If it's me you're looking for

- Зейн считает, что я должен переехать, - выпаливает Луи, как только Гарри заходит в квартиру. У него в руках большие пакеты с продуктами, а волосы ужасно взлохмачены, когда он снимает шапку и трясет ими. - Да? Он не выглядит расстроенным. Или особо удивленным. Луи забирает у него пакеты с продуктами и размещает их на стол, хмурясь: - Да. Что это все значит? Я думал, ты отправился в студию. - Я там и был. Но мы дурачились большинство времени, так что, - он снимает обувь и идет на кухню, где Луи копается в пакетах. – Заехал в магазин по дороге. Думал, что было бы не плохо, если бы я сделал шикарный ужин, так как мы сегодня не обедали. Луи достает горсть маленьких зеленых помидор и подбрасывает их в воздух. - Как они называются? - Помидоры-чили, - спокойно отвечает Гарри, будто Луи не спрашивает у него об этих помидорах хотя бы раз в неделю. – Когда ушел Зейн? - Совсем недавно, - несколько помидор выкатываются из упаковки и падают на пол. Луи следует за ними и удивляется, почему Гарри завел этот разговор именно сейчас. – Он… Мы с ним разговаривали, и он считает, что мне нужна собственная квартира. Будто, это было бы лучше для меня. - Да, я знаю. - В смысле? – Луи быстро поднимает голову вверх. – Ты знаешь? - Да, - говорит Гарри, пока он возится с блендером. – Он говорил мне. После той ситуации с Найлом. - Какой ситуации с Найлом? – Луи смотрит на Гарри. - После того, как мы расстались, - отвечает Гарри. - Прости, что? – он поднимается с колен, забывая об упавших помидорах. Гарри моргает, когда Луи поворачивает его лицом к себе и не замечает на его лице и намека на юмор. – Это когда вы с Найлом встречались? Луи знает об их кратких, так сказать, отношениях – он был единственным, кто делал сонному Найлу омлет, когда блюдо получилось ужасным, но блондин все равно его съел без всяких претензий, но он всегда предполагал, что это просто было веселье. Ничего серьезного. Ничего такого, что могло привести бы к расставанию, и намного меньше внимания, которое придал этому Зейн. Гарри только пожимает плечами и раздражает Луи еще больше. - Почему я не знал об этом? - Я думал, что ты знал, - говорит Гарри. - Уверен, что сейчас ты хочешь, чтобы у тебя была рассылка напоминаний, м? - Я хочу, чтобы ты перестал пытаться быть смешным, - отвечает Луи, и Гарри показывает ему язык. – То есть, Зейн просто меняет свои ободряющие разговоры, ты это мне хочешь сказать? Я не думаю, что он бы сделал это, - Гарри начинает резать лук, поэтому Луи отходит в угол, который связывает кухню с гостиной. Он на пальцах одной руки может посчитать все вещи, которые он любит в этой квартире, но все же мысль о переезде заставляет его чувствовать подавленность. – Он сказал, что мне нужно пространство, чтобы быть… - Собой, - говорит за него Гарри, и Луи удивленно смотрит на него. – Пространство, чтобы быть Луи. А не Гарри и Луи. - Да, - говорит он, затем хмурится. – То есть нет. Это Луи и Гарри. Гарри закатывает слезящиеся от лука глаза и тянет фартук вниз. Губы Гарри расплываются в улыбке, и Луи кладет свою голову на журнальный столик, пытаясь скрыть улыбку. – Он сказал тебе то же самое? Что тебе нужно пространство для Гарри? - Типа того. - И? - И ничего. Я решил, что мне больше нравится Луи и Гарри. - Вот так просто? - Да, - тихо говорит Гарри. – Вот так просто. Луи думает, что это могло бы быть легче, если бы он дал этому случиться. Если бы он мог – но он не может, потому что пока он ничего не помнит о той ночи, он может представить ее, чувствовать отголоски того, как отчаянно он усыпал лицо Дэна поцелуями и говорил: Я люблю тебя. Я люблю тебя. Пожалуйста, люби меня. Он хотел, чтобы Гарри так же смотрел на него и улыбался. Он медленно дышит через нос. Возможно, это было глупо, все сразу рассказать Гарри, как только Луи открыл свой рот, но это происходит инстинктивно сейчас – делиться всем с Гарри. Рассказывать все Гарри. Ну, почти все. Он качает головой и его внимание приковывает почта, лежащая на журнальном столике. Он берет в руки только одну брошюру, которая заставляет его желудок рухнуть вниз. - Гарри, что это такое? Луи знает, что это такое. Он поворачивается к Гарри, который уставился на стол. - Я звонил им несколько дней назад. Чтобы подать документы. - Несколько дней назад, - говорит он, будто никто из них не знает, что несколько дней назад Луи пришел домой, рухнул на диван рядом с Гарри, положив свою голову ему на плечо и сказал : Неси шампанское, сладкий. Я начал восхождение по карьерной лестнице. Луи закусывает внутреннюю сторону щеки, пытаясь не закричать. - И какого хрена ты сделал это, когда знаешь, что я не имею никакого желания возвращаться в колледж? Гарри пожимает плечами, но в его глазах плескается осторожность. - Ты мог бы хотя бы посмотреть. Там есть летние сессии. И намного больше возможностей, если бы ты захотел… - Я не хочу, - перебивает Луи. – Я даже не хочу об этом говорить. Гарри цокает своими зубами. - Я говорил тебе, что мы должны обсудить это. - Ох, да пошел ты, - Луи чувствует, как начинает краснеть его лицо от злости, и как начинает скапливаться боль в его висках. – Почему ты просто не можешь оставить это? Почему это, блять, так тревожит тебя? - Ты несчастен, - говорит Гарри. – Ты был несчастен в течение двух лет. Как это не должно тревожить меня? - Потому что это не твоя чертова жизнь! - Это не имеет значения, - отвечает Гарри. – Все, что делаешь ты, имеет значение для меня. - Может, не должно быть этого значения, - Луи говорит. – Может быть, тебе нужно это пространство. Гарри вздрагивает. - Не нужно. - Я влюблен в тебя, - говорит Луи. – Но это не дает тебе право… - Дело не в этом, Луи. - Тогда, в чем, блять, дело, Гарри? - Ты ведешь себя так, будто меня нет – будто, я не могу принимать никаких решений. Я просто хотел поговорить. - Хорошо, - говорит Луи. – Давай поговорим. Давай поговорим о том, как я буду оплачивать аренду за квартиру, пока я буду учиться в колледже. Или давай поговорим о том, как долго я буду преподавать драму, чтобы добиться хотя бы половины той зарплаты, что у меня есть сейчас. - Давай погорим о том, что, по крайней мере, ты будешь счастлив. - Я не стану счастливее, если сейчас все разрушу, - говорит Луи, но крошечный и жалкий голос в его голове называет его лжецом. - Тебе не нужно волноваться об аренде, - серьезно произносит Гарри. – У меня есть достаточно денег. - Ты не тронешь свое наследство. - Это не тебе решать, - говорит Гарри. – Потому что это не твоя чертова жизнь, - Луи уже забыл, что Гарри готов на все, когда он загнан в угол. - Не веди себя, как ребенок, - внезапно говорит он и замечает, как Гарри яросно смотрит на него. - А ты перестань относиться ко мне, как к ребенку. Я не глупый и знаю, что мы смогли бы справиться с этим, если бы ты не был так напуган… - Я не напуган, я просто практичен… - Нахуй твою практичность, - кричит Гарри. – Я просто хочу, чтобы ты был счастлив. Неистовый стук, поступающий сверху, заставляет парней мгновенно замолчать. Луи даже не осознавал, что они так сильно шумят, но, видимо, этого хватило, чтобы побеспокоить женщину, которая живет на этаж выше них. - Простите, - говорит Гарри в потолок. – Простите за это, - и стук прекращается. Он не смотрит Луи в глаза и поворачивается к плите, где по идее, должно уже все пригореть. - Если ты думаешь, - начинает Гарри, затем останавливается. Он ничего не говорит долгое время, но потом устало произносит: - Зейн обычно прав, ведь так? - Обычно, - говорит Луи и закрывает глаза, откидываясь спиной на диван. – Но не всегда.

***

Фактически, они смотрели фильм, но Луи был так истощен, что даже не понимал, почему на экране крокодил ел дерево. Он лежал на диване с Гарри, который был слишком длинным и удобным для лежания, но тем не менее, Луи бы все равно не смог держать себя в вертикальном положении. В тот день было ровно четыре месяца с того дня, как Луи получил новую работу и его душа начала разваливаться, и также это был первый раз, когда Гарри кое-что спросил: - Почему бы тебе не бросить эту работу? - Потому что у тебя нет средств, чтобы быть моим папочкой и оплачивать все, - Луи подложил одну руку под свою щеку, а второй зарылся в волосы Гарри. - Я серьезно. Что случилось с преподаванием? – Гарри наклонил голову вниз, чтобы взглянуть на Луи своими опухшими от усталости глазами, которые горели зеленым оттенком. - То же самое, что случилось с футболом. И с пением. И со становлением суперзвездой, - Луи провел пальцами по бровям Гарри, ощущая под пальцами его мягкую кожу. Гарри прикрыл глаза, отдаваясь прикосновению. - Лу, - пробубнил Гарри. – Я серьезно. - Как и я. Хватит, Хаз. Я не знаю, что я делаю, - Луи провел пальцем по линии бровей, слегка нажимая. – Я даже не знаю, что я хочу. Это будто ты просматриваешь все брошюры, строишь планы, тратишь все время и деньги на эту цель, а потом когда ты наконец получаешь это, то осознаешь, что Гранд-Каньон это просто чертова дыра в земле. - Ты никогда не был на Гранд-Каньоне. - Почему ты так окунаешься в детали? – Луи глубоко вздохнул. Гарри ответил ему улыбкой и намотал локон волос Луи на свой палец, после чего Луи похлопал его по щеке и повернул его голову в сторону телевизора. - Но почему ты продолжаешь делать то, что ненавидишь, если можешь делать то, что не ненавидишь? - Стабильность, - произнес Луи, после того, как начались титры. – Безопасность. - Безопасность скучна. - Да ладно? – Луи тянул Гарри за кудряшку, пока тот не обратил на него свое внимание. Свет от телевизора красиво отражался на его лице. – И кто это сказал? - Один парень, которого я знаю, - тогда Гарри улыбнулся только глазами.

***

Он звонит своей маме, после того, как Гарри ушел спать. Сейчас слишком поздно для разговоров, и ее голос немного тихий, потому что она была разбужена Луи, но его мать продолжает слушать его бессмысленные разговоры, дожидаясь момента, когда Луи скажет наконец то, что хотел. - Что если я скажу тебе, что не был счастлив. - Луи. Ты о чем? - Мам. Ответь мне. - Я не знаю, - наконец говорит она. – Все, что я когда-либо хотела это то, чтобы ты был счастлив. - Да. Хорошо, - он буквально может слышать некоторую вибрации в голосе матери, которой так и не терпится кое-что спросить. – Это не насчет Гарри. Не все из этого. - Но некоторая часть. - Ага, - говорит Луи, зажимая пальцами переносицу. – Всегда есть часть, связанная с Гарри, разве не так?

***

Луи решил забрать свои вещи с квартиры Дэна в понедельник, сразу после того, как освободился после работы, вооружившись пустыми коробками. Когда он заходит в квартиру, то она пустая и темная, несмотря на сообщение, которое он отправил Дэну в полдень. (Я приеду в семь, чтобы забрать вещи. На случай, если ты захочешь это проконтролировать). И совсем не выглядит так, будто квартиру специально убирали в выходные. Кран на кухне течет, а одежда разбросана по всему полу, и да, живя с Гарри, Луи стал более чутко относиться к таким вещам, но ради всего Святого, он сомневается в том, что этот паркет мыли хотя бы последние две недели. Он не возится с вещами, которые находятся в спальне; он здесь для одной вещи, чтобы забрать ту коробку с их фильмами, о присутствии которой Дэн скорее всего не догадывался. Он уже почти сложил все свои вещи, когда слышит открывающеюся дверь. - Почти закончил, - произносит Луи, даже не поворачиваясь, чтобы посмотреть на него. Дэн молчит, и Луи может чувствовать его раздражение, но парень продолжает делать то, что делал; он находит еще несколько фильмов, которые принадлежат ему, находит свои наушники и старое зарядное устройство для телефона. Затем он забирает старое портфолио Зейна с книжной полки, когда Дэн начинает говорить: - Я собирался попросить тебя съехать. - Я бы и так это сделал, - Луи совсем не ожидал этого от Дэна, поэтому отвечает первое, что приходит ему в голову. Это звучит жестоко, но Дэн просто хмыкает, будто он этого и ожидал. Луи смотрит на свою коробку, которая даже не заполнена до конца, и не понимает, почему он все еще находится в этой квартире. Он поднимается на ноги и кидает ключи на журнальный столик, продвигаясь к двери. - Я отправлю тебе твои вещи, - произносит Дэн, когда Луи почти открывает дверь. – Если я еще что-нибудь найду. Ведь твой адрес не изменится? Луи поворачивается к нему и видит как Дэн напрягает скулы. - Нет, - отвечает Луи. – Он не изменится.

***

Гарри развалился на диване, смотря какой-то документальный фильм, когда Луи добирается домой. - Привет, - с опаской произносит Гарри, не уверенный в том, что все в порядке. На нем надеты штаны Луи, которые немного коротковаты ему, старая рубашка Хенли, которая уже настолько изношена, что на ней начинают появляться дырки. Его волосы собраны назад и зацеплены заколкой, которую он получил когда-то от Секретного Санты, и сейчас он выглядит таким теплым, мягким и несправедливо заманчивым. - Привет, - говорит Луи, кидая свою коробку с вещами на журнальный стол, после чего он бросается в объятия Гарри. Это не самый удобный способ для объятий, но Луи чувствует себя неугомонным и единственный способ, чтобы успокоить себя это обернуть руки вокруг плеч Гарри и уткнуться лицом в его шею. От Гарри исходит сладкий запах одеколона Луи, и кудрявый мгновенно обхватывает Луи руками и двигает его к себе так сильно, что становится трудно дышать. Луи закрывает глаза и позволяет ему держать себя. - День прошел хорошо? – спрашивает Гарри, после того, как прошло некоторое время. Луи может чувствовать вибрацию в его голосе. - Да, - отвечает Луи. – Я решил долго там не задерживаться, поэтому при расставании мне удалось не потерять половину своего барахла. - Это мудро, - серьезно говорит Гарри. – Мне не придется вести тебя в суд. Луи улыбается и тянет его за волосы, чтобы поймать его взгляд. - Я подумаю о колледже, - сухо говорит Луи, будто бы не он провел весь день в поисках нужной информации на сайтах разных университетов. – Но ты не должен на этом зацикливаться. Серьезно, Гарри. Не придавай этому большое значение. И, черт, прекрати выглядеть таким довольным. - Но я доволен, - протестует Гарри, держа Луи так же крепче, пока тот вытаскивает заколочки из кудрявых волос. Его кудрявые волосы стали еще пышнее от влажности, и Луи не может упустить возможность пропустить свои пальцы сквозь них. - Молчи об этом, - Луи нежно царапает короткими ногтями кожу его головы, и затем неожиданно кусает его нижнюю губу, заставляя Стайлса издать слышный стон. Он смотрит на Луи стеклянными глазами, и тот опускает свои ладони на его щеки, обводя пальцами линии челюсти. Томлинсон медленно моргает, не в силах отвернуться, потому что иногда Гарри смотрит так, что отвернуться в другую сторону просто невозможно. - Я думаю... - Что? - вопросительно спрашивает Гарри, когда Луи замолкает. Я думаю, что рядом с тобой я чувствую себя целым - это то, что Луи хочет сказать, но именно это парень должен держать глубоко в себе. - Ничего. - Нет, скажи мне, - Гарри хмурится, но на его лице все еще можно разглядеть довольные черты. - Ничего, - повторяет Луи, когда слышит как по телевизору начинают показывать программу про пингвинов, которой удается отвлечь Стайлса. - Ничего.