A Song of Joy and Sorrow

Астрид увидела над собой незнакомый высокий потолок и резко села, с ужасом осознавая, что не помнит, как очутилась здесь, где бы ни было это здесь. Над ней нависали какие-то люди, которые отпрянули от ее движения. – Где я? – спросила она, панически осматривая серое помещение нежилого вида. Вообще-то, у нее было много вопросов, но смелости хватило только на один. Шея горела, как будто к коже приложились раскаленным железом. – Эй, эй, успокойся! – к ней подскочил парень с темными взъерошенными волосами и опустил руку на плечо, заставив ее вздрогнуть. – Тебе нечего бояться. Я понимаю, что это место выглядит так, как будто сюда притаскивают людей для пыток, но у Дерека просто извращенное представление о домашнем уюте. Кто-то раздраженно выдохнул, и Астрид перевела взгляд на мужчину, который стоял чуть в стороне, скрестив руки и мрачно смотря на нее. И она узнала в нем своего спасителя, вмиг вспомнив все, что произошло. После работы она ужинала с Элизабет и Грегом, после чего они вместе дошли до развилки. Грегори предлагал проводить ее до самого дома, но она категорически отказалась, заверив мужа приятельницы, что в этом нет абсолютно никакой необходимости. Астрид и правда так думала, она часто поздно возвращалась с работы, да и там оставалось идти около десяти минут. Ей не хотелось создавать им лишние неудобства, поэтому она попрощалась с ними и дальше пошла одна. Она проходила между двумя соседними домами, когда кто-то сбил ее с ног. Рука Астрид непроизвольно метнулась к горлу, когда она вспомнила ощущение раскаленного шнура, затягивающегося на ее шее. Она думала, что умрет. Умрет, так и не узнав, кто она, умрет под выдуманным именем, и об этом даже не сообщат близким, потому что у Астрид Хелстоун за несколько месяцев существования близких людей не появилось. Но этого не произошло. Астрид, не отрываясь, смотрела на мужчину, очевидно Дерека, и ее пробрала дрожь, когда она вспомнила, во что он превратился там. Она не могла вымолвить ни слова, даже не зная, что ему можно сказать. Он не казался взволнованным, что она выдаст его секрет, и она попыталась убедить себя, что клыки, когти и горящие желтым глаза привиделись ей из-за шока и недостатка кислорода. В любом случае, возвращаться в Дом Айкена ей определенно не хотелось, и она решила помалкивать о том, что возможно увидела. В конце концов, этот мужчина спас ей жизнь. – Спасибо, – сказала Астрид, почему-то шепотом. Он медленно кивнул, и она через силу отвернулась, окидывая взглядом остальных. К ее удивлению, кроме ее спасителя в комнате были одни подростки. Рядом с Дереком стоял парень со смуглой кожей и скошенной челюстью и держал за руку девушку азиатской внешности. Они молчали, но в их взглядах не было враждебности. Рыжеволосая девушка рассматривала ее, изучающе прищурившись, парень, заговоривший с ней, уже убрал руку, но не отошел, а за ним стояла… – Малия? – выдавила Астрид, узнавая неуравновешенную девушку, которую привезли в «Дом Эха» незадолго до того, как она покинула это место. – Откуда ты знаешь мое имя? – нахмурилась та, воинственно подаваясь вперед. – Мы были вместе в Доме Айкена, – помедлив, ответила она, чувствуя себя некомфортно из-за того, что рассказала незнакомым людям и своем пребывании в сумасшедшем доме. Подростки переглянулись и почему-то оживились. – В Доме Айкена? – с отвращением в голосе переспросил тот самый взъерошенный парень. Астрид смутилась от того, что ее посчитали больной, но, как оказалось, у такого тона было другое объяснение. – Я тоже там был. Ужасное место. – За что тебя отправили туда? – больше всех заинтересовавшись, спросила рыжеволосая девушка, как будто ожидая какой-то определенный ответ. – Амнезия, – коротко сказала она, не желая вдаваться в подробности, и на лице девушки почему-то возникло легкое разочарование. – Амнезия? Серьезно? Как это произошло? – Я попала в аварию… Так, хватит, – перебила саму себя Астрид, откидывая шерстяной плед, которым ее кто-то заботливо укрыл, и опуская ноги на пол. – Почему вы сначала не объясните мне, что вообще… Ай! Левую ногу пронзила дикая боль, и из глаз брызнули слезы. Она вспомнила, как пыталась убежать от напавшей на нее девушки и Дерека, но у нее сломался каблук и нога подвернулась. – Аккуратно, – к ней подошел подросток со скошенной челюстью и присел на корточки рядом с диваном. – Тебе лучше не двигаться. Астрид всхлипнула и сжала губы, стараясь не расплакаться от боли, страха и абсолютного непонимания. Почему она здесь? Что они хотят от нее? Почему ей никто нормально не объяснит, за что ее пытались убить? – Астрид, – мягко обратился к ней парень. – Прости, ты, наверное, напугана. Мы тебя не тронем, я обещаю. Меня зовут Скотт. И я могу помочь тебе, если ты позволишь. Он протянул руку к ее ноге, но не прикоснулся, ожидая ее разрешения. – Что ты собираешься делать? – нервно спросила она. – Я могу уменьшить боль. – Как? Скотт опустил ладонь на ее колено, прикрытое тканью платья. Астрид ошеломленно выдохнула, когда вены на его руке вдруг почернели. – Как ты… Боль прошла, но она не могла даже поблагодарить парня, потому это невозможно. Забрать вот так чью-то боль – невозможно. Превратиться в монстра – тоже невозможно. Но она видела это своими глазами, и, если это не дурной сон, то эти люди – не просто люди. И им что-то нужно от нее. Она часто задышала и вжалась в жесткую спинку дивана, борясь с подступающей истерикой. Что бы ни произошло в прошлой жизни, оно наконец настигло ее – в виде убийцы с удавкой и людей-монстров. Такого Астрид, конечно, не ждала, но у нее всегда было чувство, что там случилось что-то плохое. Скотт быстро оглянулся на своих друзей и поднялся на ноги. Его девушка, бросив на нее взгляд, скрылась за ее спиной и загремела там чем-то, но Астрид не могла даже повернуть голову. Дерек продолжал следить за ней исподлобья, и на его лице не дрогнул ни один мускул, когда она посмотрела на него. Рыжеволосая девушка осторожно приблизилась к ней и села на краешек дивана, ободряюще улыбнувшись. – Мы хотим помочь тебе. Астрид сделала глубокий вдох и чуть искривила губы, пытаясь улыбнуться в ответ. – Вы знаете, что я сделала? – собравшись с духом, выпалила она. – О чем ты говоришь? – Та девушка, которая… пыталась меня убить. Она сказала, что ей заплатят. Вы знаете, что я сделала или, может, видела? Почему кому-то может быть выгодна моя смерть? – Постой, – взъерошенный подросток приподнял брови. – Ты решила, что это из-за тебя? Нет, все дело в этом. Он протянул ей сложенный вчетверо лист бумаги. Она с опаской взяла его и увидела напечатанный на нем список. – Скотт Маккол, – прочитала она, вопросительно посмотрев на Скотта, и тот кивнул. – Дерек Хейл… Астрид Хелстоун. Она шокировано помотала головой и снова перечитала. Астрид Хелстоун. В списке имен, пять из которых уже вычеркнуты. – Что это значит? Почему нас троих хотят убить? – Не троих, – вздохнула девушка рядом. – Лидия Мартин – это я. – А я Кира, – раздалось рядом, и она оторвала взгляд от списка, в котором Кира тоже была указана. – Держи. – Что это? – с подозрением спросила Астрид, глядя на чашку, которую протягивала ей японка. – Чай, – улыбнулась та. – Не отравлен, можешь не переживать. Астрид благодарно кивнула, принимая напиток, и сделала большой глоток. Ее до сих пор трясло, и она обхватила чашку обеими руками, чтобы держать ее более ровно. – Малии нет, – сказала она и посмотрела на парня, чьего имени до сих пор не знала. – Меня тоже нет. Я Стайлз, кстати. Недавно я покупал у тебя цветы. Астрид приподняла брови и улыбнулась. – Да, точно. Я помню. Так ты сын шерифа? – уточнила она, потому что уже слышала это необычное имя. – Ты знаешь моего отца? – удивился Стайлз. – Она попала в аварию и потеряла память, разумеется, она знает шерифа, – едко заметила Лидия, и тот фыркнул. – Кстати, ты не против, если мы вернемся к этому? Астрид вздохнула, сделала еще один глоток и покачала головой. – Это сейчас не имеет значения. Вы знаете, кто хочет нас убить? Ребята переглянулись, и она внутренне напряглась. – Нет, – наконец сказал Скотт. – Мы не знаем, кто. Но мы знаем, почему. Это список… Это список всех сверхъестественных существ Бэкон-Хиллз. Несколько секунд она просто смотрела на юношу, пытаясь вникнуть в смысл сказанных им слов. Сверхъестественные существа? Хотелось выкрикнуть, что это бред, а они – настоящие психи. Что шутка зашла слишком далеко. Что сверхъестественного не существует. Что… Что Скотт Маккол не забрал ее боль одним прикосновением, а Дерек Хейл не превратился в… непонятно кого! – И кто вы такие? – наконец спросила она. Скотт с сомнением посмотрел на нее. – Ты уверена, что готова к этому? Астрид кивнула, храбрясь, и отставила чашку в сторону. На самом деле, она была совсем не уверена. Она не хотела знать, кто они, не хотела быть причастной ко всему этому, она просто хотела вернуться домой и забыть о сверхъестественных существах, убийствах и списке смертников. Все это время она мечтала выяснить что-то о себе, но, если с этим была связана ее настоящая жизнь, пожалуй, лучше было бы оставаться простой продавщицей цветов, страдающей амнезией. – Наверное, тебе лучше это увидеть. Скотт закрыл глаза, настраиваясь на что-то, а когда открыл, они полыхали ярко красным. Он повернул голову из стороны в сторону, и его лицо… перестало быть лицом. Она вскрикнула и с силой зажала себе рот ладонью. Скотт такой же как Дерек, но Дерека она видела в темноте, мельком и пребывая в шоке. А здесь… Увидев ее реакцию, парень тут же принял прежний облик. – Прости, – сказал он расстроенно. – Прости, не стоило мне… Астрид покачала головой и выдохнула. – Все нормально, – произнесла она странным голосом. – Я просто… Это было неожиданно. Извини. – Я понимаю, – он улыбнулся, но она все равно почувствовала себя немного виноватой. – К этому нужно привыкнуть. – Так кто же ты? – Я оборотень, – сказал он, и все застыли, глядя на нее. – Оборотень? – переспросила Астрид, стараясь на этот раз сохранить самообладание. – Прямо классический оборотень? Превращаешься в полнолуние, боишься серебра… Скотт усмехнулся. – Не совсем, но тонкости мы тебе потом объясним, – влез Стайлз. – Ты как, порядок? Продолжаем? Больше без превращений. – Да. – Поехали, – с готовностью кивнул он, и у Астрид сложилось впечатление, что он даже наслаждается этим. – Скотт – оборотень-волк. Малия – оборотень-койот. Девушка кивнула, и ее глаза загорелись ярко-голубым. Наверное, ее буйное поведение в психлечебнице было как-то связано с оборотничеством. – Кира – кицунэ, это японская лиса, – продолжил Стайлз, и японка продемонстрировала ей светящиеся глаза. – Дерек – тоже оборотень-волк. Он оглянулся на мужчину, который все так же наблюдал за ними со стороны. Астрид бы и забыла о его присутствии, если бы не ощущала исходящие от него волны недоброжелательности. – Она меня уже видела, – сказал он, видимо, не желая участвовать в представлении. – Ладно, – протянул Стайлз и снова повернулся к ней. – Не обращай на него внимания, у Дерека не бывает хорошего настроения. Дальше идет Лидия. Она банши. – Банши? – Астрид повернулась к девушке, и та дернула уголком губ. – Это вестница смерти, да? – Вроде того, – согласилась Лидия, чуть поморщившись. – Но мы пока не очень в этом разбираемся. – А ты, Стайлз? Подросток картинно закатил глаза. – Я так и знал. Все всегда это делают. Почему никого не устраивает то, что я просто человек? – Меня более чем устраивает, – улыбнулась Астрид. – Не имею в виду ничего плохого, но мне легче от того, что здесь есть еще человек, кроме меня. В помещении воцарилась тишина, и она не сразу поняла, почему все так странно смотрят на нее. – Эм, Астрид, – осторожно сказал Скотт. – Твое имя есть в списке. – Что? Нет, – она категорически помотала головой. – Я не знаю, как я туда попала, но во мне нет ничего сверхъестественного. – Может, ты просто не помнишь, кто ты? – предположила Лидия. – Но я бы точно знала, если бы превращалась в кого-то, – возразила Астрид. – Кстати, не факт, – встрепенулся Стайлз. – Вспомните Джексона, он не знал, что он канима. – Сегодня полнолуние, – сказал Дерек, и она даже удивилась, что он заговорил. – А она точно не превращалась. – Что за канима? – И она не исцеляется, – добавил Скотт. – Кстати, Астрид, скоро должна прийти моя мама. Она работает в больнице, и она осмотрит твою ногу. – Я даже забыла про нее, – удивилась она. – Спасибо за… что бы ты там ни сделал. Мне больше не больно. – Астрид, скажи, – помедлив, начала Лидия, почему-то немного взволнованная. – Тебе никогда не слышатся голоса? Или, может, ты чувствуешь что-то странное в местах, где кто-то умер? – Нет, – она покачала головой. – Говорю же вам, со мной никогда не происходит ничего необычного. – Может, способности в ней просто не проснулись, – сказала Кира. – Я ведь не всегда могла управлять электричеством, просто в какой-то момент это все вдруг началось. – Ты управляешь электричеством? – удивилась Астрид. – Так, я думаю, этот разговор можно отложить на потом, – снова вмешался Стайлз. – Завтра мы введем тебя в курс дела и все обо всех расскажем. Нам важнее понять, кто ты. Итак… Как ты чувствуешь себя в полнолуния? – Как всегда, – она пожала плечами. – Хм. Следующий вопрос… Ты сидишь на какой-нибудь диете? – Что, прости? – Ну, у тебя есть особые предпочтения в еде? Тебе никогда не хотелось попробовать, скажем… человека? – Что?! – Просто ответь на вопрос. – О Боже, нет, конечно! – Отлично, – воодушевился Стайлз. – Значит, вендиго вычеркиваем. Если только ты не врешь, – добавил он, прищурившись. – Да не вру я! – воскликнула Астрид. – Я не стала бы есть… Господи, ты что серьезно? Это отвратительно. – Первые четверо из списка так не считали. Она передернула плечами, чувствуя, как к горлу подкатывает тошнота. Оборотни, банши, кицунэ – ладно, допустим, это не так плохо. По крайней мере, эти люди вызывали у нее симпатию, хотя она и предпочла бы встретить их при совершенно других обстоятельствах. Есть еще канима – но она понятия не имеет, кто это. Но эти вендиго, которые… едят людей… Сколько еще существует настоящих монстров? И что если она окажется одним из них? – Так, а что насчет… – Стайлз, – твердым голосом перебил парня Дерек. – Я думаю, на сегодня с нее хватит. Астрид только кивнула и с благодарностью посмотрела на мужчину. Он ответил ей долгим, задумчивым взглядом, и, нахмурившись, отвернулся. Она не понимала, чем вызвала такое отношение к себе, но не могла об этом думать. Не могла вообще ни о чем думать, кроме того, что ее хотят убить за то, что она монстр. Что если такой была ее жизнь до потери памяти? Может быть, она мечтала забыть все, начать все заново, но тут все началось по новой, когда она даже не знает, сможет ли себя защитить. Ее уже пытались убить, но ее спасли другие – нет, не монстры – сверхъестественные существа. Которых тоже хотят убить. Господи… В какой-то момент она обнаружила, что снова готова расплакаться и попыталась взять себя в руки. Ее больше не донимали вопросами, Стайлз разговаривал с Малией около большого окна, обнимая девушку за талию, Скотт и Кира устроились в большом кресле, Дерека не было видно вообще, видимо, она не заметила, как он ушел. Лидия осталась с ней. – Послушай, Астрид, – сказала девушка, когда она повернулась к ней. – Если с тобой будет что-то происходить, о чем ты побоишься рассказать кому-то, ты можешь рассказать мне. Я тебе поверю. Я прошла через что-то подобное, но мне было не с кем поговорить. Я не хочу, чтобы так было с тобой. – Спасибо, – она с трудом выдавила из себя улыбку, но после слов Лидии ей действительно стало легче. – Но пока со мной все нормально. Если не считать очевидного, конечно. Лидия вздохнула. – Мне жаль, что ты оказалась в это втянута, – сказала она с искренним сожалением, и даже тоской. – Но теперь тебе от этого не скрыться, теперь это – твоя жизнь. – Я не думаю, что смогу справиться с ней, – призналась Астрид. Девушка дотронулась до ее плеча. – Мы тебе поможем. Ты обязательно со всем разберешься, – уверенно сказала она. – Просто сегодня действительно слишком много произошло, и ты устала. Миссис Маккол скоро придет, осмотрит тебя, и мы отпустим тебя отдыхать. Астрид с удивлением смотрела на девушку, не понимая, откуда в ней берутся силы. Лидия выглядела младше нее (свой точный возраст она не знала, но врачи дали ей около двадцати лет) и походила на школьную королеву. Но сейчас она казалась гораздо взрослее и мудрее, находя правильные слова, чтобы ее поддержать. А еще ей было приятно и странно чувствовать ее заботу. И не только ее, Скотт, Стайлз, Кира – все здесь как будто действительно хотели ей помочь. Она не заметила, как уснула, и проснулась от того, что над ней склонялась мама Скотта. – Здравствуй, Астрид, – улыбнулась женщина. – Я Мелисса, ты помнишь меня? Она кивнула. Мелисса и Элизабет были первыми, кого она увидела в новой жизни. Медсестра осмотрела ожог на шее и обработала его, после чего занялась ногой, ощупывая лодыжку в разных местах. Скотту она сказала, что ей было бы легче определить, что с ней, если бы она могла чувствовать боль и реагировать на ее прикосновения, и Астрид поразилась, насколько легко Мелисса относится к тому, что ее сын – оборотень. Ребята собрались вокруг них, и даже Дерек спустился со второго этажа, лестницу на который она не заметила до этого. В результате осмотра медсестра пришла к выводу, что у нее несерьезное растяжение связок и сказала, что следующие несколько дней ей желательно не ходить. – И как мне избежать смерти от рук киллеров, если я даже убежать не смогу? – простонала Астрид после того, как поблагодарила женщину. – Ладно, они же не смогут пробраться ко мне в квартиру? – Астрид, я думаю, эти несколько дней тебе лучше провести в лофте, – сказал Скотт. – Здесь всегда будет Дерек или кто-то из нас, и мы сможем защитить тебя. – Спасибо, но это не обязательно, – Астрид посмотрела на Дерека, ожидая, что он не проявит особого желания терпеть ее в своем доме. Мужчина только пожал плечами. – Мне все равно, места здесь много. Ты можешь занять комнату Коры наверху, – сказал он, впервые обращаясь лично к ней. Она не знала, кто такая Кора, но решила, что лучше не спрашивать. Астрид попрощалась с ребятами и Мелиссой, после чего Скотт на руках отнес ее на второй этаж. Комната Коры отделялась от остального пространства лофта перегородками и выглядела такой же необжитой. Скотт опустил ее на кровать и, вслух извинившись перед Корой, открыл комод в поисках сменной одежды. – Кто такая Кора? – поинтересовалась Астрид. – Младшая сестра Дерека, – ответил парень. – Она давно уехала из города. Но к счастью для тебя, оставила некоторые вещи. Он отдал ей майку и черные спортивные леггинсы, после чего помог добраться до ванной комнаты. Астрид, стараясь не смотреть на себя в зеркало, стянула с себя бордовое платье и нижнее белье, бросив все прямо на пол, и осторожно ступила в душевую кабину, держась за стену и балансируя на одной ноге. Включив воду, она просто стояла под теплыми струями, не находя в себе сил пошевелиться, а, когда попыталась на секунду встать на левую ногу, поняла, что анестезия Скотта потеряла действие и она снова болит. И это стало последней каплей. Как будто все пережитое за этот день навалилось на нее разом. Полностью ослабев, она сползла по стене вниз и обхватила руками колени, содрогаясь от рыданий. Видимо, она окончательно отошла от шока, и это вылилось в самый настоящий срыв. Астрид не знала, сколько просидела так, но в себя пришла, только услышав громкий стук в дверь. Она выключила воду и прислушалась. – Астрид? – приглушенно позвал ее Дерек. – Ты в порядке? – Да, – крикнула она. – Скоро выйду. С трудом выбравшись из кабины, она надела белье и майку Коры прямо на мокрое тело, а потом долго возилась с леггинсами, пытаясь продеть в штанину больную ногу. Лодыжка болела нещадно, и, кое-как одевшись, Астрид села на пол и привалилась к холодной стене. – Астрид, – снова обратился к ней Дерек через дверь. – У тебя точно все хорошо? Она хотела ответить, но снова разрыдалась, едва открыв рот. Как у нее может быть все хорошо? – Я могу войти? Ты одета? Астрид утвердительно пробормотала что-то, и ручка двери, опустившись до упора, сломалась. Дерек открыл дверь и заглянул в ванную. Она услышала, как он проходит к ней и опускается рядом. – Астрид. Она открыла глаза и перевела на него взгляд. Впервые за этот день он смотрел на нее без неприязни, а даже сочувственно, и она почему-то подумала о том, что выглядит просто кошмарно. Аккуратным движением мужчина убрал с ее лица мокрую прядь волос, просунул руку между ее спиной и стеной, подхватил ее под колени и поднял на руки. Астрид обессилено прислонилась лбом к его груди, и, почувствовав, как боль уходит от его прикосновения, наконец провалилось в долгожданное забытье.