Mindful Matters

“As I turned to go You looked at me for half a second, With an open invitation For me to go into temptation Knowing full well the earth will rebel. Into temptation, safe in the wide open arms of hell.” - Crowded House, “Into Temptation” Почти проснувшись, V ворочался в постели. Ощущение льняных простыней, трущихся о его кожу, охлаждало и успокаивало. Прежде он никогда не спал обнаженным. В черноте его комнаты, мягкий матрас и шелковое одеяло заставляли его сонный разум на мгновение потерять ориентацию. Затем, подобно вспышке, ночные события вернулись к нему. Визит - конфликт - боль - разоблачение - удовольствие. Неожиданное удовольствие, V повернулся и потянулся через кровать к Иви. Его рука коснулась лишь воздуха. Тело V ломало от страха, который отравлял его, подобно яду. Неужели она настолько жестока, что снова оставила его, не сказав и слова? Это будет хитрой и жестокой местью, если она вернулась лишь для того, чтобы соблазнить его, и бросить так, как он бросал её в сырую и темную камеру. Может она жалела об их близости. Может он, в конце концов, стал ей отвратителен. Может вся эта страсть была фальшивкой? Могла ли она прийти лишь для того, чтоб ранить его? Он знал немного о "природе Макиавелли" испуганных женщин - только то, что говорили ему книги - мысли были исключительно о предательстве. Страх сменился гневом. Как она только осмелилась! Использовать его единственную слабость, и все, что он мог ей дать, против него самого! Она не могла понять, как трудно было для него принять путь, по которому она вынудила его пойти, эта ночь - изменила все. Как она могла просто состроить ему глазки, а затем хлопнуть дверью перед его лицом? Свет заходил в комнату лишь через трещину в двери. V сидел на постели, покачивая ногами, смотрел в сторону двери, не думая о разбросанной одежде, которая создавала в его комнате заметный беспорядок. Встав, он направился к двери, попутно споткнувшись о юбку Иви, и с облегчением подумал, что по крайней мере это был не сон. Он перестал различать желание с действительностью. Он был уверен в себе. На этот раз он знал, это было реальным, как знал, что он делал это с той же уверенностью, с которой вершил свою вендетту. Он открыл дверь, и увидел свет, исходящий из ванной. Это тусклое освещение было похоже на свет в конце тоннеля. Шагая по прохладному плиточному полу, он заметил, что его, когда-то горячо любимая Галерея Теней стала ему враждебной и чужой. В этом убытке радости он чувствовал, так знакомый ему, траур. Есть вещи, которые уже сделаны, и их невозможно отменить, горько подумал V; Галерея не может долго укрывать его. Все, чего он хотел, так это тепла и понимания. И руки. И губы. И пальцы. И вздохи сквозь ночь. Свет в ванной погас, оставив V в абсолютной темноте. Он постоял ещё немного, ожидая, пока его глаза привыкнут. Он попытался успокоить своё дыхание, которое колебалось так же дико, как и его чувства. Она ещё здесь, подумал он. Вернется ли она в его постель, или же он застал её, в тот момент, когда она уходит? Он почувствовал огромную нужду увидеть её перед тем, как она покинет его, но его внутренний голос шептал, что он может попробовать остановить её. Иви наощупь передвигалась по Галерее так быстро, как только могла. Она была обнажена, ведь она только что искупалась, так что в главном зале Галереи ей стало особенно прохладно. Ей было холодно; зубы стучали, частично от холода, частично от ожидания того, что V ждал её в спальной. Она хотела включить свет, но не хотела разбудить V, который казался полностью изнеможенным. Последние дни перед вендеттой, которую он готовил на протяжение 20-ти лет, были подобны пытке. Добавьте к этому ещё очень эмоциональных несколько последних часов, и будет очень легко представить, почему он так хотел остановить время. Она надеялась, что он поспит немного дольше, чтоб она могла полюбоваться на его счастливое лицо, которое отражало все его эмоции. Он чувствовал её. Она знала, что его план, касательно 5-го ноября, брал верх над чувствами. Она подозревала, что он мог даже выставить её прочь, лишь бы сфокусироваться на результате. В последствие это стало её личной обидой, но она верила, что жизнь все-таки входит в планы V. Она не знала, как высказать ему это. Теперь она дрожжала по новой причине. Она почувствовала тепло прежде, чем поняла это. В темноте подземелья невозможно было увидеть что-либо, но V удалось найти её и встать у неё на пути. Она наткнулась на его обнаженный торс и почувствовала, как от испуга по коже побежали мурашки. Он схватил её руки и прорычал: - Попалась! Она издала изумленный визг, испугавшись его внезапного появления. - О, V - я не разбудила тебя? - она положила руки на его грудь и обратила внимание на его частое дыхание, и бешенный стук его сердца. - Я не хотела помешать тебе. Ты выглядил таким уставшим... - Куда ты ходила? Иви не услышала в его голосе ничего, кроме злости, - и, возможно, боли. Он немного усилил хватку, немного потрясывая её руки. В её груди все сжалось, когда он упал перед ней на колени. - Я ходила искупаться. - она говорила быстро; поставлена в тупик его агрессией и его падением перед ней на колени. - Ты решил, что я покинула тебя? Снова покинула Галерею? - стоило ей сделать паузу, как он ослабил хватку. - Я обнажена, V. Ты думал, что я буду бродить ночью по улице в таком виде? Ходить где-то?! Бродить с кем-то, когда ВСЕ, что важно для меня, здесь?! Ты сам скрывал себя от человечества так долго, и ты думаешь, что все это было мимолетно?! - её гнев наростал с каждым словом, которое она произносила. - Я вернулась к тебе, помнишь? Ты же хотел видеть меня! - её трясло от злости, но её слова излучали тепло. Сжав кулаки, она билась в его грудь. Он ослабил хватку, и, поднявшись, отошел от Иви на несколько шагов. Ничего не говоря, он скрылся в темноте. - Господи, V, скажи хоть что-нибудь! Я не могу больше бороться с войной внутри тебя! Все, что принадлежит мне, у твоих ног, все что осталось у меня - твоё! Это обещание, данное тебе, как только ты привел меня сюда, но не выполненное сегодня. Если это недостаточно убедительно для тебя, тогда, я думаю, что ты предпочтешь мне эту тюрьму, и, значит, я оставлю тебя здесь!!! - в её словах были слышны нотки бешенства. - Тяжелее быть свободным, чем не быть таковым, V - ты научил меня этому. Её голос резал его, подобно ножам. Поочередно он чувствовал ярость, стыд, глупость, и радость в словах Иви. Он молча обдумывал все сказанное: если отношения - это сложно и болезненно, тогда почему им ничего не мешало? V запутался. Он не испытывал более чувства тревоги, после пыток в Ларкхилле. Затем решил: любовь - это пытка. V был потерян. Снова. Он чувствовал безумную тягу к Иви: хотел быть понятым, быть принятым. Это должен быть не кто-нибудь - это должен быть только один человек - это должна быть Иви, и причина этого была ему неизвестна. Это должно быть, поскольку она была его единственным другом, она была первой, кто прикоснулся к нему за эти долгих 20 лет, она знала о нем все. Это было что-то глубокое; на подсознательном уровне. Он чувствовал, что они мыслили одинаково, в одном направлении. Он пытался управлять своим сумасшествием. V запустил руку в кудри Иви, его пальцы нежились в её мягких волосах. Она издала крик протеста, пытаясь вырваться из его хватки, но его руки быстро схватили её. Он поцеловал её. Гнев грел её, вызывая у него все большее стремление. Он разрушил поцелуй, и она снова попыталась вырваться, но уже с меньшим энтузиазмом. Он положил её голову на свою грудь, обхватив руками. Его губы ласкали её ухо. - Прости меня за моё поведение, Иви. Пожалуйста... пожалуйста... не заставляй меня обьяснять, как это было... и я... не уходи сейчас. - прошептал он, его голос был наполнен печалью, и заставлял её чувствовать себя неудобно. Ноги подкосились, и это заставило её обхватить его шею руками, чтоб не упасть. В один момент они уже стояли в обьятиях друг друга, дрожа в темноте. Иви целовала его грудь там, где остановилась её голова. Странное ощущения тепла от прикосновения их тел, и чувство холода в комнате, не могло не смотивировать Иви прижаться к V сильнее. Она подавляла все импульсы в себе и пыталась контролировать свою физическую потребность. Она перебирала пальцами то вверх, то вниз, по его спине, повторяя рельеф его шрамов. V дышал над её ухом с облегчением и удивлением. Языком он проложил дорожку вдоль её шеи, затем по ключице, и, наконец, добравшись до груди, глубоко вдохнув её аромат. С рыком, одной рукой он поднял её бедро, второй обхватил её талию. Она улыбнулась и уткнулась лицом в его шею, вдыхала его возбуждение. Тепло его тела, его дыхания, растопило в ней что-то, она почувствовала влажность в глазах, во рту, ниже живота. Её рука скользила вниз, по его торсу, коснулась члена, который уже был готов и жаждал боя. V отключал свой разум всякий раз, как Иви касалась его. Его речь, манеры, и прочее, вмиг затмила лишь одна мысль: она - касалась - меня. Эта мысль пробудила в нем животные инкстинты. Он ждал этого момента: раньше, при любой возможности, он просто возвращался в свою комнату. Это было лишь импровизацией его разума. V освободился из хватки Иви, и в один момент, подхватив за талию, бросил её на каменный пол. Иви даже не успела вздохнуть. Перевернув её, руки V ласкали сквозь темноту её талию, плавно переходя в область живота. Задыхающаяся и потрясенная, Иви попыталась приподняться, чтоб не так сильно ощущать холодный, каменный пол. Грубые руки исследовали её ягодицы и бедра, подобно солдатам, разведеющим территорию для своего командира. - V! - закричала она, что есть силы, это звучало частично, как заявление, а частично, как смятение. Его пальцы прильнули к её губам, заставив замолчать. Его руки схватили её за бедра, он потянул её по полу на себя, и резко вошел в неё. Она зарычала, и почувствовала одновременную боль в плече и внизу живота. Она немного приподнялась, чтоб отодвинуться и облегчить давление на свой таз, но он снова вернул её в прежнее положение, и принялся входить в неё снова. Она чувствовала, как её колени и локти обжигает шероховатое покрытие пола, в глазах темнело, а дыхание сбивалось с ритма. V продолжал двигаться в ней, иногда порыкивая от удовольствия. Она попыталась снова. - V... пожалуйста. Я все еще здесь... Тихий голос в темноте будто оглушил его. Он остановился, но все ещё находился в ней. Он молча благодарил судьбу за то, что они в этот момент не видят друг друга. Перевязанной рукой он закрыл свои глаза, будто пытаясь скрыть во взгляде то, что он не смог сдержаться. Он осторожно вышел из неё. Иви освободила руку, которая лежала под её левой грудью. Она перевернулась лицом к нему, обжигая его своим теплом и снова повторила: - Я здесь, V. V издал громкий вздох и наклонился к Иви, почувствовав все тепло их тел. Её сердце бешено билось. Она набиралась сил, пока он был запутан в своих мыслях. Они не двигались и молчали. Их недавние действия разносились по всей Галерее, внося в эту атмосферу нотку безоблачного контраста. Наконец, V прильнул губами к её уху и низким голосом, еле дыша, шептал ей. Он лежал рядом и несколько минут говорил ей о своих чувствах, которые, подобно потоку воды, вливались в неё. Иви не могла пошевелить и пальцем. Если бы в комнату проникал хотя бы один лучик света, то он несомненно бы заметил её реакцию и блеск её глаз. Она ждала, и как только он закончил свои высказывания, она повернулась к нему, и прижалась виском к его лбу. Она искала ответ, но решила наконец, что этот жест передаст ему все слова, она не хотела нарушать тишину. V улыбался в темноте: наконец он расслабился. Она его успокоила. Все же, только она могла заставить его потерять контроль над собой, и именно она могла управлять его независимостью и грацией - эта ирония не покидала его. Он потерся носом о её шею и аккуратно ущипнул, заставив её почувствовать восторг. Она хитро двигалась под ним, намекая, что желает закончить начатое. Желание проникнуть в неё возвращалось с новой силой. Странное взаимодействие между телом и разумом было для него загадкой, подумал он. Он снова вошел в неё. Он должен был так много изучить в ней... Он был медленным, но постепенно добавлял в свой ритм всё больше и больше свирепости. V прижал плечи Иви к полу, тем самым заставив её выгнуться от боли, что дало ему возможность войти в неё уже под другим углом. Он замер. Ничто не могло нарушить тишину, которую они вдвоём создали, даже теперь. В этой тишине, единственными звуками, были звуки, трущейся о каменный пол, кожи, и их прерывистого дыхания. Рука V сжимала её грудь, плавно спускаясь к животу, затем ниже, ниже, ниже... Её бедра вздрагивали от каждого его прикосновения, внутренняя их сторона охватывала влага, и его орган, который словно был единственным ключем, способным открыть её. Его тело двигалось будто на автопилоте, его ритм уносил их в пропасть наслаждения. Его неровное дыхание грело её. Издав громкий стон удовольствия, он впился зубами в её шею, заставив её содрогнуться. Тяжело дыша, они оба лежали на холодном полу некоторое время. V встал, но Иви была слишком утомлена, чтоб последовать его примеру. Он поднял её на руки, и они двинулись в его комнату. Усадив её на свою кровать, он включил лампу, которая стояла в углу. Комната наполнилась тусклым светом. Осторожно пробираясь через беспорядок на полу, V все ближе подходил к Иви, распластавшейся на его постели. Тусклый свет окрашивал все в коричневые тона, казалось, будто все выглядит, как старое фото. Темные пятна на её локтях и коленях портили тонкую бледность Иви: она кровоточила. V присел на кровать рядом с ней и тщательно осматривал её раны. Колени выглядели хуже всего; локти же, просто жгли. Он положил руку на её плече, подобно доктору, сообщающему пациенту плохую новость, затем встал, и оставил комнату, не сказав ни слова. Иви долго смотрела на дверь после того, как он ушёл. В тусклом свете её взгляд упал на ковер, запятнаный кровью V этим вечером. О, дорогой, случайно подумала она, это не вывести. V вернулся с тазом воды, полотенцем, бинтом, и принялся обрабатывать её повреждения. Осторожно промыв ранки, замотал колени в бинты, затем, будто в трансе, он методически вымыл и вытер с головы до ног. Он не промолвил и слова. Борясь с эмоциональным и физическим влечением, Иви поддалась его причудливому ритуалу, и сконцентрировалась на создавшейся тишине и запахе воды с ароматом лаванды. Глубоко вдохнув, она обнаружила, что из-за столь прекрасного запаха и мягких прикосновений рук V, её веки опускаются, а дыхание стало постепенно замедляться. Темнота поглотила её, унеся прочь, в мир сладких снов. ------------------------------------------------ Иви понятия не имела, сколько было времени. Она проснулась, в комнате была все так же темно. Она обернулась туда, где должен быть V, но в кровати его не было. Она привстала, и дала глазам привыкнуть к темноте: беспорядок, разбитые лампы и зеркало были убраны. Сколько она проспала? Из кухни доносился запах жареного бекона. Иви вошла на кухню, за плитой, с ангельским видом, одетый в одну из своих шелковых рубашек и фартуке, стоял V. Он улыбнулся, и стал наблюдать, как она пытается привести себя в порядок: Иви не была ранней пташкой. Но перед запахом бекона она не могла устоять. - Доброе утро - сказал он. - Доброе? То есть...я имею в виду... разве сейчас утро? - она заикнулась. - Хорошо, может быть и нет. Технически мы можем назвать это завтраком. - он указал на стол, где стояли "яйцо в корзинке", бекон, томаты, тост и чай. - Ты будешь есть вместе со мной, V? - Несомненно, ведь если откажусь, то проявлю неуважение, к твоей персоне. Кроме того... - улыбнулся он, наливая чай, - я таки нагулял аппетит. Иви покраснела, и, с его позволения, присела за стол. Она никогда не ела вместе с ним, но с тех пор, как маска стала больше не нужна, это казалось естественными вещами. Интимность предшествующих часов заставила её чувствовать себя застенчиво, она не могла заговорить с ним об этом. Она попыталась спрятать свою стеснительность, и сконцентрироваться на завтраке. Он стоял перед ней, праздно протягивая ей чашку чая. Иви попыталась избежать его взгляда, тишина ревела в её ушах, и она опустила вилку на стол. - Есть что-то, о чем ты хочешь со мной поговорить? Да, подумала она, это будет старый разговор. Он будет просить меня уйти. Будет спрашивать, делала ли я из любви к нему то, что было вчера вечером. Будет говорить, что не хочет меня отпускать. И я не могу больше с ним бороться. Есть много вариантов, которые можно предположить. - Ах, да... Я не знаю, как спросить...- он суетился, прокашливался, игрался ножом в масле, - скоро 5-ое ноября, и в свете событий, произошедших с нами ночью, я хочу попросить тебя о чём-то очень важном для меня. Это может быть трудным для тебя, но, если у тебя есть ко мне чувства, то прошу тебя сделать это. - он посмотрел на неё своими темными, стеклянными глазами. Приближается, подумала она, и затаила дыхание. - Останься. Она моргнула. Он выглядел неопределенным. - Останься со мной... - сказал он снова, эти слова будто раздирали его на части, -... здесь, в Галерее, до 5-го. Просто... останься здесь, Иви. - он вздохнул; все красноречие покинуло его. Иви отодвинулась и встала из-за стола. Она подошла к V, села ему на колени. Обвив его лицо руками, она нежно поцеловала его губы. - Да. - сказала она. ----------------------------- И так они пробыли пять дней вместе. Они вспоминали все, что было в прошлом, говорили о будущем. Они говорили так, как не говорили прежде: как мужчина и женщина, а не учитель с учеником. Они говорили о бессмыслице и революции, любви и страхе, идее и действительности. И часто они находили себе иное занятие, помимо разговоров. Но единственная вещь, о которой они не смели говорить друг другу, это была жизнь после 5-го ноября. Утро 5-го ноября,Иви почувствовала, что V рано встал. Её сердце было заполнено болезненной трелью ожидания. Оставив все мысли, расчеты, фантазии, она считала часы. Их смешанный аромат проникал в каждую её клеточку, в каждый уголок комнаты, напоминая о нарушенном обещании. Она могла бы думать позитивно, но что-то подсказывало ей, что он закончит этот путь. Она не могла бороться, это должно было произойти, но это не означало, что она не хотела, чтоб Вселенная сделала правильный выбор для них. Она моргнула сквозь слезы, и встала, чтобы поприветствовать новый день. V пропадал целый день, и вернулся лишь поздним вечером. Иви не спрашивала, где он был. Она была одета во все черное: обтягивающие брюки, блуза с высоким воротом, и корсет, повторяющий её грациозную талию. V обнаружил это внезапным: он никогда не видел её в черном одеянии. Они были похожи на близнецов. Он обнаружил её на кухне, она открыла вино, разлив его в бокалы. Он снял свою шляпу и плащ, но остался в маске. Сегодня вечером это был не V, это был Гай Фокс, и он хотел поддерживать эту иллюзию, хотя бы для себя. Он мог бы открыть своё лицо для неё, но не сегодня. Если бы она только видела, как он сомневался в своём плане, как сильно он хотел выбрать другой путь, она могла убедить его покинуть свои эгоистичные идеалы, но это было бы слишком сложно. Иви улыбалась ему и пила вино. Она передала ему бокал, и поднесла к нему свой. - Тост - за сегодняшний вечер. - сказала она с храбростью. Она немного приподняла бровь, увидев, что V даже не поднял свой бокал. Он медленно снял свою маску, обнажив лицо, которое отражалось в его рельефном бокале. - Тост! - Иви продолжила, - За свободу от тирании, которая вернется к нам в этот вечер, и снова даст нам надежду. - её глаза сияли целью, любовью и печалью. V не нашел подходящих слов для ответа. Они ударили бокалами и испили из них. - Мммм, тонкий вкус. Где ты нашла это? - В секретном погребке, недалеко от твоей гримерной. - её голос звучал игриво, но выглядела она утомленно. - Я никогда не показывал тебе это место, - его пальцы потянулись к шее, он чувствовал, что в горле пересохло, - Как ты попала туда? - Это было не сложно, надо было лишь немного подумать. Его выражение лица изменилось. Он заметил, что Иви начинала плакать. - Иви, что это? Что слу...? - V словно проглотил язык, в горле пересохло так, что невозможно было говорить. В пальцах начало пощипывать, он сжал руку в кулак и бросил бокал, наблюдая, как он медленно разбивается о пол, как в кино. Он оглянулся, чтобы посмотреть на Иви, но та даже не шевелилась. Она не пыталась даже поддержать с ним беседу, а просто роняла слезы, все чувства будто разбились о стену. Она стояла перед ним, он наклонился, чтоб снять парик. Его глаза отражали все. Зрачки вмиг расширились, сердце колотилось, он был потрясен. Он задал лишь один вопрос: почему? - Я не могу видеть тебя таким... - её голос дрожжал, слезы текли ручьем по её щекам. Она склонилась над ним так, чтоб чувствовать его дыхание. - Но пожалуйста, знай, что все, что я делаю сейчас, я делаю из любви к тебе. - она накрыла его губы поцелуем. - Я люблю тебя, V. - шептала она. Иви поднялась, взяв его маску со стола, попутно захватила его плащ и шляпу. Она скрылась из его поля зрения. Он услышал шаги, покидающие кухню, повернул голову, чтоб осмотреть ссвое лицо, отражающееся в бокале. Гай Фокс был везде: в его ботинках, шляпе, плаще, даже в его поясе с кинджалами. Улыбающееся лицо так долго ухмылялось ему в зеркале. Но такая вариация его личности заметно отличалась от той, которую излучала его маска. Эту вариацию создала Иви. Каждая его клеточка кричала "НЕТ!". Издав этот тихий крик, он упал к ногам Иви. Она развернулась на каблуках, и легонько пнула его голову.