Мой лучший друг ГДК?

Робкий стук в дверь, которая несильно приоткрывается, показывая сначала непослушную копну волос, а затем и самого растерянного юношу. — Можно? — Парнишка выглядел напуганным, даже потерянным, будто вообще не ориентировался в пространстве. Кея ухмыляется, ему явно нравится происходящее. Всего несколько дней назад, он разрешил Саваде приходить к нему в кабинет, чтобы тот подолгу не ждал на крыше. «Однако очень экономит время». Брюнет едва заметно кивает и окидывает взглядом мальца. «А коленки-то дрожат…» — хмыкнув своим же мыслям, ГДК возвращается к прежнему занятию. В его руках небольшая пачка с документами, которые он деловито просматривает, ну или делает вид. Все его существо открыто давит на Тсунаеши, который мнется и не решается сесть на диван, взглядом обводя помещение. И все же самым ярким пятном в нем был Хибари. — Ну, что же ты, присаживайся, — игривый и в тоже время приказной тон. — Д-да, — шатен опускает глаза в пол, стараясь не встретиться взглядом, но предложение принимает. Такое положение дел сковывало и без того стеснительного юношу, давило и сжимало своими кольцами, точно змея. Неужели он так и собирается бросать взгляды из-под челки, думая, что это не видно? Такое отношение никого не устраивало, разве они не стали «добрыми знакомыми»? К чему эта боязнь, это, безусловно, льстит, но… Хибари устало потер переносицу и бросил нечитаемый взгляд на Саваду, который тут же сжался и пытался понять, чем же разозлил такого опасного человека. Тут у брюнета возникла идея и, его лицо будто стало светлее на несколько тонов. Он перестал хмуриться, все так же глядя в шоколадные глаза, обогнул стол, едва ведя по гладкой поверхности подушками пальцев. В Тсунаеши что-то замкнуло, он не смел выдохнуть, ни то, что дышать. Грация Кеи, манера речи, поведение. Он был похож на большую кошку. Большую, грациозную и безусловно опасную кошку. «Пан-те-ра» — мысленно растянув это слово, мальчик подал признаки жизни и покраснел, заметив, что объект его страстей сел рядом. Мысль об отступление даже не появилась в пустой голове, ни одной мыслишки. Напряженная поясница прижалась к подлокотнику, Хибари задавил свою жертву одними движениями. Плюс в копилку. Парень сидел спиной к двери не смея повернуться, даже зажмурил глаза, и, брюнет решил, что не стоит терять времени. Тем более, когда рыбка сама плывет в руки. Пугать сильнее не хотелось, до инфаркта еще доведет. Как можно медленнее, Кея прикоснулся к шее, почувствовав, как мальчик вздрогнул, но глаз не открыл. Рука прошлась выше, изучая территорию; оглаживая и сминая нежную кожу. Савада же просто молча ждал своей участи и млел от прикосновений, но страх слишком плотно сковал его тело. Он так и не понял, что сделал и чего боялся, однако трепетал. Брюнету даже показалось, что он еле заметно ластился, когда грубоватая ладонь коснулась щеки. Время, точно, застыло, тягуче-медленно, будто пытка, продолжались ласки. Хибари надавил на затылок Тсунаеши, призывая того податься вперед, другой рукой собственнически оглаживая бок и ожидая реакции. Кёя наклонился так близко, что чувствовал легкий запах одеколона, и в тот момент, когда Тсуна немного расслабился, коснулся его губ. Он начинал неспешно; проводил языком по губам, прикусил одну, а затем другую, раздвинул губы-дольки и скользнул в жаркое нутро. Прибывавший в шоке все это время Савада разразился бурной реакцией: покраснел и замахал руками, но потом сдался и полностью обмяк в умелых руках, не смело отвечая. На это брюнет лишь ухмыльнулся в поцелуй, продолжая неспешно оглаживать язык «жертвы». Неожиданно дверь распахнулась. Без стука и предупреждений, что совсем не понравилось ГДК, но разрывать поцелуй тот не стал, увидев какая интересная личность заглянула к нему. — Хибари-сан, тут у меня списки классов, — шатен смотрел лишь в листок, слегка приподнял его и все-таки удостоил взгляда сидящих, — и еще… Бесценное выражение лица. Идеальные сочетания непонимания, злости и отвращения. Это был Савада Сора и он уже уходит, пока. Обладатель глаз, цвета изумруда медленно попятился и так же медленно закрыл дверь, решив, что зайдет позже. Тсунаеши совсем не заметил прихода постороннего человека, увлеченный очень интересным процессом. Теперь же руки обхватывали шею брюнета, совсем бесстыдно с его стороны, пальцы мелко подрагивали — зверек распалился до предела. Оппонент разорвал поцелуй, показывая, что на сейчас это все. — Хибари-сан…жарко, — совсем тоненьким голоском пищал Савада, открывая глаза, но тут же жмурясь от горячего языка на щеке, за ним следует мягкий укус. Кея отпустил шатена и тот безвольной куклой прижался к спинке дивана, блаженно улыбаясь, смотря куда-то вдаль и думая о своем. Брюнет лишь фыркнул, не сумев сдержать полуулыбки, и вернулся к рабочему столу. Так прошло еще около часа, но Тсунаеши и не думал «оживать», в конец обнаглев и уснув на диване. Кея счел прямым долгом довести это недоразумение до дома.

***

Как же можно разбудить ЭТО. Обычные слова ничего не дают, придется встать и действовать, в прочем как всегда. Решив не церемониться, ГДК скидывает на пол заспанного парня. Тот озирается вокруг своими невозможно большими глазищами, совсем не понимая, что происходит, но когда память возвращается, аленький цветочек начинает сиять красным. — Вставай, доведу тебя до дома, никчемыш. Савада отчаянно замотал головой, махал руками, в знак протеста и покинул кабинет, оставив брюнета на едине со своими мыслями. Тсуна чувствовал себя просто замечательно, голова пуста, в теле лёгкость и широкая добродушная улыбка, которая вкупе с огромными глазами сражала наповал. Он мягкой поступью направлялся домой — уроки кончились. Хотелось выплеснуть радость на окружающих, но это было бы странно и могло иметь весьма трагичные последствия. Ледяными пальцами дотронувшись до своих губ, юноша улыбнулся, они просто пылали. Сейчас, скорее всего, он вновь покраснел. Его до сих пор окутывал приятный запах Хибари-сана. В сладостном тумане прошла вся дорога шатена. Он так и зашёл в дом с невероятной улыбкой, который не было уже давно. — Ох, Тсу-кун, я приготовила… Шатен прошёл мимо и лишь на лестнице сказал, что есть сегодня не будет. За последние часы появилась лишь одна внятная мысль — завтра можно снова встретиться с Хибари…

***

Однако не все было так радужно, около девяти вечера пришёл Сора. Он принёс арахис и немного мороженого, аккуратно укладывая все на кровать, присаживаясь рядом. Брат пожевал свои губы, явно борясь с собой. Было до ужаса плохое предчувствие. — Ты гей? — он поднимает глаза и морщится. — Что? Нет! — отото покраснел и что-то объяснял, только глубже роя себе могилу. — Я видел вас, — тишина заполнила комнату, — тебя и Хибари. Савада младший силился сказать хоть что-то, но лишь беспомощно открывал рот. — Это…это произошло случайно, — руки мелко подрагивали и в панике одна уместилась на шее, неловко потирая её. — Тогда, я могу рассказать это маме, как шутку, — оскал сменил отсутствие эмоций, показывая раздражение собеседника. — С-сора, не надо… — Я запрещаю тебе приближаться к нему, — последний вышел и закрыл дверь, оставляя брата в давящей тишине.