You are the moon that breaks the night.

Задыхаясь, Гарри затаскивает последнюю тыкву домой и с глухим стуком ставит ее на стол в кухне. Он любит Хэллоуин, любит резьбу по тыквам, но квартира на четвертом этаже в здании без лифта этому не благоприятствует совершенно. Парень отходит на пару шагов назад и осматривает проделанную работу. У него несколько стандартных тыкв для резьбы – три для него самого, одна для Томлинсона, и одна на случай, если «кое-кому» понравится делать это и он захочет еще одну. Также у него дюжина сладких тыковок для выпечки пирогов, - Отличная работа, - заключает он и в комнату входит голубоглазый шатен с еще одной тыквой в руках. – Эй, Лу, знаешь, как зовут эту тыкву? Он берет в руки маленькую белую тыкву и раскачивает ее на весу. Томлинсон неуверенно качает головой и забирает ее из рук кудрявого. - Тыкведение? Нет, нет, погоди… Приведенетыква? Хазз не может сдержать улыбку и, зацепившись пальцем за ремень на шортах Луи, притягивает его ближе. - Нет, - хихикает он. – Эту тыкву зовут в твою честь. - Тыква Луи? – его голос тихий и смущенный. Гарри лишь хихикает снова, поднимает руку и снова берет тыкву себе. - Нет. Тыква baby boo. - О мой Бог, - стонет старший парень и, проведя по волосам Стайлса, хватается за их кончики и слегка оттягивает его голову назад, затем переходит к спине, проводя по ней рукой, он оставляет за собой шлейф мурашек, дойдя до задницы, он сжимает ягодицу в своей ладони. – Я так жалею, что рассказал тебе об этом прозвище. - Ты не рассказывал, твоя мама сделала это, - мурлычет Хазз, пряча усмешку у виска Луи. - Она уволена, - шепчет второй. – Мне нужна новая мама. Гарри качает головой и немного разворачивается, чтобы поставить тыкву на стол и обнять своего мужчину крепче. Он наклоняется немного, чтобы сомкнуть их губы вместе и шепчет: - Ты не можешь уволить ее, потому что я ее люблю. Она остается. - Ты остаешься, - отвечает Лу и Гарри улыбается в поцелуе. Так сложно, что щеки болят. - Я согласен. Этим вечером, пока Луи играл в футбол с командой, в которой он был тренером, Гарри готовил тыквенный пирог, выковыривая всю мякоть из тыквы. Семена он засыпал приправами и запекал, поэтому их небольшая квартирка была наполнена запахами: тыква, корица, гвоздика… Лу прибыл домой, когда Стайлс раскладывал тыквенное пюре формочку из теста, поэтому он подошел к нему сзади, обнял за талию и положил подбородок на его плечо, чтобы посмотреть. Встав на цыпочки, конечно. - У тебя руки оранжевые, - указывает Томлинсон, выглядывая из-за спины, и Хазз выпускает из рук ложку, чтобы переплести их пальцы вместе, на что Луи громко смеется и бормочет. – Они выглядят как руки инопланетянина. Будет странно видеть в них свой член. Взгляд Гарри по-прежнему на выпечке, когда он покачивает головой и еле заметно ухмыляется: - Самонадеянно. - Что? Правда? – Лу проводит руками по талии парня, плавно переходя к его животу, выводя узоры на футболке. Желудок зеленоглазого сводит от этих манипуляций, и он чертовски рад, что может поставить пирог в духовку, а затем обратить все свое внимание на любимого. Он вытирает свои руки, разворачивается к старшему парню лицом и закидывает ноги ему на бедра как раз в тот момент, когда Луи впечатывает его в столешницу. Гарри облизывает губы и чувствует приятное покалывание на коже – предвкушение. Сердцебиение начинает набирать обороты. - Я хотел предложить начать резьбу по тыквам сегодня вечером, так как Хэллоуин уже через 2 дня, но… - не дожидаясь ответа, он слезает со столешницы, опускается на колени перед ширинкой Луи и продолжает. – Думаю, ты предлагаешь неплохую альтернативу.