HIM

      «Жду тебя в Арт-Холле».       Райли прочитал сообщение от Кэмерона и захлопнул дверцу шкафчика. Пробираясь сквозь толпу учеников, рвущихся поскорее оказаться в столовой, парень направился в прямо противоположную сторону, в другое крыло здания, где находился тот самый Арт-Холл.       Это был просторный зал перед кабинетом искусств. На его стенах висели лучшие картины лучших учеников школы. Некоторые из них украшали стены Арт-Холла порядка десяти, а то и больше, лет. Некоторые прибывали, некоторые уходили. Это была своеобразная доска почета и достижений. Возле спортивного зала находились длинные полки вдоль стены, за стеклом на которых красовались кубки, грамоты и фотографии. У черлидерш тоже был свой шкафчик с наградами. В кабинете, отведенным под кружок науки, стены были увешаны грамотами в рамках. У каждого школьного сообщества была подобная «стена гордости», и художники не были исключением.       Кэмерон ждал Райли возле единственного небольшого окна в холле. В основном небольшой зал освещался искусственно. Мистер Спенсер не раз говорил, что в школе нет места идеальнее для картин, чем этот холл, так как в нем мало солнечного света, что позволяет картинам сохраняться и радовать глаз здешних обитателей дольше. Увидев Райли, Кэмерон сразу улыбнулся и отпрянул от подоконника.       — Привет, — сказал Райли, поцеловав парня в губы. Они не виделись со вчерашнего вечера.       — Хочу тебе кое-что показать.       Кэмерон взял Райли за руку и повел к стене, на которой уже висела его новая картина. Пока ее видели только Мик и мистер Спенсер, и Кэмерон обязан был показать ее Райли и услышать его мнение.       Кэмерон подвел Райли прямо к картине и с трепетом посмотрел на него.       — Мистер Спенсер повесил ее сегодня утром.       — Эта та самая? — спросил Райли, смотря на изображение на стене распахнутыми глазами.       — Угу.       — Вау, — выдохнул Райли.       Он смотрел на картину, вглядываясь в каждую ее черточку, каждую линию и цвет. Он обвел взглядом тигра, потом второго, а после его взгляд застыл на изображении парня. Что-то знакомое казалось в его чертах: этот прямой нос, четкая линия скул, небрежная светлая челка… Райли хватило несколько секунд, чтобы понять, что Кэмерон пытался изобразить себя же. Парень снова бросил взгляд на двух тигров, и его губы непроизвольно застыли в усмешке, а брови поползли вверх. Это было то самое выражение лица человека, который все понял.       — Да уж, Кэмерон, — протянул Райли. — Ты превзошел сам себя…       — Тебе нравится?       Кэмерон все еще стоял рядом со своим парнем, нежно сжимая его ладонь, и с улыбкой смотря на профиль Райли.       — Нравится ли мне эта картина? — Райли оторвал взгляд от полотна на стене и повернул голову в сторону парня слева, сталкиваясь со взглядом голубых глаз, в которых горела надежда. — Я даже не знаю, Кэмерон.       Улыбка сразу спала с губ Кэмерона, и он удивленно посмотрел на Райли. Он совсем не ожидал такой реакции. В голубых глазах Райли мелькали раздражение, злоба и ревность. Последнее время они стали частыми гостями в любимых Кэмероном голубых морях.       — Что… это значит?       Райли отвернулся, снова обратив свое внимание на картину.       — Брось, Кэм. Думал, я не догадаюсь? Это же очевидно! Ты изобразил нас. Нас троих.       — Я знал, что ты поймешь. Мики тоже сразу понял. Но… Что тебе не нравится?       — Что мне не нравится? — злобно переспросил Райли, резко выдернув свою ладонь из ладони Кэмерона, отчего тот отшатнулся. — Да то, что этот чертов треугольник меня уже достал! Могу я хоть раз быть для тебя единственным? Хоть где-то? Хоть в чем-то? Или мне постоянно придется делить тебя с Миком?       — О чем ты? — Кэмерон тоже начинал злиться. — Никто никого не должен делить. И при чем здесь вообще это?! Это просто картина!       — О, нет, — пропустил смешок Райли. — Спенсер просил нарисовать тебя что-то особенное…       — Именно, — перебил его Кэмерон. — Поэтому я и нарисовал что-то особенное. ВАС!       — Нет, — возразил Райли, — ты нарисовал суть этих гребаных отношений.       Лицо Райли снова исказила злобная ухмылка.       — После моего Дня рождения… Я думал… — заплетался Райли, но потом зажмурился и слова сами полились из него. — Мы никогда не сможем быть просто парой, да? Я имею ввиду, нормальной парой, ты и я. В ней всегда будет Мик, так?. И каждый раз ты будешь срываться и уезжать, когда он звонит. И каждый раз ты будешь врать мне о том, что происходит или говорить, что это не твоя тайна. Ты всегда выбираешь его, Кэм. Он всегда будет для тебя важнее. Да ты проводишь с ним больше времени, чем со мной! А ведь твой парень — я. Я, Кэмерон, а не он! Так почему, ответь мне, я постоянно должен делить тебя с ним? Даже в мой чертов День рождения! Даже на этой чертовой картине!       Райли закончил, тяжело дыша, словно после боя. Его щеки пылали, а глаза потемнели от расширенных зрачков. Кэмерон молча смотрел на него несколько секунд, прежде чем тихо сказать:       — Мик — мой лучший друг. — Его голос сорвался, но после эмоции взяли верх. — Уже кучу лет. Мы выросли вместе! Так почему я не могу проводить время со своим лучшим другом? В конце концов, я не могу оставить его просто потому, что ты вечно меня к нему ревнуешь, хотя он даже не гей, черт возьми! Господи, Райли, да это же просто картина!       Они уже перешли на крик, и, кажется, только упоминание Дьявола и Бога в одном предложении уже было слишком.       — Он может и не гей, а вот ты — да, — прошипел Райли, ткнув пальцем в грудь Кэмерона. — Может уже определишься, кто для тебя важнее? Потому что я вижу, что это точно не я.       Блондин развернулся на пятках и быстро зашагал прочь из Арт-Холла, оставляя Кэмерона в недоумении. Он смотрел Райли в спину, но когда тот исчез за поворотом, Кэмерон, выругнувшись, снова повернулся к картине. Хотелось бросить в нее толстую кисть, которая только что побывала в банке с черной краской, а потом сорвать со стены и растоптать. К счастью, под рукой не оказалось, ни кисти, ни банки черной краски, ни даже ножа. Вместо этого Кэмерон достал из кармана телефон и быстро набрал сообщение Мику, сокращая слова до символов*:       «Где ты сейчас?»       Ждать ответ долго не пришлось:       «В столовой»       Кэмерон за три минуты добрался до столовой, метая взгляды по сторонам, боясь наткнуться на Райли. Но он знал, что тот не станет спокойно обедать после такого скандала, поэтому он мог поговорить с Миком там наедине. Ну, почти наедине…       — Надо поговорить, — бросил Кэмерон, подойдя к столику, где Мик сидел со своими товарищами по футбольной команде.       — Так, присоединяйся, Макнил, — изрек громила Бред Хотчкис, а остальные захихикали.       — Заткнитесь, придурки, — шикнул на приятелей Мик и парни в миг замолчали.       — Какие послушные зверята, — с издевкой сказал Кэмерон, улыбнувшись грозному взгляду Бреда.       — Легко поддаются дрессировке, — парировал Мик, широко улыбнувшись, но футболисты не сильно оценили шутку.       — Кажется, твоей принцесске нужно было с тобой поговорить, — сказал Бред Мику, который показал ему средний палец и схватил яблоко с его подноса.       — Увидимся на тренировке, — бросил Мик парням и встал из-за стола. — Пошли, моя принцесска.       Мик перекинул руку на плечи Кэмерона, но тот быстро ее скинул. Они вышли из столовой, провожаемые взглядом футболистов, а потом пересекли коридор, пока не оказались в один из его тупиков, где не было никого.       — Что это с тобой? — сразу поинтересовался Мик.       Конечно же, он заметил раздражение на лице друга и веющую на несколько метров от него самого агрессию. Это было видно всем.       — Это все Райли, — кратко ответил Кэмерон, расхаживая перед облокотившимся на стену Миком.       — Опять поругались, — закатил глаза брюнет. Это не было вопросом, просто констатация очевидного.       — И угадай из-за чего? — воскликнул Кэмерон. — Ни за что не догадаешься! Из-за моей картины!       — Что? — вскинул брови Мик, сдерживая улыбку.       — Да! Из-за картины! Видите ли я нарисовал нас, — утрировано воскликнул Кэмерон, выплюнув последнее слово так же, как ранее это сделал Райли. — Он ревнует меня к тебе!       Мик молча наблюдал за тирадой Кэмерона, а когда тот закончил и посмотрел на друга, ожидая услышать что-то в ответ, Мик не выдержал и рассмеялся.       — Это не смешно, Мики! — всплеснул руками Кэмерон.       — Прости, — улыбнулся Мик, вытирая слезинку у правого глаза. — Говоришь так, словно это тебя удивляет.       Кэмерон вопросительно посмотрел на друга, желая объяснений.       — Что, правда? Это же было очевидно с самого начала. Думаешь, он просто так целый год ко мне цепляется?       — Но вы же просто шутите…       — В каждой шутке есть доля правды, Кэми.       — Но это же глупо! — снова воскликнул Кэмерон, обуреваемый эмоциями. — Как он вообще может ревновать меня к моему же лучшему другу?       — Лучше спросить об этом у Райли…       — Мики! Прекрати надо мной смеяться!       — Прости, — снова сказал Мик, пытаясь не улыбаться. — Ты такой забавный, когда злишься.       Кэмерон бросил на Мика злобный взгляд и устало вздохнул.       — Ну, а если серьезно, — продолжил Мик. — Хочешь, я с ним поговорю?       — И что ты ему скажешь? Вы же недолюбливаете друг друга… как оказалось.       — Скажу, что это глупо ревновать тебя ко мне, потому что мы всего лишь платонические друзья, а у него есть доступ к твоей заднице.       — МИКИ! — крикнул Кэмерон несвойственным для себя высоким голосом и кинул в друга рюкзак, до сих пор висевший у него на плече. — Ты ужасный друг! Просто невыносимый!       Мик залился смехом и в два шага преодолел расстояние между ним и Кэмероном. Заключив парня в объятия, он серьезно произнес куда-то в макушку друга:       — Не переживай. Все у вас будет нормально. Я поговорю с Райли.       — Ладно, — сдался Кэмерон, но все же не стал отвечать Мику на объятие, уж слишком он был зол.       И тут прозвенел звонок, оповещающий о начале следующего урока.       — Ты успел пообедать? — спросил Мик, отпуская друга.       — Нет, — отрезал Кэмерон и поднял с пола свой рюкзак.       — На, перекусишь хотя бы.       Мик протянул Кэмерону яблоко, которое все это время вертел в руке. Блондин взял его и парни направились по коридору, который должен был привести их в разные кабинеты, думая каждый о своем.

х х х

      Мик ждал Райли на парковке после окончания всех уроков. Блондин сразу заметил высокую фигуру брюнета в бомбере футбольной команды возле своей машины.       — Чего тебе? — на ходу кинул блондин, выключая сигнализацию машины.       — Да вот подумал, может подбросишь друга до дома, — пропел Мик, улыбаясь.       — Что-то я не вижу здесь своих друзей, — язвительно ответил Райли и открыл дверцу машины, но Мик его остановил.       — Кончай, Райлз, — тон Мика стал серьезным, — мне нужно с тобой поговорить.       — Мику Ронсону есть что мне сказать кроме того, что он скрывает? Невероятно.       — Я сейчас еле сдерживаюсь, чтобы не врезать тебе по роже, но только ради Кэмерона, не буду этого делать, — прошипел Мик и обошел машину Райли. Он молча сел на переднее сиденье и кинул свой рюкзак назад.       Иногда Райли был хуже занозы в заднице. Язвительный, острый на язык и даже в каких-то моментах высокомерный. Конечно, таким он был не всегда. Лишь тогда, когда он был чем-то расстроен или рассержен. В такие моменты Мик предпочитал обходить парня за несколько миль, лишь бы не попасть под обстрел, но сегодня он был решительно настроен отбивать нападки Райли дабы помочь Кэмерону.       Райли сдался, поняв, что ему не удастся отвертеться от нежелательного пассажира. Мик не оставит его в покое, пока не получит то, что ему нужно. Брюнет не был из тех, кто легко сдается. Он был словно Цезарь в своих желаниях: пришел, увидел, победил. В мире Мика Ронсона просто напросто не существовало другой мантры.       Райли обреченно вздохнул и завел двигатель. Уже выезжая из школьных ворот, Мик разорвал тишину:       — Сейчас налево, — в его голосе запели чертята. — Забыл сказать: нам совсем не по пути.

х х х

      Райли не понимал, куда он едет. Он никогда не знал, где живет Мик Ронсон. Иногда казалось, что у того и вовсе нет дома. В сезон футбольных игр Мик до поздна задерживался в школе на тренировках, а свободные от них вечера проводил у Кэмерона, зачастую ночуя у того дома. Райли казалось это странным, но он никогда не спрашивал, потому что заранее знал, что ответа не получит.       Пока парни пробирались сквозь центр города, собирая по пути мелкие, о все же неприятные, заторы, Мик осторожно спросил:       — Что происходит между тобой и Кэмероном? Я же вижу, что вы стали чаще ругаться.       — Все пары ругаются. Это часть отношений, — невозмутимо ответил Райли, минуя светофор.       — Да, но раньше вы практически не ругались. Вы даже спорили редко, а теперь дело доходит до ссор. Кэмерон сегодня был просто в бешенстве!       Мик не заметил ухмылку в этот момент на губах Райли, потому что смотрел в окно, наблюдая, как мимо проносятся дома. И Слава Богу.       — Он сказал, что ты приревновал его ко мне.       Руки Райли крепче сжали руль, что костяшки пальцев побелели, а внутри снова вспыхнула злоба.       — А он всем с тобой делится, да? — язвительный тон снова взял вверх в голосе парня. — Может ты даже знаешь, как, где и сколько мы сексом занимаемся?       — Вот только не надо включать сейчас Королеву-драмы, окей? — закатил глаза Мик. — Мне плевать на вашу сексуальную жизнь. Но когда дело касается меня, я не собираюсь это молча игнорировать. Как ты вообще можешь ревновать Кэмерона хоть к кому-то? Да он самый верный человек из всех, кого я знаю. А знаю я их не мало, уж поверь. И ты удивишься, узнав, что почти каждый второй парень ходит налево, но Кэмерон никогда не изменит тому, кого любит.       — Я знаю, что он не изменяет мне, Мик, — перебил друга Райли.       — Прекрасно, — заключил Мик, ставя мысленно галочку возле одной из тем для обсуждений с Райли. — Тогда о другом: как ты можешь ревновать его ко мне? Ко мне, Райли! Мы с Кэми лучшие друзья чуть ли не всю жизнь! Да за все годы и мысли не было, чтобы что-то начать… Блин, даже думать об этом не хочу. — Мик мотнул головой, отгоняя от себя мысли. — В конце концов, между нами двумя это он по парням, а не я.       — Об этом и речь, Мик! — не выдержал Райли и как-то резко нажал на педаль тормоза, останавливая машину на очередном светофоре. — Вы себя со стороны хоть раз видели? А вот я постоянно вижу! Думаешь, мне приятно наблюдать, как мой парень обнимается в другим? Или как он скрывает что-то от меня из-за другого? Да плевать я хотел, что это его лучший друг. Мне просто неприятно, что он постоянно носится с тобой, как с маленьким ребенком! Мики то, Мики сё. Иногда, я клянусь, я буквально чувствую, что он никогда не полюбит меня так, как любит тебя, Мик. А я не хочу оставаться постоянно на заднем плане!       — Ты даже не представляешь, как ошибаешься… — вклинился в монолог Мик, но Райли пропустил его реплику, продолжив:       — Это ты так думаешь. А мне все время приходится мириться с тем, что каждый раз между нами двумя он выбирает тебя. Помнишь, летом мы уехали в Нью-Йорк на неделю? Мы пробыли там три дня, но стоило тебе ему позвонить, как он тут же собрал чемодан и вернулся в Аннаполис, ничего не объяснив.       Конечно, Мик помнил. Это был тот день, когда его избил очередной бойфренд матери. В процессе драки у того в руке оказался нож. Мужчина всадил его в живот Мика, после чего Джанетт набросилась на них с криками. Она попыталась отобрать у мужчины нож, но тот лишь проехался лезвием по бедру Мика, задев бедренную артерию. В последний момент у парня хватило сил, чтобы ударить мужчину в пах, отчего тот согнулся пополам, а нож полетел на пол. Испуганная Джанетт толкнула его ногой под шкаф, а Мик свалился на пол. Он помнит, как мать кружилась над ним, хватаясь за голову, но боясь даже прикоснуться. Вскоре приехала полиция, которую вызвали соседи, а за ними и скорая.       Мика забрали в больницу, где он провел два дня, прежде чем ему пришлось позвонить отцу Кэмерона и попросить о помощи. Полиция не отставала от несовершеннолетнего Мика, а раздувать из очередной семейной ссоры драму, с привлечением социальных работников, школы и чего только угодно, это было последним, что нужно было Мику прям перед началом последнего учебного года. Отец Кэмерона, будучи адвокатом, смог быстро замять дело и отвадить полицию от парня. Конечно же, обо всем узнала Кларисса, и как бы Мик не просил ее не говорить о случившимся Кэмерону, та просто не умела врать, и Кэмерон сразу просек, что мать что-то недоговаривает, вот она ему и проболталась. Поэтому он не стал оставаться в Нью-Йорке и вернулся домой.       Из воспоминаний Мика вырвал голос Райли.       — Несколько месяцев назад он пропустил ужин с моей семьей ради похода с тобой в кино!       Последний раз они ходили с Кэмероном в кино в марте. Тогда вышел очередной супергеройский фильм Marvel, а они всегда хотели на премьеру их фильмов, потому что оба были фанатами супергеройского жанра. Но в тот мартовский день была не просто премьера нового фильма, она выпала на особенную дату — день знакомства Мика и Кэмерона, их седьмая годовщина. Семь лет, казавшиеся целой жизнью. Так мало, но сколько было прожито в течении этих лет.       Обычно они не отмечали этот день, в этом не было необходимости, но всегда о нем помнили. Да и запомнили они эту дату только потому, что это был последний день марта. Обычно Мик и Кэмерон проводили этот день вместе. Не важно, чем они занимались — будь то простой просмотр фильма на диване в гостинной, двухчасовое ожидание машины в автосервисе или перекус в McDonald's — они просто каждый год проводили 31 марта вместе. И Мик не знал, что в этом году Кэмерон должен был пойти на ужин к Беллам 31 марта.       — И мой День рождения… — на этот раз тише произнес Райли, крепко сжимая руль. Он не стал договаривать, лишь вздохнул и начал новую фразу. — Это не все случаи… Но каждый раз он выбирает тебя, Мик.       Мик оторвался от окна и взглянул на профиль парня слева. Он буквально чувствовал исходящую от него неприязнь. Она всегда была, но сейчас Райли не пытался ее скрыть, наоборот, он откровенно демонстрировал свои чувства по отношению к Мику, и Мик не был против. Он сел в эту машину, намереваясь говорить только правду. И раз уж он решил быть честен, нужно признать, что Мик не чувствовал взаимной неприязни по отношению к блондину. Он никогда не вызывал у Мика особенных эмоций. Это был просто Райли, и он просто был в его жизни, в жизни Кэмерона.       Мику нравилось, как Райли смотрит на Кэмерона, словно тот самое прекрасное существо на планете, или как Кэмерон улыбается, смотря на Райли в ответ. Он видел, что Райли делает его друга счастливым, и этого было достаточно, чтобы считать Райли неплохим парнем. Но в тот же момент…       Каждый раз, когда Мик наблюдал, как Райли обнимает Кэмерона, и как тот смеется ему в ответ, тянется к его губам, как они смотрят друг на друга с обожанием… каждый раз Мику казалось, что в этом есть что-то неправильное, но он не мог понять, что именно. Эта мысль возникала в голове Мика сотни раз, но каждый раз он отмахивался от нее. Это ведь глупо. Что может быть неправильным в паре Кэмерона и Райли? Они счастливы вместе, они любят друг друга, разве не это главное?       — Он любит тебя, Райлз, — озвучил свои мысли Мик. — Да он постоянно говорит о тебе! Думаешь, бесился бы он сегодня так после вашей ссоры, если бы не любил?       — Я не говорил, что он не любит меня, Мик…       — Тогда в чем проблема, я не понимаю? — вспыхнул Мик, уставившись на блондина.       Тот на секунду прикрыл глаза и обреченно вздохнул.       — Ты не слышишь меня, — процедил сквозь зубы Райли. — Я знаю, что Кэмерон любит меня. Я знаю, что он не изменяет мне. Я знаю, что вы лучшие друзья и между вами ничего нет. Я знаю, что ты не гей, в конце концов. Но между вами есть что-то… То, что мешает нам с Кэмероном быть нормальной парой. Я не знаю… — Райли медлил, пытаясь подобрать правильные слова, чтобы обличить в них свои мысли, но это сложно, когда не знаешь, что конкретно ты хочешь сказать, поэтому Райли лишь выдохнул и четко заключил: — Иногда просто кажется, что вы влюблены друг в друга, просто сами пока этого не поняли.       Челюсть Мика непроизвольно упала, а из горла вырвался смешок.       — Ты же понимаешь, какую херню ты только что сказал?       — Знаю, — твердо ответил Райли. — Но я не могу перестать чувствовать себя лишним.       Он сделал паузу, после чего продолжил:       — Да возьмем хоть все эти ваши секреты. Вы постоянно что-то скрываете от меня. Мне остается только думать, что вы мне не доверяете. О каких отношениях может идти речь, когда нет доверия?!       — Нуу, — протянул Мик, — можешь считать, что один большой секрет больше не секрет. Мы приехали, кстати. Останови возле вон того дома.       Мик ткнул пальцем в сторону небольшого двухэтажного дома серого цвета. Всю дорогу, пока они оживленно обсуждали отношения между тремя парнями, Мик указывал Райли дорогу, прося свернуть то влево, то вправо, то ехать прямо. Они ехали где-то час, а показалось, всего минут десять. Райли и не успел понять, как он оказался в районе, где до этого момента никогда не был. Вокруг унылые однотипные дома, один печальнее другого. Грязные и переполненные мусорные баки. На улицах пусто. Грустное зрелище. Абсолютная противоположность тому месту, где жил сам Райли.       — Ты здесь живешь? — удивился парень, заглушив двигатель автомобиля.       — Да, — без единой нотки гордости ответил Мик. — Не ожидал увидеть что-то подобное?       Растерянное лицо Райли было многословнее всего, чтобы он мог ответить. Он смотрел на дом, и пазл медленно складывался в картинку. Он понимал, почему Мик скрывал его. В школе бы просто не поняли. 90% учеников South River High School — дети состоятельных родителей либо отпрыски семей типичного среднего класса, способного позволить себе хорошую жизнь. Мик никогда бы не смог обрести ту популярность, что у него есть, знай бы остальные, кто он на самом деле — мальчишка из Богом забытого района Аннаполиса.       — Теперь ты понимаешь, почему я никому не рассказываю, где я живу? — Мик сделал паузу, взглянул на унылое серое здание и решил, что раз он уже сказал «а», нужно говорить и «б». — Это не все, что я скрываю, — спокойно произнес Мик, чувствуя взгляд Райли на своем затылке. — Я живу с матерью и отношения у нас с ней... поганые. Только Кэмерон знает. И за все это время он никому не сказал, даже тебе! Именно поэтому он мой лучший друг. И я люблю его за это! Но мы друзья, Райлз. Прекрати забивать свою голову нелепой ерундой, лучше поезжай к нему и извинись.       Мик забрал свой рюкзак с заднего сиденья и вышел из машины.       — Ты ведь не станешь болтать о том, что Мик Ронсон из гетто? — игриво спросил Мик на последок.       — Как я могу? Он же мой друг, — Райли попытался выдавить из себя улыбку, но это слабо вышло.       — Но это не значит, что я расскажу тебе больше, чем ты узнал сегодня, — парировал Мик, наблюдая за реакцией Райли, и прежде чем тот смог открыть рот, чтоб задать вопрос, Мик подмигнул блондину и захлопнул дверь машины.       Райли смотрел, как Мик идет по бетонной дорожке к дому, поднимается по стареньким скрипучим ступенькам на крыльцо, ищет в рюкзаке ключи, пытается открыть ими дверь, но потом понимает, что она не заперта, заходит внутрь дома и исчезает за обшарпанной синей дверью. Так вот, какой ты на самом деле, Мик Ронсон. Простой трусливый мальчишка из трущоб, сумевший создать себе новую жизнь и выбиться в люди. Так старательно оберегающий свой мыльный пузырь, боясь пускать внутрь хоть кого-то, кроме себя и лучшего друга.       Райли пришлось включить навигатор, чтобы выбраться из этого района. Он решил не ехать домой, а заглянуть для начала к Кэмерону и рассказать ему о том, что показал ему Мик. Злость больше не душила, неприязнь больше не давила на виски. Райли желал поскорее увидеть своего парня и попросить у него прощенья. Может он все же сможет стать своим и не обращать внимания на странную дружбу между своим парнем и его лучшим другом? Время покажет.       Но Райли пока не знает, что произойдет это быстрее, чем он думает.