Клуб Сомниферум: месть Каракурты

Она проснулась от тупой боли в шее. Не открывая глаз, она коснулась ноющего места. Ощущение было таким, словно его пронзили чем-то острым. Она запустила руку под подушку – кинжал был на месте, и рукоять еще одного, лежащего рядом, внушила спокойствие. Невольно ее губы растянулись в улыбке – ей не грозит никакая опасность, пока эта бичва рядом. Она осторожно повернулась на бок и открыла глаза. - Тебе не спиться? – прошептала она, глядя в бездонные темно-синие глаза. В них не было ни единого отпечатка усталости, ни намека на прошедший вечер. Неужели эти глаза видели смерть в ее самом жутком обличии, кровь в сотнях ее ипостасей? Они были такими чистыми, такими нежными… - А тебе? - Я проснулась, потому что ты на меня смотрел… - она понимала, что ее ложь будет немедленно раскрыта, но сказать правду было бы глупо. Он итак слишком сильно беспокоиться о ней. - Ложь – твой конек, но не в этом случае. Я смотрю на тебя уже двадцать минут. И еще, проснувшись, ты проверила на месте ли кинжал. Тебе снова снился тот сон? - Нет. Просто почувствовала себя как-то странно. Который час? – ей стало не по себе под проникновенным взглядом его глаз. Сколько раз она просила себя не лгать ему, ведь хуже от этого становилось только ей. Он слишком хорошо знал ее. - Половина одиннадцатого. – Спокойно ответил он, не сводя с нее взгляда. - Так рано… - она улыбнулась и пододвинулась ближе к нему, чтобы заключить в объятия. Его сильные руки обхватили ее за талию, и она жадно вдохнула его запах. – Еще можно заснуть… - Мне скоро вставать… - тихо засмеялся он, целуя ее волосы. - Рэт, я уверена, что с запланированной на сегодня работой Рик прекрасно справиться без твоей помощи. Несколько минут они молчали. Эта тишина была тревожной: она слышала размеренный стук его сердца и знала, что оно бьется неспокойно. Это с самого начала было неправильно – она не должна была подпускать его к себе, позволять ему заглянуть в ее душу. То, что он полюбил ее было не счастьем, а наказанием, и она не предпринимала ничего, чтобы освободить его. С каждым прикосновением, поцелуем она только глубже вгоняла в его сердце кинжал своей боли. Он не заслуживал этого, но каждый раз, когда она решала отпустить его, стоило лишь взглянуть в эти глаза, и всем «против» приходил конец. - Ты не ответишь на мой вопрос? – спросил он. Она вздрогнула, и он крепче прижал ее к себе. – Не отвечай, если не хочешь. - Все в порядке. – Она уткнулась носом в его плече, на глаза почему-то навернулись слезы. Она давно не плакала. – Это был не сон. Мне показалось, что меня ударили в шею чем-то острым. Мне не сняться кошмары, когда ты рядом. Он молчал, но она знала, о чем он думает. Он хотел быть рядом с ней всегда, не отходить ни на шаг, засыпать и просыпаться в одной постели. Но она не могла позволить это, пусть даже мера была запоздалой. Она боялась не только причинить ему еще больше боли, она боялась за его жизнь. Члены клуба давно разводят сплетню о том, что их неприкосновенная Каракурта делит ложе с дворовой псиной, сложившей лапы у ее ног. Ей были безразличны эти разговоры, и до сих пор никому не удавалось найти доказательства. Но эти люди способны на многое и, пытаясь восстановить свою извращенную справедливость, они могли бы убить его. Их глаза и уши были повсюду… Они отняли у нее семью, и она не могла позволить им забрать и его. - Как думаешь, что «Somniferum» приготовил для Крига? – осторожно спросила она. Лучше пусть сейчас он разозлиться на нее за этот вопрос, чем думает о том, как уберечь ее от боли, которая за долгие годы уже стала привычной. - Я более чем уверен, что члены клуба открыли сезон охоты. Он нанес им оскорбление, возжелав их Богиню. Вряд ли они намерены простить. – Ухмыльнулся он. - Кажется, ты этому рад… - Прости. Но он не относится к тому типу людей, которым я симпатизирую… Она тяжело выдохнула. Внезапно захотелось рассказать ему обо всем, о тех снах, о которых она умалчивала почти два года, о прошлом, в котором не было места ничему кроме отчаяния, но что это изменит? Она сама не может объяснить, почему Криг заинтересовал ее, ведь дело было не только в серьге. Он напоминал ей того человека, которого она потеряла семь лет назад – его больше нет среди живых, а этот актер будто призрак появился, чтобы вернуть ей горечь воспоминаний. - Да, ведь ты тоже член клуба. – Она подняла на него взгляд, и по ее спине пробежал холодок – в этом взгляде было обвинение и беспомощность. – Не смотри на меня так, будто я перерезаю тебе горло. Я всего лишь говорю правду… - Она не понимала, зачем сказало это. Снова тщетная попытка оттолкнуть его? - О большем я и не прошу… Он легким поцелуем коснулся ее губ и прижал ее голову к своей груди. Как долго это будет продолжаться? Что будет, если закончится? Ей не хотелось думать об этом. Они оба шли по невидимому тросу над пропастью – каждый шаг мог стоить жизни. Раньше она могла бы упасть на колени и проклинать судьбу за то, что она предоставила ей такой путь, но теперь она не имела права выливать свою горечь на то, что не имело материальной формы. Она давно перестала быть той девочкой, которая верит в счастливое и светлое будущее – она потеряла все, а ее новая империя была выстроена из костей с кровью вместо раствора. Рэт был единственным, кому она могла довериться, на кого она могла возложить не только правление клубом, но и свою жизнь. Нужно ли ему знать об этом? Она уже ни в чем не была уверена. Она просто хотела забыться сном в его объятиях, моля о том, чтобы он был как можно более долгим и спокойным.