Нежелаемое

— В округе всё чисто, — отрапортовал Дейдара, — я даже пролетел чуть дальше обычного, но нигде заметил никаких признаков того, что Тоби готовится напасть, мм.       Он нашёл Яхико не за столом, где тот обычно допоздна разбирал кучу бумажек, а на балконе у самой вершины башни. Лидер сидел на длинном языке, высунутом из огромной человекоподобной головы, и смотрел на Деревню. Прежде Дейдара не рискнул бы подняться сюда — Пейн не позволял никому из Акацуки, кроме Конан и, вероятно, Тоби, использовать этот балкон, так как он был связан с внутренней частью его личных комнат. Яхико был другим. Остановившись за его спиной, Дейдара не ощущал ни угрозы, ни страха — почему-то этот не самый сильный щиноби внушал лишь доверие.       Яхико не сразу обернулся на его голос. — Спасибо, Дейдара, — ответил он несколько рассеянно, — останься здесь ненадолго. Дейдара понятия не имел, зачем лидер просил его задержаться, но возражать не стал. Ему всегда было интересно, какой Пейн видел Аме со своего балкона, и другого шанса узнать это могло больше не представиться.       Амегакуре уже отошла ко сну. На пустых улицах мелькали лишь патрульные отряды, а в окнах жилых зданий почти не горел свет. Деревня безмолвствовала, и, возвышаясь над этим безмолвием, Дейдара чувствовал себя особенным. Его взгляду было открыто то, что никогда не будет доступно многим другим. Это было похоже на ощущения во время полёта, но, одновременно с этим, казалось чем-то большим. Пейн называл себя Богом и, наблюдая отсюда за Аме, вероятно, действительно им себя ощущал.       Что чувствовал Яхико, оставалось загадкой. — Как ты знаешь, я родился в Амегакуре, — заговорил он, всё также не сводя взгляда с Деревни, — я помню разрушения, которые принесла ей Третья мировая война шиноби. Мы с Конан и Нагато тогда чудом выжили благодаря вмешательству Джирайи-сана. Когда мы подросли, то поклялись, что всегда будем защищать Амегакуре, и создали для этой цели Акацуки. Мы пытались заключить мир между Конохой, Суной и Ивой, потому что только окончание войны между ними могло принести спокойствие в Аме. В конце концов, ради этого мне даже пришлось отдать свою жизнь. Акацуки и Амегакуре пошли совсем не по тому пути, которого я желал, но я не имею права обвинять Нагато: после моей смерти ему слишком со многим пришлось столкнуться. — И ты типа сейчас пытаешься достичь того, чего не смог тогда, да? — догадался Дейдара. Яхико грустно улыбнулся. — Наверно, можно и так сказать, — согласился он, — я просто всё ещё хочу того же: достичь мира с Великими Странами, чтобы Аме больше не пришлось быть полем битвы. Если сейчас Альянс пойдёт войной на Акацуки, от Деревни мало что останется.       Дейдара хмыкнул. За всеми пафосными речами Яхико о недопустимости войны, которые до этого казались просто абстрактным морализаторством, теперь встал живой и понятный образ. Дейдаре самому довелось застать послевоенную разруху — только не в Аме, а в Иве. Пусть Ивагакуре и не была полем битвы для других стран, её экономика сильно пострадала из-за Третьей мировой войны. Его детство пришлось на ранние послевоенные годы, и Дейдара хорошо помнил и пустые похлёбки на ужин в сиротском приюте, и кучу беспризорных детей, оставшихся без родителей, и угрюмые лица взрослых, которым приходилось работать за троих, чтобы хоть как-то восполнить бесчисленных погибших. Аме же из-за столь неудачного расположения пришлось ещё хуже. Не было ничего удивительного в том, что Яхико, своими глазами видевший все ужасы военного времени, не хотел повторения подобного в родной Деревне. — Теперь я, кажется, и правда лучше тебя понял, мм, — кивнул Дейдара в такт своим мыслям. — Я этому рад, — уже чуть более воодушевленно ответил Яхико, — наша миссия может закончиться очень неудачно, и я бы хотел, чтобы каждый из нас понимал, зачем действительно туда идёт. Расскажешь, почему решил пойти ты?       Дейдара криво усмехнулся. Действительно, это не могло быть односторонним откровением, ему следовало догадаться раньше.       Он постучал по карманам и, нащупав помятую пачку сигарет, протянул Яхико. — Расскажу, если покуришь со мной, мм, — в его голосе прозвучал вызов. Дейдара не был уверен, что такой примерный шиноби как Яхико прежде курил, но оттого веселее было его подначить. Лидер и правда взглянул рассеянно, чуть вскинув рыжие брови, однако согласился. Как только он вытащил сигарету из предложенной пачки, Дейдара с довольным видом весьма фамильярно сел рядом и, щёлкнув зажигалкой, поджог сигареты обоим. — Ужасно хочу посмотреть на лицо Цучикаге, когда он поймёт, что мне хватило наглости явиться с требованием переговоров. Уверен, он просто взорвётся от возмущения, да, — со смаком ответил Дейдара и сам не мог понять, что доставляло ему большее удовольствие: представлять побагровевшее от злости лицо старика или первая затяжка после длительного перерыва. Яхико тоже не мог разобрать, шутит Дейдара или нет, поэтому продолжал смотреть на него с недоумением. Вывести из себя главу бывшей Деревни явно не казалось ему достаточной причиной, чтобы рискнуть жизнью. Дейдару это лишь больше позабавило. — Ладно-ладно, не смотри на меня так, это не единственная причина, мм, — сжалился он над Яхико, — я просто так прикинул, что шансы сдохнуть у меня примерно равны, что на переговорах, что в случае начала полномасштабной войны с Альянсом. Ты же сам сказал, что пока Нагато не очнётся, не видать нам силы Хвостатых, а без них воевать с объединённой армией Пяти Деревень — та ещё лажа, мм. Нет, я, конечно, уверен, что в случае масштабного замеса унесу с собой как минимум пару сотен жизней, но исхода это не меняет. Да и бля, очень не хочется мне играть под дудку Тоби. Он только и ждёт, чтобы под шумок войны осуществить свой план, и, если я хочу ему поднасрать, то мне стоит сделать всё, чтобы этой войны не было. Сложи все эти причины и получишь ответ, мм.       Дейдара снова затянулся и медленно выдохнул полупрозрачный дым. Подхваченный ветром, он быстро рассеялся в воздухе. Лишь на языке остался горьковатый привкус, который хотелось сплюнуть.       Была ещё одна причина, которую Дейдара озвучивать не стал. У этой причины наивные серо-голубые глаза и длинные русые волосы. Из-за этой причины у него периодически шевелилось в штанах и — что гораздо хуже — начинало шевелиться что-то в душе. Война между Альянсом и Акацуки, которая непременно вторгнет Аме в хаос, сильно угрожала безопасности Митсуко. Если все они будут заняты сражением, никто не сможет защитить её от Тоби. Успех переговоров же гарантировал ей защиту и со стороны Альянса. Дейдара мысленно скривил губы в насмешке над самим собой: и давно он ради девчонки готов вспомнить, что такое благородство и жертвенность?       Он поднёс сигарету к лицу и машинально коснулся пальцами губ. — Теперь, кажется, и я лучше тебя понимаю, — выслушав его, Яхико сделал первую затяжку и тут же закашлялся от слишком быстрого вдоха. Дейдара прыснул. — Лидер, ну как так, возглавляешь преступную организацию, а курить не умеешь, да. — Да как-то не приходилось раньше, — сконфуженно ответил Яхико и облизнул губы, стараясь избавиться от горечи во рту. Дейдара вновь усмехнулся.       Густые облака расступились, и сквозь них показался диск луны. Его бледный свет полоснул по Аме и растворился в тени её узких улиц. Молчание затянулось, слилось с ночной тишиной, впитало в себя сигаретный дым и прохладу. Шиноби неспешно курили, каждый уйдя в свои мысли. Дейдара стряхнул пепел, меланхолично следя за тем, как он летит куда-то вниз, к подножию башни.       Аме никогда не вызывала у него ни тёплых чувств, ни желания обосноваться здесь. И всё же, готовясь её покинуть, возможно, навсегда, Дейдара не мог избавиться от тянущего ощущения в груди. — Хочу узнать ещё кое-что, но ты можешь не отвечать, — Яхико повторил его жест и тоже стряхнул пепел, — почему ты согласился взорвать Иву по приказу Нагато? Вероятно, эта тема всплывёт в переговорах.       Дейдара сжал пальцы, чуть не переломив сигарету. В нукенинской среде не принято задавать подобные вопросы, но откуда Яхико это знать? С его преданностью Аме наверняка было трудно представить, почему кто-то другой может так легко уничтожить родную Деревню. Дейдара машинально поболтал свешанной с края балкона ногой и сделал длинную затяжку перед тем, как ответить. — Если коротко, — сказал он, медленно выпуская кольцо дыма, — месть. Тебе не нужно знать, за что именно. Главное, что старик Цучикаге сам прекрасно знает, за что.       Яхико окинул его долгим взглядом, но так и не нашёл, что сказать. Дейдара не собирался рассказывать больше. Он смял бычок о край балкона и скинул вниз, после чего резко поднялся на ноги. — Поздно уже, пойду спать, мм. Завтра нужно быть бодрым и полным сил, — он понимал, что Яхико не станет его останавливать, поэтому, не дожидаясь ответа, развернулся и пошёл прочь. — Да. Спасибо, что задержался, — чуть запоздало отозвался Яхико. Дейдара лишь молча махнул рукой.       Дейдара щёлкнул кнопкой на дальнометре, приближая картинку земли. Его птица стремительно неслась над лесом, и сквозь густые кроны легко можно было не заметить потенциальных врагов. Саске и Яхико сидели чуть поодаль, также внимательно осматривая окрестности. Дейдара спиной чувствовал, как у младшего Учихи в глазах горит Шаринган и упорно боролся с желанием скинуть засранца где-нибудь над ущельем.       За день полёта шиноби едва обмолвились парой фраз: Саске и Дейдара старательно игнорировали существование друг друга, держа в приоритете общее задание, а Яхико, зная о их взаимной неприязни, нарочно не заводил разговор. От этого время тянулось медленней, и ничто не заглушало голос собственных мыслей в голове. А мыслей этих было слишком много, и среди них не было, пожалуй, ни одной, которую Дейдаре действительно хотелось думать. Однако, чем больше он сопротивлялся, тем навязчивей они становились. Вчерашний разговор с Яхико затронул тему, которую Дейдара сознательно избегал последние годы, и которую теперь невозможно было игнорировать. Он рассчитывал, что, по прошествии времени, ему будет в достаточной мере плевать на предстоящую встречу с Куроцучи и Акацучи — а что именно эти двое будут сопровождать Цучикаге, не было никаких сомнений, — но оказался не прав. Дейдара не солгал, что со смаком посмотрит в лицо старика, когда заявится на собрание. Но сколь большим будет это удовольствие, столь же тревожной станет и встреча со старыми товарищами. Было бы гораздо проще, если бы они его ненавидели — он принял бы эту ненависть стойко, как что-то понятное и закономерное, но Дейдара слишком хорошо знал бывших друзей, чтобы ждать от них такую очевидную реакцию. Когда он последний раз видел Куроцучи, она с ужасом смотрела на него, уничтожавшего родную Деревню. Всегда бойкая и находчивая, в тот день она была настолько парализована происходящим, что могла только стоять на крыше и смотреть. Её взгляд Дейдара потом не раз видел в кошмарах. Он отомстил Деревне, отомстил Цучикаге и, казалось бы, не жалел об этом. И всё же, ожидая увидеть разочарование в глазах двух некогда самых дорогих ему людей, он не мог не ощущать отвратительную тяжесть в сердце. Несколько лет ему удавалось избегать встречи с ними — видимо, на этом его удача закончилась.       Каков будет итог у этой встречи, думать хотелось ещё меньше, но, в то же время, думать ни о чём другом Дейдара не мог. В благоприятный исход переговоров он верил меньше всего. В лучшем случае, Яхико удастся вообще хоть что-то сказать прежде, чем на него нападут. Пережить бой с Пятью Каге казалось задачей крайне сложной, но не совсем уж невыполнимой с учётом их с Учихой способностей. Пусть Яхико и приказал до последнего избегать прямого столкновения, Дейдаре казалась даже занимательной перспектива сразиться с Цучикаге и навалять ему. Самым же худшим для себя исходом — гораздо хуже, чем бой и смерть — Дейдара видел плен и насильное возвращение в Иву. Ему вовсе не хотелось давать жителям Деревни возможность поквитаться с ним за принесённое разрушение, и дело заключалось вовсе не в страхе быть забитым камнями. Просто дать им себя убить — означало самому проиграть, а Дейдара в этом конфликте желал оставить последнее слово за собой.       К тому же, он ведь обещал Митсуко вернуться — пусть это обещание и было брошено больше для того, чтобы её успокоить. В их последнем разговоре Дейдара звучал уверенно, но сам слабо верил в свои слова. Их встреча на крыше Башни была неожиданной и, он бы соврал, если бы сказал, что не приятной. Не хотелось, чтобы она была последней. Хотелось вернуться. Митсуко наверняка будет счастлива, когда увидит его — её лицо становится особенно красивым, когда она улыбается — и можно будет поцеловать её снова. Тем более что теперь была его очередь. Дейдара не ожидал, что ей хватит смелости поцеловать его первой, и думал уже, что их поцелуй так и останется несбывшимся. Это сделало бы сложившуюся ситуацию проще: по крайней мере, на одну причину заботиться о предстоящих переговорах было бы меньше. Теперь же он чувствовал себя ещё более обязанным вернуться.       Дейдара мотнул головой. А действительно ли между ними возникло обязательство? Митсуко, несомненно, ему нравилась, и было приятно — даже лестно — что он тоже нравится ей. Однако в момент, когда он сам хотел её поцеловать, тогда, после полёта, Дейдара не задумывался ни о чём дальше поцелуя. В их переменчивом положении глупо было рассчитывать на серьёзные отношения, и нынешняя переговорная миссия — яркое тому подтверждение. В реальности, где каждый из них в любой момент может умереть или оказаться в руках врага, не стоило ни к кому глубоко привязываться: потому все его увлечения последних лет были столь же мимолётными, как и его Искусство.       И всё же, Митсуко в голове Дейдары не вязалась с лёгким романом на пару ночей. Внутри него самого что-то противилось такой идее, и он даже не мог объяснить, почему именно.       О Ками, какого чёрта он вообще об этом сейчас думает? Ему стоит заботиться о своей шкуре, а решить, что делать с Митсуко можно и на обратном пути, если он вообще будет.       В середине дня шиноби спустились на небольшой привал. Дейдара мог бы лететь и дольше, но Яхико настоял на том, что они и так уже выиграли достаточно времени и не стоит растрачивать силы попусту. Стран      а Дождя осталась позади, теперь их путь лежал через Страны Травы и Водопадов. Местные шиноби вряд ли стали бы проблемой — репутация Акацуки была такова, что маленькие селения не рисковали открыто выступать против них без острой необходимости. Однако, рядом пролегали границы Стран Огня и Земли. Ещё с воздуха Дейдара видел вдали пики гор, скрывавших родную Деревню. Из-за собрания Пяти Каге патрули наверняка были усилены, и шансы столкнуться с отрядами АНБУ из Конохи или Ивагакуре, которые и так сновали здесь довольно часто, увеличивались. Поэтому, ограничившись короткой передышкой и обедом, шиноби быстро поднялись в воздух и продолжили путь. Быть обнаруженными раньше времени совсем не входило в их планы.       До конца дня им удалось пересечь границу между Страной Травы и Страной Водопадов, и только окончательно сгустившиеся сумерки заставили Дейдару спуститься. Он мог продолжать путь и ночью, дальнометр позволял видеть в темноте, но Яхико вновь настоял на привале, на этот раз более длительном. После разведки местности и установки сигнальных ловушек, шиноби разбили в лесу небольшой лагерь для ночёвки. — Итак, — начал Яхико и подвинулся ближе к небольшому костру, — если мы продолжим двигаться в том же темпе, то уже завтра вечером достигнем границы Страны Железа. Собрание Каге назначено на послезавтра, так что мы должны на него успеть. Отблески костра играли на его лице и делали волосы похожими на языки пламени. В глазах Яхико отражался свет огня, от чего его взгляд казался воодушевлённым. Или он был таким на самом деле? — Ну, это если никто не захочет преградить нам путь, да, — парировал Дейдара и потянулся. За день напряжённого полёта мышцы ужасно затекли, и, будь Дейдара один, давно уже развалился бы на траве. — Да, я учитываю, что Тоби вполне может попытаться нам помешать. Чем ближе мы к цели, тем больше нам нужно быть начеку, — согласился Яхико. — Если Тоби рискнёт показаться, я его убью, — Саске, до этого едва ли не весь день хранивший молчание, вдруг заговорил. Оно было понятно — он наверняка знал, что Тоби помогал в убийстве клана, и хотел отомстить.       Дейдара на его самоуверенный тон среагировал мгновенно. — Ну, уж тут тебе придётся встать в очередь, мм, — он криво усмехнулся. У него самого руки чесались подорвать Тоби к чёртовой матери за враньё, и плевать, какие мотивы были у Саске.       Они смотрели друг на друга через костёр, и во взгляде обоих читалась невысказанная угроза. Только общая цель удерживала Дейдару от того, чтобы схватиться за глину и поставить мелкого Учиху на место. Атмосфера, которую ещё минуту назад можно было назвать спокойной, в миг переменилась.       Было, конечно, что-то ироничное в том, что они оба вновь хотели убить одного человека. — Понимаю ваши эмоции, — вступил Яхико, — но всё же, если нам представится такая возможность, Тоби лучше не убить, а взять в плен и предъявить Пятерым Каге на собрании.       Дейдара смотрел в глаза Саске упрямо, совсем не боясь, что в любой момент в них может вспыхнуть Шаринган. Он видел, как рефлекторно рука Учихи дёрнулась по направлению к катане — значит, воспринимает угрозу вполне серьёзно.       Кунай просвистел прямо между ними и с глухим звуком воткнулся в дерево. Оба шиноби рефлекторно повернулись к источнику опасности — Яхико смотрел на них с укором. — Мы же договаривались, что на время миссии вы забываете про все свои распри, — он покачал головой и разочарованно вздохнул, — вы же профессиональные шиноби, разве должен я вам об этом напоминать?       Для большей авторитетности Яхико сложил руки на груди. Дейдара закатил глаза от того, насколько тот был похож на нудного сенсея из Академии — ещё немного и заставит стоять на коленях на мелких камнях и вслух читать нарушенные правила. Признавать его правоту не хотелось, по крайней мере вслух.       Остаток скудного ужина шиноби провели в молчании. Дейдара заключил, что навалять маленькому засранцу по возвращении в Аме — это ещё один хороший повод пережить переговоры, и на том успокоился. Саске со своей стороны тоже больше не стал развивать тему про Тоби, вновь натянув маску безразличия.       «И всё же, он не такой непробиваемый, как его брат, мм». — Нужно решить, кто будет в ночном карауле, — заговорил Яхико, только когда с ужином было покончено, — я поохраняю нас первую половину, а вторую подежурит Саске. Дейдара, ты отдыхаешь. Ты и так весь день управлял птицей и завтра будешь тоже.       Подрывник насупился, уловив в словах Яхико намёк на собственную слабость. — Я спокойно могу обходиться без сна несколько дней, мм. Лучше ты спи, тебе ещё переговоры вести, — упрямо ответил он. — Я не сомневаюсь, что ты можешь, Дейдара, — согласился Яхико, — тут дело в целесообразности. Сейчас у нас нет необходимости выжимать из себя все соки. Напротив, нам нужно добраться до места Совета с наибольшим запасом сил у каждого, мало ли как повернётся ситуация.       Дейдара цыкнул. — Ладно уж, мм, — он не стал уточнять, что всё равно вряд ли сможет выспаться, потому что попросту не доверит свою жизнь Учихе. Вместо этого он смерил Саске предупреждающим взглядом и отодвинулся поближе к деревьям.       Костёр решили потушить, чтобы не привлекать лишнего внимания. Ночи здесь были холодные и земля быстро промерзала, поэтому, подстелив походный матрац, Дейдара поглубже закутался в свой плащ. Несколько минут он лежал в напряжении, прислушиваясь, как на противоположном конце их небольшой прогалины укладывается Саске. Только когда тот затих, Дейдара проверил под рукой оружие и позволил себе чуть притупить внимание.       Тело, весь день напряжённое из-за полёта, заныло. Теперь, когда можно было немного расслабиться, Дейдара в полной мере ощутил усталость. Хоть он и бахвалился внешне, сам прекрасно чувствовал, как просел уровень чакры, который действительно стоило восстановить, чтобы к Совету иметь силы на достойное сражение.       Благодарить Яхико за возможность отдохнуть Дейдара, конечно же, вслух не стал.       Ночью ему действительно так и не удалось выспаться. Нутром Дейдара ждал нападения от Тоби или заметивших их АНБУ и не мог легко доверить свою жизнь Яхико — в конце концов он ведь даже ни разу не видел его в бою. Дейдара просыпался от каждого подозрительного шороха, потому его сон был поверхностным и прерывистым. Он прекрасно слышал, как тихо Яхико разбудил Саске, который тоже вряд ли крепко спал этой ночью. Смена караула спокойствия не добавила, Учихе Дейдара доверял и того меньше, поэтому так и не смог заснуть до утра. Иногда он лишь ненадолго проваливался в дрёму, и ему снился несвязный бред, накладывающийся друг на друга яркими пятнами. Когда Саске разбудил их утром, Дейдара помнил только лицо Куроцучи, Ивагакуре и вспышки взрывов. Не удивительно, что проснулся он разбитым и в гадком расположении духа. Хотя бы уровень чакры восстановился — и то хорошо.       Перекинувшись между собой парой дежурных фраз, шиноби прикончили завтрак, собрали расставленные ловушки и снова взмыли в небо. Дейдара то и дело бросал взгляд в сторону знакомых гор и тут же одёргивал себя — он вообще-то не сопливая тряпка и не очкушник, чтобы переживать о встрече с бывшими друзьями, а после вообще запретил себе думать об этом.       Внизу проносились густые леса, и если к западу они редели, переходя в скалистые ущелья, то на восток, напротив, широко раскидывались, насколько хватало глаз. Их прорезали извилистые реки, кипящие водопадами и наполнявшие глубокие озёра. Вся местность была похожа на зелёное марево, украшенное блеском воды в солнечных лучах. Оно дышало жизнью, светом, пропахшим травой воздухом — Дейдара невольно вспомнил, как ещё будучи шиноби Ивы, оказывался на территории страны Водопадов при патрулировании границы или вскользь на миссиях и завидовал тому, насколько полной, живой и яркой она казалось по сравнению с родной Деревней, окружённой лишь голыми красными скалами. Ему хотелось свободно парить над этим простором, вдыхать пьянящий воздух и лететь куда-то туда, куда манят изгибы рек, не думая ни о чём. Досада от того, что он не мог, отдавала горечью на языке и ложилась тяжёлой тенью на сердце. И чем гуще становилась эта тень, тем неотвратимей ощущалось желание вырваться из Ивы. Он точно был прав, что смог вырваться.       За целый день полёта шиноби так и не столкнулись ни с Тоби, ни с патрульными отрядами, всё было спокойно — и это спокойствие внушало тревогу. Пока что их план шёл как нельзя гладко, они даже, благодаря скорости Дейдары, смогли выиграть немного времени и достигли границы Страны Железа ещё до заката. Здесь, к северу, густые леса сменялись заснеженными равнинами и монументальными горами, укрытыми белой дымкой. Холодный, суровый край, совсем неприветливый ни для местных жителей, ни для шиноби, встретил их пронизывающим ветром и мелким снегопадом. Дейдара плотнее застегнул плащ и только после этого спрыгнул с птицы в глубокий снег. Теперь им предстояло как можно быстрее отыскать место для ночлега, пока не сгустилась ночь. В другой ситуации он предпочёл бы заглянуть на один из постоялых дворов, но сейчас, когда Совет был так близко, им нельзя было нигде светиться. Вариант оставался только один — заночевать на улице, и от этой мысли настроение Дейдары окончательно испортилось. Пусть он и был неприхотлив, морозить жопу в снегу всё же не хотел. — Сверху я видел там какую-то пещеру, мм, — он махнул рукой в сторону ближайших скал, — не от мороза, так хоть от снега укроемся.       Дейдара не ошибся — стоило приблизиться, они действительно быстро нашли выемку в скале, достаточно глубокую для того, чтобы в ней свободно разместились несколько человек. Вход с пещеру был занесён снегом, также как и ближайшая к нему внутренняя часть. Быстрее других Саске сложил печати и мощным Катоном растопил мешающий снег.       «А что, удобно,» — мысленно присвистнул Дейдара, но вслух ничего не сказал. Не хватало только Учиху за базовую огненную технику хвалить.       Яхико взялся за установку в округе сигнальных ловушек, после чего Дейдара Дотоном прикрыл вход в пещеру, оставив лишь узкую щель, через которую внутрь не так сильно задувал пронизывающий ветер и снег. Когда Саске развёл костёр с помощью найденных промёрзших веток и огненных техник, условия для ночлега даже перестали казаться такими уж мерзкими. Дейдара подстелил походный футон и подвинулся ближе к огню, чтобы отогреть замерзшие ноги.       Снаружи окончательно стемнело. — Думаю, самое время ещё раз обсудить наш план на завтра, — начал Яхико, когда все трое устроились у костра и разложили скудный походный ужин, — вы останетесь примерно за километр от места Совета, на него я пойду один. Если мне удастся убедить Каге выслушать нас, я вам сообщу через кольца, и тогда вы прибудете на место. Если же всё пойдёт по негативному сценарию, вы должны не ввязываться в драку, а воспользоваться форой и вернуться в Аме. — Ты уверен, что хочешь, чтобы мы тебя там кинули, мм? Их, конечно, будет больше, но и мы не слабаки, сможем тебя вытащить, да, — идея оставить Яхико в руках Каге вызвала у Дейдары протест. И дело было даже не в том, что он был приучен вытаскивать товарищей из любой задницы. Яхико, в первую очередь, был лидером Акацуки, и без него организация рисковала быстро провалиться в хаос — слишком уж разными сейчас были её члены.       Однако, несмотря на очевидные опасения, Яхико уверенно кивнул. — Да, я думаю, это будет лучшим вариантом. Если ни я, ни вы не будем оказывать активного сопротивления и развязывать бой, вряд ли Каге сразу меня убьют. Скорее всего они воспользуются шансом захватить и допросить лидера Акацуки, и тогда у меня появится ещё одна возможность убедить их объединиться с нами.       О возможности попасть в плен и умереть Яхико говорил так спокойно, словно это должно было случиться вовсе не с ним. Холодность и твёрдость его слов выдавали опытного шиноби, что совсем не вязалось с его обычной живостью и молодой внешностью. Яхико ведь уже умер однажды — неужели ему совсем не страшно было умереть вновь? Даже если и было, он не выдал этого ни единым мускулом.       Спросить у Яхико потом что ли, что там после смерти?       Дейдара невесело усмехнулся собственным мыслям. Если всё пойдёт не по плану, завтра у него самого появится шанс узнать. — Ты просто сумасшедший, мм. Делай, что знаешь, — Дейдара махнул рукой и вместо того, чтобы спорить с Яхико, предпочёл развернуть остатки вяленого мяса на ужин. Усталость, накопленная за вторые сутки полёта, давала о себе знать: управлять птицей столь долго и быстро — на пределе своей скорости в течение целого дня — стоило внушительных запасов чакры. Теперь её уровень болтался где-то на дне, а вместе с ним и желание Дейдары всерьёз пререкаться с кем-либо. Когда они работали с Сасори, тот очень хорошо улавливал эту смену настроения напарника и, непременно проворчав что-то про слабость человеческого тела, давал Дейдаре выспаться.       Сасори здесь не было. Были Саске и Яхико, пока не заслужившие и десятой доли доверия бывшего напарника, была опасная миссия, тревожное ожидание нападения и вечная метель в опустившихся сумерках, иногда со свистом врывавшаяся внутрь пещеры через оставленную щель. Дейдара вновь запретил себе расслабляться.       Как и прошлый раз, караул между собой разделили Яхико и Саске. Ночь обещала быть холодной и длинной, поэтому костёр решено было не тушить. Он согревал морозный воздух, поэтому Дейдара не стал отодвигать футон слишком далеко от огня.       В тишине, что повисла в пещере, когда шиноби отошли ко сну, он отчетливо слышал треск костра, завывание ветра и тихое дыхание временных товарищей. Эти звуки выдёргивали из полудрёмы, стоило им лишь на секунду стать громче или измениться. Дейдара не мог сказать, засыпал он или это собственные мысли сливались в поток образов, заполнявших сознание. Он снова видел смазанное лицо Куроцучи, единственным четким пятном на котором были угольно чёрные глаза, смотревшие с разочарованием и презрением. Недовольно вздохнув, Дейдара перевернулся на другой бок. Даже тень сна исчезла, и он остался один на один с мыслями, которые по-прежнему не хотел думать. Он уже ненавидел эту ночь и мечтал, чтобы она быстрее кончилась. Лучше было встретиться с неизбежным, чем томиться в ожидании. Хотелось проветрить голову, но выйти наружу было нельзя, и от того мир, сузившийся до крошечной пещеры и образов прошлого, ощущался тошнотворно и душно.       Подумаешь, старые товарищи! Их пути разошлись, ещё когда Дейдара безжалостно вычеркнул из своей жизни всё, что связано с Ивагакуре. И если эти двое не сделали то же самое с ним, это только их проблемы. Они теперь — враги, и этого не изменит даже временный Альянс с Акацуки. Возможно, завтра им вообще предстоит сойтись в смертельной схватке и проверить, кто на самом деле сумел оставить прошлое в прошлом. И всё же, насколько сильными они стали? Смогут ли что-то противопоставить ему? Что Куроцучи, что Акацучи обладали недюжинным талантом к ниндзютсу, к тому же их тренировал старик Цучикаге — у них не было ни шанса не стать сильнейшими шиноби в Деревне. Однако, в битве Дейдара ставил на себя — пока они оттачивали навыки в тепличных условиях тренировочных площадок, он каждый день выживал в мире нукенинов. Интересно будет помериться силой и понять, кто чего смог достичь. По крайней мере, в детстве ему нравилось устраивать с ними тренировочные бои. Даже если потом приходилось неделями залечивать оставленные Куроцучи синяки. Дейдара нахмурился и мысленно отвесил себе подзатыльник. Не будет он вспоминать генинские годы!       К утру буря превратилась в размеренный снегопад и, стоило снаружи хоть немного просветлеть, Дейдара нетерпеливо поднялся с футона. Саске, дежуривший вторую половину ночи, кинул на него недоверчивый взгляд, но ничего говорить не стал. От их копошения мгновенно проснулся Яхико — судя по теням, залегшим у него под глазами, Дейдара вообще сомневался, что лидер сегодня спал.       Утро было нервным и недобрым.       Шиноби быстро собрали вещи и, внимательно осмотревшись, покинули пещеру. Собрание было назначено на день, и у них оставалось достаточно времени, чтобы добраться туда пешком, не привлекая лишнего внимания. Саске бежал впереди, Шаринганом осматривая окрестности, где за любой скалой или сугробом мог притаиться патрульный самурайский отряд. Дейдара почти не отставал от Учихи. Он бежал, разминая глину, готовый отразить самую внезапную атаку, и гнал все мысли, кроме одной: при необходимости он сразится с каждым, кто встанет у них на пути. Рот на руке беспокойно облизывался.       Снежное покрывало раскинулось вокруг, насколько хватало глаз. Из-за этого здесь было так легко потеряться: куда ни глянь, везде сугробы и серо-белые скалы. Единственным ориентиром, который не позволял шиноби сбиться с пути, была огромная гора, похожая на раскрытые волчьи пасти. Она являлась сердцем Страны Железа, и именно в её сторону лежал их путь.       Когда до места проведения Собрания оставалось несколько километров, Яхико подал жестом приказ остановиться. — Разойдёмся здесь. Дальше идти всем вместе может быть опасно, — он повернулся к своим спутникам и уверенно кивнул, — что бы ни произошло, я свяжусь с вами через кольцо, чтобы доложить обстановку. Будем действовать по ситуации, но пока оставайтесь здесь.       Дейдара встретился взглядом с Яхико. Теперь в его лице не было и тени беспокойства, с которым он проснулся утром. Его янтарные глаза смотрели ясно, в них горела решимость. — Ага, на связи, мм, — Дейдара кивнул в ответ, — и удачи там.       Яхико легко улыбнулся. — Спасибо. Надеюсь, скоро увидимся с хорошими новостями, — больше не медля, он в одиночку отправился к месту Собрания Пяти Каге. Дейдара смотрел ему вслед до тех пор, пока фигура Яхико перестала быть различима в снежной дымке.       И снова им оставалось только ждать в неизвестности. Не предчувствуя ничего хорошего, Дейдара тихо хмыкнул и присел возле ближайшей скалы, чтобы не отсвечивать в полный рост. По крайней мере, их не должны были заметить раньше Яхико, чтобы план имел хоть малейший шанс на успех. Чуть помедлив, Саске сел рядом с ним. Разговор начинать никто не спешил — да и не следовало создавать лишний шум, по которому их можно вычислить. К собственному удивлению, сейчас он не чувствовал напряжения от того, что Учиха так близко — напряжение от ожидания перекрывало всё остальное. Дейдара закусил губу и продолжил нетерпеливо мять в руке кусок глины.       Когда по внутренним ощущениям прошло не больше пяти минут, Саске вдруг встрепенулся. — На Яхико напали, — он подскочил со своего места и внимательно посмотрел Шаринганом, который всё это время держал активированным, в сторону, куда ушёл лидер, — вижу двоих, появились из ниоткуда.       Дейдара подскочил следом. — Твою мать! По-любому это Тоби и его блядская Камуи или как её там! «— Яхико, помощь нужна? Это Тоби напал?!» — Дейдара тут же связался с лидером. « — Да, — тот ответил мгновенно, — он и, кажется, Зецу. Боюсь, один с ними двумя не справлюсь.» « — Сейчас будем! Продержись, мм!» — Пиздец, — Дейдара выругался и рванул с места, — там Тоби и Зецу, Яхико без нас не справится, мм!       Их чёткий план, которому они так удачно следовали несколько дней, стал рассыпаться в последние минуты до осуществления.       Снег нещадно бил в лицо, попадал в глаза, мешал ориентироваться, но шиноби ни на секунду не замедляли бег. Нельзя было позволить Тоби убить Яхико — если он погибнет, о переговорах с Альянсом можно будет забыть. Внутри Дейдара кипел. Этот ублюдок специально выжидал момент, чтобы напасть?! Если всё это время с ним был Зецу, ему ничего не стоило подслушать их план! Поэтому он дал им так спокойно передвигаться эти дни: ждал, когда Яхико останется один!       От мысли, что их снова оставили на шаг позади, Дейдара был готов взвыть. Когда впереди стали различимы звуки битвы и шиноби были готовы в неё ворваться, перед ними вдруг вырос отряд самураев. Десяток человек, облачённых в прочные железные доспехи, появился будто из-под земли и преградил путь. — Это что ещё за хуйня?! — крикнул Дейдара, — Джуби вас дери, а ну уйдите, мм!       Самураи его, естественно, не послушали, и Дейдара приготовился пустить в ход бомбы. — Стой, — осадил его оказавшийся рядом Саске, — похоже, что это местный патрульный отряд. Если убьём их, уже не сможем доказать свои мирные намерения на переговорах.       Дейдара злобно рыкнул то ли от безысходности, то ли от того, что мелкий Учиха решил им покомандовать. — Да без тебя знаю, мм! — ему ничего не оставалось, кроме как скрипнуть зубами и убрать глину обратно в сумку.       Тем временем самураи обнажили клинки и перешли в атаку. Саске выхватил собственный меч и попытался прорваться сквозь них без лишнего кровопролития. Лязг железа разлетелся сквозь снежную пелену. Короткая схватка длилась меньше минуты, но силы оказались не равны — в технике владения мечом самураи на голову превосходили большинство шиноби. Учихе пришлось отступить на прежнюю позицию. Стоило ему потерпеть первую неудачу, Дейдара самодовольно хмыкнул. Он тут же перехватил инициативу и сшиб Дотоном несколько самураев, что приблизились к ним слишком опасно, а оставшихся окружил каменными стенами. Как только враги оказались в ловушке, шиноби рванули на пролом, однако, уже в следующую секунду клинки пробили казавшиеся монолитными стены, и противники вновь перешли в нападение. — Вот же суки шустрые! — выругался Дейдара. Про Иайдо — знаменитую технику молниеносного владения мечом — прежде он только слышал от старика Цучикаге. Тот не раз повторял ученикам, что, столкнувшись с её владельцем, обычный шиноби быстрее лишится головы, чем сложит печати. В кендзюцу Дейдара не был силён и, не имея возможности воспользоваться привычными разрушительными техникам, засел в обороне. Он едва успевал уклоняться от свистящих рядом с жизненно важными органами клинками и укрываться Дотоном. Саске тоже приходилось не сладко: даже с активированным Шаринганом он явно не легко отбивался от окруживших его противников. Ситуация складывалась как нельзя хуже. Каждую минуту, что они теряли здесь, Тоби мог убить Яхико! — Нужно прорываться, — словно прочитав его мысли, сказал Саске, когда шиноби оказались рядом. — А то я без тебя не догадался! — огрызнулся Дейдара, — предлагаю облететь их на птице. Отвлеки их, мм.       Учиха бросил на него недовольный взгляд, но отведённую роль выполнил. Дейдаре нужно было всего несколько свободных секунд, чтобы из заготовленной глины слепить птицу и увеличить её в размерах. Как только она расправила крылья, шиноби запрыгнули ей на спину и взмыли в воздух. Самураи бросили им в след несколько клинков из чакры, но Дейдара легко уклонился. Как только у него появилась возможность оглянуть поле боя сверху, он заметил, что самураи напали только на них с Саске — всего в нескольких сотнях метров впереди Яхико сражался с Зецу и Тоби один. Это было подозрительно, но времени обдумывать не оставалось.       Неожиданной атаки с воздуха не получилось. Ещё на подлёте Тоби заметил их и исчез в пространстве Камуи быстрее, чем до него долетели первые бомбы. Саске и Дейдара спрыгнули с птицы, закрывая с двух сторон Яхико от потенциальных атак. Тот уже был ранен — одной рукой лидер держался за рассечённый бок, и снег под его ногами был пропитан кровавыми каплями. — Вы вовремя, — Яхико попытался выпрямиться и слегка поморщился, — похоже, нас всех здесь ждала засада.       Снег вокруг был перерыт или вовсе расплавлен, что свидетельствовало о тяжёлой битве. Дейдара навострил всё своё внимание, готовясь отразить атаку из любой точки, но Тоби не показывался. Зецу тоже куда-то исчез — только снегопад, ставший почти прозрачным, засыпал пространство. — Неужели испугались, мм? — язвительно бросил Дейдара, хотя ему вовсе не казалось, что ублюдок Тоби может так легко свалить. Ответом была звенящая тишина. Ещё с минуту шиноби не отпускали напряженные стойки, ожидая нападения.       Однако, его так и не случилось. Ни Тоби с Зецу, ни самураи больше не преследовали их.       Это было слишком подозрительно.       Когда Дейдара уже собирался в очередной раз задаться вопросом, какого чёрта это вообще было, Саске указал в сторону, куда прежде направлялся Яхико. — У нас гости, — серьёзно сказал он, — десять человек впереди, ещё несколько десятков пытаются зайти с боковых флангов. Судя по всему, среди них есть Каге. — Кажется, нас заметили, — невесело отозвался Яхико, — не удивительно, что такая битва привлекла внимание.       Стоило ему это сказать, как у Дейдары внутри что-то щёлкнуло. Он вдруг почувствовал, словно его окатило ледяной водой в лютый мороз. А потом затрясло — но не от холода, а от охватившей каждую клетку ярости.       Тоби не просто пытался убить Яхико. Он знал об их плане, знал, что они хотят сыграть на эффекте неожиданности, знал, что для большего успеха Яхико должен был начать переговоры в одиночку. Своим нападением он заманил Дейдару и Саске ближе к месту Собрания, а шумом битвы привлёк к ним внимание патрульных. Он специально подстроил всё так, чтобы их заметили дерущимися с самураями и доложили об Акацуки. Теперь Каге надвигались на них явно не с намерением мирно поговорить — весь их план окончательно рухнул. — Вот же срань! — Дейдара запустил руки в сумки с глиной, отсчитывая секунды до того, как противники окажутся в поле зрения и нанесут первый удар, — какой у нас теперь план действий, мм?!       Он вглядывался в снежную дымку перед собой, пытаясь различить знакомую красную форму. — План прежний, — несмотря на боль, Яхико расправил плечи и вышел вперёд из-за спин своих подчинённых, прямо навстречу надвигающимся противникам, — когда на нас нападут, защищайтесь, но не атакуйте сами. Я попытаюсь поговорить с ними.       Дейдара нервно хмыкнул. В сложившейся ситуации следовать такому плану будет непросто.       Первую атаку он сначала почувствовал и только затем увидел. Мощный поток Райтона наполнил пространство — даже кончики волос наэлектризовались, и это дало долю секунды, чтобы успеть среагировать. Уже в следующий миг из-за снежной пелены вылетел Райкаге, с размаха нанося удар кулаком. Шиноби мгновенно отпрыгнули в стороны, и атака пришлась в пустоту. Только молния сверкнула в воздухе. — Не ошиблись самураи. Акацуки действительно хватило наглости сюда явиться! Что ж, это ваша смертельная ошибка! — он размял плечо и быстрым взглядом окинул троих противников.       Как и другие шиноби Кумо, которых Дейдара раньше встречал, Райкаге был смуглым, крепким и рослым. О его резком характере и скверном нраве по миру ходили легенды — и сейчас в живую он их полностью оправдывал. От его самоуверенного тона у Дейдары зачесались руки. — Мы бы хотели… — Яхико не успел даже закончить фразу, когда Райкаге вновь бросился в его сторону, распознав в нём лидера. Яхико успел отскочить, но ранение, полученное в битве с Тоби, скорости ему не прибавляло. Дейдара собирался отвлечь внимание на себя, но, стоило ему сделать лишь шаг вперёд, как перед ним пронёсся столб из грязи. — Не туда смотришь, Дейдара-нии.       Лишь услышав этот язвительный голос, Дейдара обернулся. Куроцучи остановилась в десятке метров от него и нахально улыбалась, сложив руки на груди. Рядом с ней, зависнув в воздухе, парил старик Цучикаге. По его левую руку с несколько растерянным выражением лица замер Акацучи.       «Ну вот и встретились, мм. Всё ещё «Дейдара-нии»? Куроцучи, издеваешься, да?» — невесело хмыкнул про себя Дейдара.       Натянутая до предела нить лопнула внутри. Неизбежное наконец случилось. — Когда я услышал, что Акацуки заявились на Собрание Каге, то всё гадал, хватит ли тебе смелости быть в их числе, — Ооноки нахмурил седые брови, как делал всегда, когда злился.       Дейдара оскалился. — Ну уж ты то должен знать, что смелости мне не занимать, мм. Разве я мог пропустить такое событие? — он с вызовом взглянул в глаза бывшему учителю. Тот почти не изменился за прошедшие пару лет: прежний строгий взгляд, скрипучий голос, седые жидкие волосы, собранные в пучок на затылке, морщинистое, вечно недовольное всем лицо. Ооноки был точно таким, каким Дейдара его помнил, словно просто вылез из его воспоминаний. — Это не смелость, Дейдара-нии, а безрассудство! Мы же тебя как мальчишку отделаем! — крикнула Куроцучи, отвлекая его внимание от старика. А вот она изменилась. Он помнил её смешной угловатой девчонкой-подростком, постоянно задиравшей всех, кто по своей глупости решил с ней не считаться. Теперь перед ним стояла молодая девушка, и даже стрёмный защитный жилет Ивагакуре не мог скрыть её оформившейся фигуры. Она расцвела как бутон пиона по весне. Только взгляд остался таким же цепким и дерзким. — Вы? Меня? Не смеши! С удовольствием показал бы вам, кто ещё кого тут отделал бы, но мы здесь не за этим, да, — Дейдара развёл руками, изображая досаду, — и, если бы Райкаге не был бы столь нетерпелив и дал нашему лидеру сказать хоть слово, вы бы уже знали, что мы здесь для мирных переговоров!       Последнюю фразу он бросил намеренно громко, чтобы тот, к кому она на самом деле была обращена, её услышал. И это сработало — Райкаге на некоторое время прекратил атаки в сторону Яхико и яростно взглянул на Дейдару. — Щенок! Да как ты смеешь со мной так разговаривать! Эй, господин Цучикаге, в вашей Деревне сопляков совсем не обучают манерам?! — взревел он. — Следите за языком, господин Райкаге, — старик Цучикаге на выпад в сторону Ивы среагировал мгновенно. Вены на его висках тут же вздулись. — Сначала научите следить за языком ваших шиноби. Этот, — Райкаге кивнул в сторону Дейдары, — насколько мне известно, ваш бывший ученик. — Всё так, мм, — подтвердил Дейдара. Начавшаяся перепалка искренне его веселила — ну не мог он, будучи в здравом уме, упустить шанс поднасрать старику Ооноки. — Бывают необучаемые элементы, — зло ответил Цучикаге.       Во взглядах Куроцучи и Акацучи читались нотки едва сдерживаемого смеха. Пока Каге между собой пререкались, начавшаяся битва замерла. Улучив момент, Дейдара окинул союзников быстрым взглядом. Рана Яхико всё ещё кровоточила, и снег вокруг него теперь ещё больше был запачкан кровью. Нельзя было допустить, чтобы Райкаге, к которому уже подтянулись его помощники, вновь перешёл в атаку, долго просто уворачиваться Яхико не сможет. Сам Дейдара вряд ли мог помочь, не вступая в драку, — команда Ивы уже села ему на хвост. Вон как Куроцучи внимательно за каждым его движением следит. С другой стороны Саске тоже отрезали от Яхико команды Конохи и Кири. Из Скрытого Тумана Дейдара никого не знал: новая Мизукаге была в сопровождении какого-то взрослого мужика одним открытым глазом и шкета с огромным мечом, — не иначе один из Семи легендарных Мечей Тумана. А вот с шиноби Конохи Дейдара уже встречался: пока сама Хокаге наблюдала за происходящим чуть поодаль, Саске зажимали Хатаке Какаши и тот джонин в уродливом зелёном костюме, с которыми он так неудачно для своей руки пересёкся после поимки Однохвостого. Кстати о нём…       Шелест песка из-за снегопада Дейдара различил в последний момент, когда едва не очутился в смертельной ловушке. Воспользовавшись случаем, ублюдок Казекаге подобрался совсем незаметно и почти опутал его своей песчаной техникой. Дейдара закрылся Дотоном и отскочил в сторону — это нападение стало сигналом возобновить битву. — Много болтаешь, — Гаара появился на поле словно призрак. За его спиной Дейдара быстро приметил девчонку с веером и того кукловода, которого данна отравил в пустыне. — А что ещё остаётся делать, когда мне нельзя вас всех отпиздить. Кстати, неплохо выглядишь для того, кто однажды сдох, мм, — раньше ему уже приходилось сражаться с Казекаге, и Дейдара знал, чего стоит ждать. На его подначку Гаара не отреагировал — Ты! — зато мальчишка-кукловод мгновенно вскипел и присоединился к атаке. Его уродливая марионетка раскрыла рот и выпустила несколько десятков отравленных игл. Дейдара лишь усмехнулся, легко уворачиваясь от них. — Можешь даже не пытаться, мм! Я три года работал с Сасори-но-данной, твои убогие атаки я насквозь вижу, да! — в подтверждение своих слов он вновь одним прыжком ушёл с линии атаки. И едва не попал под другую — стоило лишь коснуться земли, как в его сторону полетели острые ветряные потоки.       «Значит, втроём играете, мм,» — увернуться от них было уже сложнее, удар был подгадан точно под его траекторию движения, и ветряные лезвия рассекли рукав плаща вместе с кожей. Но атака девчонки была лишь частью схемы — и она, и мальчишка просто пытались загнать его в лапы Гаары. На этот раз песок подобрался непозвоилительно близко, Дейдару спасло лишь то, что он вовремя прочитал ход их мыслей и успел закрыться стеной земли. — Ты про нас не забыл, Дейдара-нии? — пока его внимание было сосредоточено на команде Суны, бывшие товарищи тоже заняли боевые позиции. Куроцучи запустила в него поток извести. Атака не попала в цель, но растопила снег и мгновенно растеклась вокруг, опутывая ноги Дейдары плотной липкой грязью. Куроцучи тут же сложила другие печати, используя теперь Суитон — водяная труба заставила известь затвердеть в считанные секунды, не давая увязшим ногам сдвинуться с места. Как только Дейдара оказался обездвижен, в атаку пошёл Акацучи. Он призвал каменного голема, одного прямого удара которого хватило бы, чтобы переломать половину костей.       «А они хорошо сработались, мм! — не собираясь так легко проигрывать бывшим товарищам, Дейдара заменил себя на глиняного клона, а сам ушёл под землю и быстро переместился подальше от линии атаки, — давно меня никто не вынуждал так много использовать чисто Дотон.»       Одним движением голем снёс клону голову, и тот размяк, опутав глиной каменную руку. — Ай-ай, Акацучи, серьёзно? Вот так запросто снёс бы мне башку? — цыкнул Дейдара, оказываясь за спинами бывших товарищей. — Я был уверен, что ты уклонишься, — с несколько виноватым видом бросил Акацучи и почесал затылок. — Голову тебе снести мало, — Цучикаге, до этого лишь наблюдавший за ходом битвы, теперь тоже приготовился атаковать. Даже уклонившись от предыдущего удара, Дейдара оказался окружён шестью противниками.       «Ну и как тут не взорвать никого, мм?!» — не имея возможности использовать весь свой арсенал техник, Дейдара начинал терять терпение. Вечно уклоняться он не сможет, противников много, и они хорошо работают сообща. Половина из них, к тому же, знакома с его стилем боя. Вокруг нет достаточных природных препятствий, которые можно было бы использовать как укрытие. Взмыть в воздух? Это добавило бы менёвренности, но Казекаге и Цучикаге — а скорее всего и Акацучи с Куроцучи в довесок к нему — тоже взлетят. К тому же, оставшиеся на земле противники могут переключиться с него на Яхико.       Дейдара мельком бросил взгляд на лидера. Тот едва отбивался от команды Кумо. У Саске дела обстояли не лучше. « — Ситуация — полнейшее дерьмо, да. Я могу перейти в атаку?» — сейчас ему это казалось наилучшим решением. Можно будет навести шороху и попытаться вытащить отсюда Яхико живым. « — Дай мне ещё немного времени,» — но тот, видимо, выбираться живым упорно не собирался. Дейдара лишь раздражённо цыкнул. — УВАЖАЕМЫЕ КАГЕ, — улучив момент, когда Райкаге ещё не успел перейти к новой атаке, Яхико громко крикнул, чтобы привлечь внимание остальных сражающихся, — понимаю, какое мнение сейчас у вас об Акацуки, но мы пришли сюда не с целью нападать! У нас есть для вас важная информация, и мы хотим провести переговоры, а не начинать войну! — Переговоры с Акацуки?! Чушь собачья! — категорично отрезал Райкаге, складывая печати, — мы вас припёрли к стенке, и теперь вы пытаетесь выкрутиться! — Мы пришли с мирными намереньями! Посмотрите, ни я, ни Дейдара с Саске до этого момента ни разу не ответили атаками на ваше нападение! Мы не хотим сражаться с вами! — вторя своим словам, сам Яхико замер, упорно глядя Райкаге в глаза. Спокойный, уверенный, открытый — полная противоположность атакующим его шиноби.       Битва вновь замерла. — Эй, Дейдара-нии, это что, правда? — недоверчиво прищурилась Куроцучи. — Ага, — Дейдара кивнул и позволил себе вальяжно сложить руки на груди, — много ты тут взрывов слышала за последние десять минут? Или думаешь мне просто по приколу нравится тут скакать и от всех ваших атак уворачиваться вместо того, чтобы самому нападать, мм?       Команды Деревень переглянулись. — Целых десять минут ничего не взрывать — это действительно на тебя не похоже, — язвительно отметил старик Цучикаге, — но с чего вы решили, что мы будем с вами разговаривать?! За последние годы Акацуки принесли столько разрушений Деревням, вы похитили почти всех Хвостатых — и теперь требуете переговоров?! — Это правда, что Акацуки совершили много преступлений в прошлом, — не стал отрицать Яхико, — но ситуация изменилась. Прошу меня простить, я не представился. Меня зовут Яхико, и я — новый лидер Акацуки. Прежде во главе организации стояли Нагато и человек, называвший себя Учихой Мадарой, но после произошедшего раскола к власти пришёл я. Говоря всё это, он внимательно заглянул в глаза каждому из Каге и в конце задержал взгляд на Цунаде. В ответ она едва заметно прищурилась, будто пыталась что-то вспомнить, а затем на её лице промелькнуло узнавание. — Учиха Мадара? Он мёртв уже как несколько десятков лет! Не неси чушь! — хмыкнул старик Цучикаге. У Дейдары нервно дёрнулся глаз. — Вы правы. Этот человек лишь выдавал себя за Учиху Мадару. Сейчас он покинул Акацуки и строит свой собственный план по уничтожению как всех Деревень, так и Акацуки. Он — настоящая угроза для мира шиноби. Именно поэтому мы здесь — мы хотим предупредить вас об опасности и заключить союз против общего врага. — Красиво говоришь, мальчик, — впервые вмешалась Мизукаге. Даже в такой ситуации её голос показался Дейдаре томным и мелодичным, — вот только всё это — лишь слова, нас ими не убедить. Нужны доказательства.       Яхико повернулся к ней и почтительно кивнул. — Я это понимаю. Я готов предоставить доказательства, рассказать о ситуации более подробно и, по возможности, ответить на все ваши вопросы. Но сперва для этого перестаньте угрожать моим подчинённым, — он звучал не ультимативно, но достаточно твердо.       Дейдара косо покосился на Цучикаге. Тот сохранял боевую стойку и так легко слушать Яхико не собирался. Ну конечно, куда уж там, в его глазах тот наверняка был всего лишь малолетним выскочкой. Гаара, со своей стороны, сохранял нейтральное выражение лица и устремил внимание на Яхико, однако песок за его спиной продолжал клубиться. Мизукаге и Хокаге тоже были готовы услышать хотя бы часть того, что им собирался сказать лидер Акацуки прежде, чем возобновлять битву. И только Райкаге оставался непримирим: — У меня есть другой вариант, — ответил он, сжимая кулаки, — мы захватываем тебя и твоих подчинённых в плен и пытаем до тех пор, пока вы всё не расскажете. Никаких других условий для разговора с Акацуки быть не может!       Впервые за всю попытку переговоров Яхико нахмурил брови. — В таком случае я буду вынужден отдать своим подчинённым приказ атаковать в ответ, и тогда пострадавшие, а возможно и убитые, будут и с вашей стороны. Повторюсь, мы не хотим бесполезного кровопролития и пришли с мирными намерениями, надеясь на вашу разумность. Как уже сказал господин Цучикаге, на стороне Акацуки сейчас сила почти всех Хвостатых, так что как союзники мы полезны вам больше, чем противники.       Райкаге скрипнул зубами. «А забалтывать он умеет, мм, — хмыкнул про себя Дейдара, — может и правда всё не так безнадёжно.» — Если ваши намерения столь мирные, как вы утверждаете, почему тогда вы убили мой патрульный отряд? — внезапно вперёд вышел пожилой самурай, облачённый в боевые пластинчатые доспехи. Его голова была укрыта бинтами, длинные седые волосы развивались на ветру, а в руках он твёрдо держал обнажённый клинок. До этого момента никто из самураев не вмешивался в разборки шиноби, они лишь наблюдали за ходом битвы, окружив сражающихся кольцом.       Дейдара удивлённо вскинул брови и переглянулся с Саске. — Мы не убивали ваш отряд, — отрезал Учиха. — Мы сражались с ними, потому что они мешали пройти к месту Собрания, но никого не убивали, просто обогнули, мм, — подтвердил его слова Дейдара. Он мысленно снова прогнал в голове тот бой и был уверен, что никого даже сильно не ранил. « — Вы правда никого не убили?» — уточнил Яхико по связи колец. « — Да точно, мм! Он какой-то бред несёт, да!»       Самурай смерил оценивающим взглядом сначала Саске, затем Дейдару. — Однако мой отряд мёртв, и вы последние, с кем они сражались, — ответил он и навёл на шиноби клинок, — вероятно, вы решили, что с жизнями самураев на переговорах можно не считаться. — Да не убивали мы никого, мм! — упрямо выпалил Дейдара, — нахрена нам лишние проблемы ещё и с самураями?!       Он ничего не понимал. Не похоже было, что этот дед врал, да и не было у него никакого мотива. Но кто тогда убил патрульный отряд?       Тоби!       Дейдара переглянулся с Яхико и Саске — те явно пришли к той же мысли. Однако прежде, чем они успели хоть что-то сказать, в спор вмешался Райкаге: — Вот видите, я был прав, им нельзя верить! Они просто хотят втереться к нам в доверие и атаковать исподтишка! Давайте захватим их и тогда уже выведаем все планы! — и, не дожидаясь ответа других Каге, он вновь бросился в атаку. — Согласен, — кинул Цучикаге, — сами получим от них информацию на наших условиях. — Блять, ну ты как всегда, мм! — Дейдара закатил глаза, — Яхико! Теперь я могу их подорвать?       На слове «подорвать» противники напряглись. — Нет, не нападайте без крайней нужды! — приказал Яхико, когда самому приходилось несладко — теперь и глава самураев вместе с Райкаге направил на него свой клинок. Дейдара выругался. — О Ками, ты серьёзно?! — а потом обратился к окружившим его шиноби, — вам сегодня просто чертовски повезло! — Эй, Дейдара-нии, а ты с каких пор такой послушный стал? Теперь всегда так чётко приказы исполняешь? — ехидно протянула Куроцучи, в прочем, складывая печати для новой атаки. — Да нравится он мне просто, мм. Ценит нас всех, знаешь ли, так почему бы и не исполнить приказ? — ответил Дейдара язвительно, ведь ответ предназначался вовсе не ей. Он с вызовом посмотрел на Цучикаге, но тот лишь презрительно хмыкнул.       Битва развернулась с новой силой. Теперь, когда противники знали о приказе не атаковать, они осмелели. Куроцучи вновь использовала стихию Лавы, и Дейдаре пришлось попотеть, чтобы увернуться от летящих в него обжигающих камней. Как только он ушёл от них, его тут же ждала волна воздушных лезвий — медленно, но уверенно две команды учились подстраиваться друг под друга, чтобы атаки ни на секунду не прекращались. Дейдара не сразу почувствовал, как ему посекло руки мелкими, но глубокими царапинами, но отвлекаться на боль было нельзя. Секунда замешательства могла стоить ему жизни. Он только и успевал, что выстраивать вокруг себя защиту дотоном, призывать клонов, уходить под землю. Ощущения были те же, как когда он без рук сражался с командой из Конохи — вот только тогда он хотя бы мог использовать глину ртом. Чувствуя, что вот эта «крайняя нужда», о которой оговорился Яхико, всё ближе, во время очередного уклонения Дейдара незаметно спрятал под землёй несколько сороконожек.       Сам лидер пытался поговорить с нападавшими на него — из эпицентра их сражения до Дейдары доносились отдельные фразы, но осмысливать их не было времени. Дыхание подсбилось. Пусть он и был хорошо натренирован, бесконечно сидеть в обороне и уходить от атак шести противников невозможно. Нужна была новая стратегия. Быстро оценив расположение врагов, Дейдара её нашёл. Все они были бойцами дальнего боя и держали дистанцию. Их атаки были стремительными и размашистыми, но они сами друг другу мешали: техника ведь не останавливалась, когда Дейдара от неё уходил, она продолжала лететь по своей траектории, пока не рассеивалась или не врезалась во что-то. Поэтому, когда девчонка из Суны в очередной раз замахнулась веером, чтобы вызвать вихрь, Дейдара юркнул за спину оказавшегося на траектории удара Акацучи. Чтобы не задеть временного союзника, куноичи пришлось затормозить атаку. — Ах ты!.. — фыркнула она, когда разгадала ход его мыслей.       Голем, которого вновь призвал Акацучи, среагировал мгновенно и развернулся, чтобы нанести удар — тогда Дейдара в несколько прыжков оказался рядом с Куроцучи, из-за чего бывший товарищ непреднамеренно остановил атаку. — Хитрец! — ахнул Акацучи, в прочем, без особой злобы. Точно также без злобы Дейдара пожал плечами и показал ему язык. А что ещё оставалось?       Своими быстрыми перемещениями от одного шиноби к другому он несколько сбавил их пыл. Теперь противникам приходилось более точно выбирать направление удара и следить не только за Дейдарой, но и за остальными сражающимися, что уменьшало скорость и частоту атак. Пусть ненадолго, но Дейдара получил передышку. — Посмотрим, что ты на это скажешь, — мальчишка-кукловод снял со спины ещё один свиток. Когда дым от призыва рассеялся, из него показалась новая марионетка.       В первые секунды Дейдара замер. Он даже хотел протереть глаза — настолько нереальным казалось то, что он снова видел перед собой Сасори. Не Хируко, который был разрушен в последней битве, а настоящее тело данны с абсолютно безжизненным взглядом на кукольном лице. В одно мгновение перед глазами пронеслась череда воспоминаний о долгих вечерах во время миссий, когда Сасори выбирался из Хируко, что-то ворчал и часами мог ковыряться в своих марионетках или спорить об искусстве. Он и тогда был куклой, но его взгляд всегда был настолько живым, цепким и вдумчивым, что Дейдара иногда забывал, кто перед ним. Теперь же его взгляд был пустым — и от человека, которым Дейдара восхищался, осталась лишь оболочка, управляемая нитями другого кукловода.       У Дейдары перехватило дыхание сперва от шока, а затем от злости. — Так вот куда оно исчезло после битвы, — одними губами прошептал он, всё ещё не веря, что тело его напарника попало в руки шиноби Суны, которую Сасори так ненавидел, — ты! Да какое право ты вообще имеешь прикасаться к нему! Ты — всего лишь жалкая пародия на кукловода, он победил тебя за несколько минут, и ты считаешь, что можешь использовать эту марионетку?! Да ещё и против меня, мм!       Пелена ярости застелила его взгляд. Больше не видя ни других противников, не помня про приказ, Дейдара бросился в сторону мальчишки. — Я убью тебя!       «Сасори» выпустил в него отправленные иглы, но Дейдара без колебания уклонился. Он слишком хорошо знал, где у напарника хранится оружие и как оно работает, ведь они не раз сражались как бок о бок, так и против друг друга. У мальчишки вряд ли мозгов хватило бы что-то изменить. Он попытался защититься от надвигающегося врага ещё несколькими ударами марионетки, но они были тщетны. Когда Дейдара его почти настиг, в битву вмешался Гаара.       Слишком поддавшись эмоциям, Дейдара среагировал поздно: он дёрнулся в сторону, но песок уже опутал его руку и пополз дальше, за секунды опутывая всё тело столь крепко, что стало почти невозможно дышать. Примени Гаара чуть больше силы, песок переломал бы позвоночник. — Поймал, — заключил он, сжимая перед собой кулак, — дёрнешься, и это я тебя убью. В подтверждение его слов песок поднялся выше и сжал шею. Дейдара начал задыхаться, но продолжал с ненавистью смотреть на кукловода перед ним, а потом с трудом сложил пленённую руку в печать. Неожиданно для всех заготовленная сороконожка вылезла из-под земли и опутала тело мальчишки. Дейдара криво усмехнулся. — Убьёшь меня? Хочешь проверить… успею ли я подорвать его нахер быстрее, чем…перестану дышать, мм? — прохрипел он, с вызовом глядя на Гаару, — кто он там тебе?.. Брат?..       Сороконожка сильнее обвилась вокруг тела шиноби, и, лишившись управления, марионетка «Сасори» безвольно упала в снег. — Канкуро! — девчонка из Суны дернулась в его сторону, но остановилась, не зная, что делать. — Всё… нормально, Темари, — ответил Канкуро, тоже с трудом дыша из-за сдавленных рёбер. — Старик, ты серьёзно? — услышав взволнованный голос Куроцучи, Дейдара как мог обернулся. Ооноки выставил руки вперёд, удерживая в воздухе прозрачную кубическую сферу, расщепляющую всё, что попадётся у неё на пути.       «Используешь её против меня? Реально?» — пару раз Дейдаре доводилось видеть эту технику вживую, и самому становиться её жертвой не хотелось. Он взглянул в лицо старика Цучикаге — тот был настроен предельно серьёзно. — Тебя это тоже… касается, мм. Или не жалко мальчишку… из Суны? — предупредил он Ооноки. — Господин Цучикаге, пожалуйста, постойте! — взволнованно крикнула Темари, опасаясь, что Дейдара взорвёт пленного. Ситуация накалилась до предела. Вопреки опасениям команды Суны, старик не развеял технику, но продолжил удерживать её в своих руках. Его лицо было искажено от недовольства и напряжения, густые седые брови сведены к переносице, а прямой суровый взгляд прикован к Дейдаре. Он тоже не отводил глаз от Цучикаге, словно испытывая. Убьёт? Или рука дрогнет прикончить собственного ученика?       «Ха, ещё чего, уже ведь пытался один раз, мм,» — хмыкнул Дейдара и с вызовом усмехнулся старику в лицо. Пусть хоть на атомы расщепит — он не склонит перед ним голову и не испугается.       Ооноки нахмурился сильнее и скривился в ответ на провокацию. Его руки слегка дрожали от мощи сдерживаемой техники. — Дейдара! — Яхико заметил, что один из его подчинённых оказался в ловушке и попытался вмешаться, — господин Цучикаге, господин Казекаге, остановитесь! — Не слушайте, убейте его! — рявкнул Райкаге, — он из Акацуки, какие здесь могут быть разговоры!       У Дейдары нервно дёрнулась щека. Из-за песка дышать становилось труднее с каждой минутой. — Я сам решу, что мне делать! — заявил Цучикаге в ответ.       Однако быстрее, чем он успел принять решение, вокруг Дейдары вырос фиолетовый барьер. Стоило ему оформиться, сдавливающий всё тело песок сам по себе осыпался. Сдержав удивление, Дейдара стряхнул с себя оставшиеся песчинки и вальяжно отшагнул в сторону.       Барьер окружил не только его, но и Яхико с Саске. Он был похож на огромного скелета, наполовину вылезшего из-под земли и покрытого фиолетовой чакрой. Дейдара присвистнул. И только потом понял, что это была за техника.       «Сусаноо что ли, мм?! Да быть не может!» — когда-то, ещё готовясь к битве с Итачи, он читал про техники Мангёко Шарингана и немного знал про его идеальную защиту. Судя по глазам мелкого Учихи, её действительно призвал он. С их битвы прошло не так много времени — когда только научиться успел!       Цучикаге разомкнул руки и направил технику на барьер. Защита дрогнула, но выдержала, сфера рассыпалась на мелкие частицы и растворилась. — Этот мальчишка Учиха!.. — с досадой и злостью выругался старик. Дейдара едва удержался, чтобы показать ему язык, но хитрый взгляд и нахальная улыбка говорили всё за себя. Вслед за Ооноки удар по барьеру попробовал нанести Райкаге, но его тоже ждала неудача: молния лязгнула по броне из чакры и рассеялась. Он недовольно сморщился. — Полагаю, теперь мы можем ещё раз спокойно поговорить, — обратился Яхико к Каге, когда их попытки разбить Сусаноо провалились. — Никакого разговора с Акацки быть не может! — упрямо повторил Райкаге, — рано или поздно у мальчишки закончится чакра, и тогда мы достанем вас оттуда! — Не забывай, что у нас всё ещё есть заложник, мм! — в отличие от Гаары, который остался снаружи и потерял контроль над своим песком, Дейдара по-прежнему мог управлять сороконожкой. В тон его слов она сильнее сжала Канкуро, заставив команду Суны напрячься. — Ты утверждал, что ваши намерения мирные, — вмешался Гаара, обратившись к Яхико, — но вы убили отряд господина Мифуне и теперь угрожаете убить моего подчинённого. — Мы не убивали отряд господина Мифуне. Что касается заложника, это вынужденная мера. Мы озвучили свои намерения, но Вы, господин Казекаге, первый поставили под угрозу жизнь моего подчинённого, — парировал Яхико, — возможно, по крайней мере это заставит Вас всё же нас послушать. — Поимка Акацуки важнее жизни одного шиноби! — заявил Райкаге, — это не должно нас останавливать! — Вы говорили бы также, если бы речь шла о жизни шиноби из Вашей Деревни? — резко осадил его Гаара. Они обменялись предупредительными взглядами. — Не знаю, что насчёт Суны, но для шиноби моей Деревни честь — погибнуть в битве с врагом ради защиты Кумогакуре! — ничуть не тушуясь, ответил Райкаге. Дейдара всмотрелся в лица его подчинённых. Девчонка, чем-то похожая на Карин, и смуглый парень, чьими жизнями сейчас так легко распоряжался Райкаге, волнения не выдали. — И всё же, предлагаю послушать, что скажет глава Акацуки, — в спор, который вот-вот грозил перерасти в открытую конфронтацию, вмешалась молчащая прежде Хокаге. Она вышла вперёд и подошла ближе к Сусаноо, — Вы правы, господин Райкаге, долго Саске удерживать барьер не сможет, так что, если нам не понравятся слова Яхико, мы сможем захватить Акацуки позже. — Сейчас он скажет что угодно, чтобы выкрутиться! — продолжил настаивать Райкаге, — они просто хотят запудрить нам мозги. Не вижу смысла идти на поводу у Акацуки, когда мы можем выбить из них более правдивую информацию самостоятельно! — К тому же, они могут успеть подготовиться к битве или отступлению, пока тянут время разговорами. Если мы продолжим атаки вместе, защита рухнет гораздо быстрее! — поддержал его Цучикаге.       Каге разбились на два лагеря — теперь противостояние шло уже между ними. Гаара не хотел рисковать жизнью брата, Хокаге — мудрая женщина, не зря её выбрали — тоже не спешила с бросаться в битву. Два барана Райкаге и Цучикаге не желали никого слушать и намеревались делать то, что считают нужным сами. Мизукаге заняла выжидательную позицию.       Дейдара мельком взглянул на Саске. Тот не выдавал напряжения, но Каге были правы — поддержание такой мощной техники стоит больших усилий и вряд ли возможно долго. Ситуация была дерьмовей прежней. — САСКЕ! — внезапно раздавшийся крик привлёк внимание всех. Дейдара мгновенно взглянул в его сторону и удивлённо вскинул брови. Прорвавшись через кольцо самураев, на поле битвы влетел Джинчуурики Девятихвостого. — Наруто?! — тут, кажется, удивлён был даже сам Учиха. Впервые за всё время знакомства Дейдара видел на его лице такую гамму эмоций. — Наруто! Какого Биджу ты тут делаешь?! — не меньше остальных была удивлена (и зла) сама Хокаге. Она сжала кулаки. Хатаке Какаши устало потёр переносицу и вздохнул — к выходкам своего, кажется, ученика, он явно привык. Шиноби в уродливом зелёном костюме крикнул что-то про силу юности, но Дейдара не разобрал. — Как это понимать, Цунаде?! Почему ваш Джинчуурики врывается на собрание?! — Райкаге был готов взорваться. — Что за молодое поколение пошло, — старик Ооноки тоже недовольно хмыкнул.       Тем временем сам Наруто, не обращая ни на кого внимания, вплотную приблизился к границе Сусаноо и остановился напротив Учихи. — Саске! Почему… почему ты с ними?! Они же… И ТЫ ЗДЕСЬ! — окинув взглядом присутствующих, он, наконец, заметил Дейдару и мгновенно вскипел. — Ага, привет! Ты не представляешь, но я даже рад тебя здесь видеть, мм! — Дейдара улыбнулся и помахал ему рукой, демонстрируя язык. Джинчуурики на это сорвался с места и стукнул кулаком по барьеру. — Я убью тебя! — прорычал он. Дейдара продолжил мило улыбаться. — Ага, давай. Только тебе для этого придётся в очередь встать. Первые во-о-он там стоят, из Ивы которые, за ними твой дружок уже-не-Однохвостый, а после него, пожалуйста, можешь попробовать меня убить, да! — его эта ситуация начинала изрядно веселить. Ну прямо не Собрание Каге, а встреча старых товарищей! — Ты! ТЫ! — казалось, ещё немного, и Наруто начнёт выпускать хвосты. — Наруто! — одёрнул его Саске, — что ты здесь делаешь? Джинчуурики несколько раз перевёл бешеный взгляд между Дейдарой и Саске, но всё же остановился на последнем. — Я должен был лично тебя спросить, почему ты теперь работаешь на Акацуки? Почему ты напал на меня и пытался похитить из Конохи? Почему, Саске?! — за его криком повисла тишина. Он, наконец, озвучил те вопросы, которые висели в воздухе всё это время, по крайней мере со стороны Конохи. Теперь уже никто не вмешивался. Наруто положил ладонь на барьер, словно мог хотя бы так коснуться Учихи и встретился с ним взглядом. — Это был не я, — спокойно ответил Саске, не двигаясь с места. — Что?! — ошарашенно переспросил Наруто, а потом вдруг растерянно улыбнулся, — не ты? Но тогда кто? — Ты что, поверишь мальцу из Акацуки? — надменно усмехнулся Цучикаге. Наруто проигнорировал и его. — Это был Тоби — бывший лидер Акацуки. Вероятно, он хотел спровоцировать Коноху и другие Деревни на открытый конфликт с нынешними Акацуки. У него это получилось, — в том же ровном тоне продолжил Саске. — Какой ещё Тоби? — неуверенно повторил Наруто. — Тот человек, о планах которого мы и пришли рассказать, — вмешался Яхико, улучив момент, — как я уже говорил, прежде Тоби возглавлял Акацуки и руководствовался планом «Глаз Луны». Его целью было собрать всех Хвостатых, чтобы обрести силу Десятихвостого и с помощью неё погрузить мир в Вечное Цукиёми. Однако, по определённым причинам, внутри Акацуки случился конфликт, и организация разделилась. Тоби вместе с несколькими другими членами её покинули, теперь они следуют новому плану, который может поставить мир на грань уничтожения. Те же из Акацуки, которые не захотели следовать за ним, (тут он кивнул в сторону Дейдары) и новые члены организации, которые присоединились уже после конфликта, (он указал в сторону Саске) теперь объединились под моим руководством, чтобы не дать разгореться новой войне. — А ты ещё кто такой? И что это за «обстоятельства», из-за которых Акацуки разделились? — недоверчиво спросил Наруто, нахмурив светлые брови.       Яхико слегка улыбнулся. — Это будет долгий разговор.       Избегая лишних подробностей, но в то же время чётко и ясно он рассказал собравшимся про всё, что происходило в Акацуки за последние месяцы. О появлении Митсуко, её мире и способностях, о том, как Нагато решил отступить от идей Тоби и воскресил самого Яхико, о том, что кроме Митсуко здесь есть ещё человек из её мира, и вместе с Тоби они хотят «перестроить» этот мир, о нападении Какудзу и Хидана на Кумо и их вероятном сотрудничестве с Тоби, убийстве Намико, о нападении самого Тоби на Коноху под видом Саске, чтобы спровоцировать конфликт. Когда он закончил, над полем повисла долгая тишина.       Дейдара окинул взглядом всех присутствующих. В лице каждого читалась задумчивость, никто не был подготовлен к такой информации. Конечно, он и сам был в шоке, когда узнал о происхождении Митсуко и её мире и долго не мог до конца поверить. И всё же, почему-то ему стало очень некомфортно, когда Яхико заговорил о Митсуко. Рассказать о ней было необходимо, она была ключом ко всему, но Дейдара не мог избавиться от чувства, что они втянули её в ещё большее дерьмо. Теперь они просто обязаны сделать так, чтобы Альянс Деревень стал её защитой, а не очередной угрозой.       Дейдара встретился взглядом с Куроцучи. Она, кажется, была ошарашена больше других. — Значит, ты хочешь сказать, что «новые» Акацуки теперь мало что имеют общего со своим прошлым, и вы хотите объединиться с Альянсом против Тоби, а ещё на вашей стороне девчонка из другого мира, способности которой ему зачем-то нужны, так? — раньше остальных пришла в себя Цунаде, — кто такой этот Тоби? Не слышала прежде о шиноби с таким именем. — Всё верно, — Яхико кивнул, — что касается Тоби, у нас есть веские основания предполагать его настоящую личность. Как я уже говорил, обманывая Нагато, он представлялся Учихой Мадарой. На самом деле он и правда Учиха, но не Мадара. Мы уверены, что он — Учиха Обито. — Но разве Итачи не убил всех членов клана Учиха? Откуда этот Обито взялся? — вмешался Цучикаге. — Этого не может быть. Обито погиб во время Третьей Мировой войны Шиноби, — внезапно сказал Какаши, чем привлёк к себе общее внимание. В его лице трудно было считать какие-то изменения, но тон, с которым он это сказал, и то, что вообще вмешался, показались Дейдаре странными. — Да, я знаю. Но такое иногда случается, я тоже должен быть мёртв, — отшутился Яхико, а потом добавил уже серьёзней, — но это подтвердил Итачи. Он видел твой Мангёко Шаринган и, заранее извиняюсь, если это было тайной, он ведь достался тебе именно от Обито, верно? Итачи уверен, что ваши Шаринганы полностью совпадают. Более того, способность Тоби — Камуи — исчезать и появляться в любом месте через особое подпространтво, есть и у тебя? Насколько мне известно, и узор Мангёко Шарингана, и его способности — вещь довольно уникальная, очень странно, что они вдруг просто совпали бы у одного человека. — Это правда так, — пусть и нехотя, но подтвердил Саске больше для шиноби не из Конохи, которые не знали таких тонкостей про глаза его клана. Какаши тоже кивнул. — Если всё обстоит так, как вы говорите… Тогда это действительно может быть Обито. Или же тот, кто каким-то образом смог заполучить его второй глаз, — согласился он. Каге переглянулись. — Девушка из другого мира, ожившие люди — мы действительно собираемся верить в этот бред?! — рявкнул Райкаге, — говоришь ты складно, но всё это звучит как выдумка! — Эта информация действительно… необычная, — согласилась Мизукаге. Она поднесла руку к губам и кивнула в сторону Райкаге, — по крайней мере нам нужно время, чтобы её обдумать.       Цунаде сложила руки на груди. — Пусть многое из того, что вы сказали и звучит как выдумка… в то же время, такое как будто бы нарочно и не придумаешь, слишком уж странно, — кивнула она сама себе, — госпожа Мизукаге права, это всё нужно обдумать и обсудить. — Конечно, я это понимаю. Мне и самому сначала было сложно поверить, — им в тон ответил Яхико, а потом взглянул на Гаару, которого всё это время не отпускало напряжение, — Дейдара, освободи заложника.       Дейдара покосился недоверчиво. — Ты уверен, мм? — Уверен, — твёрдо ответил Яхико. — Как скажешь, мм. Эй, недокукловод, тебе сегодня капец как повезло, мм, — Дейдара отпустил ручную печать, и, лишённая контроля сороконожка рухнула в подтаявший снег рядом с марионеткой. Канкуро тут же отпрыгнул в сторону и глубоко вдохнул. К нему подбежала девчонка из Суны. — И что, вы хотите сказать, что мы их так просто отпустим? Этот лидер Акацуки наплёл нам неподтверждённой информации, над которой вы хотите «подумать»? Если так, то Кумогакуре выходит из Альянса — мы не собираемся сотрудничать с Акацуки! Ещё нужно доказать, что их недавнее нападение на Кумо не было частью плана! — заявил Райкаге и стукнул себя кулаком в грудь, — вы уже забыли, что Акацуки похитили почти всех Джинчуурики?       Его резкое желание покинуть только сформированный Альянс вызвало волну шепотков и переглядок. Дейдара мог только догадываться, каких усилий стоило всем Каге забыть прошлые обиды, так укрепившиеся между Деревнями, чтобы объединиться против Акацуки — и теперь это едва зародившееся единство вновь висело под угрозой. — Ивагакуре тоже не намерена сотрудничать с Акацуки. Вы разрушили Деревню и похитили нашего Джинчуурики — красивые слова об изменившихся планах не способны это перечеркнуть, — решительно ответил Цучикаге. Его слова усилили начавшийся раскол. Если уже две Деревни покинут Альянс — это будет лишь на руку Тоби. — Мы готовы вернуть всех Хвостатых в их Деревни как залог твёрдости наших намерений. Я не собираюсь осуществлять «Глаз Луны» и никакой другой план, вредящий Деревням шиноби, поэтому сила Хвостатых нам ни к чему, — парировал Яхико. — Хвостатых отнять у вас мы можем и силой, не сомневайтесь! — заверил Райкаге. — Объединённых сил Альянса хватит и чтобы сокрушить вас, и чтобы забрать Хвостатых и девчонку, иначе вы бы так не суетились с этими переговорами, — подхватил Цучикаге и усмехнулся, — этого недостаточно, чтобы убедить Иву сотрудничать.       У Дейдары по спине пробежал холодок. — В таком случае, каких ещё гарантий вы хотите? — нахмурился Яхико. Его предложение и так было весьма широким жестом. — Его, — Цучикаге указал на Дейдару, — он разрушил Ивагакуре по приказу прошлого лидера Акацуки. Даже если вы обещаете вернуть Четырёххвостого, это не восполнит нашей Деревне десятки жизней, которые отнял Дейдара. Думаю, Сунагакуре тоже будет заинтересована в таком решении, он и их Деревне нанёс повреждения и похитил Хвостатого, едва не убив Казекаге.       Дейдара сглотнул. Внутри всё похолодело. Старик что, совсем с ума сошёл?! — Соглашусь с господином Цучикаге, — ответил Гаара, вновь поднимая за спиной песок, — если Акацуки утверждают, что изменили свои намерения, то должны честно ответить за то, что совершили.       «Вот ублюдок, мм! Не надо было его братца отпускать, да!» — Дейдара сжал кулаки. В бою не смогли победить, значит захотели так на нём отыграться?! — Это исключено. Мои подчинённые — это не разменные монеты. Акацуки готовы выплатить компенсацию исходя из тех средств, которые были потрачены на восстановление Деревень после атак Дейдары, — отрезал Яхико.       «Интересно, а Пейн так же бы ответил или просто слил бы любого в угоду организации?» — задумался Дейдара, глядя на уверенно защищающего их лидера. В прочем, ответ на свой вопрос он прекрасно знал. — Компенсация нам не нужна. Условия Ивагакуре ты слышал. Мы требуем выдать нам Дейдару, только в таком случае мы согласны на дальнейшие переговоры с Акацуки, — продолжал твердить старик.       Дейдара посмотрел ему в глаза — Ооноки не блефовал — это за годы в Иве Дейдара хорошо научился в нём различать. Цучикаге тоже смотрел ему в глаза. Упрямо, дерзко — возвращал брошенный ранее насмешливый взгляд. Теперь шутки кончились. У Дейдары внутри всё кипело — от возмущения наглостью старика, от безысходности. Ему предлагают Хвостатого и деньги, но он продолжает требовать сбежавшего ученика — в этом весь Ооноки! Вернуться в Иву — это верная смерть. Отказаться — поставить под угрозу не только сотрудничество с Акацуки, но и существование Альянса.       «Думаешь, что победил меня, да?»       Дейдара ухмыльнулся, не отводя взгляда от старика. — Ладно-ладно, сдаюсь, да, — ответил он, не теряя улыбки, — раз ты так настаиваешь, то хорошо, я вернусь в Иву, а ты уж постарайся найти общий язык с Яхико и исполнить свою часть договора, мм.       Цучикаге едва заметно скривился. Даже в таком положении Дейдара смел диктовать ему условия. — Претензии Ивагакуре к Акацуки будут окончательно исчерпаны, когда мы вернём Четырёххвостого, — ответил старик, однако категоричность из его голоса пропала. Этого было достаточно. — Дейдара стой! Ты не должен! — Яхико попытался схватить его за руку, но Дейдара увернулся. — Расслабься, Лидер, это моё решение, мм, — он махнул Яхико на прощание, а потом повернулся к Гааре, — эй, Казекаге, надеюсь, твои претензии к Акацуки теперь тоже исчерпаны, мм.       Он подошёл к границе Сусаноо, медленно отстегнул с пояса сумки с глиной и кинул их к ногам Куроцучи. « — Дейдара, я сделаю всё, чтобы вытащить тебя оттуда, только потяни время, — пообещал Яхико, — и спасибо тебе.» « — Договорились, мм. Ты главное дальше на переговорах не облажайся.»       Он прекрасно знал, что эта ловушка, однажды захлопнувшись, уже не откроется.       Вдохнув полной грудью, Дейдара вышагнул из-за барьера Сусаноо. Он ожидал, что на него тут же нападут, но даже всё ещё стоявший рядом Наруто не дёрнулся — лишь проводил его удивлённым взглядом. По-прежнему улыбаясь, Дейдара медленно подошёл к команде Ивы, с каждым шагом чувствуя, как ускользает его свобода, а потом протянул руки Акацучи. — Давай, используй эту свою технику для ареста, мм.       Акацучи стушевался и, неловко улыбнувшись, сложил печати. На запястьях Дейдары появились каменные браслеты с кантом иероглифов — они блокировали потоки чакры и не позволяли использовать ручные печати. Ощутив тяжесть оков, Дейдара гордо выпрямил спину и встал рядом с бывшими товарищами.       Может они и смогли захватить его в плен, но сломать точно не смогут.       Яхико был встревожен, однако быстро взял в себя в руки. — Надеюсь теперь ни у кого больше нет сомнений в твёрдости наших намерений, — после недолгих колебаний заявил он, — Акацуки полностью открыты к сотрудничеству с Альянсом. — Коноха также бы хотела вернуть Учиху Саске, — прервав его, заявила Цунаде, — у нас есть к нему ряд вопросов, не подходящих для широкого обсуждения.       Она чуть склонила голову набок и прищурилась, глядя на Саске. Он, кажется, тоже её понял, несколько долгих секунд между ними будто шёл немой диалог. Вопросы наверняка касались Итачи и резкой перемены в отношениях между братьями, догадался Дейдара. — Я согласен. При условии, что Коноха действительно будет сотрудничать с Акацуки, — ответил Саске, не меняясь в лице. — Чего, серьёзно? Саске, ты вернёшься в Коноху?! Так можно было, даттебаё?! — опешил Наруто и ткнул пальцем в бывшего товарища. Дейдара нервно усмехнулся, а Яхико рассеянно покачал головой: его подчинённые вовсю творили то, чего он хотел избежать. — Коноха обдумает вопрос сотрудничества, — уклончиво ответила Цунаде, — однако то, что мы услышали и увидели сегодня, даёт основания полагать, что такое сотрудничество может быть возможно. — Да уж действительно, Акацуки оказались сговорчивее, чем мы все ожидали, — усмехнулась Мизукаге, — неужели от столь устрашающей организации ничего не осталось?       Яхико проигнорировал её шпильку. — Если всем вам необходимо время для обдумывания моих слов, будет разумно назначить второй раунд переговоров в Амегакуре через неделю, — совсем серьёзно ответил он, — надеюсь, всё же весь Альянс будет в сборе.       Его последняя фраза предназначалась Райкаге. Оставшись в меньшинстве, тот вынужден был хотя бы задуматься о сотрудничестве, однако Яхико ответом он так и не удостоил. — Мы оповестим Амегакуре о своём решении, — ответила вместо него Цунаде, — однако, если второй раунд всё же состоится, надеюсь, в нём будет участвовать Митсуко. Нам бы хотелось вживую увидеть эту иномирянку и убедиться в правдивости её способностей. — Разумеется, — Яхико кивнул, — будьте уверены, что Акацуки предоставят все необходимые доказательства.       Как только призрачная договорённость была достигнута, Саске опустил барьер и прошёл в сторону команды Конохи. Наруто увязался за ним словно побитая бездомная собака, которую поманили куском мяса. Он продолжал что-то болтать, но Дейдара толком не слышал. До него донеслось только «отстань, усуратонкачи» раздражённо брошенное Саске.       «Прямо как женатики, мм,» — язвительно подумал Дейдара и даже пожалел, что больше не может бросить это им вслед.       Яхико договорился с Мифуне о помощи в расследовании убийства патрульного отряда. В ответ на то глава самураев позволил ему задержаться в Стране Железа на несколько дней, чтобы залечить полученные раны перед обратной дорогой. Конфликт, по крайней мере временно, был улажен.       Нехотя Дейдара повернулся к бывшим товарищам. В отличие от Саске, его возвращение в Иву не предвещало ничего хорошего. Кажется, они и сами не верили, что он согласился. — Ну что, возвращаемся домой, Дейдара-нии? — сказала Куроцучи не то в шутку, не то с издёвкой. Самой ей явно было не по себе. — У меня нет дома, мм, — осадил её Дейдара и уверенно прошёл вперёд. Может, они и возвращались домой. Он возвращался в свою личную тюремную камеру.