Аукцион девственности

Уже больше недели Рикки не находил себе места. Он не мог поверить, что согласился расстаться со своей свободой — принял предложение Брайана. Это было немыслимо. Высшее общество, приём и он, Рикки? Но слова Филиппа задели что-то в нём, заставив посмотреть по-иному на ситуацию. Если задуматься, то друг прав. Брайан был идеальным: красивый, умный, понимающий, добрый и далее по списку. Излишне любил контролировать и иногда демонстрировать, кто у нас тут альфа, но это пустяк. Его действительно любили — Рикки это понимал. Немыслимо, невероятно, но как-то так вышло. Оказывается, и в реальности может произойти что-то сказочное. Хотя, в то же время, абсолютным счастьем не пахло и в помине. Генри Ламберг всё так же не приходил в себя, и мало было надежды на внезапное пробуждение мужчины. Но его сын верил в лучшее. Особенно теперь, когда оказался счастливцем, чья сказка не стала тыквой с двенадцатым ударом часов, а совсем даже наоборот. Внезапно она превратилась в реальность. Вздохнув, Рикки покосился на дорогой фрак, что вместе с вешалкой лежал на постели. В огромной спальне, в которой они с Брайаном вместе проводили большую часть времени дома, он был сейчас один. Его альфа вместе со своими братьями и отцом готовился к приёму в честь летнего сезона и итогов зимы-осени в бизнес-плане. Приглашения, проверка фуршета, помещений и всего прочего — это же ужасно! Рикки с содроганием представлял себе, каких усилий стоила Брайану подготовка. Где-то внутри за него котом урчала гордость. Уже скоро. Совсем скоро. Войдя с фраком в гардеробную, омега вгляделся в своё отражение в одном из зеркал. Растерянный, смущённый — да что Брайан с ним сделал? Вся уверенность в себе меркла рядом с таким альфой. Потому-то Рикки и не хотел терять последнюю ниточку своей самостоятельности, не желая сковывать себя узами брака. Но за сказку нужно платить по счетам. Может, брак и погружение в высшее общество ещё низкая плата за это счастье.

***

Шофер остановил автомобиль. Рикки знобило. Когда дверцу машины открыл один из встречающих гостей работников отеля, кровь отхлынула от его щёк. На красную ковровую дорожку он встал не совсем уверенно. Глаза заслепило от ярких вспышек сотен камер. И как только его занесло сюда? Проклиная Брайана, Рикки выпрямил спину и, стараясь выглядеть уверенно, быстро зашагал по укрытой красным ковром лестнице, что вела к арендованному для мероприятия зданию отеля. И эти хищники с камерами будут потом запущены в сам отель, когда Брайан собирался сделать ему предложение? Ха! Рикки совсем не радовался этой перспективе, но он сам дал своё согласие. Нырнув через двери в отель, спасаясь от камер, он принялся искать своего жениха, мечтая придушить его. Брайан нашёлся стоящим рядом с каким-то омегой и бетой, обсуждающих что-то с умным видом. Укол ревности был неожиданным. Рикки даже остановился, понимая, что становится собственником — первый звоночек. — Рикки? Иди сюда, я вас познакомлю! — заметив его, Брайан приветливо помахал рукой, обворожительно улыбаясь. Ну как можно на такого злиться? Рикки вдохнул полной грудью, натягивая улыбку на губы, как перчатки, втайне надеясь, что она не слишком фальшивая. — Как проходит вечер? — подойдя к ним, любезно осведомился он. — Лучше, чем я думал, — рассмеялся Брайан. Рикки невольно подумал, что его альфа похож на солнце — такой же светлый, тёплый и красивый. Пряди были убраны назад; обычно длинная челка не мешалась, а была красиво зачёсана вверх. Глаза сияли так ярко, отзеркаливая яркий свет хрустальных люстр под потолком. На него можно было любоваться вечно. Не удивительно, что он, Рикки, тогда влюбился в лицо, а уж потом, при повторном знакомстве, начал узнавать самого Брайана. — Позволь представить тебе наших партнёров, — альфа повернул Рикки к омеге. — Кайл Тиффани из модельного агентства «Verde & Co». Он известная модель, которая участвует в наших фотосессиях. А справа от него, — нежно обнимая его за талию, Брайан чуть повернул его к бете, — наш спонсор — Тадеуш Карнейл из банка «Intelbank». — Рад знакомству, — стараясь быть приветливым, проворковал Рикки. Он чувствовал себя не в своей тарелке рядом с людьми, о которых даже не слышал — модой и банками никогда не интересовался, а газеты и журналы читал редко. Брайан бросил на него мимолётный взгляд и, кажется, понял, что он испытывает. — Я бы очень хотел поговорить со своим женихом, если вы не против. Если позволите, то мы найдём уютный уголок только для нас двоих. Рикки был как никогда благодарен альфе, так тонко чувствующим его растерянность. Они отошли в сторону. Брайан взял два бокала с красным вином с подноса проходящего мимо официанта. — Волнуешься? — Естественно, — фыркнул омега, принимая бокал из его рук. — Учти, я делаю это только ради тебя. — Я знаю, — Брайан притянул к себе Рикки и нежно поцеловал его в уголок губ. — Потерпи ещё немного, скоро всё закончится. Джек обещал без выкрутасов в нужный момент впустить журналистов. Рикки не сомневался, что скоро всё произойдёт. Вот ни капельки. Вечер-то подходил к концу. Но он сомневался в Джеке Марше — самом непредсказуемом человеке, которого ему «посчастливилось» повстречать за свою жизнь. Вот уж от кого, а от него можно было ожидать чего угодно. Это тебе не Брайан, а самый настоящий психопат.

***

Филипп сидел на коленях у Джека и пытался дотянуться губами до алой ягоды, что тот держал над его головой. Он представлял себе, как наконец-то клубника окажется у него во рту, но альфа считал иначе. — Плохо стараешься. Джек был самым настоящим садистом. Филипп и не мог представить себе раньше, как волею судьбы будет повязан с ним цепями их странных отношений. Альфа просто брал то, что хотел — так он всегда делал. Как было всего неделю назад, когда он просто напоил его снотворным и изнасиловал. Просто потому, что так захотел. Просто потому, что это в его стиле. — Я хочу эту клубнику, — когда у Филиппа затекла шея, он посмотрел на Джека. — Дай её сюда, иначе проснёшься завтра весь в запёкшейся бычьей крови. Альфа лишь усмехнулся, прекрасно зная: омега был на это способен. Филипп был психически неуравновешен, что пришлось ему по вкусу. Джеку нравилось быть с омегой, у которого «не все дома» — это было так непредсказуемо, это так завораживало. Филипп мог выкинуть что угодно. С ним было не скучно, как с другими омегами, которые только и думали, что о внешности, деньгах и модной одежде. Этот был другой: поломанный, дефектный. В самый раз. — Ещё разок, и ты получишь её. Но Филиппу надоело. Он понял, что Джек ещё нескоро наиграется. Оттолкнувшись ладонями от голых коленей, омега привстал и повернулся к нему лицом. Облизнув красные, будто в крови губы, пропитанные клубничным соком, он потянулся к альфе. Поцелуй-укус в шею вырвал из груди Джека стон. Воспользовавшись тем, что Джек отвлёкся, Филипп выхватил из руки последнюю ягоду, оставшуюся на блюде, и, сдавливая её пальцами, донёс до губ. Глядя прямо в подёрнутые интересом зелёные глаза, он провёл раздавленной ягодой по губам и просунул её себе в рот. — Пожалуй, это будет не кровь, — задумчиво произнёс Филипп, смакуя клубнику. — Как насчёт оливкового масла? — Я не против, — хмыкнув, Джек провёл указательным и средним пальцами между ягодиц омеги, после чего резко, обхватив его за бёдра руками, вошёл в него. Филипп чуть не подавился ягодой, чувствуя в себе альфу целиком, без остатка.

***

Когда отец Брайана — Уильям Грайнер, вышел на сцену в начале зала, гости обратили на него внимание. Престарелый альфа прокашлялся перед микрофоном. — Дорогие гости, сегодня у моего сына есть для вас сообщение. Позволим ему сказать пару слов от себя. Кивнув своему младшему сыну, он сошёл со сцены, уступая ему место. Брайан уверенно поднялся и, машинально касаясь кармана с красной коробочкой на дне, проверяя её наличие, встал у микрофона. В противоположной части зала появились журналисты. Впереди них выделялся крупный Джек, чья рыжая шевелюра горела точно огонь в камине. Но друг почему-то не довёл охотников за сенсациями до сцены, а остановился с ними посреди зала. И началось что-то невообразимое. — Мистер Марш, что заставило вас связаться с омегой, который пережил в детстве акт сексуального насилия? — Правда ли вы намерены жениться на Филиппе Лисбете? Как вы прокомментируете это? — Вы один из самых желанных мужчин по мнению «Forbes». Влияет ли это на вашу работу директора «Аукциона девственности»? — Не могли бы вы рассказать подробнее о закрытом частном клубе «Аукцион девственности»… У Брайана нервно дёрнулся глаз. Со сцены он видел рядом со своим другом, который ухмылялся, точно лис, невысокого, но очень красивого омегу с копной каштановых волос, что волнами спадала на плечи. Он никогда не видел его рядом с Джеком, меняющим своих пассий чуть ли не ежедневно. А тут происходило что-то за гранью. Но, что самое главное: Марш зачем-то решил стать сенсацией этого месяца. Но Брайана волновало сейчас вовсе не это. Прижав ладонь ко лбу, он нарочито трагично опустил голову и плечи. И почему всё складывалось как нельзя лучше для Рикки? Кстати о нём. Найдя в толпе своего омегу, Брайан наткнулся на выпученные ярко-синие глаза. Кажется, его избранник был в таком же шоке. Махнув рукой на признания на публику и прочую чушь, Брайан сошёл со сцены и направился прямо к Рикки. — Кажется, кто-то сверху думает так же, как и ты, — улыбнулся он, встав рядом с любимым. — Действительно… — омега покосился в сторону щебечущих журналистов. — Вот уж не ожидал увидеть этих двоих вместе… — Ты знаешь омегу? — удивился Брайан. Рикки кивнул. — Мой друг, которого недавно «обласкал» уже твой друг. Хотя… — Что такое? — альфа достал из кармана коробочку. — Почему-то эти двое излучают одну ауру… По-моему, они друг другу подходят. Брайан поверил своему омеге на слово. Если Джек выбрал себе кого-то, то этот кто-то должен быть таким же ненормальным, как и он сам. Ну, или хотя бы странным. У друга всегда были извращённые вкусы. Один его «Аукцион девственности» чего стоил. — Рикки, ты выйдешь за меня? — открыв коробочку с кольцом, Брайан улыбнулся. — Смысл спрашивать ещё раз? — вздохнул Рикки. — Я дал своё согласие ещё неделю назад. Брайан достал кольцо и надел его на безымянный палец левой руки, что была протянута к нему. Полюбовавшись на бриллиант, мерцающий в плену золота на смуглой коже, он нагнулся и коснулся губами тыльной стороны ладони. В шуме, что доносился до них с разных сторон, в котором почему-то слышались крики Джека и какой-то визг, Рикки стоял чуть потупившись, заливаясь румянцем. Но Брайану было всё равно на то, что происходит в этот момент в зале. Он просто притянул к себе омегу, прижимая его к себе. Наконец-то он смог склонить этого упрямца и сделать своим. Это явно стоило всех усилий. Не обращая внимания на происходящее, Рикки прижался к груди Брайана и закрыл глаза. Путь к счастью был долог. Может быть, даже слишком. Хотя какая теперь разница? Он рядом со своим без пяти минут мужем. И тут что-то с грохотом упало. Зычный голос Джека и хохот Филиппа нарушили идиллию. Не понимая, что там происходит, Рикки повернулся. Ох, лучше бы он этого не делал. Нет, эта парочка точно стоила друг друга. Два психопата нашли себя. Оставалось надеяться, что они не наделают глупостей. Потянув Брайна за руку, Рикки поспешил к трясущемуся от смеха Филиппу, согнувшемуся пополам. Похоже, счастлив был не только он сам, но и его друг. Ну, если это можно назвать счастьем, конечно же. Но это уже совсем другая история.