Другое пророчество.

Широким шагом направляясь к кабинету Дамблдора, Блэк думал о словах, сказанных волшебником на портрете. «Значит, Снейпа не было какое-то время в замке. Это не похоже на него. Как правило, он редко куда-либо отлучался, тем более ночью». Как только они вошли в кабинет, Дамблдор воскликнул: – Наконец-то. Пока вас не было, джентльмены, в Хогвартсе кое-что произошло. Присаживайтесь, разговор будет долгим. С мисс Гермионой Грэйнджер случилось несчастье. При этих словах Снейп и Блэк вскочили со своих мест. – Как? – Что? – Успокойтесь, жизни мисс Грэйнджер ничего не угрожает. Мадам Помфри приняла необходимые меры. Я тоже навестил её в больничном крыле, и вот что она мне рассказала. Гарри пригласил её отправиться к Фаргелу в компании ребят. Мисс Грэйнджер отказалась, поскольку обещала помочь первокурсникам с заклинанием левитации. Кроме этого, ей нужно было проверить, как идут дела с эскизами маскарадных костюмов. Они занимались в гостиной около двух часов. Ребята устали и проголодались. Мисс Грэйнджер решила спуститься на кухню и взять там какой-нибудь еды. Как только она вышла из гостиной, Полная дама на портрете поинтересовалась, скоро ли вернётся Гарри Поттер, так как для него оставила подарок какая-то поклонница, по виду второкурсница. Гермиона высказала предположение, что Гарри вернётся скорее всего поздно и предложила передать подарок. Полная дама немного подумала и вручила ей некий предмет, полностью уверенная в том, что девушка отдаст этот подарок Поттеру. Мисс Грэйнджер так бы и поступила, если бы не её любопытство. Она сходила на кухню, где эльфы с радостью снабдили её едой, узнав, что малыши голодны. Девушка вернулась с полным подносом всяких яств и принялась рассматривать подарок. Это был небольшой бархатный мешочек в форме кисета. Мисс Грэйнджер развязала его и увидела сверкающие синие кристаллики, похожие на крупную соль. Она высыпала несколько кристаллов себе на ладонь, и те тут же впитались в её ладошку, и девушка почувствовала сильное жжение во всём теле, затем жжение сменилось рвотными позывами. «Казалось, что все внутренности рвутся наружу», – так описала это состояние мисс Грэйнджер. Вскоре всё прошло, но на её теле выступили тёмно-синие язвы, к счастью, они не причиняют ей боль. – Что всё это значит? – спросил Блэк. – Заклятие предназначалось не ей, а Гарри, поэтому она легко отделалась, а язвы – это побочное действие. Что думаете, друзья? – Все признаки: жжение, позывы к рвоте и самое главное, ощущение, что кто-то вынимает внутренности, – прямо говорят нам о том, что кристаллы были заколдованы заклятием Анимус Сепаратос – отделение духа! – воскликнул Снейп. – Выходит, Гермиона спасла Гарри. Попади кристаллы в его руки, он бы умер, – проговорил потрясённый Сириус. – В общепринятом смысле, нет. Дух покинул бы тело Гарри, все жизненные функции едва заметно работали бы, но это ещё не смерть. – Но дух, отделившись от тела, может существовать в таком состоянии всего три дня, а потом всё – конец. Как бы мы могли найти его дух, парящий в замке? Для нас он не видим. – лоб аврора покрылся потом. – Верно, Сириус, мы с трудом смогли бы его найти, а вот наши привидения сразу заметили бы дух Гарри. – Но зачем инкогнито нужно отделять душу от тела Поттера? – спросил Снейп. – Вот это загадка, а то, что инкогнито – сотрудник Министерства, сомнений нет, – заключил Дамблдор. – Практически мы не в силах защитить Гарри, и ловушка для двойников у нас ещё не готова, без кристалла Догонга мы не можем ее сделать. Бедного парня загнали в угол, кроме того, что он должен проверять свою пищу, теперь ещё и все подарки, которые он будет получать совиной почтой от своих друзей. Но выхода нет. А где мисс МакГрегор? Вы не знаете, Немюел? – обратился директор к портрету колдуна, висевшему в его кабинете. – Я здесь, профессор, извините, я всё слышала. – Вы обещали навести справки о земляном камне,– поинтересовался Дамблдор. – Да, мне обещал достать его Аль Фарух, мой учитель, – солгала Мелюзина. – Будем ждать, не рассказывайте о подробностях этого происшествия Гарри. Ему и так хватает волнений, из-за того, что мисс Грэйнджер в больничном крыле. * * * Гарри о случившемся несчастье узнал от Джинни. Она ждала его в гостиной, и, когда он вошёл, девушка воскликнула: – Гарри, с Гермионой несчастье, она в больничном крыле. Юноша стремглав бросился в больничное крыло. Дверь была закрыта на ночь, но он открыл её отпирающим заклинанием, вошел в темноту и в конце длинной комнаты увидел слабо горевшую лампу. Гарри подошёл к кровати, плотно закрытой занавесками. – Гермиона, это я, – волнуясь позвал он. – Гарри, умоляю, не отдёргивай занавеску, на меня страшно смотреть, – проговорила она дрогнувшим голосом. – Это всё глупости, главное, что ты жива. Я не знал, что думать, – обрадовавшись, ответил Гарри. – Нет, тебе будет неприятно, я не хочу, чтобы ты меня видел, – ответила она. – Глупенькая! Когда ты выпила оборотное зелье, ты тоже не хотела, чтобы мы с Роном смотрели на тебя, а ты превратилась в очаровательную кошечку. – Это другое, – упрямо продолжала она. – Неужели ты не понимаешь, что это всё неважно? Это всё пройдёт, – настаивал Гарри. – Ну, если ты так хочешь… Гарри отдёрнул занавеску и онемел. Всё лицо девушки, шея, руки были покрыты язвами сине-зелёного цвета. Глаза её были красными, то ли от слёз, то ли от заклятия. – Я же говорила тебе, не надо смотреть. – Губы её затряслись, и по щекам потекли слёзы. Гермиона болезненно поморщилась. Гарри догадался, что солёные слёзы попадают на язвы и приносят девушке боль. Он быстро промокнул носовым платком её глаза. – Не надо плакать, Герми, тебе будет больно. – Он нежно поцеловал её в голову, это было единственное место, где не высыпали ужасные бляшки. Дверь скрипнула, и в палату с шумом вошли близнецы Уизли, Рон, Невилл и Джинни. Последняя несла стопку книг. – Вот, Герми, я принесла твои учебники. Зная о том, что ты пропустишь несколько дней и будешь переживать по этому поводу, я захватила книги с собой. – Ты можешь быстро всё наверстать, применив заклинание Алигуэмус – чтение ладонью, – успокоил её Рон. – Вряд ли. – Гермиона показала свои ладошки, они были в язвах. – При таких ранах нельзя пользоваться этим заклинанием, но я рада, что вы подумали обо мне. – Гермиона, ты что, вся усыпана этими гнойными язвами? – сочувственно спросил Джордж. – Сплошь, – вздохнув, ответила девушка. – И ты под одеялом совсем без одежды? – вкрадчиво поинтересовался Фред. – Да, мадам Помфри всё сняла. Одежда трёт всё тело. – Гм…гм, выходит, Герми, ты под одеялом…голая! – выпалил Рон. – Вот это да! Всего одно движение рукой. – Джордж взялся за уголок одеяла. – И все увидят голую Грэйнджер! Гермиона завизжала. – Дурочка, ты чего кричишь, я же пошутил, – заливаясь от смеха, проговорил Джордж. – Это что за крики? Доброй ночи, джентльмены и леди, но не кажется вам, друзья, что немного поздновато для визитов в больничное крыло? – строго сказала мадам Помфри, видимо только что проснувшись от визга Гермионы. – Пожалуйста, мадам Помфри, еще несколько минуточек. Ей так одиноко, бедняжке, – взмолилась Джинни. – Ну хорошо, ещё пятнадцать минут, и все в свои спальни, по кроватям, – проговорила она, собираясь уйти, но тут Гарри стал умолять её разрешить ему остаться на ночь и дежурить у кровати Гермионы. – Вообще-то, посторонним, я имею в виду здоровым людям, запрещено ночевать в палатах, но учитывая исключительность случая, я, пожалуй, разрешу. Вы можете расположиться напротив кровати больной, только долго не болтайте, ей нужен сон. Понятно? – Ура! Мадам Помфри, ура! – закричали ребята. Та шикнула на них, призывая к порядку. – Вот и славно, вы будете лежать рядышком, – проговорил довольный Фред. – Только без глупостей, Поттер. Я надеюсь, вы будете вести себя, как истинный джентльмен. Вы понимаете, о чём я? – голосом МакГонагалл проговорил Джордж под аплодисменты присутствующих, а мадам Помфри даже вскрикнула от неожиданности. * * * Мелюзина медленно поднималась по лестнице в свою башню, голова разламывалась от событий сегодняшней ночи. «Дамблдор уверен, что инкогнито – сотрудник министерства, и уже утром он узнает о том, что его дьявольский план провалился. Сириус тоже не исключает наблюдение за замком снаружи. А спасительного кристалла у них пока нет. Я полечу к омуту только через два дня и только тогда увижу Марволо. Это очень долго, за эти дни могут произойти новые несчастья. Инкогнито способен принять облик любого из нас, а обнаружить двойника без кристалла Догонга очень сложно. Надо что-то делать и делать немедленно». Мысль пришла в голову неожиданно. Она бросилась вниз по лестнице, в больничное крыло, девушка точно знала, что Гарри уже там. Подойдя к двери, Мелюзина хотела открыть её заклинанием, но, подумав о том, что может напугать Гарри, тихонько постучала. – Гарри, это я, открой, пожалуйста. Она вошла в палату и прошептала ему на ухо: – Гарри, мне нужна твоя мантия-невидимка. – Прямо сейчас, ночью? – Гарри подозрительно на неё посмотрел. – Я не могу тебе всё объяснить, но это очень важно, поверь. – Это опасно, даже в мантии-невидимке, бродить ночью, неизвестно где. – Даю слово, что со мной ничего не случится. Пообещай мне, что об этом ты никому не скажешь, ни единой душе. – Клянусь, – ответил юноша. * * * Мелюзина набросила на себя мантию-невидимку и предусмотрительно приколола её булавками к одежде, чтобы в полете она не слетела с головы. Другая проблема возникла с метлой, она не могла стать невидимой. Поэтому вылетев из окна своей спальни, Мелюзина поднялась высоко над замком. На такой высоте разглядеть метлу в ночном небе было невозможно. Кроме того, она заколдовала метлу так, чтобы она остановилась в нужном месте, ночью она вряд ли смогла бы найти дерево Марволо. Девушка неслась с большой скоростью, сколько времени прошло, она не знала. Мелюзина всё время думала о том, что Марволо её не ждет ни сегодня, ни завтра. Да ещё в такое время. Как она до него достучится, она не имела ни малейшего представления. Метла резко остановилась, Мелюзину качнуло в сторону, но она удержалась. Она спикировала вниз, подлетев к верхушки дерева, начала медленно опускаться. Девушка боялась зацепиться за ветки. Лавируя сквозь них, она зависла рядом со стволом, из предосторожности. Она подала условный знак: трижды постучала по стволу, – но ничего не происходило. Она снова постучала и замерла, прислушиваясь. Неподалёку послышалось чьё-то шипение и размеренное шуршание листьев. «Это змеи», – подумала Мелюзина. Но с другой стороны до неё долетел ещё более зловещий звук, напоминающий тяжелое свистящее дыхание и клацанье. Этот звук она знала хорошо: паук вышел на охоту и клацал своими жвалами. Девушку передёрнуло. Она нетерпеливо постучала, подгоняемая всё более растущим страхом. И тут раздался щелчок. – Кто здесь? – Форестиннгль, это я Мелюзина, – выдохнула она. Появилась маленькая дверка, и девушка, соскочив с метлы, нырнула вовнутрь. То, что увидел Марволо, с трудом поддавалось описанию. Что-то невидимое влетело в его жилище, с грохотом прокатилось по земляным ступенькам, взвизгивая и ойкая, а потом замерло. Следом влетела метла, ударяясь о стены. Она перекувыркнулась и брякнулась к ногам Марволо. – Эльф, кого ты впустил? – недоуменно спросил Марволо, пытаясь разглядеть невидимое существо, которое изрядно охало. – Марволо, это я. Да помогите мне встать, – раздался голос Мелюзины. – Мисс МакГрегор? Вы что, невидимы? – Чёрт, ну конечно. Я прикрепила мантию булавками к одежде и теперь не могу найти эти булавки. Марволо протянул руку и коснулся чего-то тёплого и упругого, в ту же секунду его больно шлёпнули по руке. Марволо захохотал: – Я не хотел, честное слово, вы же невидимы, – продолжал хохотать Марволо. – Не вижу ничего смешного, – огрызнулась Мелюзина, сорвав с себя мантию. – Почему вы не впускали меня? Для чего мы придумали условный стук, если он не действует? Я натерпелась такого страха, зависнув на метле, там, в лесу. – Мелюзина с обидой прикусила губу. – А за что вы ударили меня по руке, я коснулся чего-то недозволенного? Это была ваша коленка? Мелюзина с вызовом посмотрела на него и промолчала. Марволо опять залился смехом, он так заразительно смеялся, что Мелюзина не удержалась и захохотала вместе с ним. Успокоившись, он серьёзно сказал: – Вы безрассудное существо, я предостерегал вас от ночных прогулок. И мантия Джеймса не спасла бы вас, если бы лесные монстры вас учуяли. – Откуда вам известно, что это мантия отца Гарри? – настороженно спросила девушка. – Вы ещё не поняли, мисс МакГрегор, мне многое известно. – Допустим, но я решилась прилететь к вам потому, что в школе случилось несчастье. – И она всё рассказала ему. – Весело там у вас, а на счёт камня не беспокойтесь. – Марволо вышел в маленькую комнатку и вернулся, держа в руке предмет, завёрнутый в лист папоротника. Девушка развернула лист и увидела весь в земле кристаллический серый камень величиной с куриное яйцо. – Какой вы молодец, теперь инкогнито не сможет принять облик кого-нибудь из нас, а если попытается, то камешек его остановит. Она вскочила, сзади обняла Марволо за шею, и не успел он опомниться, как она чмокнула его в щёку, закрытую маской. – Я знаю, знаю, что вы сейчас скажете. Но честное слово, я не могла сдержаться, – проговорила она, виновато опустив глаза. – Делайте, что хотите, я устал с вами бороться, – сказал Марволо, махнув рукой, но было видно, что он не сердится. – Как только прилечу, то сразу же камень отнесу директору. – Вот этого делать не следует. Вам зададут много вопросов, и я не уверен, что вы не сможете ответить на них, и начнёте сочинять на ходу. Это вызовет подозрение, потерпите до утра. И вот ещё что, у вас есть безопасная связь с вашими родственницами? – поинтересовался Марволо. – Конечно есть, а почему вы спрашиваете? – Потому что вам придется рассказать всю правду обо мне с самого начала и до сегодняшнего дня, – проговорил он. – Вы с ума сошли! Мои тётки сразу забьют тревогу, вызовут авроров, они схватят вас и посадят в Азкабан. – Скажите, леди, я похож на идиота? – вполне серьёзно спросил он. – Нет, не похожи, но то, что вы предлагаете сделать, это самоубийство. – Доверьтесь мне. Нам предстоит дальняя дорога и без поддержки ваших родственниц нам не обойтись. Вы будете отсутствовать два дня, а какую причину вы придумаете, чтобы покинуть школу? Вот видите, я провожу вас и по пути всё объясню. Они зависли в воздухе недалеко от хижины Хагрида. – Всё запомнили, что я сказал? Как только поговорите с родственниками, пошлите мне записку, но только утром, ночью вороны не летают и записку могут перехватить, а утром ваш ворон никому не бросится в глаза. На прощанье Марволо по-отечески похлопал её по плечу. – Будьте осторожны. * * * Мелюзина влетела в своё окно и сразу же бросилась к портрету ведьмы Гергеллы. Девушка, волнуясь и сбиваясь, поведала ей о том, как она познакомилась с Марволо, как он спас ей жизнь и стал её учителем. Гергелла исчезла с портрета, а Мелюзина с нетерпением стала ожидать известий. Она нервничала, одна мысль не давала ей покоя: «Вдруг тётки всё расскажут Блэку, и тот пошлёт авроров, чтобы схватить Марволо». Прошло полчаса, портрет был пуст, Мелюзина не находила себе места и нервно ходила по комнате. Нарисованный ангел перебрался на портрет, висевший в кабинете, и пытался подбодрить её, но Мелюзина шикнула на него, и он притих. Прошло ещё какое-то время, девушка не на шутку перепугалась. «Что можно обсуждать так долго? Марволо спас ей жизнь, он помогает ей, разве это не понятно? Значит, тётки донесли на него и не дают о себе знать специально, точно зная, что она ждет у портрета». Мелюзина схватила мантию-невидимку, готовая исчезнуть под ней, но в этот момент её окликнули: – Стой, Мелюзина. Беги к камину, Мориган хочет поговорить с тобой, – это была Гергелла, которая только что вернулась на свой портрет. Девушка услышала звук вспыхнувшего огня и бросилась к камину. В огне появилась голова её тетки. – Все в порядке, девочка. Ты можешь полностью доверять этому человеку. Мы давно знаем его, – проговорила Мориган. – Но как мне уйти из замка на два дня, тётя? – спросила Мелюзина, от волнения она не вникла в смысл слов, сказанных Мориган. – Мы что-нибудь придумаем. Я напишу тебе записку, ты покажешь её директору, и он, я думаю, тебя отпустит, – успокоила её Мориган. Как только голова тетки исчезла, Мелюзина принялась писать записку Марволо, но тут же вспомнила, как он предостерегал её не посылать ворона ночью. Тогда она позвала нарисованного ангела и попросила его разыскать эльфа по имени Добби. Вскоре раздался хлопок, и перед ней появился эльф. – Тебя зовут Добби? Ты друг Гарри Поттера? – на всякий случай спросила она. – Да, мисс, моё имя Добби и я друг Гарри Поттера, чем безмерно горжусь. Мелюзина улыбнулась и попросила эльфа отнести Гарри его мантию, предупредив, что юноша ночует в больничном крыле. Эльф поклонился и исчез. Теперь она могла расслабиться и успокоиться. «Всё хорошо, – думала Мелюзина. – Тётки не выдали Марволо и сказали, что знают этого человека… Что? Марволо знаком с моими тётками и ни разу не заикнулся об этом? Притворщик, он всё скрывал». Но тут же её мысли переключились на более важную вещь – земляной камень, который она должна была отдать утром профессору Дамблдору. Мелюзина подскочила на кровати и взглянула на часы, было пять часов утра. Она написала записку и с вороном отправила её Марволо, после этого девушка надела ночной халат, запихала в карман камень, взяла волшебную палочку, зажгла её и вошла в темную прохладу коридора. Кое-где горели каменные светильники, тускло освещая коридор. Мелюзина поднималась по лестнице к лифту, как неожиданно что-то пролетело перед глазами, она вскрикнула. – Вы чего поднялись такую рань? – Это был Почти Безголовый Ник или сэр Николас. – Как вы меня напугали, сэр Николас. У меня срочное дело к директору, я очень прошу вас разбудить его. Понимаю, что очень рано, но дело не терпит отлагательства. –Привидение прошло сквозь стену и через некоторое время вернулось. – Он не спит и ждет вас. Мелюзина вошла в кабинет, профессор Дамблдор был одет в повседневное платье, что было странно. В такой час уместнее было бы увидеть его в ночном халате. – Вы не ложились, профессор? Что-нибудь случилось? – с тревогой спросила Мелюзина. Дамблдор промолчал, а потом как-то нерешительно сказал: – Да так, кое-что. А вы почему поднялись так рано? – Вот, из-за этого предмета. – Мелюзина положила на письменный стол камень, завернутый в лист папоротника. Профессор развернул его и улыбнулся: – Хорошая новость. Передайте мою признательность вашему учителю, мистеру Аль Фаруху. – Волшебник взял серебряный колокольчик и позвонил, тут же сквозь стену прошел сэр Николас. – Друг мой, прошу вас срочно разбудить и привести ко мне близнецов Уизли, – попросил Дамблдор. Фред и Джордж ещё заспанные ввалились в кабинет директора. Дамблдор показал мальчикам камень: – Прошу вас написать письмо брату и я отправлю его вместе с камнем, это важное дело исполнит Фоукс. Джордж заверил Дамблдора в том, что уже к вечеру кристалл Догонга будет у них, а ночью они установят его над главным входом. * * * Придя на завтрак, девушка увидела, что Дамблдора нет за преподавательским столом. Она принялась за еду, изрядно проголодавшись: ночь была напряжённая. Совы принесли почту. Мелюзина получила несколько писем: от своих родителей, от Аль Фаруха и от тёти Мориган. Быстро прочитав первых два письма, Мелюзина со вниманием прочитала последнее. Мориган писала о том, что ночью, после разговора с ней, она получила тревожное сообщение. Их дальняя родственница Жюстина Дакайз была убита сегодня ночью. Тётя писала, что Дакайз не была убита заклятием смерти, её сожгли, осталась лишь горстка пепла. Старуха даже не сопротивлялась. Как установили авроры, её обездвижили заклинанием, а потом сожгли. Мориган не могла понять, как это могло произойти, дом Жюстины был заколдован, и об этом практически никто не знал. Ещё тётя писала о том, что её вместе с сёстрами вызывают на допрос в Визенгамот, так как Мориган в своё время пригрозила Жюстине, и та написала на неё донос в Министерство. Тётя призывала Мелюзину ничего не бояться и не тревожиться за них. Кроме того, под этим предлогом она может покинуть замок, не вызвав подозрений, тем более что Дамблдор уже в курсе событий и дал согласие отпустить девушку на два дня. «Так вот почему Дамблдор был одет в такую рань, он уже всё знал и не хотел её расстраивать. И ещё этот допрос, поэтому профессора нет за завтраком». – Я знаю о несчастье с вашей родственницей и глубоко сочувствую вам, мисс МакГрегор, – проговорил профессор Снейп, когда она выходила из Большого Зала. – Думаю, отменить на сегодня наши занятия, вы скорей всего полетите к себе домой, – продолжал Снейп. – Да, вечером. Тётя просила меня прилететь. Я совсем не помню Жюстину, но мне очень её жаль и как-то тяжело на душе. До вечера нужно было чем-то себя занять, и Мелюзина все-таки пошла на урок Снейпа несмотря на то, что он отменил занятия. – Профессор, можно мне присутствовать? – спросила она, войдя в его класс. – Ну разумеется, проходите, – проговорил Снейп. – Так на чём мы остановились? – поинтересовался он у студентов. – Мы ещё даже и не начинали, профессор. Вы сказали, что сегодня мы будем разбирать классификацию демонов, – проговорил Малфой. – Спасибо, мистер Малфой. Итак, кто готов ответить или хотя бы начать? Мистер Джордан Ли. – Ну, Асторот – демон третьего уровня, может точно предсказать будущее, если попросить, но плата за это – душа, пожелавшего узнать своё будущее. Ещё демон Бельфегор, он может одарить человека гениальностью, богатством. Ваал – царь вероломства. Да вроде бы всё, – ответил Джордан, пожимая плечами. – Далеко не всё, а продолжит. – Снейп пробежался глазами по классу. – Поттер. – Джордан не упомянул Люцифера – духа астрального тела, в демонической иерархии он занимает второе место. Демоница Лилит, одна из четырёх жён демона Самаэля. Она глава суккубов и ламий. И наконец, Вельзевул – князь тьмы и демонов, о нем в своём трактате писали Жюль Лермина и МакГрегор Матерс, – назвав это имя, Гарри заулыбался, глядя на Мелюзину. Он знал, что МакГрегор Матерс был её двоюродным дедушкой. – Кто может назвать демонов третьего уровня? Драко Малфой. Драко был рад, что Снейп его спросил, ему очень хотелось блеснуть знаниями перед Мелюзиной. – Нам известны несколько демонов третьего уровня или чина, это Молох, Левиафан, Велиар. Древние книги говорят о том, что кто-то из них был рождён человеком, но кто именно, неизвестно. – Малфой сел, довольный собой. Лаванда Браун тянула руку, Снейп игнорировал её, но поняв, что никто из студентов больше ничего не добавит, поскольку Грэйнджер отсутствовала, лениво произнёс: – Браун. – Забыли Нахему – царицу вампиров, – проговорила Лаванда, поймав удивлённый взгляд Снейпа. – Впечатляет, мисс Браун. – Неверно, – выкрикнул Малфой. – Акаша – царица вампиров. Я прочел об этом в одной маггловской книге. Акаша одарила вампира Лестата своей кровью, и после этого он перестал бояться солнца и стал ещё более могуч. – Это так и не так, – ответил профессор Снейп. – Мисс МакГрегор, вы можете объяснить? – Да, конечно. На заре человечества в Египте правила царица Акаша. Стража царицы привела к ней двух сестёр – ведьм, она грозила им расправой. Ведьмы вызвали злого духа, чтобы он защитил их от гнева царицы, но они не знали, какого именно духа призвали. Темный дух напал на Акашу. Получив тёмный дар, она покусала всех, кто находился в тронном зале. Тёмный дух и был Царицей вампиров – Нахемой. А царица Акаша – первый человек, который стал вампиром. – Ведьмы вызвали Нахему? Круто, – проговорил Рон. После урока Мелюзина навестила Гермиону. В больничном крыле у кровати девушки уже сидели Гарри, Джинни и братья Уизли. Мелюзина с радостью отметила, что состояние Гермионы намного лучше, ужасные язвы понемногу блекли, и настроение к ней опять вернулось. – Когда полетишь домой, Мел? – спросил Джордж. – Вечером, но дождусь Дамблдора, – ответила она. * * * Мелюзина с нетерпением ждала возвращения Дамблдора. Примерно через час после уроков за ней послали эльфа. Девушка, волнуясь, вошла в кабинет директора. – Профессор, как всё прошло? Что с моими тётушками? – Всё в порядке, вам ни о чём не надо беспокоиться, – успокоил её Дамблдор. – Но Мориган писала мне о доносе. Что вы об этом знаете? – Дакайз, в своё время пожаловалась в Министерство на угрозы со стороны вашей тёти, и это многих заинтересовало. Мориган пролила свет на это дело. Оказывается, Жюстина Дакайз предлагала стереть память у вашей матери, чтобы та никогда не вспомнила о вашем отце. Это возмутило ваших тёток, и Мориган просто припугнула её. Всё выяснилось, и ваши тётушки уже вернулись домой и просили меня отпустить вас на два дня. Я дал своё согласие. Но вся эта история очень странная. Кому и зачем понадобилось убивать колдунью почтенного возраста? И как убийца узнал пароль, ведь только при этом условии он мог попасть в её дом. Загадка.