Гарри Поттер и Воскрешающий камень

Рон и Гермиона стояли рядом в сгущающихся сумерках, обводя взглядом полуразвалившиеся кирпичные дома. Ветер приносил со стороны речки запах грязной воды. Слышались неясные шорохи и скрипы, словно старые дома, заметив чужаков, настороженно наблюдали за ними черными провалами окон. Рон покосился на Гермиону. — Ты уверена, что это здесь? — Да… кажется. Взяв Рона за руку, Гермиона двинулась вперед через узкую, мощенную булыжником улочку. Звук шагов далеко разнесся в тишине. — Прямо город-призрак какой-то, — сказал Рон, с опаской посматривая на окна, разбитые и заколоченные досками. Ему всё чудилось, что с минуты на минуту оттуда выскочит недобитый Пожиратель Смерти. Гермионе тоже стало неспокойно. Проходя мимо, она невольно заглядывала в слепые окна, и несколько раз ей показалось, что она заметила за ними неясное движение. «Всего лишь крыса», — подумала Гермиона, рассердившись на свой иррациональный страх. Под ногами блестели лужи, так и не высохшие после дождя, — должно быть, солнце не заглядывало в это мрачное место даже днем. Фонари не работали. Поднимая голову, Гермиона видела лишь их унылые металлические головы, склоненные над улочкой, и трубу заброшенной фабрики, пронзающую облачное небо. Здесь, в тени близко сошедшихся домов, царила густая тьма. Гермиона шла, то и дело оступаясь в неудобных новых туфлях, привезенных ею из свадебного путешествия, — она непременно упала бы, если б Рон всякий раз ее не подхватывал. Наконец они нашли нужный дом. В зашторенных окнах не горел свет, но стоящий поблизости фонарь освещал крыльцо дома и козырек над ним надоедливым миганием, от которого болели глаза. Гермиона постучала в дверь. На стук никто не отозвался. Гермиона, забеспокоившись, постучала громче. — Гарри! — позвала она. — Гарри, это мы. — Может, его там нет? — Рон поднялся на крыльцо и тоже постучал. — Его нет, — вздохнул он, не дождавшись ответа. Гермиона шикнула на него. — Тихо! Слышишь?.. Рон прислушался. Гудел фонарь; ветер приносил журчание воды в речке и отдаленный собачий лай. — Я ничего не слышу, — сказал Рон, зачем-то понизив голос до шепота. — Я тоже, — прошептала Гермиона с тревогой. — Но секунду назад… Уверена, я слышала чьи-то шаги за дверью. Вот! Слушай. — Она притянула Рона к себе. Приложив ухо к двери, Рон затаил дыхание, и за стуком своего сердца различил тихое поскрипывание, словно кто-то шел из глубины квартиры. Шаги приближались. Не выдержав ожидания, Рон опять постучал и крикнул: — Гарри! Ты там? Гарри!.. Шаги остановились у двери. Кто-то, прильнув к двери с противоположной стороны, прислушивался так же настороженно, как и Рон с Гермионой. Одно мгновение Рон даже готов был поклясться, что слышит чужое дыхание. — Не нравится мне это, — прошептал он, когда шаги быстро удалились. Гермиона молча кивнула. Они спустились с крыльца и вновь оглядели дом: слепые окна, осыпающаяся штукатурка, крыша, местами зияющая дырами, а над всем этим — черная фабричная труба как безмолвный надзиратель. — Рон, смотри. Проследив за взглядом Гермионы, Рон посмотрел на крыльцо: на нем расползлось тусклое, бурое в свете фонаря пятно. — Как думаешь, что это? Рон пожал плечами. Он подошел к окну; встав на цыпочки и заслонившись ладонями от электрического света, Рон заглянул в квартиру через узкую щель между шторой и оконной рамой. Долго всматривался, пытаясь разглядеть хоть что-то, но в конце концов признал: — Ничего не видно. — Пойдем. — Гермиона взяла Рона за руку. Они медленно двинулись вдоль стены, осматривая дом, — а тот тоже глядел на них бельмами окон с задернутыми шторами. Изнутри не доносилось ни звука. Чем дальше Гермиона и Рон уходили от крыльца, тем тусклее становился свет фонаря. Когда они оказались за границей его света, Гермиона зажгла палочку. Окно, у которого они остановились, закрывали не шторы, а большой кусок картона. Стекло отсутствовало. Осторожно отодвинув картон, Рон заглянул внутрь и сразу же поморщился от запаха, ударившего в нос. Он направил в открывшийся проем палочку и поводил ее светом по стенам комнаты. — По-моему, кухня, — определил Рон. — Я вижу стол, разделочную доску и маггловский ледник. — Холодильник, — по привычке поправила Гермиона. — В комнате никого нет? — Не знаю… Вроде пусто. — Рон подтянулся на руках. Перегнувшись через подоконник, он огляделся. — Рон, слезай, — сказала Гермиона. — Я знаю, что ты задумал, но это не лучшая идея. — Почему нет? — он легко перекинул ноги через оконную раму, спрыгнул и обернулся к Гермионе. — Тебе помочь? — О, Рон, — досадливо простонала Гермиона, но все-таки протянула ему руки и тоже влезла в окно. — Что это за вонь? — Гермиона подняла палочку, освещая стены с облезлыми обоями, холодильник, обеденный стол, покрытый пятнами, и ржавую мойку, на дне которой лежали осколки блюдца и осиротевшая чашка с оббитым ободком. Капли воды из протекающего крана мерно звенели, разбиваясь о потрескавшуюся эмаль. Отыскав выключатель, Гермиона пощелкала им, но лампочка, свисавшая с потолка, не зажглась. — Ну и местечко, — проговорил Рон, озвучив мысли Гермионы. — Как Гарри может тут жить? Гермиона осветила палочкой стол, разделочную доску и большой нож, воткнутый в столешницу. — Здесь еще хуже, чем я думала, — сказала Гермиона. — Если бы мы знали… — Давно надо было забрать Гарри отсюда к боггартовой матери, — проворчал Рон. Ему было не по себе в этой сумрачной квартире, где, казалось, никто не жил уже много лет. Рона тревожил тошнотворный запах, стоявший здесь, и неясные звуки, исходившие, казалось, откуда-то из-под пола. Но больше всего прочего Рона тревожила мысль, что они оставили Гарри одного в этой дыре. — Ты же сам знаешь, — начала Гермиона, — я много раз пыталась убедить Гарри переехать к нам, но… — Она резко замолчала. Что-то завозилось под столом, бросилось ей под ноги — Гермиона и Рон вскинули палочки… Крыса, пискнув, юркнула за холодильник. — Мерлинова борода, — выдохнул Рон с заметным облегчением: вот что двигалось под полом! Должно быть, крысы устроили там гнездо. Переводя дыхание, Рон оперся на край стола, бездумно разглядывая грязное лезвие ножа, вогнанного в покрытую бурыми пятнами столешницу. От нее тоже исходил слабый запах тухлятины. Рон потрогал пальцем пятно — оно оказалось свежим, немного влажным и липким. Содрогнувшись от отвращения, Рон вытер руку платком. Вдруг он почувствовал, что Гермиона дергает его за рукав. На стол легла тень: кто-то стоял у Рона за спиной. Рон молниеносно обернулся, готовый произнести заклинание… и оказался лицом к лицу с Гарри. Он смотрел на Рона остановившимся взглядом — тот никак не мог определить выражение глаз за тускло блестевшими стеклами очков — и молчал. Взявшись за ручку ножа, Гарри принялся сосредоточенно выдергивать нож из столешницы. Первой заговорила Гермиона. — Гарри! — радостно воскликнула она и бросилась к нему, чтобы обнять, но Гарри, уклонившись, отошел от друзей на несколько шагов. — Ты до смерти напугал нас. Почему ты не отвечал на звонки? У тебя не работает телефон? А письма? Ты получал наши письма? Мы так за тебя волновались!.. — Мне некогда, — пробормотал Гарри, продолжая отступать от Рона и Гермионы так, словно подозревал в них какую-то угрозу. — Послушай, Гарри, — решительно заявила Гермиона. — Я понимаю, что ты сам захотел здесь поселиться, и уважаю твои чувства к профессору Снейпу, но, Гарри, здесь же просто антисанитарные условия! Мы тебя забираем. Поживешь у нас, пока Перси не подыщет тебе какое-нибудь жилье. Миссис Уизли и все наши будут только рады. Они скучают по тебе, Гарри. Мы все ужасно по тебе скучаем. — Гермиона взяла Гарри за руку, но тот выдернул руку из ее пальцев и отрицательно помотал головой. — Мне некогда, — монотонно повторил он. — Мне некогда, у меня нет времени. Я должен покормить Северуса. — Нашел чем заниматься, — фыркнул Рон, немного обиженный. — Держу пари, твой ненаглядный Снейп сам может о себе позаботиться. Гарри резко повернулся к нему. — Ты не понимаешь! — выкрикнул он. — Что ты можешь понимать?! Ты не видел, каким он стал! — Гарри осекся, словно спохватившись, что выдал какую-то тайну, и ошеломленно посмотрел на друзей. — Как?.. — прошептал он хрипло. — Вы знаете?.. — Знаем о чем, Гарри? — Гермиона с еще большим беспокойством вгляделась в его болезненно-бледное лицо с воспаленными, точно от долгой бессонницы, лихорадочно блестевшими глазами. — О чем?.. — переспросил Гарри, переводя беспокойный враждебный взгляд с одного лица на другое. — О возвращении, конечно. Вы пришли поискать со мной Воскрешающий камень? — спросил он с неожиданным воодушевлением и, метнувшись к Гермионе, вдруг схватил ее за плечи. — Я никак не могу его найти, — доверительно прошептал ей Гарри. — Я выронил его, когда заснул на диване. Он где-то в гостиной, я знаю, — не мог же он раствориться в воздухе? Это всё из-за зрения. — Он постучал пальцем по дужке очков. — Очки уже не помогают. Так вы поможете мне его найти? — Гарри! — сказала Гермиона, пытаясь поймать его блуждающий взгляд. — О чем ты говоришь? Ты оставил Воскрешающий камень в Запретном лесу давным-давно! — Ей и самой сейчас казалось, что те страшные события, увенчанные Победой, остались далеко в прошлом — в стародавние времена. Гарри покачал головой. Его губы кривились, словно он сдерживался, чтобы не засмеяться. — Не-е-ет, — протянул он, вновь отступая от Гермионы. — Нет-нет, ты ошибаешься. Камень где-то здесь. Я просто не могу его найти… Иначе как бы я вернул Северуса? Идемте со мной. Вы сами во всем убедитесь. — С заговорщицким видом Гарри открыл холодильник. Сильно пахнуло тухлятиной; Рон и Гермиона, нечаянно глотнув вони, закашлялись. Достав из холодильника что-то, похожее на большой кусок мяса, Гарри пошел в гостиную, поманив друзей за собой. — Я держу его внизу, в подвале, — сообщил он Рону хриплым шепотом. — Не бойся, дверь крепкая. К тому же, я раздобыл хорошую цепь. Но все равно будь осторожен, не подходи слишком близко: он, наверное, уже проголодался. Тем временем Гермиона, придержав дверцу холодильника, заглянула в него, как только Гарри вышел из кухни. Лампа в холодильнике не зажглась: судя по всему, электричества не было во всем доме. Прикрывая рот шарфом, Гермиона направила внутрь свет палочки. — Рон! — услышал Рон ее сдавленный крик, когда уже спускался вместе с Гарри к двери подвала. — Рон, я думаю… — Голос Гермионы дрогнул. — Я думаю, нам пора вызывать полицию.