20 лет спустя.

- Эрика, что случилось? - забеспокоился Малик. Сестра отложила книгу и подошла ко мне. Увидев мои "плошки", она испугалась. Я же до сих пор в полном шоке. Как? Прошло столько времени? Ведь когда мы попали сюда было 15-ое - 20-ое мая. Минуты через 2 я ответила:        - Завтра 22 июня, - ответила я.        - ЧТО? - опешила сестра, - Как?! Как... Так, подожди, так ты...        - Нет, мелкая! Мы с тобой еще даже не появились на свет...        - Подождите! Что произошло? - воскликнул Малик, - О чем вы толкуете?        - У меня завтра должен быть день рождения. Восемнадцатый день рождения.        Малик опешил. Я не имею понятия, празднуют ли ассасины свои именины, но, судя по реакции Малика - нет.        - Что?        - Неважно. Не бери в голову... Я спать, - и вышла из библиотеки. Улегшись на подушки, я попыталась уснуть, но мысль о завтрашнем "празднике" не дает мне покоя. Как интересно и жутко: Вроде бы - твой день рождения, который отмечать не имеет смысла, потому что ты даже не родился. Даже не родился. Я словно никто. Мираж... Лишняя... Так, нужно набираться сил, ведь завтра мы идем на пристань.        Утром.        - Эрика! С ДНЕМ РОЖДЕНИЯ! - крик сестры буквально, вырвал меня из царства Морфея. Ну зачем?        - Мелкая, ну зачем?        - Как это "Зачем"?! Тебе же исполнилось 18...        - Должно. Должно было исполниться. Ты не забывай: Время для нас остановилось, потому что мы из другого времени. Через месяц и у тебя должен быть день рождения, но могу поспорить, что ты так и останешься 7-летней девочкой.        - Так давай! Спорим! - и протягивает мне руку, - Если спустя 5 лет мы не вырастем, ты выиграла!        - Вопрос: Почему через 5 лет, и ты так спокойно ко всему этому относишься?        - Я начинаю потихоньку привыкать...        Я захожу в библиотеку: Малик отсутствует.        - Ушел на рынок.        - Понятно. Сколько сейчас?        - Я что, знаю? Но солнце взошло где-то час назад.        Где-то половина восьмого значит. Ну что, нормально. Мелкая вдруг протягивает мне орлиное перо.        - Зачем?        - Доказательство убийства. Держи.        Я беру перо, засовываю в карман. Так, надо перекусить. Рыба еще осталась... Вроде.        - Ты ела?        - Еще нет. Я тебя ждала.        Мелкая уселась на каменный пол, а я достала из ледника (Холодильник на старый лад) рыбу, растопила печь и отправила рыбу нагреваться. Через 5 минут я вынула рыбу, принесла в библиотеку, и мы принялись завтракать. Я не проронила ни слова за все это время. Закончив есть, я сгрузила посуду в лохань, и мы вышли из библиотеки, а потом из бюро.        Пропитанные духом Востока улочки так и хотелось исследовать и затеряться здесь. Но нельзя! Нужно идти к пристани и выполнять задание. Мы даже не бежали, мы "летели" по крышам. Как говорится: "Кто рано встает, тому Бог подает..." Судя по протяженности линии, ведущей к цели, нам бежать еще немного.        Спустя 10 минут я услышала гул толпы, а еще через 5 перед нашим глазами предстала пристань. Причалила куча речных кораблей. Активировав дар, я заметила, что нам нужно двигаться к, как ни странно, к рядом стоящему домику. Ну ладно. Мы побежали по крышам к этому дому. Талал находится в подвале. Мы спустились вниз, но никого не оказалось кроме рабов. Они молят нас об освобождении... В смысле? Но ведь... И вдруг, откуда не возьмись, выскочила личная охрана Талала, а позади и он сам. Его внешний вид вызвал во мне некое отвращение: Его черные мелкие глазки, смуглый цвет кожи, прямой нос и его широкий рот с выпирающими зубами. Тот лишь улыбался нам, но потом заговорил:        - А я думал, что пришлют профессионалов, а не детей... Вы настолько глупы... Неужели вы не ведаете, что меня извещают о каждом, кто приедет в МОЙ город? - говорил работорговец по-французски.        - Да иди ты... - сказала сестра по-арабски, и я заткнула ей рот. Посмотрите, взрослой себя возомнила!        - Смеете дерзить, соплячки? Да за такое я могу язык тебе отрубить... Ассасины?        - Не совсем, - заговорила я.        - В смысле? Кто вас послал? Вы же в ассасинских тряпках!        - Сейчас! Разбежался! Я фиг расколюсь! - ответила я.        - Ну... Не хотите говорить... Стража, - и отдал приказ страже, - Убейте их. И сделайте это... быстро, - а сам ушел. Стражники вытащила мечи из ножен и направились на нас. У нас нет времени на разборки, но другого выхода нет. Я посмотрела на Марьяну. Она поняла мою мысль, и перескочила через охранника и полезла по стене, а потом спрыгнула и вонзила кинжал в шею. Я пригнулась и проскользнула между ног другого, держа в руках меч (Думаю, что случилось с этим мужиком, описывать не надо). Мы быстро разрубили стражу.        - Мелкая, освободи рабов. Я догоню Талала.        - Хорошо. Иди.        Я выбегаю из подвала, активировав Орлиное зрение. Следы ведут в город. Я залезаю на крышу и бегу так. Талал оторвался от меня метров на 20. Вдруг он достал лук и стрелу, натянул тетиву и пустил стрелу (Не зря его взяли в армию султана). Взоры прохожих пали на меня. Спасибо, что я увернулась влево. Тот не остановился и продолжил бежать. Однако я за это время приблизилась метров на 7. Талал забежал в тупик. Люди разошлись. Работорговец обнажил меч, я последовала его примеру и достала также кинжал. Я не знаю, как я смогу победить солдата султанской армии, но, я не имею права отступить.        Первый удар выполнил Талал. Я увернулась, однако он все-таки зацепил мое правое плечо. Черт! Рана адски болела, словно кто прислонил раскаленный металл. Слезы выступили из моих глаз, но сдаваться я не собиралась. Талал пытался воспользоваться моей беспомощностью, однако я блокировала удар. Работорговец кинул свой взор на меня. В этот момент я поступила мерзко, но действенно: Я плюнула ему в лицо. Талал сразу скривился и отвлекся. Я воспользовалась этим, ударила его ногой по колену, тот упал, и я вонзила меч в его грудную клетку. Тот издал стон. Я думала предсмертный, но нет. Я села на правое колено, положила его голову на левое.        - Больше тебе некуда бежать. Расскажи, что ты задумал.        - Я выполнил свою задачу, - прокряхтел мужчина, - Братство уже сильно, и моя смерть не остановит его работу.        - Что за Братство?        - Аль-Муалим не единственный, у кого есть планы на Святую землю. Это всё, что ты от меня узнаешь.        - Тогда мы закончим. Молись своим богам.        - Боги давно оставили... давно оставили тех мужчин и женщин, что я брал себе.        - О чём ты говоришь?        - Нищие, шлюхи, наркоманы, прокажённые… Хорошие из них выйдут рабы? Да им не выполнить самую простую работу! Я не продавал, а спасал их, а вы уничтожили нас, потому что вам так приказали.        - Нет. Ты наживался на войне, на поломанных жизнях.        - Да? Ты так думаешь, в закосневшем невежестве, отгородив своё сознание от всего происходящего, да? Говорят, в этом вы мастера. Ты видишь в этом некую иронию? Нет. ПОКА нет. Но увидишь, - и издал предсмертный стон.        - Покойся с миром, - прошептала я, закрыла ему глаза, слегка резанула его шею и провела пером.        Дело сделано. Я посмотрела на свое плечо. Все в крови. Марьяна подбегает ко мне. Завидев меня, та приходит в ужас.        - Как? Он тебя ранил?        - Нет, блин! Мне скучно стало, и я решила себя убить! Давай, идем уже, пока стража не пришла!        Мелкая обхватила меня за талию одной рукой, а другой рукой придерживала мою здоровую руку. Нам нужно в бюро, но я не имею понятия, какие навыки у Малика в медицине... И куда идти? За все это время я ни В Дамаске, не здесь не видела врачей или больниц... А может, потому что мы не посещали монастыри?        - Мелкая, знаешь, где здесь монастырь?        - А что?        - В эпоху раннего средневековья существовали больницы в церквях и монастырях.        - Клево. Но я знать не знаю, где здесь ближайший монастырь!        - Так давай, спросим кого-нибудь!        - Хорошо, посиди здесь, - и усадила меня на скамью, - Я спрошу кого-нибудь.        - О Боже, твой ломаный арабский и французский...        - Больным слово не давали! Сиди здесь! - и пошла спрашивать у прохожих.        Плечо адски болит. Я не знаю, может быть, этот мудак задел сосуды, сухожилии или нервы? Если да, то задница... Будем надеяться на лучшее. Алая кровь капает на скамью. Люди, видя меня, отходят подальше. О чем сестра так долго беседует с женщиной? Неужели нельзя спросить: Добрый день, не подскажете, где ближайшая больница? Я буду очень признательна!" и все! Но Марьяна радостно направляется сюда.        - Эрика, больница рядом в 30-и метрах в западном направлении. Потерпишь?        - Да. А если будешь все время интересоваться моим состоянием, дам в глаз! Поползли.        10 минут нам потребовалось до прибытия в католический женский монастырь. Нас встретила монахиня - женщина средних лет. По ее внешнему виду заметно, что для нее все это стало обыденным делом. Она довела меня до койки. Сразу скажу, больница огромна. Не скажу что здесь много физически больных. Их здесь, буквально единицы. Все остальные - душевно больные.        Монахиня сняла мои доспехи, сняла костюм и перевернула меня на левый бок. Потом взяла намоченную водой ткань и промыла рану. Потом наложила стерильную повязку, обвязала бинтами мою руку и сказала:        - Тебе повезло: Рана неглубокая. А так, могла и без руки остаться. В следующий раз лучше уворачивайся. Ассасин все-таки.        - Откуда...        - За свою жизнь я подлатала множество ассасинов. Я их везде узнаю. Видимо, вы новички... Больше не лезьте в самое пекло... Рана в скором времени заживет. Главное, не забывай менять повязки.        - Хорошо, спасибо... Сколько я должна? - я уже достаю мешок с монетами, как монахиня останавливает меня.        - С детей денег не беру. Идите.        - Спасибо большое! До свидания!        Меня очень удивил поступок женщины: Им деньги очень нужны, но она отказалась. Чему я удивляюсь? Ну, как говорил старик, мы живем в эпоху эгоизма, и встретить женщину, которая подлатала меня не из-за денег, а из-за сострадания - редкое явление. Плечо стало болеть гораздо меньше, однако по крышам я не побегаю.        Ближе к полудню.        - Эрика, Марьяна, вы справились? - встречает нас Малик. Я, оперевшись об стол, вытащила перо и протянула ассасину.        - Превосходно, дамы!        - Малик... Это не все, что мы хотели бы рассказать... Дело в том, что Талал перед смертью сказал, что Братство уже сильно, и его смерть не остановит его работу. Что это означает?        - Он пытался высказать таким образом, так называемое, "превосходство" тамплиеров. И то, что он поставляет рабов кому-то, какому-то братству... Что с твоей рукой?        - Да... Резанул плечо, слава Богу, недалеко был монастырь. Меня и подлатали... Тамплиеры?        - Возможно... По голубиной почте мне пришло письмо от Джабаля. Он глава бюро в Акре. Альтаир выполнил свою работу еще 2 дня назад и сейчас, возможно, в Иерусалиме.        - Он за нами?        - Да. В скором времени он прибудет.        Я уселась за стихи местного поэта. В них описывается вся красота Востока и вся суровость жизни. Стихи в общем и целом мне понравились.        Как и сказал Малик, Альтаир появился в скором времени. Как холодно Малик встретил Альтаира... Такого холодного и злого отчужденного взгляда я никогда не видела. Альтаир забрал нас, еще больше испортив отношения с Маликом (Кстати, Малик не поприветствовал, не попрощался с Альтаиром. Только с нами). Мы вышли из бюро, и только тогда ассасин стал нас расспрашивать:        - Вы выполнили задание?        - Да, только меня полоснули по плечу мечом. Но зато, мы выяснили, что Талал поставлял рабов для, как я поняла, того же братства, для которого Тамир поставлял оружие. А ты?        - Гарнье признался, что работал на тайное общество. Он ставил эксперименты над людьми. Как он сам сказал, он изучал строение человека...        - Гребаный анатом...        Мы уже пришли к вратам города. Я уже направляюсь к коню, уселась, как вдруг Альтаир сказал:        - И как ты собираешься справлять именины?        - ЧТО?        - Эрика, это я рассказала, - проговорила Марьяна.        - Зачем?!        - Ну а как? День рождения отмечать нужно, даже...        - Даже если не имеет смысла отмечать? То есть, в твоем понимании, день рождения необходимо отмечать, даже если его как бы и нет?! Замечательно!        - Слушай! - и мелкая перешла на наш знаменитый семейный тон - Я тебя просто поздравила и все, а ты сразу орать! Как всегда, блин!        - Довольно! - вмешался Альтаир, - Вы же сестры! Вы опора друг другу!        - Да какая опора?! - перебила ассасина я, - Мы же поубиваем друг друга! 2 одинаковые по характеру женщины сцепятся, как собаки!        - А кто тебя спасал от тамплиера? А кто решил спасти сестру от казни? Я? Вы не в Америке, где все разрешено. Запомните: У нас другие порядки, и если хотите выжить, никогда не расставайтесь.        Эти слова усмирили нас. Правда, что Альтаир мудр. Ведь действительно, что будет с Марьяной, если меня не будет рядом? Что будет со мной, если ее не будет рядом? Мы же зачахнем! Родителей мы не увидим достаточно долго, да и доживем ли мы до этого момента?