Весенний бал

Весна прекрасна в любом месте. Но разве может сравниться что-то с печальной красотой Последнего Приюта? Леса Ривенделла утопали в цветении. Каждый лепесток дерева, каждый цветок был истинным произведением искусства, и ни один, даже самый умелый мастер, не сумел бы повторить той первозданной прелести, что создала эта весна. Казалось, сама Йаванна должна была бы застыть перед величием весеннего леса. И все обитатели Ривенделла всем сердцем приветствовали весну и пели ей хвалу. Радость наполняла их сердца, смывая все тревоги прошлого и грядущего. Но не все были столь беспечны в неповторимые весенние дни… Белый совет давно заметил неладное, и тень с востока только укрепила их в своём подозрении. Спешно, оставив все заботы, съезжались члены его в Ривенделл. Но, как всегда, Синие маги и Радагаст Карий были слишком далеко, чтобы присоединиться к Совету. Как всегда, Кирдан Корабелл не мог оставить свои Гавани. Поэтому состав членов Совета уже многие годы был неизменным: мудрейший из магов, Саруман Белый. Гэндальф Серый, хранитель Нарья. Галадриэль, хранитель Ненья. И Элронд, хранитель Вилья. В чертогах Элронда царила приятная весенняя свежесть. Запах цветущих деревьев кружил голову и невольно настраивал на мирный лад, убаюкивая все тревоги. Однако для умудренных опытом сторонников Светлых сил Средиземья покой был недостижимой роскошью. Владычица Галадриэль сидела на искусно сделанном резном стуле не двигаясь, словно причудливо сделанная статуя. Элронд задумчиво смотрел в окно, скрестив руки за спиной, и точно так же не произносил ни слова. Выступали два великих мага, и каждому было, что сказать… - Что-то неладное несет в себе этот ветер, - с тревогой отметил Гэндальф, невольно постукивая пальцами по посоху. – Он как будто предвещает начало новой, мрачной эпохи. Тьма клубится по закоулкам мира, и с каждым днем она все сильнее. Не стоит недооценивать наших врагов, мудрейшие. Нам стоит следить за ними как можно пристальнее. - Весна всегда полна противоречий, - ответил ему Саруман. – Но ты не видишь самого главного, друг мой. Та тьма, что затмевает солнце этой невероятной весны – отнюдь не то же самое зло, чюто таится в мрачной цитадели. Иная сила посетила наш мир, и кажется мне, что не нам с ней тягаться… - Что хочешь сказать ты, Мудрейший? – удивился Гэндальф. - Моя твердыня стоит недалече от ставшего неспокойным Мордора, - спокойно продолжил Саруман. – И за столько лет сомнительного соседства я уже научился отличать зло этого места от иной напасти. И поверьте мне, тень, что пугает вас, настолько выше всех злодеев Арды, что я не рискну даже попытаться противостоять ей. - Я не могу понять ход твоих мыслей, - нахмурился Гэндальф. – Наша задача – противостоять мраку. Как можем мы остаться в стороне? Неужели не слышал ты, о чем щебечут друзья Радагаста? Тьма властвует повсюду. Везде творятся непонятные, странные дела. Свободные народы в недоумении, и страх не воцарился лишь потому, что они до сих пор верят в нашу защиту. А ты предлагаешь остаться в стороне? Саруман покачал головой, словно отчаявшись пояснить неразумным очевидное. - Мрак сей не несет угрозы, - прозвенел в тишине голос эльфийской владычицы. Галадриэль слегка склонила голову, глядя на сверливших друг друга взглядами магов. – До тех пор, пока мы не решим встать на его пути, - продолжила она. Элронд обернулся в сторону владычицы Лориэна и замер, внимая каждому её слову. - Есть в этом мире силы, не подвластные ни эльфам, ни майар. Неизмеримо выше, неизмеримо больше, чем просто Тьма или Свет. То, что стоит над добром и злом. То, что несет справедливость, хоть и странными путями. Так что Белый маг прав. Но нам стоит понять, с чем мы имеем дело. Поэтому Серый маг также говорит истину. Мы должны знать, что за гость посетил наш мир. - Видишь ли ты этого визитера, Галадриэль? – спросил Элронд. Та в ответ лишь слегка качнула головой. - Туманом покрыты дороги этой силы. Смыты границы её и очертания. Одно лишь я чувствую точно: что бы ни пришло в Мир Сущий, оно явилось лишь на мгновение, и не это наша главная беда. Просыпающийся Мордор – вот о чем стоит позаботиться. Гэндальф согласно кивнул. - Это верно, госпожа, - ответил он. – Но не стоит так просто закрывать глаза на то, что собрало нас в этом зале. Не стал ли визит новой силы толчком для пробуждения древней, дремлющей в мраке веков? По залу пронесся легкий ветерок, едва ощутимый, едва различимый. Он игриво коснулся волос собравшихся, секунду позабавлялся с легкими тканями одеяний эльфов – и растворился без следа. Однако Галадриэль вдруг напряженно застыла, устремив свой взгляд в темный угол зала. - Об этом ты можешь спросить у неё самой, - ответила она, легонько кивнув. Трое её собеседников как по команде обернулись в ту сторону и с удивлением обнаружили, что на совете появился еще один участник. Он был едва заметен в полумраке глубокой залы и абсолютно бесшумен и неподвижен. Никто из великих, кроме эльфийской владычицы, даже не почувствовал, когда он появился. - Приветствую Вас, господин, - начал Саруман, первым поборовший невольное изумление. – С миром ли Вы явились к нам? Посетитель не двигался. - Прошу прощения, - вступил в диалог Гэндальф. – Чем мы обязаны столь, смею надеяться, приятному визиту? Ответа не было. Галадриэль тихо улыбнулась, поднимаясь со стула и одновременно поворачиваясь в сторону визитера. - Не стоит задавать вопросы, едва начав диалог, - зазвенел её хрустальный голос. – Извините непочтительность моих друзей, - сказала она, поклонившись гостю. Тот едва заметно кивнул. - Пред Вами представители двух свободных народов Средиземья, - продолжила она, почтительно склонив голову. – Светлые Маги, Саруман Белый и Гэндальф Серый, и эльфы, Элронд и Галадриэль, Ваша покорная слуга. Благодарим Вас за оказанную честь и будем признательны, если сможем оказаться вам полезны. Посетитель вновь кивнул, и в зале повисла тишина. Озадаченные члены совета замерли, не понимая, что им делать. Галадриэль, которая, казалось, осознавала происходящее лучше своих соратников, всё так же стояла, склонив голову, и ждала. - Благодарю тебя, эльфийская владычица, - раздался голос, заставивший вздрогнуть всех, кто находился в зале. – Верно говорят, что именно в Первородных огонь Создателя горит ярче всех. Но отчего же столь изменились твои спутники? Светлые маги мгновенно узнали этот голос. Голос, которого не слышали с самого Сотворения – да и тогда он был лишь мотивом в великой Песне. Однако разве можно было забыть такое? Темный властелин. Темный настолько, что само понятие «тьма» к нему неприменимо. Величественный настолько, что разве что сам Илуватар мог противостоять ему. Тот, кто никогда не ступал в мир сущный – потому, что ему был тесен этот мир. Тот, кто мудрее любого из мудрецов Арды. - Мессир Воланд, - выдохнул Саруман, невольно склоняя голову. – Невероятно! Гэндальф не сказал ни слова, молча последовав примеру белого мага. Элронд, на правах хозяина, со всей возможной почтительностью обратился к визитеру. - Я рад приветствовать Вас в своем скромном доме, и надеюсь, что наша непочтительность не слишком расстроила высокого гостя. Смею заверить Вас, что связана она была лишь с тем, что мы никак не ожидали встретить Вас в этом мире. Воланд едва заметно кивнул, устремляя взгляд свой поверх голов собравшихся, на окно, за которым шелестел цветущий лес. - Нынешняя весна останется в памяти всех поколений. Ничего прекраснее не было спето при сотворении Эа. Так что я не мог остаться в стороне. Но не трепещите, дети. Я пришел лишь чтобы успокоить вас. Ничто не грозит вашему миру. Оставьте нас в покое, и уже завтра утром ничто не будет напоминать о моей свите. - Разве можем мы чем-либо помешать Вам, мессир? – удивленно спросил Саруман. Посетитель болезненно поморщился. - Не забывай, Белый маг, что мысли ваши ясны для меня, – он испытующе глянул на Сарумана, и тот мгновенно отвел глаза. – Да, и эти твои помыслы я тоже вижу, - продолжил Воланд. - В этом твоя ошибка. Но ты не веришь мне, и в грядущем будешь жестоко наказан за свою гордыню. Но сегодня не об этом. Все четверо, собравшиеся в этом зале, готовы расставить сети по всему Средиземью, чтобы понять, кто им противостоит. Не скрою, что для меня это лишь не очень приятно, но уважаемых гостей, которые сегодня прибудут на бал, может изрядно озадачить. Посему я пришел сам. И прошу – заметьте, прошу, а не требую! – не вмешиваться в мои дела. - Мы поняли Вас, мессир, - ответила Галадриэль. – Никто из Светлых сил не встанет на пути у Ваших гостей. - Но и Вы поклянитесь, что никто из мирных жителей не пострадает, - взволнованно перебил её Гэндальф. Воланд удивленно взглянул на Серого мага. - Поклянитесь? – ухмыльнулся он. – Знаешь ли ты, как дорого стоит моя клятва? Не слишком ли велика плата? - Вы выше добра и зла, но все же идеалы Ваши стремятся ко Тьме. И я лишь хочу обезопасить этот мир. Спасти невинных. Воланд ухмыльнулся, едва заметно качнув головой. - Невинные не будут наказаны. Но много ли таких в мире? – задумчиво произнес он. – Что ж, Серый маг. Ты требуешь от меня многого, я дам то, что вы заслуживаете. Я пообещаю, что не трону тех, кто не встанет на пути моём. И что уже завтра покину этот мир навсегда. Но если вы сочтете должным вмешаться в дела мои, я сочту наш уговор расторгнутым. - Конечно, мессир, - ответил Саруман Белый. Гэндальф же промолчал, обеспокоенный столь расплывчатым обещанием. - И еще, - улыбка Воланда стала чуть мягче. – Я должен сдержать ещё одно обещание,- сказал он. – Серый маг, кажется, кто-то тебя ищет, и этот кто-то должен завтра утром вернуться в свой дом. Боюсь, он не успеет за столь короткий срок добраться до Ривенделла и обратно. Так что пора тебе отправляться на встречу со старым другом, - он едва заметно качнул рукой, и Гэндальф бесследно испарился. Следом за ним в момент исчез и сам Воланд, оставив озадаченных членов Совета в полной тишине. - Что ж, - вздохнул Элронд, подходя к распахнутому окну. – По крайней мере, мы поняли, с кем имеем дело. Гэндальф в мгновение ока оказался на лесной тропинке. Внимательно оглядевшись вокруг, он моментально понял, где очутился. Лес, окружавший его, он не спутал бы ни с каким другим. Начало Вековечного Леса неподалеку от Баклэнда. Что же случилось в Шире? Из глубины леса послышался перестук копыт. Гэндальф решительно двинулся навстречу и уже через пару минут увидел Бильбо, скачущего на пони по дороге. Хоббит был крайне взволнован и даже не сразу заметил старого друга. Гэндальф едва заметно усмехнулся и окликнул приятеля. Бильбо, повернувшись на голос, радостно ахнул. - Гэндальф! Как же ты вовремя! – громко крикнул он.