В мирах

POV Артём Тот самый день. Я даже не знаю, о чём мне и думать. В голове всё так перемешалось!.. Ничего интересного больше с того «вечера дождя» не происходило, Давида я ВООБЩЕ не видел – не удивительно. И не хотелось особо, я не соскучился. Не скучал. Выучил азбуку глухонемых… Тот самый день. Тот самый день. Яна приехала утром рано, очень рано. Можно даже сказать, что ночью. И сразу же началась наша подготовка. Когда она наклеила мне волосы и помогла затянуться в корсет, мы поехали в салон красоты. Да, да… Она сжалилась надо мной, мы сделали лазерную депиляцию (боже, если бы мне не было так похуй, я бы сгорел со стыда). Но я отчего-то свыкся со своим пребыванием здесь. Сбегать и лишать себя жизни мне больше не хотелось, хотя, признаться, мысли были. Мне сделали маникюр, педикюр, уложили парик… Я оставался ко всему безучастным, лишь в голове не пропадала мысль о том, что нужно как-то морально подготовиться. - Мы должны изображать влюблённых? – я посмотрел Яне в глаза через переднее зеркало, когда мы уже сидели в машине. - Конечно, - серьёзно ответила она, мельком бросив взгляд на меня. – Более того, СЧАСТЛИВЫХ влюблённых. Настоящую парочку! Ты видел когда-нибудь недавно сошедшихся возлюбленных? Тем более, вы не просто влюблённые, ваша связь закреплена. Связывает вас гораздо большее… - Хватит! – попросил я её достаточно истерично. – Я понял. Кажется, она увлеклась, меня итак берёт дикий мандраж! От неизвестности, от тупости положения, от страха разоблачения… Я оделся, накрасился, собрался. Успел даже пройтись немного в туфлях. Всё нервно, несколько раз споткнулся, чуть не упал. Ещё раз пожалел, что не курю. Давид, вопреки моим ожиданиям, не переместился, а приехал. Приехал за мной на шикарной спортивной машине. Пафоса ноль, но, о боже, она была прекрасна! И… трудности настигли меня тут же. Моё тело категорически отказывалось переступать порог. Я хотел! Я очень хотел сесть в эту машину! Но как только из неё вышел Давид, меня сковало… По рукам и ногам… Во что он был одет! Джинсы. Тёмные. Белая футболка с коротким рукавом (напомню, холодная осень). И я рядом в вечернем платье?! Вы, ребята, куда смотрите!!! - Почему он в голубом? – первое, что он спросил у уставшей невыспавшейся Яны. – Яна, красное! Или, на худой конец, чёрное! Почему голубой? - У тебя ноль фантазии, Давид, ноль! Чёрный и красный это слишком банально, - пожала плечами она. Давид ничего ей не ответил, но руки дрогнули. Ага! Недоволен! Видимо, посмотрев на меня ещё раз, внимательнее, наконец, разглядев меня, он ненадолго замер. На секунду я даже подумал, что он ошеломлён, приятно удивлён моим преображением. Ещё бы! Я красавец. Нервно хохотнув, я поёжился, но тут же выпрямился под взглядом Яны. Предыдущую неделю она била меня тонким прутиком вдоль спины, чтобы я не горбился. Мне даже казалось, что ей это доставляет удовольствие, и что она расстраивается иной раз, когда я успеваю выпрямиться прежде, чем она меня ударит. Результат – поразителен, не поверите! Но следы вздулись, отказывались проходить. И, когда меня затягивают в корсет, эти шрамы доставляют не реальную боль. Плюс ко всему, от жёстких пластин корсета пошло раздражение и сыпь, это всё отказывалось проходить категорически. Я страдал, вы знаете. И всё это ради дня. Одного дня. ЭТОГО дня. Вот он, Давид, помедлив, протягивает мне руку, и я подаю ему руку. Моя рука – в перчатке. И зачем был нужен маникюр – не понятно, но это детали. Путь от «Пристанища» до машины был унизителен. Я преодолел его почти бегом, усаживаясь рядом с Давидом. Липкий страх снова овладел сознанием. Что же со мной будет, если чувствую себя практически полностью уничтоженным?! - Сделай лицо попроще, на тебя жалко смотреть. Я не нашёл ответа. Стало просто ещё более погано. Хотя Давид был взволнован не меньше моего: выражение лица сосредоточенное, губы поджаты, руки беспокойны. Руки всегда его выдают. Интересно, заметил ли это только я или кто-нибудь ещё? - Я п..постараюсь, - решил я его успокоить, но губы не слушались, а облизнуть я их боялся – блеск сотрётся. Со мной была косметика, да, но прикасаться к ней не было никакого желания, и мысль об этом нагнетала ещё больше паники. - Алиса, не забудь, ты нема! – мягко напомнил он. Смягчился, наверное, от того, что понял, что мне итак ой как несладко! Жалость?.. Отлииично! Этого только не хватало мне ещё сегодня, чтобы чувствоваться себя совершенно разбитым! Целую неделю меня готовили быть Алисой. Целую дурацкую неделю учили отзываться на дурацкое имя, улыбаться дурацкой улыбкой, ходить дурацкой походкой… Даже есть учили по-другому!.. О, а эти идиотские уроки этикета?! А в итоге? Моя голова пуста. А сердце вот-вот выскочит из живота. Я оказался абсолютно не готов, совершенно. Где мой психолог? Личный психолог? Я же ведь теперь элита! Эй, Давид!.. Мы ехали по трассе. Вокруг – очень много людей, машин… Разгар дня! Замечательно! Я ожидал, что мы сразу поедем в какое-нибудь большое красивое официального вида здание вроде городского загса, это всё быстро пройдёт, потом банкет или что-то там… И страшная пытка моя будет продолжаться целый день и половину ночи. Но нет, мы ехали знакомыми улочками и вскоре прибыли в уже знакомую мне маленькую квартирку. - Зачем мы здесь? – я не понимал, что происходит. - До самой церемонии ещё целый день. Она будет ровно в полночь. - К чему тогда маскарад?! Да я же при полном параде, я помнусь до вечера!!! – взвился я. Нет, это последняя капля!!! Меня подняли с утра пораньше, и целый день я должен метаться, ёрзать и вздрагивать?! Он внезапно приблизился ко мне и прикрыл рукой губы. Рука тёплая, как всегда. - Тсс! Тише. Спокойно… Яна же дала тебе одежду, переоденешься и погуляем с тобой, объездим всё, хорошо? Хорошо. Видишь, какая замечательная идея. Я дёрнулся. Действительно. Что это я волнуюсь? Мне же всё равно. Мы поднялись наверх – пытка. Лестницы мой враг! Но шёл без труда. Усталости не было, неуверенности в походке тоже. Ещё бы. Вам бы такого тренера, как Яна. Как я до сих пор жив – не ясно. В квартире ничего не изменилось! И если бы я перед уходом не помыл посуду, уверен, раковина была бы до сих пор полная и воняла бы. Чтобы переодеться, пришлось закрыться в спальной. Я очень не хотел, чтобы Давид видел меня. Мне было стыдно… Очень… Отлично! Теперь я не могу раздеваться перед парнем! Это только потом, Слишком «потом» я узнал, что он умеет видеть сквозь стены при чём достаточно свободно. Яна, оказывается, положила в машину мой рюкзак (рюкзак Алисы). В нем одежда. Джинсы, футболка, ветровка, кеды – мило. Забота! Ещё куча мелких ненужных вещей, но это не важно. Платье я аккуратно завернул в пакет и положил в рюкзак вместе с обувью. Надеюсь, оно из того самого материала, который не мнётся. Очень надеюсь. Рюкзак на всякий случай взял с собой, вдруг что. - В Эрмитаже я был. И, в принципе, везде был. Так что нет смысла гулять по городу, - сразу заявил я, осторожно закрыв дверцу машины. В такой красавице хлопать дверями кощунственно, непростительно. - Я тебе покажу Наш Петербург. Вряд ли ты знаешь, где обычно собираются аристократы. - Разве мне нужно это знать? Я ведь твоя Жертва! Я тихая домохозяйка, не вмешиваюсь в твои политические тёрки, дома сижу, тушу капусту, делаю маникюр, рублюсь в ВОВ… - Ты публичная Жертва. Ты обязан быть на ВСЕХ светских рейдах со мной. А их гораздо больше, чем моих действительно серьёзных политических вопросов. Ясно? Я перевёл взгляд в окно и прикрыл глаза. --- POV Давид Я вышел из машины не столько для того, чтобы зайти в магазин, сколько для того, чтобы перевести дух и покурить. Руки мелко дрожали, и я с трудом подавлял эту дрожь. Я… В странном состоянии. Всё идёт как-то не так, что-то жутко новое проснулось во мне сегодня. И всегда просыпалось, когда я находился рядом с ним. Я только сейчас это понял. План говно. Я не хочу больше в этом участвовать. Переодеть его девушкой это самая тупая и низменная идея, посетившая мою голову. Чувствую себя, как дикий кот в клетке. И что это за несдержанные метания по комнате, пока он там переодевался в квартире?.. Я смотрел на него снизу, пока он поднимался по лестнице, и ЭТО не может быть парнем, ни в коем разе, ни за что, НИКОГДА! Я буквально оторопел, когда увидел его в этом виде и, будто, до сих пор не мог отойти. Треклятая ночь! Этот безумный день, когда я впервые встретил его… Тогда! Тогда я был в жопу пьян, и я решил, что он девушка! Без всякого грима! Без маскарада! Я. Знал. Что. Это. Девушка. Я чувствовал запах, слышал его мысли, уже чувствовал вкус его крови и знал, что это МОЯ жертва! Боже, ДА, да я только сейчас за несколько часов до церемонии, наконец, смог себе в это признаться. Я сейчас не сомневаюсь, я думаю – он перевернул мою жизнь, и ничего теперь не изменить. Ничего с этим не сделать. Я кое-как привёл себя в порядок и вернулся в машину. Позже, уже когда мы отъехали, я сообразил, что так и не купил минералки, за которой, собственно, и собирался зайти в магазин, но Артём ничего не заметил, ему было всё равно. Он не отводил глаз от окна и замер в одном положении. А глаза… Больная серость, кажется, с каждой нашей встречей лишь загустевала. Его глаза цвета Питерского неба – города, который я ненавижу. Я бегло и заучено, как профессиональный гид, я провёз его по основным местам, клубам, штаб квартирам. Рассказал об основной резиденции в Сибири, о связях в Австралии, о филиалах в Японии. Не знаю, зачем ему это, он ведь даже не слушал меня, я уверен, но я замер с чувством выполненного долга около заброшенного парка и закурил прямо в машине. Поездка была утомительной, всю дорогу сидел, как на иголках и говорил на автомате. Напрягало его молчание. Её… молчание. Я не мог воспринимать его в этих тряпках, как парня, это вполне нормально. Так и должно быть! В этом вся соль, разве не этого мы с Яной должны были добиться? Спокойно. Видеться будем редко, поселю его подальше от себя. Ну, и что с того, что он моя Жертва? Посажу под усиленную охрану, и никуда он не денется! Внезапно у меня сильно прихватило желудок. От неожиданности я дёрнулся, но быстро оправился. Его буквально скручивало там внутри. Такого я ни разу, никогда в жизни не ощущал. Начнём с того, что я боли-то по-настоящему никогда не ощущал. Вампиры крайне не восприимчивые к физической боли, несмотря на ослабленный иммунитет. Минута понадобилась, чтобы сообразить: болит не у меня. И это не болит… Как-то урчит, переворачивается там что-то. Это болит у Алисы! Тфу ты… Артёма! Наваждение внезапно исчезло. Я с изумлением посмотрел на свой живот. Артём в это время даже не шевельнулся. В прочем, как и четыре часа до этого. - Когда ты в последний раз ел? - Не знаю. Сегодня. Я вздохнул. Терпение. - Артём, посмотри на меня, пожалуйста. Он дёрнулся и обернулся. Выражение лица жалкое и сосредоточенное. Плаксивое. - Ну что же ты пристал ко мне! Я изо всех сил готовлюсь! Готовлюсь к ТВОЕЙ грёбаной церемонии, чтобы ТЕБЕ было хорошо!!! Чтобы ТЕБЕ не настучали по тыкве!!! Ты знаешь, ЧТО мне пришлось перенести в компании твоей ненаглядной домомучительницы? Тебе волосы ИЗ НОСА выдёргивали когда-нибудь?! А правильно ходить пять часов подряд на шпильке ни разу не присев?!? Он выдохнул. Мы молчали. - Что тебе ещё от меня нужно, - прошептал он и отвернулся. Я выжал парня окончательно прямо перед церемонией. Отлично! Теперь у меня всю ночь на руке будет болтаться дохлая мочалка. Его, конечно, было жаль, но… - Поменьше эмоций, принцесса. Не забудь, что ты нем. --- POV Артём Каменное выражение его лица заставило встрепенуться. Действительно, что же я распустил нюни, как баба (простите за каламбур)? Ему же глубоко наплевать, мне, в принципе, тоже. Почему бы не оторваться?.. Кто мешает мне веселиться, ведь я жив и здоров. У меня есть одежда, которую я только захочу. У меня есть всё. И будет всё, что я только пожелаю. Нужно только позволять Давиду себя использовать. Проституцией попахивает, не находите? Нет, я элитная проститутка Алиса. У меня нет сутенёра, и всеми удовольствиями я довольствуюсь одна. Я истерично улыбнулся, кровь ударила в голову. Я почувствовал себя пьяным, хоть и напивался за свою жизнь всего несколько раз и уже давно не помню это ощущение. Но внезапно стало намного легче. Я выпрямился в кресле и подал знак «Трогай!» Давиду. Тот нахмурил брови и вопросительно перевёл на меня взгляд. Всё тем же языком жестов «ненавижу тебя, олень». Слова «олень» я, честно, не знал, пришлось просто приставить рога к своей голове. Он недоумевал, а я бесстыдно смотрел в его глаза. Благо, было очень темно, и глаз я просто не видел. - Я же нема, как рыбка, милый, что ты! – улыбнулся я во все 28 зубов. Он посуровел и круто развернулся. Больше мы не разговаривали. Переодеваться в квартиру я пошёл один, а когда спустился, меня немного взволновал его внешний вид. Он тоже успел облачиться в стандартный классический костюм, только платочек в кармане был небесно голубого цвета. Чтобы сочеталось с моим платьем… Конечно… Я даже немного оробел. Классика ему несомненно шла, но он выглядел во всём этом, как жених. Если бы не его длинные локоны, которые практически невозможно было нормально уложить, они где-нибудь, да торчали. Но и это Давиду тоже безумно шло. Не хватало ещё только передний бампер машины украсить цветами и куколкой в свадебном платье. Он подал мне руку. Я не смутился. Сел обратно на своё место, но ощущения новые, будто первый раз. Заметил, что у нас появился эскорт – четыре разномастных джипа, следовавших на расстоянии, но и морскому ежу было понятно, что это по нашу душу. Охрана, сопровождение – не важно… Представление началось. Занавес.