Песнь Льда

- Я не понимаю, как его до сих пор не убили!       Глиняная тарелка с грохотом ударилась о стену, рассыпавшись на куски. - Этот чужак только и делает, что постоянно выводит из себя окружающих! - зелёные глаза мага потемнели от злости и ненависти. - Ты же сам видел, как на прошлой неделе этот кусок подстилки пытался заигрывать с нашим кузнецом! - Видел, - со вздохом согласился Диран. Ему порядком уже надоело всё это. - А так же видел, как он получил по заслугам. Разве разбитого носа тебе мало? - Я бы предпочел, чтобы он уже поскорее сдох! - Лоррин, - вождь поднялся из-за стола, заставляя мага замолчать. - Каждую неделю одно и то же самое. Неужели нельзя попытаться найти общий язык с Райером? - Он чужак. Мужеложец. Разве этого не достаточно? А если он научит Ашу непристойным вещам? А вдруг его манер нахватаются дети? Ты хочешь, чтобы наши земли населяли мужеложцы? - Неужели твоя неприязнь вызвана лишь тем фактом, что он был чьим-то наложником? - вскинул бровь Диран. - Или дело в том, что он из Даркаса? Если это последней вариант, то лучше тебе успокоиться, Лоррин. Далеко не все люди одинаковы. Тому пример наша Инара.       Маг замолчал. Сжав кулаки, и про себя выругавшись, он удалился. Не проходит и дня, чтобы он не натолкнулся на Райера и не испытал гнева. Этот чужак... Он принесёт еще много бед в их земли. Но никто не желает этого понимать. Все думают, будто бы дело только в том, что этот грязный кусок являлся чей-то подстилкой. Отчасти они были правы. Но еще он из Даркаса, страны, настолько погрязшей в разврате и грязи, что единственный способ очистить этих людей, это убить их всех. Лоррин поднялся по лестнице наверх, без стука вошел в приоткрытую дверь большой комнаты.       Аша как всегда сидела в своём кресле, закутавшись в тёплый плед. Но была не одна. На кушетке развалилась Инара, а на подушках восседали другие женщины и некоторые юноши, которые с восхищением внимали игре чужака на лютне.       Тонкие пальцы ловко касались струн, цепи позвякивали в такт движениям. Райер сидел ровно, опустив голову. На устах играла задумчивая улыбка, а музыка лилась, окутывая собой пространство вокруг.       Лоррин оскалился. Ему казалось, что вместо музыки комнату наполняют злые чары, нацеленные на соблазнение и осквернение северных людей. - Аша, - голос мага звучал холодно и ровно, впрочем, как всегда. От его голоса вздрогнули северяне, и Райер перестал играть, подняв голову, чтобы посмотреть на Лоррина своими насмешливыми глазами. - Что-то случилось? - как всегда беспечно поинтересовалась дочь вождя. - Я бы хотел тебя попросить не подпускать это чудовище к остальным, в частности к мужчинам. Возможно, что его болезнь может быть опасна. - Болезнь? - удивился кто-то из юношей, отодвигаясь в сторону. Райер вопросительно смотрел то на Инару, то на мага. Он ни слова не понимал из того, что говорил "Лисья морда". - Мужеложство, - с отвращением произнёс Лоррин. - Я надеюсь, что ты прислушаешься к моим словам, Аша. А вы, будущие охотники и воины, немедленно пошли помогать отцам. Расселись здесь, словно девы.       Пофыркивая и ворча, парни поспешили удалиться, дабы не гневать главного колдуна. Довольно хмыкнув, Лоррин решил вернуться в свой дом, чтобы немного отдохнуть.

***

      По дому как заводные носились слуги и женщины. Из кухни вкусно пахло горячим, а из погребов выносилась лучшая выпивка. Прекрасные вина из вишни и персика, пряная медовуха, спирт смешанный с ягодным соком и лучший напиток северян: настойка на красных ягодах, смешанная с высокоградусным спиртом, мёдом и кислыми яблоками.       Все готовились к празднику зимнего Солнцестояния. Женщины украшали себя, готовясь станцевать у костра. По обычаю северян считалось, что если в эту ночь дева станцует священный танец, то вскоре выйдет замуж. И дочь Дирана не была исключением. Аша очень сильно хотела понравиться одному мужчине. Увы, она не говорила, кто это, но Райер, привыкший наблюдать, давно заметил, как начинает заикаться и краснеть девушка, едва увидит лучшего воина всей деревни. Мускулистый, широкоплечий и бесстрашный Ален. Ему совсем недавно исполнилось двадцать семь зим, и он всё еще не женат. Но не одна Аша приметила его в качестве будущего жениха. Добрая половина не замужних дев тоже восхищается и мечтает заполучить Алена. - Все в чем-то ищут выгоду, - задумчиво протянул Райер, заканчивая подводить глаза черной краской. Довольно осмотрев своё отражение в зеркале, парень ухмыльнулся своим мыслям. Хоть в ночь зимнего Солнцестояния у костра должны танцевать только женщины, ничто ему не мешает принять участие в их ритуале. Райер давно заметил, что практически вся власть у Лоррина. К нему прислушиваются все, даже вождь, его уважают и с ним считаются.       А найти сильного покровителя дело принципа. Конечно, Райер и дальше может до конца своих дней прислуживать Аше и быть всего лишь диковинкой, но найдя покровителя, он станет свободней и вскоре сможет вернуть себе хотя бы часть того былого величия, которое утратил. И для этого нужно позабыть на время о ненависти к Лоррину, попытаться соблазнить его и снова довольствоваться роскошью красивой жизни. - Это будет легко, - уверенно заявил брюнет своему отражению, коснувшись царапины на левой щеке. Рана, которая еще неделю назад гноилась и жгла, зажила, и теперь от неё осталась лишь небольшая розовая полоска.       Поправив обсидианового ворона, Райер убрал со лба мешающую прядь тёмно-фиолетовых волос и позволил себе предаться мечтам.

***

- Говорю тебе, что это будет лучшее Зимнее Солнцестояние! - уверенно заявлял Диран, усаживаясь во главе стола недалеко от выделенной площадки для танцев.       Хоть сейчас и выл ветер, шел снег, и было довольно прохладно, это не могло помешать девушкам совершить свой обряд. - Охотно в это верю, - без особой радости проворчал Лоррин, плюхнувшись на стул рядом и сложив локти на стол. Поглядывая на поднимающийся практически до неба костёр, мужчина фыркнул. - Только пусть они не превращают из обычного танца разврат. В прошлом году едва девку от изнасилования спасли. - Опять ты всё настроение портишь, - нахмурился вождь, припав губами к горлу кувшина с настойкой на красных ягодах, спирте, мёде и кислых яблоках. Напиток весьма бодрил и мгновенно бросал в жар, ударяя в голову. - Лучше выпей со мной и насладись зрелищем. Может в этот раз повезёт, и какая-нибудь красавица завоюет твоё сердце. - Глупо надеяться на то, чего никогда не произойдёт, - зелёные глаза мага смотрели с вызовом и гневом. - Ты прекрасно знаешь, что мне никто не нужен, кроме Алары.       Наступило неловкое молчание. Известное дело, что Лоррин никогда не упоминал о покойной жене, а если и упоминал, то потом долго молчал, погруженный в свои мысли. Диран решил больше не отвлекать его от дум, и присосался к кувшину с настойкой.        Вскоре за большим накрытым столом собрались все мужчины: холостые и женатые, в компании своих жен и матерей. Пятеро юношей сели ближе к костру на стулья, устланные тёплыми шкурами, взялись за музыкальные инструменты и стали играть. Музыка лилась, и языки огня танцевали ей в такт. Потрескивали дрова. Музыка нарастала и становилась всё более зазывающей.       Все взгляды холостых мужчин устремились к огню, возле которого уже столпились семь девушек, достигших брачного возраста, но не имевших пока претендентов на руку. Девицы танцевали, смеясь, улыбаясь и двигаясь в такт музыке. Широкие юбки с разрезами по бокам взметались вверх, ненадолго обнажая стройные ножки. Украшения позвякивали в такт движений.       Все они были одеты в разные одежды: кто в платье из расписной ткани, кто в юбке и меховом топе, а кто и вовсе чуть ли не в полупрозрачных широких штанах, держащихся лишь на бёдрах и лифе.       Взгляды холостяков приковались к танцу девушек. Даже хмурый до этого Лоррин обратил внимание на танцующих и улыбнулся, когда Аша красиво извернулась, качнув бёдрами и улыбнувшись кому-то из холостяков в толпе.        Диран с гордостью смотрел на дочь. Она выглядела такой счастливой, словно уже стала чьей-то женою. Улыбка на её коралловых губах, блеск в серо-зелёных глазах. Украшения, подобранные в цвет волосам, а бархатная юбка с разрезами по обе стороны и чудный лиф, полностью скрывающий упругую девичью грудь окрашенные в тон глаз. Зелёный с серыми нитями, вышитыми в узор бегущей стаи волков.       Музыка не смолкала. Мужчины подбадривали танцующих. Диран гордо ухмылялся, когда кто-то из мужчин превозносил талант и красоту Аши. И всё бы было хорошо, если бы в круг танцующих у костра не вступила восьмая фигура. Музыканты продолжали играть, а восьмая фигура, отбросив в сторону плащ, стал танцевать. В свете костра поблескивало серебро. Обсидиановый ворон смотрел хищным аметистовым глазом. Стройное тело двигалось грациозно и в то же время очень соблазнительно. Оно изгибалось, словно змея, руки порой блуждали по полуобнаженному горячему телу.       Мужчины распахнули рты. Кто-то выругался, а кто-то подбадривал наглого танцора.       Диран был недоволен, но не решался прерывать веселье. Девицы не прекращали свой танец. Они танцевали изящно, легко и плавно, в отличие от страстного танцора, от которого так и веяло желанием. - Проклятье! - выругался Лоррин, заметив, как ухмыляется чужак. Буквально сорвавшись со своего места, опрокинув кресло, он подлетел к брюнету, схватил его за руку и сжал до боли. - Что ты творишь, проклятая паскуда?!       Музыка стихла. Девушки перестали танцевать. Карие глаза южанина смотрели с насмешкой, словно бы Райер уже в чем-то победил. Понимая, что лишние уши ему будут не к чему, Лоррин оттащил бывшего наложника в сторону и заговорил на всеобщем: - Что мать твою, ты делаешь?! - Решил немного размять косточки, - лукаво ответил брюнет, не скрывая своей улыбки. - А что? Тебе не понравился мой танец? - Разве тебя не предупредили, что в этот танец может войти лишь незамужняя девушка достигшая брачного возраста? - маг сильнее сжал его запястье. - Что-то не припомню такого, - пожал плечами наглец, приблизившись к "Лисьей морде". - Я тут одну вещь заметил. Не сочти за грубость, но ты вроде бы одинок. - И что? - Лоррину не нравился тот приторно-сладкий голос, коим говорил с ним чужак. Ему вообще не нравилось всё, что было хоть как-то связано с этим парнем. - Ну... - Райер осторожно положил свободную руку на грудь мужчине, томно улыбаясь, - разве ты не испытываешь одиночества? Быть может, ты такой злой от того, что никто не может удовлетворить тебя. Я бы мог попытаться потушить бушующий в тебе огонь...       Глаза чужака поблескивали не здоровым блеском, губы слегка приоткрыты, они становились ближе, а рука стала спускаться ниже. - Тебе всего лишь нужно выбрать меня, - продолжал шептать искуситель. - И ты больше никогда не будешь испытывать... - Заткнись, змея! - Лоррин грубо оттолкнул его от себя. Не зная, куда себя деть от гнева, он боялся, что не сможет держать себя в руках. - Если хочешь жить, то засунь свою педерастическую натуру себе в задницу и веди, как нормальный мужик! - Ты всегда такой грубый? - но Райер не боялся его гнева. Скорее ему было забавно наблюдать за такой реакцией. - Или только со мной? - Клянусь богами, если ты сейчас же не уберёшься с моих глаз, то я сам лично вырву твой язык! - Как скажешь, Лисья морда, - фыркнул брюнет. Улыбка пропала с его уст, а взгляд снова стал исполненным ненависти и злобы. Ворча под нос ругательства, бывший наложник удалился. Маг позволил себе вздохнуть с облегчением. "Ненавижу его".       Вернувшись к накрытому столу и плюхнувшись в своё кресло, мужчина устремил взгляд на танцующих девушек. Их брачный танец подходил к концу, и были заметны первые холостяки, которые готовы выбрать себе невест. И среди них на этот раз оказался сам Ален. Взгляд воина был прикован к девушкам, но сложно сказать, какую из них он выбрал. Зато было видно, кого своим зорким взглядом приметила Аша. - Если когда-нибудь моё место займёт Аша, то я не сомневаюсь, что в первый же год её правления танцевать придётся именно мужчинам, а женщины будут сидеть и выбирать, - рассмеялся Диран, похлопав мага по плечу. - Даже не сомневаюсь, - сухо ответил Лоррин, потянувшись к выпивке. - Что с тобой? Ты какой-то кислый. Неужели Райер подпортил тебе настроение? - Будто ты не видел, как он вёл себя. Этот чужак доставит нам немало хлопот. Давай лучше продадим его кому-нибудь? Или бросим в лесу? Он же мужеложец. Почему бы с ним не поступить так, как мы обычно поступаем в таких случаях? - Боюсь, что моей дочери это не понравится, - вздохнул вождь. - Если ей слишком много позволять, то скоро Лоррин сам начнёт принимать решения, - холодно молвила подошедшая Инара. Женщина не выглядела весёлой. - Если Аша выйдет замуж, то я не думаю, что муж позволит ей и дальше держать подстилку в доме. - Сейчас не время для таких суждений, - посерьёзнел вождь, едва музыка стихла.       Девушки перестали танцевать. Зрители аплодировали и свистели.       Аша стояла впереди всех и бросала нежный взор на Алена.       Холостяки двинулись в сторону своих избранниц, чтобы предложить им заключить союз. По обычаю понравившейся девице юноша или же мужчина обязан подарить веточку сирени. Для северян сирень играет особую роль. Этот цветок считается символом любви, непорочности, волнении и надежды.       Дочь конунга старалась сохранять спокойствие. Она вся дрожала от волнения и с нетерпением ждала, когда возлюбленный вручит ей веточку сирени.       Ален сдвинулся с места, приблизился к Аше, улыбнулся. Сердце девушки замерло. Глаза наполнились надеждой и радостью. В мыслях она уже представляла, как они сыграют пышную свадьбу, будут счастливы, а потом нарожают детей. Одного или двух. Но обязательно она родит любимому сына. Ален не спешил отдавать цветок сирени ей, а прошел к другой. - А... Ален? - непонимающе посмотрела ему вслед Аша.       Мужчина улыбнулся другой девушке, протянул ей цветок, и та приняла его.       Всего мгновение и Аша испытала сильную боль в сердце. Глаза наполнились жгучими слезами, перехватило дыхание, и в горле застрял противный ком. Наблюдая, как Ален уводит под руку избранную девушку, дочь вождя осталась стоять на месте. Она не могла пошевелиться. Казалось, словно тело налито свинцом. А меж тем кто-то звал её по имени, приобнял за плечи и пытался вручить цветок сирени.       Наконец, всё же сумев пошевелиться, девушка обернулась к говорившему. Посмотрела на него пустыми глазами и медленно побрела прочь. - Аша? - где-то, словно бы издалека, слышался голос отца. - Аша!       По щекам текли слёзы. Из груди вырывались не сдерживаемые рыдания. Позволив эмоциям захлестнуть себя, Аша побежала прочь со всех ног. - Аша! - Диран резко поднялся из-за стола и уже собирался отправиться за дочерью, но его остановил Лоррин. - Ей лучше сейчас побыть одной, - холодно заметил маг.       Вождь был вынужден согласиться с ним.       После праздника зимнего Солнцестояния прошло четыре дня. Образовавшиеся в ту ночь пары потихоньку готовились к заключению брачного союза перед лицами богов. Но северян сейчас интересовало куда больше здоровье дочери вождя. Аша заперлась в своих комнатах, никого не желала видеть, не разговаривала и не ела. Её состояние очень тревожило отца, но девушка не желала открывать дверь даже Лоррину. Замкнувшаяся в себе, она могла только целыми днями лежать на спине, глядя в потолок и плакать. Слёзы текли не переставая. И даже сон не приносил спокойствия.       Всё, о чем она мечтала, рухнуло в одну ночь.       С трудом поднявшись с кровати, Аша подошла к окну, распахнула ставни, впуская дневной свет в комнату. В лицо ударил прохладный ветер.       Церемония бракосочетания состоится в день празднования бога Сиру. Считается, что если заключить в этот день брак, то под покровительством бога снега и холода родится сильный наследник. Обычно, такие празднования сопровождались роскошными пирами, которые не прекращались на протяжении месяца, песнями и плясками, а так же главным развлечением для всех женщин - представительницам слабого пола разрешалось принимать участие в охоте. Женщины самостоятельно выбирались в лес, чтобы поймать оленя, зайца или птицу. И Аша всегда с нетерпением ждала этого праздника, чтобы потом месяц выбираться в лес и проводить больше времени с Аленом.       Но теперь же ей ничего этого не хотелось. Девушка мгновенно возненавидела всё, что хоть как-то связано с любимым мужчиной.