Фетишист

Бекхён предположил, что утром в ванне произошло что-то грандиозное, если сейчас я напоминаю сбежавшего пациента из Сеульской психлечебницы. - Тот, кто много знает, долго не живёт, - изрёк я философски, продолжая просматривать фото со вчерашнего концерта. Вполне естественно, что главным тегом выступало имя моей большой слабости. Его фото я всегда смотрел в первую очередь. Своими же любоваться было не охота, учитывая ещё тот факт, что фанаты должны были уже заметить мою феноменальную выпуклость ниже пояса. Ладно, пусть наслаждаются. Не каждый день я их так балую. Главное, чтобы не писали, что я в штаны просто ваты напихал. Фух, слишком много читаю ненужных комментариев, а потом не могу уснуть спокойно. Ведь с Бэком, исходя из многих отзывов, мы практически женаты. Вот же черти! Сейчас этот не самый лучший друг пытался привести в порядок нашу комнату, пока есть свободное время, тем самым создавая вокруг ещё больший хаос. Ведь порядок и Бекхён – вещи несовместимые. Пускай себе копошится, главное, что он мне абсолютно не мешал. Если что, потом откопаю его среди всего этого стихийного бедствия. Напускав слюней на любимый ноутбук лидера, решил выйти из своего убежища и пойти поискать еду. Голодным не интересно рассматривать своего кумира. В конечном итоге я ничего не нашёл… даже Кёнсу. Парень наверняка пошёл гулять дикарём в свой единственный выходной. Ну любит он уединяться, мы уже привыкли. Главное, чтобы преступность в городе не возрастала на время его отсутствия. Иногда у него очень странный взгляд. Мой желудок не успевает долго возмущаться, потому что меня перехватывает любитель бабл ти и тащит к выходу из общаги. А ничего, что я в потёртых трениках и в одном носке? Да-да, айдолы тоже люди. - О! Сехун, - не могу не подстегнуть мелкого, у которого замечательная фамилия. – Имей совесть хотя бы перед хёном. Тот меняет маршрут и тащит в мою комнату, где толкает в объятия соседа. - Одень его нормально, хён, мы идём с Чанёлем выпивать. - Закономерность давно была замечена всеми: Сехун называл тебя хёном только тогда, когда ему что-то нужно. - Куда-куда вы идёте? - Есть, говорю, идём, - топает он ногой, поглядываю в щёлочку двери. Выглядывал он Кёнсу, прихода которого младший и боялся. Ведь если сейчас он не сбежит в какой-нибудь ресторан, то заставят готовить дома. Хороша тактика. Напротив меня сидит Чонин и пытается вести себя как обычно. Что он тут делает? Да просто ему тоже захотелось поесть, но, вероятней всего, он не заметил меня, когда цеплялся за проворного Сехуна. Возможно, я себе накручиваю, и Чонин чувствует себя прекрасно, потому что зачастую наблюдает мужскую мастурбацию. Фак, даже думать об этом не хочу! Он только мой. И почерневшие глаза предназначены только для меня. Улыбаюсь как припадочный от того, что он пытается взять вилку и роняет её на пол. Замечательно, теперь все взгляды наши, но даже это не волнует, ведь такова неловкость лишь подтверждение для меня. Чонин волнуется и прячет от меня свой взгляд. Волнение я посчитаю хорошим знаком, главное, чтобы не боялся меня. - Кто заказывал Болоньезе и Неаполитано? Итальянская кухня? Она самая! И прерогатива была именно моей. Нет, я не фанат спагетти и пасты, у меня только один кумир. Но посмотреть, как Чонин будет есть длинные макароши… наверное, это будет занимательно. Я хочу эксклюзива. Ибо видеть сочные губы, измазанные жирной курицей, приелось, хотя зрелище увлекательное. Ем свою лазанью и смотрю только на него. Слишком завораживающе пропадают спагетти за пухлыми губами, оставляя на них капельки соуса. Наслаждаюсь чем-то запретным. Не чувствую вкуса своего блюда, не слышу радости Сехуна, потому что пришёл Тао. По-настоящему загипнотизирован приёмом пищи боготворимого человека. Только пульсация в узких джинсах приводит в чувства. Я, чёртов извращенец, могу кончить лишь из-за одних губ Чонина, по которым так часто блуждал язык, слизывая остатки пищи. Вот же кретин… Тао с Сехуном полностью увлечены обсуждением какого-то нового бренда, а я могу спокойно продолжать наблюдать за ним. Наблюдения приводят лишь к зависти. Я завидую чашечке кофе, которой подарено столько прикосновений от Чонина. Хочу быть этим куском фарфора, лишь бы получить хоть одно прикосновение губ. Нет, я вполне адекватный человек, агентство заставляет проходить нас регулярные медосмотры. Но это не мешает мне мечтать о туфельке вместо кед, чтобы с легкостью разуться и раздвинуть его ноги под столом, ведь он сейчас так панически скован. Иногда я сам не понимаю, откуда берутся подобные мысли в моей голове. Чувствую себя как на свидании. Он идёт рядом, а я просто мечтаю схватить его за руку. Двое мелких нам с лёгкостью позволили уединиться, постоянно затормаживая возле каждого бутика. Я не знаю, что сказать, но и молчание рядом с ним тоже за счастье. Возможно, утренний инцидент немного притупил наше общение, а ведь мы могли дурачиться бесконечно. Может, попросить прощение за свой поступок? Но это ещё больше приведёт к неловкости… с его стороны. Зачем извиняться за то, что ты и дальше собираешься делать. Выходной пролетел быстро и уже сегодня очередное выступление. Утро встречает меня как всегда радужно и не без помощи соседа по комнате. Бекхён счёл, что я могу продолжить спать ещё крепче, если открыть в комнату дверь нараспашку. При этом по всему дому ведутся активные сборы, что больше напоминает дурдом. Почему я ещё сплю? В кроватке лучше «стоять» в очереди на банные процедуры. Зайти последним в душ и насладится спокойствием, без ежесекундной бомбёжки в закрытые двери. Иногда я сам удивляюсь своей смышлености. Выждав ещё некоторое время, двинулся к освободившейся территории. Я немало был удивлён тому, что проснулся без стандартной эрекции. Не могу это обосновать, ведь всё также продолжаю грезить только об одном парне. Возможно, вчерашняя прогулка что-то немного изменила во мне. Каким-то способом просто получил «маленькую дозу Чонина». Мы не проронили ни слова, постоянно выжидая дуэт макнэ. Но и молчание было во благо, я радовался уже тому, что он не отходил от меня. Питался энергией его присутствия. Я ведь многого не требую. Пусть поймёт, что никто его не домогается, а просто ждёт и надеется. Да, я законченный романтик. Кажется, сегодня кто-то решил воспользоваться моей тактикой. Этот кто-то спокойно мылся себе в душе, а я завис как первоклашка. Просто знакомый силуэт попал в глаз. Да так попал, что меня парализовало на парочку секунд. Раньше происходило всё более скоропостижно: забегал в ванную комнату, хватал полотенце Чонина и уже спокойно ждал неподалёку. Я никогда не позволял себе подглядывать или всматриваться в очертания фигуры за стеклянной дверью душевой. У каждого ведь есть своё личное пространство, и я не такой уже извращенец. Иногда люблю элементарно шутить. Но сейчас просто прошествовал на ватных ногах к туалету и присел на закрытую крышку. Ощущение, словно я в галерее искусств, а в ней только единственный экспонат, за просмотр которого я продам душу дьяволу. Если я это вижу, значит, моя измотанная душа уже в чужих руках. Очухался только тогда, когда моё восьмое чудо света выпорхнуло из-за закрытой двери. Я побоялся даже лишний раз вздохнуть или моргнуть, чтобы не исчез образ перед глазами. Чёртов фанатик встретился со своей жертвой. - Хён? - Если ты внезапно не повзрослел на парочку лет, то, да, я всё ещё твой хён. - Господи, что я несу. - Тебе не кажется, что ты здесь лишний? – Похоже, среди нас двоих, Чонин был более уверенным. - Почему ты не закрыл дверь? - Хён, я никогда её не закрываю. Но в то же время постоянно жалуешься на того, кто забирает твоё полотенце. Что за глупый мальчишка, не умеющий извлекать уроки! Или ты всё время ждал, что заберу что-то более серьёзное? Мне нужно на это твоё разрешение... - Ты пришёл забрать свой долг? - Какой долг, Чонин-а? Когда он успел мне проштрафиться? - Я вчера видел то, что не должен был. Теперь твоя очередь? Ведь так? С какой планеты этот парень вообще? Что за, простите, дамы, женская логика?! Хотя, мне безумно понравился таков расклад. Но! Он посчитает, что я настоятельно пришёл. А ведь это далеко не так. Я готов быть вечным эксгибиционистом для него… совсем ненавязчиво, немного намекая на свои желания. И никогда не потребую обратной отдачи, ведь это всё проделки болезненной зависимости. Как выяснилось, теперь могу получать удовольствие и без телесного контакта, но и от него я никогда не откажусь. Моя особа зачастую начала витать в облаках, поэтому вновь упустил изменения, происходящие вокруг. Он стоял возле меня. Стоял по стойке «смирно», только его руки опять-таки не могли найти себе применение. На уровне моих глаз красовался пресс, переходящий в немного подкаченную грудную клетку. Я рискнул проследить за траекторией одной капельки воды, но притупил взгляд возле соблазнительных набедренных косточек. Дальше мне нельзя, как бы он не разрешал, ведь уснуть я буду больше не в силах. В трениках давно сходит с ума моё возбуждение, а я попросту растерялся от такого напора. Хочу всё и сразу, но ведь мне разрешили только посмотреть? Зуб за зуб, око за око. Но будь я проклят, если потеряю такую возможность. - Можно? - Я смотрел на него, вероятней всего, напоминая потерянного щенка. В ответ я ожидал увидеть бегство, либо нелепое смущение. Но Чонин, легонько кивнув, ждал, когда я коснусь хоть дюйма его кожи. Безумно хотелось верить, что мои прикосновения ему будут хоть чуточку приятны. Я впервые задумался о взаимности. Моя рука предательски дрожала, поэтому первое касание было сравнимо с дуновением ветра. Немного осмелев, провёл указательным пальцем по груди, медленно перекочевав к проступающему прессу. Я находился в каком-то трансе, но смог уловить вздох Чонина. Оторвавшись от созерцая собственного пальца, которым уже рисовал чудаковатые узоры на шелковистой коже, словил на себе почерневший взгляд обожаемых глаз. В этот момент я боюсь только одного, что больше не выдержу его и позорно закончу себе в штаны. Стиснув зубы и прикрыв глаза, пытаюсь совладать со своими чувствами. Отрешённость приводит к очередной потере контроля над ситуацией. Чонин опустился передо мной на колени и без капли смущения шарит рукой в моих трениках. Чертыхаюсь и тут же пытаюсь поднять на ноги этого ребёнка, но он тут же проворно усаживается на мои колени. Да-да, сейчас на мне восседает голый Ким Чонин, который, кажется, тоже потерял рассудок. Возможно, моя болезнь заразна? - Что ты творишь? – Никогда бы не подумал, что скажу подобное ему, да ещё и в такой ситуации. Аккуратный палец касается моих губ, призывая молчать, а я просто повинуюсь. Последняя фраза была сказана только для приличия. В итоге у моих раздвинутых ног опять находится Чонин, по-хозяйски вынимая мой изнывающий член. Шумно выдыхаю от соприкосновения с его ладонью, взывая к небесам, лишь бы не кончить от мизерной ласки. Но потом вспоминаю, что вчера уже показал ему действие одного взгляда. Трижды успеваю умереть, когда осознаю, что он обхватил мягкими губами пульсирующую головку. Шиплю сквозь зубы, теряясь в потоке переполняющих ощущений. Чувствую только его горячий рот и собственные хриплые выдохи. Я сошёл с ума? Как трудно поверить в то, что сейчас со мной происходит. Язык скользит по всей длине, и я шлю все свои размышления к чёрту. Есть только здесь и сейчас. В последние секунды перехватываю взгляд его смеющихся глаз. Предпринимаю окончательную попытку оторвать Чонина от себя, но сил во мне сейчас хватит только на драку с муравьями. Изливаюсь в его рот, безжизненно откидываясь на сливной бочок. - Какого чёрта? – Шепчу в тишину, осознавая произошедшее. Ловлю себя на мысли, что хочу закурить и поцеловать этого сумасшедшего ребёнка. Последнее осуществить можно сию же секунду. Поэтому хватаю за шкирку виновника торжества и безапелляционно целую в губы, губы со вкусом собственной спермы. Поверьте, не покривлю носом, как только что не покривил и он. Понимаю, что радость накрывает меня с головой, потому что он отвечает с тем же пылом, хватаясь за мои плечи. Я впервые целую своего Чонина и уже подсознательно отмечаю сегодняшний день красным.