Весенний бал

Весна всё смелее вступала в свои права. Щебет птиц не умолкал ни на минуту.  Солнце с каждым днем поднималось все раньше и уходило все позже, даря свой целительный свет всему живому. Влюбленные  допоздна блуждали в сумерках,  срывая первоцветы для своих любимых.  Каждое создание всей своей душой чувствовало благодать весны. И  только в одном доме её так и не заметили… Марджери денно и нощно караулила у колыбельки метавшегося в бреду сына. За последнюю неделю глаза её,  некогда изумрудно-зелёные и горящие, потемнели и потускнели, а в уголках их залегли глубокие тени. Она, казалось, сгорбилась и постарела на несколько лет, и в её смоляных  волосах, которые всегда вызывали восхищение у всех знакомых, засеребрилась седина. Маленький Алистер беспокойно стонал и ворочался, изнывая от жара. Доктора, приходившие в первые дни болезни, уже давно вынесли свой вердикт: не жилец. «Его легкие наполняет вода, и очень скоро он просто захлебнется» - звучали в её голове последние слова врача, сочувственно пожимавшего ей руку. И, конечно же, будь у неё на то средства,  она могла бы обратиться к волшебникам, и они, возможно, спасли бы её кроху, но какое дело Великим до бедной вдовы простого дружинника? Ах, если бы  Бреклин  был рядом… Она печально вздохнула,  с нежностью взглянув на сына. Рядом с ней стояло глубокое блюдо с ключевой водой – время от времени она смачивала в ней свой платок, чтобы вновь протереть голову Алистера. Это было единственное, что она могла для него сделать.  - Смею заметить, Вы изрядно подурнели за последние полгода, - услышала она чей-то голос. Обернувшись, Марджери заметила позади странного  рыжеволосого мужчину в полосатом  костюме, развалившегося на старом кресле. Она отметила про себя, что в такой момент положено удивляться, но сил на это уже не было. Марджери не ответила посетителю ничего. Скорее всего, это галлюцинация,  бред усталого сознания,  и она  растворится без следа через какое-то время.   - Не отмахивайтесь от меня, я пока не намерен растворяться, - хмуро сказал посетитель. – И насчет внешности я  Вам нисколько не вру,  уж я разбираюсь в женской красоте. Вот, посмотрите сами, - он протянул Марджери  круглое зеркальце. Женщина мимолетом глянула в него и ахнула. Перед ней была неухоженная полуседая старуха с безумным взглядом и костлявыми руками.  - Это я? – изумленно спросила она,  всматриваясь в изображение внимательнее. В это время Алистер  тяжело вздохнул, и Марджери моментально  метнулась к сыну,  нежно гладя его по голове.  - Нет, так дело не пойдёт, - вздохнул посетитель. – Дети, страдания… Какой шлейф Вы тащите за собой, госпожа! Сейчас мы всё решим. Марджери непонимающе взглянула на него. Посетитель, уверенно кивнув ей, поднялся с кресла и подошел к её сыну.  Он  провел ладонью по его лбу, и ребенок  перестал стонать и метаться, дыхание его стало ровным, а жар заметно спал.  - Так-то лучше, - хмыкнул рыжеволосый, присаживаясь на краешек кровати рядом с крайне изумленной Марджери. – А теперь поговорим.  - Вы волшебник? – спросила она, с надеждой глядя на посетителя.  - Ой, не льстите, - махнул рукой тот. – Просто мы с вами взаимно нуждаемся друг в друге,  а значит,  нам есть, о чем поговорить. И негоже, чтобы в столь важном диалоге мысли Ваши были направлены совсем не на меня. Так что, Вы согласны немного пообщаться? Марджери кивнула,  не сводя глаз с рыжеволосого.  - Превосходно. Вот это дело, - довольно улыбнулся тот, обнажая торчащий клык. – Что ж,  госпожа, для начала представлюсь: моё имя – Азазелло. И я пришел, чтобы предложить Вам сделку.  - Хорошо, - моментально кивнула Марджери. – Я согласна. Азазелло пару минут помолчал, выразительно глядя на женщину.  - Сначала Вы должны спросить «какую именно» - шепотом подсказал он. Марджери вздрогнула.  - Ах, да! Но если Вы способны в минуту облегчить муки моего сына, то, значит, можете его исцелить. А за это я готова на что угодно! – с вызовом ответила она. - Похвальная преданность, - хмыкнул Азазелло. – А если я скажу, что плата будет иной?  - Я откажусь, -  резко ответила Марджери. Азазелло нахмурился.  - Да уж, прав был Бегемот, с ней работать и работать, - пробормотал он про себя. – Послушайте, пресветлая госпожа, - продолжил он уже громче. – Та, что носит имя, неведомо кем ей данное, та, что не знает ни корней, ни рода, та, что потеряла всех, кто ей дорог и та, что боится утратить последнее своё сокровище. Неужели единственное, что ей  нужно – это та малость, что она просит? Марджери непонимающе качнула головой. А потом грустно опустила голову.  - Кажется, я совсем запуталась, - тихо прошептала она. – О чем Вы, мой странный гость? Азазелло едва заметно улыбнулся.  - У Вас есть все шансы узнать. Стоит лишь согласиться провести один прекрасный весенний вечер в компании весьма почтенного господина, и уже завтра всё будет закончено. Женщина вспыхнула.  - Вы… - охнула она, возмущенно сверкнув глазами. – Вы! Да как Вы… -  взгляд её скользнул по кровати, на которой дремал сын, и она осеклась. – Впрочем, я готова. Лишь поклянитесь, что Алистер будет в порядке.  - Немногого стоит моя клятва, - ответил ей Азазелло. – Но он будет в порядке. Марджери кивнула.  - Что мне нужно делать?  - Сегодня вечером, когда взойдёт луна, будьте готовы. Приведите себя в порядок, пресветлая госпожа. Сотрите тревогу с глаз. Смойте седину с волос. Спрячьте  недавние морщины. Станьте той, какой были в лучшие свои годы. Марджери усмехнулась.  - Для этого надо быть магом или эльфом, - вздохнула она. – Годы необратимы.  - Я бы поспорил, - ответил Азазелло, вытаскивая из кармана серебряный пузырёк и протягивая его женщине. – Откройте его в лунном свете, и  серебро  смоет все тревоги. За вами придут, будьте готовы! Марджери решительно кивнула, принимая светящуюся баночку из рук странного гостя.  - До встречи,  и никому о нашей сделке не рассказывайте!- посетитель учтиво приподнял головной убор и на глазах изумленной женщины растворился в воздухе. Марджери недоуменно качнула головой, словно прогоняя видение. Неужели всё это ей привиделось? Но нет же – вот,  в руках, серебряный бутылёк. И сынишка спокойно дремлет и даже улыбается во сне. Что ж, в огромном мире всегда есть место чудесам!

***

День клонился к вечеру. Марджери в волнении металась по комнате, не зная, что ей делать. Какое-то чутьё подсказывало ей, что она идёт прямо в руки силам Тьмы. И неизвестно, какую плату от неё потребуют. Но с другой стороны… Есть ли у неё иной шанс помочь своему малышу? В очередной раз подойдя к окну, Марджери  заметила, что к дому её спешит посетитель.  - Трейклин! – одними губами выдохнула она. Старший брат её супруга  до сих пор ходил в холостяках, в шутку заявляя, что женат на своей службе. Однако когда пропал Бреклин и дела у Марджери покатились под откос,  именно он пришел  ей на помощь. Помог рассчитаться с долгами перед госпожой Фелицией (Марджери в очередной раз нервно вздрогнула, вспоминая жестокую старуху), до конца поддерживал  невестку в её неравной битве за правду и не позволял ей унывать. А потом отчаянно заявил, что все беды их лишь потому, что мудрый наместник не ведает о том, что творится, и решительно объявил, что намерен попасть к нему на приём. И застрял в этом болоте. Лишь изредка он приходил за полночь в дом Марджери на пару минут, каждый раз ободряюще ей улыбался и говорил «потерпи, еще совсем немного!». И она терпела. Но надежда на хороший исход таяла в сердце её с каждым днём. И вот сейчас он вновь появился. Днём. И глупая, детская, наивная надежда вновь вспыхнула в душе Марджери.  - Что ж, - решительно прошептала она, обращаясь к самой себе. – Если он сейчас принесет добрую весть, я ни за что на свете  не отправлюсь с этим незнакомцем. А если дурную... – женщина вздохнула. – Тогда у меня не останется выбора. Да будет так, - кивнула она, нетерпеливо ожидая, когда деверь поднимется в её комнатушку.  Дверь скрипнула, и Трейклин вошел внутрь, понуро опустив голову. Он неуверенной походкой направился к старому стулу, стоявшему в углу помещения, и, усевшись на него, закрыл лицо руками. Марджери едва ли не физически почувствовала, как внутри у неё что-то оборвалось. Она кинулась к Трейклину навстречу, и, упав на колени,  мягко положила свои руки на ладони деверя.  - Я ничего не смог сделать, Марджери, - прошептал он, сокрушенно качая головой.- Мы, я и мой брат, столько лет служили ему верой и правдой,  даже в мыслях не допуская отступничества. И для чего? Чтобы в минуту нужды услышать сомнения в своей искренности?  -Ну же, не переживай, брат мой! – нежно прошептала она, слабо улыбаясь. – Мы что-нибудь придумаем! Трейклин внимательно посмотрел на Марджери.  - Ты права. Если закон  не может помочь нам, то почему мы должны служить закону? – он осторожно отодвинул руки невестки, вставая со стула и вытаскивая из ножен свой меч. Глаза его сияли нехорошим огнем. – Не переживай, я всё сделаю, как надо. Марджери встревожено вскочила на ноги.  - Не смей! – крикнула она, кинувшись на шею Трейклина. – Дурные мысли в голове твоей, и не стоит позволять им взять верх, слышишь?  - Тише, тише, сестра моя. Иначе разбудишь сына, - успокаивающе прошептал тот. – Как он?  - Лучше, - тут же ответила Марджери. -  И не горячись, Трейклин. Сегодня мне удалось найти новую работу. Мы сможем вылечить Алистера,  поверь! Только не делай вещей, о которых позже пожалеешь. Не губи свою благородную натуру! Трейклин испытующе посмотрел на Марджери.  - Ты не обманываешь меня, драгоценная невестка? – недоверчиво спросил он. Та в ответ закачала головой.  - Так что же это за работа? – спросил он.  - Я всё расскажу, в своё время, - ответила Марджери.- Я пообещала, что никому не поведаю о ней до того, как все будет закончено.  Трейклин беспокойно  качнул головой.  - Уж не хочешь ли ты загубить СВОЮ благородную натуру? – испытующе спросил он, глядя Марджери прямо в глаза.  - Нет, - смело ответила она, не моргнув. В конце концов, она уже всё решила, так какая теперь для неё разница? А этого отчаянного мужчину, верного своему слову, еще можно спасти. – Иди домой, и завтра утром всё будет хорошо.  - Если ты обманешь меня, Марджери, то совершишь самую страшную ошибку в своей жизни, - прошептал он.  - Не обману, - успокаивающе ответила она, улыбаясь. Итак, всё было решено. Пути назад больше не было.