийся в комнату взбудораженный отец. Обычно мужчина спокоен, как удав и танк в одном флаконе, и видеть его таким действительно странно. – Кёнсу, к тебе пришёл какой-то мальчик, – сдержанно говорит отец и строго добавляет. – Альфа. Бета почему-то краснеет, ибо взгляд отца весьма красноречивый. Прямо так и кричит «Что за альфа припёрся к тебе, сынок?» вперемешку с «Пока ты будешь умываться, я его вышвырну за дверь, не сомневайся». – «Скажи, что я спущусь скоро», – жестами отвечает Кёнсу, вскакивая с просторной кровати. У него привычка спать звёздочкой, занимая всю кровать, в отличие от спящего на узком диване Чанёле. – Сынок, а он знает? – вдогонку спрашивает отец, заставляя Кёна остановится у двери ванной комнаты. Тот прикусывает нижнюю губу и чуть качает головой. Никогда он не расскажет. Никому. Ни за что. Парень заходит в комнату под тяжёлый вздох родителя. Прости, пап, что я такой проблемный. На кухне вовсю хлопотала мама Кёнсу, иногда стараясь подавить широкую улыбку на лице и не засматриваться на нежданного гостя. Ибо гость невероятно красивый, притягательный и будь она чуть моложе, то… Эх, жаль, что она замужем. Словно услышав мысли жены, в комнату заходит хмурый альфа и садится напротив незваного гостя. Парень заметно напрягается, но не отводит взгляда, потому что не по правилам альфы это. – С какой целью пришёл к Кёнсу? – прямиком интересуется отец. – Вместе пойти с ним в школу… Мы временно учимся в одном классе, – чуть улыбается юноша. – У тебя запах чистый. Странно, что у такого альфы нет омеги, – усмехается мужчина, игнорируя ощутимый тычок от жены. – Не встретил пока свою омегу, – глухо так смеётся в ответ и треплет собственные волосы. – Ты альфа и возраст такой у тебя, – старший альфа окидывает парня взглядом. – Я дико сомневаюсь, что у тебя не было омеги в целом. – Дорогой! – Что?! Кёнсу застывает у порога в школьной форме и с рюкзаком на плече. Не сказать, что он в шоке, он скорей приятно удивлён и даже скромно улыбается. – О, Кёнсу-я, доброе утро, – широко лыбится Чен, пока родители беты между собой спорят.

~~~

– Ифань, не медли, я не выдержу! Крис ухмыляется стонущему Чанёлю и ускоряет темп, буквально вдалбливаясь в его тело. Ноги по-блядски раздвинуты и обвивают талию альфы, не желая отпускать. Ву улыбается мыслям, что всё к этому и шло, что Пак, по его прогнозам, сам прибежит к нему. Комната Чана благоухает запахом мяты вперемешку с мелиссой. – Ф-Фань, – голос Чанёля дрожит, а ладони судорожно шарят по исцарапанной спине альфы. Криса совсем не заботит, что возможно всё это слышит Юра, и что будет с ним и Чанёлем после этой ночи… – Ч-Чёрт! – вскрикивает Пак, выгибаясь в спине. Крис раскрывает глаза и до него начинает доходить, что секс с податливым Чанёлем – всего лишь сон. Зато какой! Стоп. Ему снилось как он трахает бету? Что, блять?! Омег на планете мало, что ли? И даже нет стопроцентной гарантии, что Чанёль бета, раз уж от него исходит мятный аромат. Почему во сне всё намного проще и не особо задумываешься о последствиях? Пока альфа закидывает себя бесконечными вопросами, Пак спокойно сопит в обе дырочки, прижавшись к нему. Ёб твою душу, что тут Чан-то делает?! Воспоминания идут обрывками. Вот он с Чаном несутся по спортзалу, гоняя баскетбольный мяч. Помнит, как все психанули их ждать и ушли, оставив их двоих. Вроде припоминает, как украдкой подглядывал за закрытыми ресницами полуголого Чанёля, прикинувшись спящим… И Крис бы так и продолжал искать ответы, пока не слышит трель собственной сотки, доносящийся с письменного стола. Кое-как встав и не разбудив Чана, альфа спешит ответить на звонок. На экране высвечивается «Истеричка», и парень слегка удивлён, потому что Бекхён никогда до этого не звонил ему по утрам. – Алл… – Крис моментально затыкается, услышав громкие стоны омеги. – Крис, я заебался, – кричит тот. – Блять, если ты или Кай меня мне не поможете, я сам к вам припрусь! – Бек, у тебя течка, спокойней, – кашляет Крис и старается сдержанней отвечать. – Ты даже не представляешь, как сильно мне нужен альфа! – стонет друг. – Я психану и пойду в бар! – Иди нахуй! – С радостью на твой. – Блять, Бек, не парь мозги. Выпей таблетки и жди окончания течки. Она у тебя три дня где-то длится. – Но я не смогу столько терпеть! Ифань сбрасывает, не в силах больше слышать соблазнительные предложения и стоны омеги. Да, он его друг, но при этом омега. Против природы никак не попрешь. Чанёль просыпается от шума воды в ванной. Посмотрев на время, бета убедился, что это не сестра, а значит это Крис. Ну, ладно, ничего страшного в альфе же нет, верно? Ву стоит спиной к входной двери в душевой кабинке. Холодную воду парень врубил на полную мощь, тело горело и сказывалось долгое отсутствие секса. Раз уж омеги под боком нет, всегда в помощь рука. Парень тихо рычит, поддаваясь собственной фантазии. И не важно что именно она подкидывала – будь, то заикающаяся омега с параллельного класса, будь то тот же самый Бек… По крайней мере так казалось самому Ифаню. На самом-то деле он давно представляет как вжимает Чанёля к стенке в спортзале, вслушиваясь в скуления беты. – Чанёль, – тихо хрипит альфа, ускоряя темп движения руки по возбужденному члену. Пак стоит за приоткрытой дверью и понимает, что начинает жутко краснеть, вплоть до кончиков ушей. Однако двинуться хоть на миллиметр парень не может. Ноги будто срослись с полом, а руки заледенели. Стоять заставил запах мелиссы, который почему-то усилился в разы и проникает в самые лёгкие. Шум воды прекратился. Чанёль всё так же стоит. Щелчок двери. Чанёль не сдвигается с места. Скрип пола…

~~~

Чонин еле перебирает ногами и направляется в сторону учебного заведения. С чего-то вдруг парень захотел дойти до школы пешком. Думал, что так мысли соберутся в единое целое. Его в последнее время мучают несколько вопросов, на которые он не может дать однозначного ответа. До Кёнсу. Что он испытывает к этому парню? Изначально альфе было интересно почему бета игнорирует его, не замечает и вообще не проявляет никакие знаки внимания. Просто любопытство, честно. А потом он начал засматриваться на него с эстетической точки зрения. Не смазливый и это радует. Почему-то эталоном красоты либо чрезмерно женственно-смазливенький омега, либо слишком брутально-ветренный альфа. А вот Кёнсу – золотая середина. Ну, да, он же бета. Бета как-то особо не парятся об имидже, хотя это уже зависит от самого человека. Кёнсу интересная личность и Чонину хотелось с ним подружится, узнать его сущность, чем он дышит и как он смотрит на мир. Пока он не понял, что бета привлекает его не только как личность. И чем больше времени летело, тем больше интересовало тело До, нежели, чем его сущность. И что теперь? Вроде на этой стадии альфа и застрял. Тогда почему ему неприятно было, когда Кёнсу согласился на свидание с тем Чондэ, которого он знать не знает? И кто просил его извиняться за отвратительное поведение в раздевалке? Почему так? – Вот, честно, Кёнсу-я, я испугался, что твой отец меня на мясо порубит, пока ты одевался! – заливисто смеётся кто-то за поворотом к воротам школы. Ким резко останавливается. – Ну, он спрашивал с какими намерениями я к тебе пришёл, – задумчиво отвечал альфа. – Почему у меня нет омеги… Ты такой милый, когда краснеешь! Чонин делает глубокий вдох и выдох и разворачивается в противоположную сторону. На душе погано, будто туда кинули непотушенную сигарету и от неё исходит едкий дым, постепенно заражая внутренности. Хочется бежать. Хоть куда, хоть к кому, главное, чтобы отсюда подальше. Домой он точно не сможет вернуться. К Ифаню не хотелось да и загружать своими проблемами друга не хотелось. Парень идёт быстрым шагом, не зная куда ноги приведут. Хотя в голове уже давно есть маршрут. Даже за дверью источает запахом пряностей и корицы, и Чонин почему-то уверен, что сделал верный выбор. Он несдержанно стучится в дверь, матеря её хозяина. И у порога он. С растрепанными волосами, пухлыми губами, ярким румянцем, чуть дрожащим телом на слабых ногах. Он хмурит брови при виде внезапного гостя и хрипит: – Кай, вали отсюда, пока таблетки не перестали действовать. Вопреки возмущениям, Ким нагло заходит в квартиру и закрывает за собой дверь на замок. – Тебе нужен альфа, а мне надо отвлечься, – прямо говорит альфа. – Тем более ты мне должен за вчерашнее. Это я Лу-хёна уговорил. – Мы будем жалеть об этом, – омега опускает ресницы. – Мы можем привыкнуть друг к другу, понимаешь? Тем более, ты кое-чего не знаешь. – Ты тоже кое-что обо мне не знаешь, – хмыкает тот и подходит ближе. – Но это не мешает мне с ума сходить с твоего запаха, хён. – Сучёныш, – шипят ему в губы. – Знаешь, как добиться своего. Кай хмыкает комплименту и накрывает дрожащие губы своими. Ему тут же рьяно отвечают, даже стонут и прижимаются к его телу. И плевать, что будет потом.