О правильных улыбках

2. Едва слышно шелестел ветерок, путаясь в кронах деревьев и пуская рябь по водной глади. Берег небольшой речушки сразу захватил воображение Эммы, она ни на секунду не пожалела о том, что согласилась поехать в лагерь вместе с Верой и Соней. Вера сразу же умчалась на съемки сюжета для команды «Джокеров», а Соня предложила прогуляться к берегу реки. Сейчас Эм увлеченно рисовала девочку, которая лежала в зеленом покрывале травы, перебирая струны, непонятно откуда взявшейся, гитары. – Не дергайся, – сурово произнесла Эмма, когда Соня отбросила со лба прядь волос. – Это всего лишь прядь, – робко ответила девочка. – В ней все очарование, – отрезала художница, заменив карандаш. Карандаши снова плавно заскользили по бумаге, повинуясь движениям Эм, прорисовывая четкие очертания воды, деревьев и невероятно зеленой травы вокруг тонкой фигуры девичьего тела. Девушка не просто любила рисовать, она жила каждым своим рисунком. Есть такие люди, которые, как и Костя не могут прожить и дня без строчки, а есть такие люди, которые не выпускают из рук карандаши с кисточками, рисуя на всем, что попадется под руку и все, что попадется на глаза. Вот и сейчас, каждый штрих доставлял Эмме неописуемое удовольствие, поэтому она просто забыла, что та, кого она рисует, вообще-то тоже человек. – Эм, – раздался жалостливый голос после прошедших пяти часов. – Мгмгм? – нечленораздельно протянула девушка, не отрываясь от листа. – Я устала, – Соня приподнялась на локтях, убирая гитару. Брюнетка прикусила губу, сделав пару завершающих штрихов. – А я закончила, – она протянула лист бумаги Соне, которая, бросив на лист мимолетный взгляд, повисла у девушки на шее, радостно восклицая. – Эм, ты – гений! – Чаще говори о моей гениальности, и я буду любить тебя еще больше, – художница звонко засмеялась, обнимая девочку. – Теперь мы можем идти пить кофе, – оповестила Эмму Софья, заправив за ухо злополучную прядь. – Ну, пойдем, – Эмма поднялась, взяв любимый рюкзак, содержимое которого не менялось никогда, в нем было лишь то, что могло поспособствовать созданию очередной картины. Впервые за несколько дней настроение Эм было великолепным, хотелось просто радоваться жизни, наслаждаться потрясающим ирландским кофе и слушать рассуждения Сони о жизни за сэндвичем. Девушке нравилось проводить время с Соней, которая, несмотря на свой юный возраст, порой говорила о таких вещах, которые Эм тысячу раз передумывала и перечувствовала, но никогда не облекала в слова. Часы показывали только четыре часа дня, а Вера обещала отсняться лишь к восьми часам, поэтому Эмма и Софья неспешно пили кофе, забравшись в уютные плетеные кресла. – Тебе здесь нравится, – проницательно заметила Соня. – Давно не была на природе, – оправдалась девушка, прочертив контур татуировки на руке. – Почему? – Катастрофическая нехватка времени, к которой добавились занятия с Сэмом, – Эм тяжело опустила голову на сложенные на столе руки, но тут же улыбнулась. – Ты ведь специально себя грузишь, чтобы времени ни на что другое не оставалось. – Ты слишком проницательна, мне это не нравится. – Извини, – Соня виновато склонила голову, – пойдем на баскетбольную площадку? Эмма снисходительно улыбнулась: – Идем. Брюнетка заправила за ухо непослушную прядь волос, улыбаясь солнечно-репетированной улыбкой. Проницательная девочка оказалась абсолютно права. Эмма, действительно, старалась загружать свое время настолько, чтобы времени не оставалось ни на что другое, в том числе и на внутренние переживания. Как бы девушка не старалась убедить себя в том, что она обязана жить дальше и забыть о прошлом, она все еще чувствовала себя замужней девушкой. Ей было непривычно приходить домой и понимать, что не нужно готовить ужин, выбирать какой фильм посмотреть вечером с ним, или просто сидеть в его кабинете с кружкой теплого чая, забравшись в уютное кресло, наблюдая за тем, как он работает. Девушка тряхнула головой, из-за чего ее густые темные волосы рассыпались по спине. Солнцезащитные очки удачно скрывали холодный взгляд, который никак не сочетался с ослепительной улыбкой. На баскетбольной площадке было шумно и многолюдно, парни играли в баскетбол. Эмма недоверчиво прикусила губу и опустила очки. – Картина Репина «Не ждали», – полушепотом произнесла она. – Что? – обернулась Соня, улыбнувшись. – Может, показалось? – в воздух бросила брюнетка, снимая очки. – Знаешь кого-то? – Софья удивленно хлопнула ресницами. – Не уверена, – наконец повернулась к ней Эм. Художница сделала несколько шагов вперед и опустилась на лавочку, кусая губы. В голове ее крутилась, сотню раз повторенная, фраза «Повернись!». Парень повернулся и тоже замер, получив мячом по голове. – Маркус, какого черта? – громко крикнул Артем Шалимов – телеведущий известного канала. – Эмма? – удивленно вскинул брови парень. – Маркус Рива, – девушка утвердительно кивнула, улыбнувшись. Взгляды присутствующих скрестились на Эм с Маркусом. – Вы знакомы? – удивленно спросил парень азиат, Эм для себя не определила из какой он Азии. – Знаком ли я с Эммой Горчаковой? – улыбнулся парень с ярко-выраженным акцентом. – Ох, если бы не те восклицания «Это же Маркус Рива!», – девушка засмеялась, обнимая парня, – я теперь Герцег, – добавила она. – Малышка Эм вышла замуж? – удивленно вскинул брови Маркус. – И овдовела, – тихо добавила девушка. – Как же это по-русски? – парень провел пальцем по верхней губе, задумавшись. – Маркус, у тебя отвратительный акцент, – засмеялась девушка, пихнув его в бок. Теперь уже абсолютно все внимание присутствующих было приковано к парню с девушкой, которые перекидывались шутками, невозмутимо застыв на середине поля. – Мне одному интересно, что происходит? – вскинул бровь Шалимов. Маркус принялся что-то сбивчиво объяснять, а Эм с улыбкой вспомнила свою поездку в Латвию во время летних каникул после окончания десятого класса. Тогда они с подругой пошли на какой-то концерт, где выступал Маркус, к слову, тогда афишами с его фотографиями был увешан весь город. Поэтому неудивительно, что увидев парня, единственное, что смогла сказать Эм, так это «Это же Маркус Рива!». Парень тогда улыбнулся и, ужасающе искривляя слова, произнес нечто отдаленно напоминающее «А ты смешная», с этого момента и началась их непонятная дружба, которая, к сожалению обоих, продлилась всего полтора месяца. – То есть, вы больше не виделись? – азиат удивленно переводил взгляд с Маркуса на Эмму. – Мы больше не виделись, – синхронно произнесли они и засмеялись. – Эмма, – девушка протянула руку парню. – Толя, – он осторожно сжал руку Эм, как и требовал того этикет. – Не хочу показаться банальным, но мне кажется, что я где-то тебя видел, – Шалимов прикусил губу. – Неудивительно, учитывая, что Эмма признана одной из лучших художниц… – гордо начала Соня. – Одной из? – Маркус нахмурился. – Малышка, а как же первое правило про первый номер? Эмма улыбнулась, приподняв уголки губ: – Еще не вечер. – Обещаешь? – Обещаю. – Мы вам не мешаем? – Соня нахмурилась. – Нет, – Эм покачала головой, смеясь. Следующий час прошел таким же образом, все шутили и смеялись, один раз прервавшись на игру. Эм были представлены если не все участники шоу «Хочу к Меладзе», то большая их часть. Все парни относились к ней доброжелательно. Поскольку с Соней они были частично знакомы, то девочка не обходилась без внимания, то и дело, смеясь над очередной шуткой очередного парня, который считал своим долгом не дать ей заскучать. – Эм, скажи им, – засмеялась Соня, ударив кулаками по спине Шалимова, который закинул ее на свое плечо. – Тема, не обижай ребенка, – брюнетка засмеялась и собрала волосы, открыв татуировку на шее. Абсолютно случайно Эм увидела заинтересованный взгляд Толи, но списала его интерес на экзотическую татуировку, которая была сделана год назад в одном из тату-салонов Берлина. – Соня, ты обиделась? – Шалимов резко развернулся на месте, не отпуская девочку. – Да, – сквозь смех выдавила она. – Ты всегда нечестно играешь, – наигранно сурово произнес Артем, не отпуская девочку. Последовал очередной взрыв хохота. В кармане Эммы пиликнул телефон, оповещая о входящем звонке. На экране появилась довольная физиономия Сэма. Девушке пришлось подняться с лавочки и отойти от площадки, чтобы услышать голос ученика. – Повтори еще раз, – доброжелательно попросила девушка. – Заболел, говорю, – прохрипел в трубку Сэм, – завтра не приду, поэтому увидимся только после твоего возвращения из Бамберга. – Лечись тогда и выздоравливай, – грустно улыбнулась Эм, но Сэм уже отключился. Некстати вспомнилась предстоящая поездка в Германию на выставку, которая затянется на три дня. Эмма тяжело вздохнула. – Какие-то проблемы? – поинтересовался Толя, который пошел следом за девушкой. – Нет, с чего ты взял? – девушка улыбнулась. – Мне показалось, что ты выглядишь расстроенной. Эмма ослепительно улыбнулась, но на Толю это не подействовало, он смотрел все также обеспокоенно. – Не улыбайся так, пожалуйста, – парень нахмурился, – если тебе грустно, то не стоит это столь неумело скрывать. – Не вышло, да? – девушка разочарованно вздохнула, удивляясь про себя проницательности Цоя. – Нет, у тебя идеально получается, но я просто видел твою улыбку в тот момент, когда ты увидела Маркуса, – Толя закатал рукава толстовки, – у тебя глаза горят, когда ты улыбаешься. – А ты наблюдательный, – девушка усмехнулась, продолжая идти в сторону противоположную баскетбольной площадке. – Я надеюсь, что ты не станешь убирать свидетеля, – Цой засунул руки в карманы и засмеялся. – Кстати, а это хорошая идея, – протянула Эмма, смеясь. – Я возражаю, – серьезно покачал головой Толя. Эмма встала на тонкий бордюр и сделала несколько осторожных шагов, пошатнувшись. – Давай руку, – Толя протянул ей руку, в которую она доверчиво вложила свою. – Ты любишь рисовать? – Не спрашивай, – девушка искренне улыбнулась, – обо всем, что касается искусства, я могу говорить вечно. – Мне, правда, интересно твое восприятие и мне интересна ты, – парень улыбнулся, – как человек. – Как по мне, то я ужасно скучный человек, который давно прочно увяз в своей работе. – Я так не считаю, – парень крепче сжал ее руку, когда Эм снова пошатнулась, – так что там с твоей работой? Девушка вовсе не врала и не кокетничала, когда утверждала, что может говорить о своей работе вечно, так и произошло. Они говорили с Толей обо всем на свете. Оказалось, что у них довольно много общих тем для разговора. Некстати в кармане Эммы пиликнул стандартный рингтон телефона. Это Вера, которая сообщила об окончании съемок. Стоит ли говорить, что прощаться с Цоем Эм вовсе не хотелось?