A Song of Joy and Sorrow

Девушка смотрела на лежащий перед ней бестиарий так, словно боялась, что, стоит его открыть, все описанные в нем монстры сойдут со страниц и съедят ее. Не хотела знать больше о сверхъестественных существах, неожиданно ворвавшихся в ее жизнь? Боялась того, кем могла оказаться? Или опасалась, что с помощью бестиария они ее раскроют и нарушат все ее планы? Каждое действие Астрид вызывало у Дерека сомнения, но пока что она ни разу не солгала им, если судить по сердцебиению. С другой стороны, она могла просто контролировать себя, зная о слухе оборотней, но это не объясняло, почему ее сердце начинало биться быстрее только при его приближении. Дерек обошел вокруг стола и сел рядом со Скоттом, но к приготовленному гостьей обеду так и не притронулся, не смотря на то, что выглядело все очень аппетитно. Не то чтобы он действительно думал, что она добавила в лазанью аконит – в конце концов, Скотт еще не бился в конвульсиях – но игнорировал стоящие перед ним тарелки просто из принципа. Если эта девушка все-таки не та, за кого себя выдает, то пусть видит, что его ей не удастся обмануть. Может, Астрид и правда нервничала в его присутствии только из-за того, что готовила на его кухне, что его не волновало совершенно, но в ином случае она должна постараться добиться его доверия и этим же выдать себя. Дерека передернуло, как только он вспомнил, что для этого делали Кейт и Дженнифер, и, задумавшись, он пропустил вопрос Астрид. Кажется, она снова предположила, что это ошибка. – Это не ошибка, – сказал Стайлз и переглянулся со Скоттом. Вид у него при этом был такой, как будто он собирается сказать что-то судьбоносное, и Дерек удивился, как ему удалось терпеть столько времени. – Пока мы искали остальных потенциальных жертв, я почитал отчет об аварии Астрид. Девушка поджала губы, и Дерек приготовился к тираде по поводу того, почему они не могут просто поверить ее словам, но она промолчала. – Хватит выдерживать драматическую паузу, Стайлз, – нетерпеливо сказала Лидия. – Что ты нашел? – Ничего, что бы указало на ее сущность, – он помотал головой. – Но эта авария… Она произошла через полторы недели после того, как мы активировали Неметон. – Что это значит? – спросила девушка, обводя взглядом всех присутствующих. – Что такое Неметон? – Священное дерево друидов, – пояснил Скотт. – И с недавнего времени оно служит маяком для всех сверхъестественных существ. Скорее всего, ты ехала в Бэкон-Хиллз, потому что чувствовала притяжение Неметона. Некоторое время Астрид просто смотрела на него, осмысливая новую информацию, потом медленно откинулась на спинку стула и кивнула, глядя куда-то в стол. – Ты в порядке? – спросила Кира. – Наверное, – девушка вздохнула. – По крайней мере, это объясняет, почему я вдруг оказалась на подъезде к маленькому неизвестному городку, в котором меня никто не знает. Только я пока не уверена, рада ли я тому, что знаю. Неведение убивало меня, но это… Не думаю, что смогу выдержать это. На этих словах она скользнула по Дереку острожным взглядом, наверное, вспоминая свой срыв. Он же сам старался выкинуть эту сцену из головы. Конечно, он не смог бы оставить любую девушку в таком состоянии, как бы ни подозревал ее, но Астрид… Разбитая, напуганная Астрид затронула в нем что-то, вызвала даже не жалость, а странное желание защитить ее, помочь, успокоить. В тот момент он не анализировал ее поведение, не думал о том, что она могла притворяться слабой, чтобы он сбить его с толку, он просто хотел быть рядом и заботиться о незнакомой девушке. А терять бдительность ему было нельзя, только не после Дженнифер, только не после того, что с ним сделала Кейт. Поэтому весь день он провел у Дитона, ища информацию о церкви, а в лофте оставил Малию. Ее-то точно не удалось бы отвлечь, надавив на жалость. Впрочем, Астрид оказалась сильнее, чем он думал, и уже сегодня стоически воспринимала новую информацию. – Эй, это не обязательно означает что-то плохое, – попытался утешить ее Стайлз. – Вот Скотти, пока не стал оборотнем, был тощим астматиком, а теперь он грозный Альфа и капитан команды по лакроссу. – Спасибо, Стайлз. – Всегда пожалуйста, бро. – Я мечтала о суперсиле каждый раз, когда приходилось тащить домой пакеты из супермаркета, – усмехнулась Астрид. – Но ее у меня точно нет, как и любых других сверхспособностей. Серьезно, во мне нет ничего особенного, так что я не представляю, как оказалась в списке. Может, я просто носитель гена? Она посмотрела на Стайлза, видимо, уже считая его экспертом в мире сверхъестественного. – Вообще у Лидии не было способностей банши, пока ее не укусил Питер, – задумчиво произнес тот. – Хотя мы не знаем, была бы она в списке. – Надеюсь, ты не предлагаешь укусить ее, чтобы проверить, как подействует яд оборотня, – Дерек поднял брови. – Нет уж, спасибо, – Астрид передернула плечами. – Послушайте, а нам обязательно выяснять, кто я? Тому, кто меня убьет, не будет до этого дела, он получит деньги в любом случае. – Во-первых, никто тебя не убьет, – уверенным тоном перебил ее Скотт. – А во-вторых, тебе разве самой не хочется узнать? – Я не уверена, – девушка покачала головой. – Если бы я была такой как вы, я бы, может, и смирилась. По крайней мере, вы выглядите адекватно. Но я – что-то другое, и, возможно, что-то не очень приятное. – Ну вообще ты не тянешь на вселенское зло, – протянул Стайлз, склонив голову набок. – А можешь поверить, у меня глаз наметан на зло. – Именно поэтому ты исправно писал эссе для мисс Блейк? – ехидно поддела его Лидия. Знакомая фамилия резко царапнула слух, и Дерека накрыл приступ отвращения, не позволявший ему даже вдохнуть, хотя на его лице не дрогнул ни один мускул. Банши, разумеется, даже не подумала о том, какую реакцию может вызвать у него вскользь упомянутое имя бывшей девушки, и продолжила препираться со Стайлзом. Он никогда и никому не показывал, что действительно значило для него предательство Дженнифер. – Ты должна знать свои сильные стороны, чтобы защитить себя, если мы не сможем, – сказал он девушке, чтобы вернуться к прежнему разговору и отвлечься от мрачных мыслей. – Я понимаю, что вам не терпится уже избавиться от меня, но у меня нет никаких сильных сторон. – Что значит «не терпится избавиться от тебя»? – переспросила Лидия чуть прохладным тоном. – Кто тебе это сказал? Она подозрительно взглянула на Малию, крайне редко проявляющую тактичность, которой с упорством пытался обучить ее Стайлз, но та лишь пожала плечами. Если она и обидела Астрид, то вряд ли поняла это, а вот Дерек чувствовал, что слова девушки были адресованы в большей степени ему. Он мог бы заметить, что она могла бы быть благодарной за то, что он служит тут обезболивающим, да еще и на руках носит, но это было бы глупо. В конце концов, он не мог не признать, что не проявил чудес гостеприимства, да и вежливым обращением не отличался. Обычно совесть его за это не мучила, но в глазах Астрид на мгновение появилось какое-то неуловимое, откуда-то знакомое ему выражение, бесконечно грустное и покорное одновременно, и Дерек почувствовал укол вины. Девушка заправила за ухо прядь волос. – Нет, что ты, никто ничего такого не говорил, – для убедительности она замотала головой, но стук ее сердца говорил об обратном. – Просто вы и так все в опасности, я не могу просить вас рисковать собой еще и из-за меня. – Ты и не просишь, – сказал Скотт. – Но не можем же мы просто позволить тебе умереть! – Но вы уже не позволили мне умереть, – Астрид повернулась к Дереку и слабо улыбнулась. – Вы спасли мне жизнь и предупредили о списке. И я очень вам благодарна. Но я не хочу быть обузой и дальше. Я ни в кого не превращаюсь, правда, со мной не происходит абсолютно ничего странного. Вам не обязательно держать меня здесь, чтобы я никому не навредила. – Астрид, – Скотт вздохнул, переглянувшись с Кирой, и, видимо решил продолжить политику честности и сказать все, как есть. – Прости, но мы и правда хотим убедиться в этом. Мы верим тебе, но ты можешь просто не знать о том, что с тобой происходит. – Да, мой бывший парень по ночам превращался в ящерицу и убивал людей, но не помнил этого, – пояснила Лидия таким тоном, как будто говорила о лаке для ногтей, и Астрид поперхнулась водой. – Но никто не считает тебя обузой. Мы действительно хотим помочь тебе – и мы можем помочь. Мы не можем держать тебя здесь силой, но это ради твоего же блага. Просто останься. Девушка неопределенно пожала плечами. – Спасибо, но мне все-таки нужно домой. – Почему? – У меня там дела. – Вообще-то, она сказала, что просто не хочет причинять неудобства Дереку. Девушка кинула на чересчур прямолинейную Малию возмущенный взгляд и поджала губы. Все остальные, как по команде, повернулись к нему. Он поднял брови, и Маккол настойчиво кивнул в сторону Астрид, которая смотрела в стол. Дерек закатил глаза. – Ты не… – он прочистил горло, стараясь смягчить тон. – Ты мне не мешаешь. Я ведь уже сказал, здесь много места, так что мне все равно, а тебе в лофте будет безопаснее. Девушка обхватила себя руками, закусила нижнюю губу и кивнула несколько раз подряд, по-прежнему ни на кого не глядя. – Отлично, – Стайлз хлопнул в ладоши. – А теперь давай вернемся к твоей аварии. Все, что ты вспомнишь, может быть важным. – Я просто въехала в дерево, ты же читал отчет. – Да. И там было указано, почему тебя… ну, поместили в «Дом Эха». Ты сказала только про амнезию, но там было еще кое-что. – Да, – девушка неохотно кивнула. – Я не говорила. – В смысле, не говорила? – переспросила Малия. – ПТСР, – она пожала плечами. – Я просто не могла говорить. – Психологический блок? – понимающе уточнила Лидия. – Возможно, ты знала что-то, о чем было опасно рассказывать, и в итоге не могла говорить совсем. Я читала о таком. – Да, примерно так мне и объяснили. Что бы там ни произошло, очевидно, я предпочла не только умолчать об этом, но и вообще забыть. – Но сейчас все нормально. При каких обстоятельствах ты заговорила? Девушка почему-то посмотрела на Стайлза и Малию. – Нужно было позвать на помощь, – произнесла она так, как будто слова давались ей тяжело. – В Доме Айкена. Пациенты там… Склонны к безрассудным действиям, и я увидела, как один мужчина собирается перелезть через перила лестницы на пятый этаж. Рядом не было никого, кроме меня, и мне просто пришлось подать голос. Меня выписали через несколько дней после этого, но с амнезией так и не удалось ничего сделать, во время аварии я довольно сильно ударилась головой. Сердце Астрид пропустило удар, а потом забилось чуть быстрее прежнего. – Ты врешь. Готовность, с которой он уличил ее во лжи, его даже удивила. Он был почти рад тому, что она прокололась: хотя бы в этот раз нужно было разоблачить ее раньше, чем он… Чем он возможно доверился бы ей. – Что? – она удивленно посмотрела на него. – Твое сердцебиение тебя выдает. – Ты что, все это время слушал мое сердцебиение? – спросила она и обвела взглядом стаю. – Вы все слушали? Дерек только пожал плечами, не считая нужным оправдываться. – Ладно. Хорошо. Я понимаю, – сказала Астрид, но ее голос стал немного холодным. – Но я не вру. Скотт, ты можешь спросить у своей матери, и она подтвердит мои слова. – Но это неправда? – То, что я считаю правдой, не обязательно является правдой. – Подожди, а по-твоему, произошло что-то другое? – уточнил Стайлз, быстрее всех уловивший суть этого странного предложения. – Если тебе не поверили врачи, это не значит, что мы тоже не поверим. Я кстати не понимаю, почему мы узнаем об этом только сейчас! Уж о таком отец мог рассказать. – Стайлз, – Лидия сдержанно вздохнула, – если ты забыл, вам тогда было не до человеческих автомобильных катастроф. Ты не мог отличить сон от реальности, Скотт не контролировал превращения, а Эллисон, – она осеклась, но имя лучшей подруги уже слетело с ее губ. Девушка сглотнула и продолжила: – А Эллисон видела Кейт. Думаю, шериф и Мелисса решили, что это не по вашей части и лучше вас не беспокоить. Астрид, что там случилось? – Я не знаю, – неохотно ответила девушка. – Мне сказали, что у меня в голове просто все смешалось, но… Мне кажется… Я не потеряла память из-за аварии. Я попала в аварию из-за того, что потеряла память. – Что это значит? – Первое, что я помню, это машина. Я просто вдруг осознала, что еду куда-то, но не могла вспомнить, как я там оказалась и кто я вообще. Не знаю… – Ты не могла просто так ехать и все забыть, – нахмурилась Малия. – Вообще-то, могла, – Дерек поднялся с места, чтобы проверить свою теорию, и подошел к Астрид со спины. – Мм… Ты не могла бы убрать волосы, пожалуйста? Девушка взглянула на него снизу вверх, не понимая такой просьбы, и послушно перекинула волосы на левое плечо, обнажая шею. Он наклонился и провел пальцами по гладкой коже, чуть выше полоски шрама, отчего Астрид резко вздрогнула. – Извини, – сказал он, вдруг сообразив, что на этот раз она нервничает не из-за того, что боится его, а потому что меньше суток назад ее пытались задушить. – Лидия, сколько заживали твои шрамы от когтей Скотта после того, как вы входили в сознание Стайлза? – Они до сих пор остались, – поморщилась банши и бросила недовольный взгляд на альфу. – А что? Думаешь, это был оборотень? – Не похоже, – Дерек покачал головой. – По крайней мере, никаких следов не осталось. – А это имеет значение? – спросил Скотт. – Даже если ее воспоминания забрал не оборотень, Питер все равно сможет сделать это, разве нет? – О чем вы говорите? – с опаской поинтересовалась Астрид. – Кто такой Питер? – Дядя Дерека. Если ты согласишься, он сможет получить доступ к твоим воспоминаниям. – Он вернет мне память? – воскликнула девушка, и ее сердце забилось как бешеное. – Если это сработает, то да. Астрид колебалась еще чуть ли не полчаса, одновременно горя желанием узнать всю правду и боясь, что она окажется хуже всего, что можно было представить. Дерек мог ее понять: иногда у него возникали мысли, что он хочет все забыть, потому что количество потерь уже давно достигло того уровня, после которого жить нормально невозможно. Хотел бы он, даже после нескольких месяцев абсолютного неведения, узнать, что его семью сожгли заживо, что он сам убил свою девушку, что двое из его стаи мертвы по его вине? Вряд ли. Девушка наконец решилась, и Дерек позвонил Питеру, мысленно отметив, что она согласилась открыть свой разум, чего бы явно не сделала, будь у нее скрытые мотивы. Астрид от волнения не могла усидеть на месте и, когда поднялась, чтобы поставить чайник, Лидия накинулась на нее из-за того, что она совсем не соблюдает прописанный постельный режим, да еще и скачет на больной ноге. В итоге завязался абсолютно бессмысленный спор, в результате которого Лидия взяла с нее обещание следующие пару дней не ходить (а с Дерека – ухаживать за ней, если никого больше не будет), а Астрид включилась в него, просто чтобы отвлечься от предстоящего обретения памяти. Стае тоже было любопытно, кем она могла оказаться, а про бестиарий все забыли, рассчитывая, что девушка сама расскажет им о своих способностях, когда вспомнит. Питер не заставил себя долго ждать и, так как к нему, в отличие от Дерека, силы с каждым днем возвращались, появился в лофте раньше, чем успел вскипеть чайник. – Вижу, у вас пополнение в стае, – заинтересованно протянул он. – Я Питер. – Астрид, – представилась девушка, кажется, не пребывая в восторге от нового знакомства. Она, очевидно, почувствовала себя очень неуютно под долгим, оценивающим взглядом Питера, за который сразу захотелось ему врезать, и неуверенно посмотрела на Дерека, как будто ища защиты. Он кивнул ей, показывая, что все в порядке. – Ты сможешь это сделать или нет? – спросил он, переходя сразу к сути. Не торопясь с ответом, Питер прошел на кухню и остановился рядом с Астрид. Она нервно сглотнула, и Лидия схватила ее за руку, устремив на него угрожающий взгляд. Питер проигнорировал банши, которая так и не простила ему нападения на поле и последующего манипулирования, и дотронулся до шеи Астрид. – Мда, эти киллеры становятся все изощреннее, – заметил он, глядя на ожог от удавки. – Но шрам я не задену. Должно получиться. Ты готова? Астрид, помедлив, кивнула, крепко вцепившись в руку Лидии. – Будет больно, но постарайся расслабиться. Девушка резко дернулась, когда его когти проникли ей под кожу. – Видишь что-нибудь? – спросил Дерек Питера, когда тот нахмурился. – Пока ничего понятного, – он мотнул головой, не открывая глаз. – Просто дорога… Он мог только видеть то, что видела Астрид, но сама девушка, похоже, начала обретать воспоминания. Из-под опущенных ресниц потекли слезы, и ее начало трясти. – В машине нет ничего, что указывало бы на ее личность, – продолжил Питер. – Документов не видно… Что за?.. Он напрягся, а девушка в ужасе втянула в себя воздух. – Нет, нет, нет, не надо… – Питер, что там? – нетерпеливо спросил Дерек. – Подожди, – отмахнулся тот. – Это странно… Внезапно его лицо разгладилось, и на нем возникло безмятежное, почти блаженное выражение. Скотт окликнул его, но Питер не обратил никакого внимания, полностью погрузившись в воспоминания Астрид. Сама девушка успокоилась и расслабилась. Лидия тихо позвала ее по имени – и снова никакой реакции. Питер и Астрид совершенно потеряли связь с реальностью, а Скотт, Стайлз и Лидия безуспешно пытались докричаться до них, повышая голос с каждым разом. Когда Малия решительно поднялась, чтобы просто оттолкнуть Питера, Дерек едва успел остановить ее, грубо схватив за локоть. – Она может умереть, если разорвать связь! – И что, нам теперь просто ждать? Питер резко дернул руку, отшатываясь от Астрид, и врезался спиной в плиту. Девушка схватилась за шею, тяжело дыша, и обессилено упала на плечо Лидии. – Что там произошло? Что ты видел? – Стайлз вскочил, сгорая от любопытства. Питер поднял на Дерека ошеломленный взгляд и покачал головой. – Я не помню.