Помоги мне взлететь

Начинался новый учебный год. Наконец весь волшебный мир смог вздохнуть с облегчением, финальная битва была выиграна. Хотя проблем от этого стало не меньше, ведь снова начиналась учеба в Хогвартсе. Последний год должен был быть еще в прошлом году, но в связи со всеми последними событиями обучение решили продлить. И как обычно все началось с распределения первокурсников по факультетам и большого пира. Конечно, кому из учеников понравится весть о том, что ему лишний год придется учиться в школе, просиживать за партой все дни и изучать ненавистный предмет зельеваренья, если это все могло уже закончиться. Больше всего недоволен был Драко Малфой – любимый папочкин сын, эгоистичный, равнодушный мальчик, желающий сохранять первенство везде и во всем, главный Слизеринец, полностью помешанный на чистой крови. Копия отца. Хотя сейчас его не столько волновал дополнительный год обучения, сколько мысль о родителях. Он не знал, что будет с ними, ведь по закону пожирателей смерти уничтожали после финальной битвы. Абсолютной противоположностью ему, да и, пожалуй, всей школе была Гермиона Грейнджер. Девочка, помешанная на учебе, книжный червь, человек, знающий ответы на все вопросы. Казалось, что смыслом ее жизни была учеба. Девушку нисколько не расстроила новость о еще одном году обучения. Ей нравилось в Хогвартсе, нравилась учеба здесь и изучаемые предметы, а еще учебники и интересные книги. Единственное, что выводило Гермиону из себя, были битвы, но девушка верила в вечную победу над злом. Последнее сражение было тому доказательством. Грейнджер была образцом правильного человека. Она ненавидела своих врагов и врагов Хогвартса. Она ненавидела Малфоя. Вот уже семь лет они заклятые враги. Его семья была полностью против грязнокровок, какой являлась она, и желали уничтожить их до единого. Малфои считали, что так очистят мир магов от грязи. Каждый раз, когда Грейнджер видела на себе взгляд Драко, чувствовала, как он буквально пронзает ее ножом в своих мыслях. Этот парень был противен Гермионе, даже одна мысль о нем, а она была омерзительна ему. За длинными четырьмя столами собрались все ученики школы. Профессора выстроились перед ними, чтобы объявить о начале учебного года и назвать старост каждого факультета. Весь зал разом стих и замер. Каждый надеялся на статус старосты и заветный значок. -Добро пожаловать в Хогвартс! – произнес голос Дамблдора. – Этот год первый для кого-то… -Для кого-то последний, - пробормотал себе под нос Малфой. – Каждый год одно и то же. Парень тяжело вздохнул. Он насильно заставлял себя сидеть на месте и наблюдать в 8 раз все одни и те же действия и слова. Вскоре церемония распределения закончилась. -Ну что ж, пора перейти к самому главному. Дамблдор взял в руки сверток пергамента. -Приступим, - произнес он. Гермиона мимолетно услышала недовольное ворчание Малфоя. Она не представляла, откуда в человеке может быть столько зла. Девушка вздохнула и закатила глаза. -Старосты выбираются для каждого факультета, - напомнил профессор. «Будто этого никто не знает» - усмехнулся Драко, не произнося этого вслух. -Когтевран! – гордо произнес Альбус, расправляя пергамент, - Ромельда Спаркс! Девчонка вскочила со своего места и прибежала к директору. -Пуффендуй. Чарли Куарон! Парень с неохотой поднялся со своего места и встал рядом с когтевранкой. -Гриффиндор!... Нависла тишина, после чего профессор продолжил: -Гермиона Джин Грейнджер. Девушка спокойно встала и подошла ко всем ребятам, чьи имена были названы. Никто и не сомневался, что выберут именно ее. -И, наконец, Слизерин… Пэнси сжала кулаки, ведь именно она мечтала быть старостой. -Драко Люциус Малфой! – гордо произнес профессор и показал жест рукой. Малфой не хотел верить услышанному. В эту минуту все взгляды были направлены на него. Сердце парня буквально упало вниз. Малфой поднялся с места и встал рядом с профессором. Тот указал на место рядом с Гермионой. Драко сжал зубы и подошел к ней. Девушка отошла на шаг назад, гадая, почему выбрали именно его. Из Малфоя, по ее мнению, ничего хорошего не выйдет. Возможно, Дамблдор думает, что парень изменится, в чем она была неуверенна, ибо это фактически невозможно. -Профессор, вы ошиблись, - сказал Драко, поворачиваясь к нему. -Нет, нет, мистер Малфой, я абсолютно уверен в своем решении. Альбус улыбнулся, а Драко в ответ только фыркнул. -А сейчас о ваших общих гостиных. Факультеты Когтевран и Пуффендуй расположатся на третьем этаже, соответственно Слизерин и Гриффиндор – четвертый этаж. В гостиных две личные комнаты и общая ванная. Гермиона и Драко смотрели друг на друга с такой ненавистью, на которую только были способны. «Двум злейшим врагам жить в соседних комнатах целый год….» - это не укладывалось в мыслях у обоих. Просто чья-то злая шутка. Этот год может и станет запоминающимся, но, видимо, не лучшими событиями. Малфой сжал челюсть до хруста и бросил ледяной взгляд в зал. Там он заметил взгляды Уизли и Поттера. Парень скривил улыбку и посмотрел куда-то вперед, буравя взглядом стену. -Эй, Грейнджер, - окликнул он девушку, - тебя уже заждались! Может Поттер станет твоим соседом? -Нетушки, - в наглую ответила та и гордо сложила руки на груди. -Хочешь со мной жить? Соскучилась за лето? -Ну конечно, - протянула Гермиона и продолжила говорить саркастическим голосом: - Спала и видела, как встречаюсь с тобой и бросаюсь в объятья. -Как мило! – прошипел Малфой и скривил улыбочку, затем процедил сквозь зубы: - Послушай меня, грязнокровка, не думай, что тебе будет сладко со мной. Драко отвернулся, глядя в зал. -Это ты послушай меня, - начала Гермиона, став перед Малфоем и загородив собой зал, - ты не думай, что придется сладко со мной, ясно? -Ты мне угрожаешь?! – Малфой сжал зубы от злости. Не самое подходящее время выяснять отношения на глазах у всей школы. – Просто заткнись! Грейнджер скорчила рожицу и направилась к выходу. Драко проводил ее ненавистным взглядом и, подождав некоторое время, отправился в гостиную. Довольно большое помещение предстало перед глазами Малфоя. Широкая лестница, ведущая прямо в его комнату. Рядом была плотно закрыта дверь в комнату Гермионы. «И отлично» - подумал Малфой, взяв вещи, и вошел к себе. Грейнджер, уже распаковав свои вещи, переживала, как сможет ужиться с таким человеком, как Малфой. Она начала убивать себя всеми плохими мыслями, но затем вспомнила, что ей пришлось пережить, и поняла, что один парень не станет для нее большой проблемой. Скорее сама девушка станет проблемой для Драко. Этот год для него явно не пройдет так же легко, как прошлые. Малфою в свою очередь хотелось очистить голову от мыслей, сделать ее пустой. «Черт возьми, я староста, да как вообще такое… - недоумевал Драко. – Ну все может случиться… Но я, бывший пожиратель смерти, староста?! По мне так это как минимум странно» Малфой разобрал вещи и отправился к МакГонагалл расписывать обязанности.        *** -О, прекрасно, мистер Малфой, - сказала профессор, увидев парня в дверях, и показала на место рядом с Гермионой. – Проходите, мы обсуждаем план работы. Вы уже нашли общий язык с мисс Грейнджер? -Да, все хорошо, - соврал Драко, скривив улыбочку. -Мисс Грейнджер, все хорошо? -Все прекрасно, - ответила Гермиона с натянутой улыбкой. -Мисс Грейнджер, конфликты с мистером Малфоем никак не должны повлиять на ваши обязанности старост школы. Вы это понимаете? – спросила МакГонагалл, строго посмотрев на Гермиону и, не дождавшись ответа, продолжила: - В определенные дни вы будете патрулировать школу с девяти до одиннадцати вечера. Она постучала кончиком пера по чернильнице и, подняв брови, заметила выражение лица Гермионы, трактуя его по-своему. -В этом нет ничего сложного. Вам позволят использовать стандартный набор безопасных заклинаний. Их список уже обозначен в Башне старост. -Да, я все понимаю, - ответила Гермиона, тяжело вздыхая, а потом косо посмотрела на Малфоя и продолжила: - Все будет в порядке, не беспокойтесь. Драко сидел с абсолютно обычным лицом, не выражающим ни единой эмоции. Его вполне устраивала эта позиция. Вечная свита, которая таскается за ним в лице Крэбба и Гойла. Безмозглые кретины, которые лишь гыкают на остроты своего предводителя. Нужны ли они ему? Нужны. Драко привык выигрывать на влиянии отца. За душой у того не было ничего, кроме яда и сомнения, которое в размерах превысило бы весь Хогвартс со всеми башнями в раза четыре. -Относительно графика… - Минерва отложила перо и сложила руки. – А, впрочем, это мы обсудим позже… Я провожу вас до башни и покажу, где вы будете патрулировать. После долгой беседы с деканом всех старост наконец-то отпустили. Драко был вне себя от ярости. «Несмотря на то, что маразматичный старик Дамблдор решил проявить свое маразматичное чувство юмора, это ничего не значило, - думал Драко. – Я с поганой грязнокровкой Грейнджер не обязан общаться, будь мы хоть старостами гребанной Англии. Черт, да это даже смешно, чтобы мы общались. Чтобы я сдался… Никогда!» Драко и Гермиона были слишком разными, противоположными друг другу. Они всегда разговаривали на разных языках, даже кровь по их венам текла разная. Но оба не хотели отказываться от значка старосты, хотя и была такая мысль. Это ничего бы не изменило, а только показало бы их слабость. *** -Старуха передала зачарованный дневник. Драко неожиданно появился перед Гермионой и швырнул дневник на стол. -Он мне не нужен, - добавил парень. -Эй, полегче, - проговорила Грейнджер. – Если дали – значит нужен. -О да, ты уж точно знаешь, - Драко закатил глаза. – Ты хоть знаешь, как им пользоваться, а, Грейнджер? Гермиона поднялась, оперлась руками об стол и, сделав деловой вид, ответила: -А ты сам-то знаешь? Драко засмеялся. -Представь себе. Это дневник для общения. В одном пишешь что-то – в другом появляется твое сообщение, - Малфой показал на корешок дневника. – И он становится зеленым. Гермиона толкнула ему дневник. -Вот и возьми его. Тебе дневник пригодится, ты же не умеешь нормально общаться. -Я и не собираюсь с тобой общаться, - прыснул Малфой. – Ни в живую, ни по этому чертовому дневнику. В Драко накалялась злость. Даже вена выступила на виске от такого напряжения. Ему хотелось быстрее закончить этот разговор и просто отвлечься, расслабиться, просто забыть Грейнджер. -Я рада, это желание у нас взаимное, - Гермиона подошла к Малфою. – Возьми дневник, Драко, и не выпендривайся. Парень некоторое время смотрел на дневник. Драко! Грейнджер первый раз назвала его по имени. Быть может, она хочет все наладить? Эта мысль пугала Малфоя. -Ты дура, Грейнджер, такая дура… Малфой обернулся и понял, что девушки уже не было в башне. Он собрался с мыслями и вышел из гостиной. *** -Слышала, ты ужился с грязнокровкой. Магия поистине. Одна фраза – и весь аппетит у Малфоя испорчен. Он медленно дожевал и проглотил тост. -Иди ты, Пэнси, - произнес Драко. После этих слов он принялся за овсянку. Паркинсон надула губы, а затем хмыкнула, переглядываясь с мрачным Блейзом, сидящим напротив. Настроение Забини оставляло желать лучшего. Начало учебного года его явно не радовало. После летних событий в особенности. -Ешь свой завтрак лучше, - буркнул он. – И не лезь к Малфою. «Не лезь к Малфою? - пронеслось в голове у Драко. – Что-то фантастичное» Большой зал утопал в свете свечей, от которого резало в глаза, впрочем, сейчас глаза у Малфоя болели от всего. Грейнджер немного отдохнула и отправилась на свой пост патрулировать школу. Сегодня была как раз их с Малфоем смена, но парня на посту не было. Гермиона вздохнула и помотала головой. Она боялась, что если Драко не заметят на посту, то у него будут проблемы. Впрочем, девушка быстро поспешила отогнать от себя эту мысль. В последнее время она слишком много заботы проявляет к парню. Драко плохо спал. Кровать оказалась неудобной, к тому же было слишком жарко. Солнце, видимо, имело одну цель – раскалить Башню старост за день, превратив в крематорий. Помимо всего прочего слишком много мыслей рождалось и умирало в голове парня. Слишком много голосов сменило его сознание. А еще у него раскалывалась голова. Каждую ночь. И Драко был уверен, что это от осознания того, что гриффиндорка уже пришла с дежурства и лежит сейчас в своей комнате, отделенной от его спальни лишь смежной ванной. Гермиона действительно уже вернулась и сейчас лежала в полной темноте в своей кровати. Она понимала, что была глубокая ночь, но девушка не могла сомкнуть глаз. Куча мыслей не давало спать спокойно. Она чувствовала, что этот год будет самым мучительным.