Танец с дьяволом

— Да ладно тебе, Бон-Бон. Я — лихорадка, от которой тебе не избавиться, — сказал он шутливым тоном. — Да уж. Избавиться от тебя — трудновато, — она посмотрела на него и встретилась с его глазами, он прервал их контакт улыбкой. — За последнее время я вижу явный прогресс в наших отношениях, ты даже пригласила меня в дом. Это решение далось Бонни нелегко, но она почувствовала, что он не причинит ей вреда. В конце концов она могла позаботиться о себе сама, она же чертова ведьма. Должна же быть хоть какая-то от этого польза помимо странных ведений, указывающих, что ее бабушка убила брата Деймона и заточила вампиров в склеп, откуда по своей глупости освободила их ее внучка. По их соглашению Бонни должна помочь вывести Деймона на убийцу его брата, но не могла же она донести на свою родную бабушку. Деймон был странным. Как только он совершал что-то человечное, то убегал, сверкая пятками. В первое время ей было очень сложно с ним. Он был нелюдим, все время находился в своих мыслях. Беннет не собиралась заводить тесной дружбы с ним, но никогда не знаешь, какой подарок тебе преподносит судьба. Деймон ей стал ближе чем Кэролайн и Кэтрин в каком-то смысле. Все свое свободное время она проводила с ним: он забирал ее со школы, будил рано в выходные дни, что по началу ее очень бесило, он готовил ей отвратительные блинчики на завтрак. От воспоминаний она улыбнулась. А потом ее мир разрушился. «Деймон — порождение ночи», напомнила она себе. Все это нужно, чтобы убить ее бабушку. Ее единственного близкого родственника, ее опекуна. Она заботилась о Бонни с самого ее рождения. Беннет даже не смела выбирать между бабушкой и Деймоном. Она должна была выбрать Грэмс. — Как бы мне не пожалеть, — ее настроение резко сменилось. — Бон-Бон, когда ты выведешь меня на след той ведьмы? Мы уже месяц вокруг да около ходим, — он зыркнул на нее. Ну вот опять. Она прогнала человечного Деймона. — Столько, сколько нужно, — она отвернулась от него, делая вид, что листает книгу. — Было бы грустно, если эту ведьму убьет время, а не я, — сказал он с толикой тоски. — Разве ты не можешь отпустить это? Может, у ведьмы были весьма веские причины сделать это? Я тоже хочу избавить город от вас, можно даже грязными способами. — Осторожнее, Беннет. — А то что? Это мой дом, и как ты заметил, я ведьма, — она встала напротив него. С вампирской скоростью он приблизился к ней вплотную, практически не оставив расстояния между ними. Она немного испугалась, отшатнувшись назад, но взяла себя в руки. — Ты начинающая ведьма, а я продвинутый вампир. Чувствуешь? — Так зачем ты возишься со мной? Зачем я тебе? Я уверенна, что ты и без моей помощи мог найти человека, убившего тебя. — Да потому что я все время делаю всякую фигню! Сближаюсь с тобой вместо того, чтобы выдолбить из тебя ответ, сижу тут и сюсюкаюсь, когда Клаус во всю выхаживает по Мистик-Фолс с улыбкой на все лицо. А теперь ты! — он указывает на нее пальцем, все еще в щепетильной обстановке, — Я больше чем уверен, что ты знаешь, кто она, и не говоришь мне. Как меня все это убивает. — Ты прав, я знаю, кто это... — дрожащим голосом начала она, — Это женщина... Моя мать. Но она умерла пару лет назад. Приблизительно в год вашего заключения. Глаза стали влажными, она сдерживала слезы. Наверно мысль о бросившей ее матери причиняла ей боль. — Спасибо за откровение, Бон-Бон, — он как-то странно посмотрел на нее, а с ее сердца груз свалился. Бабушка была в безопасности. Его холодный взгляд будто крадет жизнь из нее, мертвая дрожь ползет по ее телу. Он ушел, бросив ее. Столько дней они провели вместе, ссорясь и смеясь. Она поняла, что он не вернется. В груди образовалась дыра, которая болела. Это острое чувство одиночества. Не хотелось ничего: ни сидеть дома, ни выйти на улицу, ни лежать, ни стоять, ни сидеть. Жить не хотелось. Беннет быстро привязывалась к людям — это была ее ошибка. Вот так все просто. Пару минут назад они сидели и мило беседовали, а сейчас она знала, что больше не увидит его, такова сделка. Ее прервал звонок в дверь. На минуту дыра в груди затянулась, появилась животрепещущая надежда. Но когда она открыла дверь, Бонни не ожидала увидеть его. Он обладал огромной силой, более большой, чем Деймон. Ее внутренности сжались и превратились в кашу. Деймон предупреждал ее о возможном раскладе, и она была защищена, пока он был рядом, но не сегодня. — Прошу последовать за мной, Бонни, — он улыбнулся, а ей стало не по себе. — А если не пойду? — она узнала Клауса. — В таком случае... Все будет плачевно. Она знала, что он не сделает ей ничего дурного, пока она не пригласит его войти. Но Бонни пошла навстречу Клаусу, неизвестности и опасности. Он открыл ей дверку машины и усадил внутрь. Когда они отъехали от ее дома, она спросила: — Куда мы едем? — Туда, где все и началось. — Зачем тебе я? — он странно улыбнулся. — Ты разве не знала? Твоя бабушка возвращается сегодня. Сердце Бонни сделало сальто. Ее бабушка не в безопасности. Она не смогла ее защитить. Тут до Беннет дошло. Она — это приманка для ее бабушки. Глупая, глупая, глупая ведьма. Она добровольно пошла на смерть своей Грэмс.

***

— Отпусти ее, Клаус, — ее бабушка требовательно говорила. Настоящая Беннет. — Это лишь наши дела. Моя внучка здесь не при чем. — Я ее и не держу. Разве это не поэтично? — Беннет посмотрели на него с недоумением, — Я убью тебя там, где ты убила моего друга. С этими словами он подлетел к Грэмс и сломал ей шею. Женщина рухнула на землю, ее глаза были уставлены на Бонни. Казалось, ее стеклянный взор Бонни запомнит на всю жизнь. — Отпусти ее, Клаус, — Бонни услышала знакомый голос за спинной. — Это уже не так забавно, — Клаус повернулся с кислым выражением лица. Деймон крепко держал за руку Кэролайн. Клаус напрягся. Это было видно по его спине. — Ты правда хочешь ее назад? — Бонни стояла, прикованная к месту, не пошевелиться. — Она лгала тебе, Деймон. На самом деле это не ее мать убила Стефана, а ее бабушка, с которой я только что покончил, — новый укол боли пронзился по телу Бонни. У Деймона был неразборчивый взгляд. Беннет не могла определить его эмоций. Было ли ему не по себе из-за ее лжи. — Я прощаю тебя, Бонни, если и ты простишь меня, — девушка не поняла к чему его слова. С этими словами он свернул шею Кэролайн, с невероятной скоростью подбежал к Бонни, крепко обнял ее, и они исчезли. «Он убил ее. Он убил ее», — только и вертелось в ее голове, и она не знала кому это посвящается: Деймону или Клаусу. Меньше чем за полчаса она лишилась лучшей подруги и бабушки. Было больно, очень больно. Они ехали в полном, гробовом молчании. Деймон сосредоточенно смотрел на дорогу и рулил в сторону ее дома. — Зачем ты убил Кэролайн? — спросила она дрожащим голосом, готовая расплакаться. — Это был отвлекающий маневр. Без этого мы так легко бы не ушли. Всего лишь отвлекающий маневр. Ее лучшая подруга всего лишь отвлекающий маневр. Ты рождаешься, живешь, строишь планы на будущее и умираешь в самом расцвете сил, потому что тебе было предначертано стать... отвлекающим маневром. Они зашли в дом, и она заплакала. Наконец она позволила себе это. Здесь все было от ее бабушки. Это дом ее бабушки. Здесь же она проводила славные деньки с Кэролайн и Кэтрин, делясь секретами. Она так была поглощена своим горем, что забыла о Кэтрин. Она начала истерически смеяться. После всего произошедшего Бонни думает, что она плохая подруга. Хотя бы Кэтрин избежала этого. Деймон накрыл ее пледом и начал что-то бормотать про то, что он все уладит со смертью Грэмс. Сейчас он забыл о том, что хотел отомстить за брата. Он поставил Бонни выше себя. Это... удивительно. Деймон опять поступает по-человечески. Невероятно. И почему когда мир катится к чертям, он поддерживает остатки ее рассудка. — Их нет, — только и хватило ей сил сказать сквозь слезы. — Я живу больше ста лет и видел много раз, как дорогие мне люди умирают. — Он убил ее, ты убил ее... — твердила она.