Другое пророчество.

Первым проснулся Рон, чего раньше никогда не случалось: Рон любил поспать. Растолкав Гарри, он быстро умылся и оделся. Пока Гарри занимался своим утренним туалетом, Рон разбудил всех остальных. Слегка перекусив, ребята разошлись по комнатам, чтобы приготовиться к путешествию: надеть теплые куртки, шапки и перчатки. Через несколько минут все собрались во дворе. – По мё-ё-ё-тла-а-ам, – крикнул Гарри. Мелюзина стремительно взлетела, следом за ней Гарри и Рон, затем девочки, и последними взмыли в воздух близнецы. Ребята сразу же нырнули в пелену облаков, настолько густых, что не было видно рядом летящего человека. Гермиона немного запаниковала, она никого не видела. Ей казалось, что она совершенно одна в этом бело-густом воздухе. Гарри тоже беспокоился за неё, оглянувшись, он ничего не увидел – сплошная белая пелена, тогда он громко свистнул. Гермиона услышала свист и очень обрадовалась, она свистнула в ответ. Компания неслась на большой скорости, и в облаках была опасность натолкнуться друг на друга, поэтому все начали пересвистываться. Через несколько минут ребята набрали высоту и вынырнули из облаков. На мгновенье их ослепило яркое солнце. Небо было необыкновенно голубым, они мчались в прозрачном воздухе, только ветер свистел в ушах. Гермиона поправила шапку, чтобы прикрыть уши. Гарри повернул голову и крикнул: – Как ты, Герми, не замёрзла? – Всё нормально, – ответила та, улыбаясь. Джинни подмигнула ей: – Ты молодчина. Гермиона понимала, почему ребята волнуются за неё – она редко летала на метле, у неё не было опыта. Мальчики отлично летали, потому что они играли в квиддич, а Джинни, хоть и не была еще членом команды, но с утра до вечера гоняла на метле, играя с братьями. Гермиона посмотрела вниз: они пролетали какие-то города, леса, озера и синие ленты рек, которые казались крохотными, игрушечными. – Как дела, девчонки? Скоро прилетим. – Рон указал рукой куда-то вдаль. Впереди показались горы. В лощине , казалось ничего не было видно, но когда Мелюзина начала снижаться, и вся компания последовала за ней, то разглядели замок, который практически врос в скалу. Прошла секунда, другая, и Мелюзина коснулась земли, Гарри и Рон тоже приземлились очень плавно, но Мелюзину больше волновали девочки. Джинни взяла чуть левее, чтобы дать Гермионе возможность плавно приземлиться и, когда та коснулась земли, Гарри с облегчением перевёл дух. Близнецы, как всегда, устроили шоу: сначала зависли в воздухе, встали на метлу во весь рост и полетели по кругу, у Мелюзины было чувство, что они вот-вот соскользнут и упадут. Она облегченно вздохнула, когда они коснулись земли. – Артисты, представляю, что вы вытворяете на квиддиче, – всё ещё волнуясь, сказала она. – Ты тоже прибеднялась, кузина, а сама летаешь как стрела. А что это написано на твоей метле? – Джордж подошел ближе и прочитал. – «Пегас». Широкая, покрытая гравием, дорожка вела к замку. Это было величественное, но уже ветхое стоение, из серого камня, с башенками и резными балкончиками. Гарри ещё не приходилось бывать в других замках, кроме Хогвартса, ему было очень интересно. Подойдя к внушительных размеров двери, Мелюзина постучала небольшим молоточком, висевшим на ней. Дверь открылась – на пороге стоял эльф-домовик, одетый в нарядную, бордового цвета, ливрею и черные, украшенные позолоченными пряжками, башмачки. – Хьюго, старина, привет! – Рад вас видеть, мистер Джордж и мистер Фред, а также мистер Рон, – учтиво произнес эльф, но, заметив, Джинни продолжил: – и, разумеется, безгранично рад видеть вас, мисс Джинни, вы очень вытянулись с прошлого, нет, с позапрошлого года. – Это наши друзья, познакомься: Гермиона Грэйнджер и … – Гарри Поттер! – воскликнул эльф, не давая Джинни договорить. – Какая честь для нас, прошу вас, сэр. – Хьюго поклонился. Мелюзина предложила ребятам отдать одежду и метлы эльфу, после чего пригласила всех в гостиную на втором этаже. Поднимаясь по лестнице, Гарри рассматривал портреты предков МакГрегоров, те, в свою очередь, бурно приветствовали его. – Смотрите, кузины, здесь Гарри Поттер. Какой симпатичный! – сказала молодая волшебница на портрете двум другим. – Мистер Поттер, рады Вас видеть, – приветствовал Гарри волшебник в пенсне. – Красавчик! – бросила очень пожилая ведьма, остальные портреты дружно захихикали. Гарри почувствовал, что покраснел, он старался мило улыбаться и только успевал раскланиваться, отвечая на приветствия. Наконец они вошли в гостиную, которая представляла собой большую светлую залу, высокие напольные подсвечники украшали огромный камин из белого мрамора. Мебель в гостиной была старинной: несколько удобных диванов с большими подушками, кресла внушительных размеров, рядом с которыми стояли небольшие резные деревянные столики, очевидно, для кофе или игры в карты. У камина лежали мохнатые шкуры каких-то редких зверей. У окна стояла мисс Мориган МакГрегор и приветливо улыбалась. – Как долетели? Без приключений, надеюсь? А, мисс Грэйнджер, Гермиона, очень рада вас видеть. Я столько хорошего слышала о вас. Девочки, может вы замерзли? Гарри, возьми, пожалуйста, большие подушки и положи их на шкуры у камина. Гарри взял подушки и положил одну под спину Джинни, а вторую – под спину Гермионе, те улеглись, удобно устроившись перед камином. – Погрейтесь немного, пока Хьюго колдует над завтраком. Гарри, чего же ты стоишь, усаживайся на диван, будь как дома. – Тётя, а где Полли и Феона? – спросила Мелюзина. – Они улетели по делам, будут завтра к вечеру. – Что-нибудь случилось? Что-то серьёзное? – Когда вызывают сестёр МакГрегор, милая, всегда случается что-то серьёзное. Но не волнуйся, они отлично справятся. – Завтрак готов. Прошу в столовую, – сказал Хьюго, неожиданно появившись в гостиной. Они прошли по коридору и повернули направо, мисс МакГрегор открыла дверь столовой. – Я отлично знаю, какой аппетит появляется после сорокаминутного пребывания в воздухе, я сама ещё не завтракала, ждала вас. Гарри, Гермиона, прошу вас, не стесняйтесь. Ребята не заставили себя ждать и налегли на еду. Гермиона, которая сидела рядом с Гарри, молча ухаживала за ним: наполнила его тарелку разной едой – ветчиной, печёночным рулетом, овощным салатом, – в довершении этого намазала два кусочка аппетитно поджаренных тоста, фруктовым джемом. Гарри было очень приятно видеть её заботу, он захотел ответить тем же. Но Гермиона довольно быстро, не дожидаясь чьей-то помощи, наполнила свою тарелку и с аппетитом принялась за еду. – Герми, может, ты хочешь хлеба? – почти робко спросил Гарри. – Спасибо, я не ем хлеба, – мило ответила она. «Понятно, боится поправиться, фигуру бережёт, только интересно, для кого она так старается?» – подумал Гарри и поразился собственным мыслям. – Тётя, мы тут совершенно случайно узнали, что ты училась в Слизерине, и просто не поверили своим ушам. Ты не прольешь свет на это? Мисс МакГрегор рассмеялась: – Здесь нет ничего необычного, шляпа меня направила на этот факультет. И надо сказать, что со мной училось несколько весьма известных личностей. Один из них – Волдеморт. При этих словах Гарри поперхнулся, а Гермиона, чтобы помочь ему, с силой начала хлопать его по спине. – Спасибо, Гермиона, достаточно, у меня всё прошло, – поспешил остановить её Гарри. – Ой, тётя, миленькая, расскажи про него, – умоляла Джинни. – Ну что вам сказать. Это был красивый, очень умный и высокомерный молодой человек. Его боялись и одновременно им восхищались. Первые два курса он практически ни с кем не общался, сутками просиживал в библиотеке. А вот уже на третьем курсе он стал более общительным. Надо сказать, что от него исходила такая мощь, даже подшучивать над ним никто не решался. Он всегда игнорировал наши балы, ни на одном он не был замечен, зато он очень усердно занимался колдовскими науками и, как вы знаете, весьма в этом преуспел. Девчонки в него влюблялись, но он не отвечал взаимностью. Однажды девочка из Рейвенкло написала ему, видимо, намекнула на свою симпатию, он посмеялся над ней, причем публично, это было ужасно. Вы знаете, что Волдеморт был сиротой, и родственников у него не было, то есть материально ему никто не помогал. Но с третьего курса он начал зарабатывать сам. Совы прилетали к нему по нескольку раз на дню. Как я потом узнала, он принимал заказы на зелья, которые, разумеется, варил сам – от лекарственных до любовных. Как еще он зарабатывал на жизнь, можно только догадываться, но окончанию школы он стал очень богатым человеком благодаря своему уму и находчивости. Мориган явно не хотелось продолжать дальше этот разговор, и она предложила ребятам прогуляться к их озеру и поплавать. – Давайте играть в прятки, – предложила Джинни. Она приказала ребятам закрыть глаза руками, чтобы они не подглядывали как обычно. Гермиона и Мелюзина нырнули в воду и спрятались в водорослях, наколдовав себе воздушные пузыри, а Джинни поплыла к пещере. Гарри досчитал до десяти и открыл глаза – никого не было. Он поплыл к зарослям бурых водорослей, нырнул в них и притаился. Вскоре он увидел Рона, который тоже прятался за водорослями, но гораздо дальше. Прошло ещё какое-то время, и появилась Гермиона, она медленно плыла и все время оглядывалась, не плывет ли кто сзади. Сама она была похожа на русалку с развивающимися в воде волосами. Глядя на неё, Гарри почувствовал, как по сердцу разлилась такая нежность, которая просто распирала его. Гермиона подплыла совсем близко, Гарри схватил её за ногу и одним рывком затащил в заросли. Он привлек её к себе и нежно поцеловал в губы. Гермиона отстранила его, её широко раскрытые глаза выражали удивление, она оттолкнула его и быстро поплыла прочь. «Она разозлилась или смутилась?» – подумал не без досады, Гарри, Раздвинув водоросли, он увидел, как Рон поймал Гермиону, Фред за руку тащил Мелюзину, а Джорджу удалось вытащить Джинни из русалочьей пещеры. Они, хохоча, поднялись на поверхность. Гарри немного подождал и вынырнул, когда уже вся компания разлеглась под солнцем на махровых полотенцах. Он лёг рядом с Роном, стараясь не смотреть на Гермиону, которая лежала на боку к нему спиной. «Слава богу, она не смотрит на меня, я даже не знаю, как теперь вести себя. Сделать вид, что ничего не произошло? А хорошо ли это? Она может подумать, что на меня нашла блажь», – думал Гарри, лежа на животе и украдкой наблюдая за ней. «Что на него нашло? Может, это фантастический, нереальный свет, там, под водой, так повлиял на него, может, он вспомнил кого-нибудь? Чжоу?» – Гермиона не могла не признаться самой себе, что была счастлива. Гарри наконец-то поцеловал её, сердце так стучало, что, казалось, его биение слышат все, и Гарри в том числе. «Ну же, возьми себя в руки. Он не должен ничего заметить», – приказала себе Гермиона, но невольная улыбка не сходила с её губ. Гарри слышал размеренное посапывание Рона, которое вконец убаюкало его. Уставшие от долгого пребывания под водой и разморенные солнцем все заснули. Все, кроме Мелюзины. Ей не давала покоя мысль, что Блэк не воспринимает ее всерьез, а только подтрунивает над ней, как над маленькой девочкой. А ей уже 23 года! * * * – Хьюго, где ребята? Уже время обеда, – глядя на часы, спросила Мориган. – Я был только что в саду, все сладко спят, – улыбаясь, ответил эльф. – Хорошо, пусть поспят, – ответила Мориган, но от эльфа не укрылось её беспокойство. – От ваших сестёр нет вестей? – Пока нет, и Блэк молчит, я волнуюсь. – Не успела Мориган произнести последнее слово, как почувствовала, что зеркальце в её кармане тихо завибрировало. Быстро достав зеркальце, похожее на карманные часы, Мориган открыла крышечку и увидела Сириуса. – Почему так долго молчал? Как там сёстры? Всё в порядке? – Полли и Феона в порядке, ранено несколько моих людей, а вот среди монахов есть жертвы, – ответил Сириус. – Сколько? – Трое. Да, тибетские монахи попросили твоих сестёр остаться до завтрашнего вечера, подлечить раненых. – А демоны? – жёстко спросила она. – Уничтожены, одного взяли живьём, сейчас переправим его в Министерство. Я буду у тебя через час, – закончил Блэк, и его лицо исчезло, Мориган захлопнула крышечку. – Хьюго, планы меняются, через полчаса буди ребят, у нас будет гость. – Ну что же это такое, даже здесь не дадут поспать, – бухтел Рон, когда Хьюго громким голосом разбудил ребят. – Я совершенно не виноват, мистер Рон. Мисс Мориган приказала мне срочно вас разбудить. Я полагаю, для того чтобы окончательно проснуться, вам не помешает окунуться в прохладную воду. Это вас взбодрит. – Неплохая мысль, эльф. – Близнецы бросились в воду, все остальные последовали их примеру. Переодевшись, компания вошла в знакомое им подземелье. Здесь царил полумрак, и прохладный воздух приятно освежал разгоряченную на солнце кожу. – Бла-же-нство-о-о, – пропели близнецы. Войдя в гостиную, они увидели Блэка, который сидел в кресле, вытянув ноги, и пил горячий, судя по пару, идущему от чашки, кофе. – О, Сириус, давно не виделись, – улыбаясь, сказал Гарри, – если быть точным, со вчерашнего дня. – Решил навестить Мориган и заодно повидать вас. Вы не рады? – Что за глупости, конечно рады, – ответила Гермиона. – А где Полли и Феона? – настороженно спросила Мелюзина. – Они будут завтра к вечеру, – спокойно ответил Блэк. – Значит, они не пойдут со мной на собеседование? – Мелюзина, поняв, что Блэк и Мориган что-то скрывают, нахмурилась. – Я думаю, вам пора кое-что узнать. На один из высокогорных тибетских монастырей было совершено нападение демоническими существами. Монахи обратились за помощью к аврорам, а «Совет девяти ведьм» всегда помогал нам в таких делах. Полли и Феона вылетели вслед за нами, – пояснил Сириус. – Какой ужас! Что им было нужно от беззащитных монахов? – с тревогой поинтересовалась Гермиона. – Монахи, Гермиона, вовсе не беззащитны, они прекрасно справились бы с любой опасностью, но не с демонами. Этим дьявольским созданиям понадобился кристалл «Око мира», который показывает всё, что скрыто колдовством. Как вы знаете, Хогвартс заколдован, и его невозможно увидеть ни в магическом зеркале, ни в каком другом кристалле, а вот «Око мира» – другое дело. Он может показать не только саму школу, но и каждого человека, находящегося в ней, не пугайтесь, это всего лишь пример. Кристалл может показать даже Министерство, поэтому он ни в коем случае не должен был попасть в руки этой нечисти. Атаку мы отбили, демоны уничтожены. А ваши тетушки остались, чтобы помочь раненым. – Мелюзина, а ты бы смогла справиться с демоном? – спросил Гарри. – Трудно сказать, возможно, испугалась бы, но не струсила. – Будучи ещё ребенком, вы отличались настойчивостью характера и весьма успешно могли настоять на своём, – неожиданно вставил Сириус. – Откуда вы знаете, мистер Блэк? – удивлённо спросила Мелюзина. – Ты так и не вспомнила Сириуса, а ведь вы познакомились шестнадцать лет назад. Ты, правда, не помнишь, как мы с сёстрами были приглашены на крестины и взяли тебя с собой – тебе тогда едва исполнилось семь лет. Ты так привязалась к этому крошке, играла с ним, пела ему песенки и всё время носила его на руках. Только матери отдавала ребёнка, и то, чтобы она его покормила. – Я помню, конечно, чудного малыша и светловолосую женщину, его маму, а больше никого не помню. – Так это был Гарри, а крестным был Сириус. – Невероятно, но мне всё это время казалось, что я давно знаю Мелюзину. Конечно, я не мог это запомнить, потому что был грудным ребёнком, – сказал Гарри, улыбаясь. – Так бывает, – согласилась с ним Мориган. – Значит, вы были знакомы с моими родителями? – Да, Гарри, Сириус познакомил меня с ними, – ответила Мориган. – А как вы познакомились, миссис МакГрегор? – спросила Гермиона. – Мы были подругами с матерью Блека. Надо сказать, что у нас были разные взгляды на многие вещи, но в одном мы были очень похожи, мы были властными женщинами. Ни у меня, ни у моих сестёр, кроме младшей Джессики, не было детей, как вы знаете. Джесс, время от времени, ненадолго привозила к нам Мелюзину, мы очень скучали по ней, может быть, поэтому мы так привязались к сыну моей подруги. Вальбурга Блэк совершенно не признавала полукровок, а о магллах и оборотнях я вообще не говорю. Она запрещала Сириусу дружить с Ремом Люпиным, поэтому он привел его ко мне. Потом я познакомилась с Джеймсом. Это была самая известная шайка в те времена. Они сотрясали Хогвартс своими бесконечными розыгрышами и приколами, не всегда невинными, надо сказать. Сириус разбил не одно девичье сердечко, сколько раз его опаивали любовным зельем и не сосчитать. Джеймс частенько изнывал от скуки, а Сириус и Рем, стараясь развеселить друга, придумывали жестокие шутки, которые часто приводили их на ковёр к директору школы. Но они потрясли меня до глубины души, когда сами, тайно, освоили одно из труднейших волшебных искусств – превращение в животных. Я гордилась ими, когда узнала, что они анимаги, но ещё больше изумилась, когда поняла, что научились ребята этому волшебству ради Рема. В полнолуние он превращался в волка, и чтобы ему в одиночестве не бродить по лесам, Сириус превращался в огромного пса, а Джеймс – в могучего оленя. Такой жертвенной и верной дружбы я не встречала. Мелюзина посмотрела украдкой на Сириуса, лицо его сияло – он вспомнил свою юность и своих друзей. – Потом Джеймс привел сюда и Лили, она была милой, удивительно чуткой девушкой. Джеймс не один раз дрался из-за неё. По словам Лили, он взрывался как порох, когда кто-нибудь пристально смотрел на неё или, не дай бог, касался её руки. Именно она изменила их в лучшую сторону. Так, Сириус? – Да, из самодовольных идиотов мы превратились в довольно сносных парней, – ответил, улыбаясь, Сириус. – Я поражаюсь, как тесен мир, – сказала задумчиво Джинни. – И это отлично. Мелюзина, наконец, нашла своего пухленького младенчика, который стал знаменитостью, а он, в свою очередь, обрёл свою нежную и преданную няньку, – подмигнув, сказал Фред. Мелюзина посмотрела на Блека и подумала о том, что тетки её так безгранично ему доверяют, а она злилась на него, не известно почему. Девушка подошла к Сириусу и протянула ему руку. – Оставайтесь на ужин, мистер Блэк. Сириус слегка сжал её руку. – Значит, мир? – Мир, – ответила Мелюзина, смущённо улыбнувшись.