The Marauders

1960 - Мистер Эванс? Джордж Эванс обернулся и взял за руку дочь. За ним стояла немного полная медсестра. Видимо, она и задала вопрос. Увидев выражение лица мистера Эванса, она заулыбалась. - Верно, это я! - Поздравляю, у вас еще одна дочь! Заходите, ваша жена ждет вас. Медсестра снова скрылась в палате миссис Эванс. Джордж присел на корточки и улыбнулся Петунье, которая почему-то была необычайно серьезной. - Ну что, Туни, пойдем глядеть твою сестренку? - Она уже родилась, да? И нам можно на нее посмотреть? - Ну конечно! Она тоже очень хочет тебя видеть. Петунья счастливо улыбнулась и потянула за руку отца. - Пойдем скорее! Джордж встал и открыл дверь в палату. На кровати лежала его жена - он уже привык видеть ее с выпуклым животом, а сейчас она казалась необыкновенно тоненькой и хрупкой. Рядом с ней лежала маленькая девочка, а возле нее уже кружилась Петунья, что-то шепча матери и тихо радуясь. - Все в порядке, Кейт? - Видишь, конечно же! Посмотри, это твоя дочь! Джордж подошел ближе. Маленькая девочка взглянула на отца - у нее были яркие зеленые глаза, точь-в-точь как у Джорджа. - Смотри, у нее твои глаза... - Какая она красивая! - восхищенно зашептала Петунья. - А как ее зовут? - А я не знаю, как ее зовут, - улыбнулась миссис Эванс. - Джордж, что скажешь? - Может, Джейн? В честь моей матушки? - Нет, разве она похожа на Джейн... - Мама, а раз я Петунья, пусть она будет Розой. А лучше - Лилия. Лили. - Хороший выбор, Туни! - Джордж подошел и потрепал старшую дочь по голове. - Познакомься - это твоя сестра Лили.

***

1964 - И жили они долго и счастливо, - заключила Петунья, закрыв книгу сказок и отдав ее трехлетней Лили. Лили прижала к себе книгу, но с места не сдвинулась. Они с Петуньей лежали в уютном широком кресле - оно с легкостью вмещало двух маленьких девочек - и укрывались большим пледом. За окном гроза уже второй час сотрясала маленький Коукворт, дождь лил не переставая. С кухни доносился вкусный запах блинчиков - миссис Эванс допекла их совсем недавно, а сейчас читала какой-то очень объемный роман. Мистер Эванс только недавно вернулся домой с работы и с аппетитом поедал еще теплые блинчики. Семейная идиллия, что тут еще сказать? - А где они остались жить? - спросила Лили, заглядывая в глаза Петуньи. Спать ей ну ничуть не хотелось - разве что совсем немного. - В громадном особняке на берегу моря, - усмехнулась сестра. - Насчет этого не волнуйся - там написано, что все было хорошо. - Туни указала на книгу. - Все ты знаешь, да, Тунья? - улыбнулась рыжеволосая Лили, не отрывая взгляда от глаз сестры. - Конечно, а ты как думала? - Петунья важно выпрямилась и тоже улыбнулась. - Разве ты не хочешь спать? - Совсем не хочу. - Тогда давай поиграем в прятки? - Я считаю первая! - Лили закрыла глаза и стала вслух считать. - Раз, два... Петунья только успела встать с кресла, не то что найти место, где прятаться. Она непременно возмутилась: - Нет! Лил, так не честно! Я даже не успела уйти! - Ну хорошо. Считаю? - Теперь считай! Лили честно закрыла глаза и стала медленно считать. Раз... Два... Три... Четыре... Досчитав до десяти, она открыла глаза.

***

1967 - Нет, Лил, садись прямо на багажник, и держись либо за меня, либо за седло... Петунья пыталась усадить сестру на велосипед рядом с собой, и так, чтобы самой не упасть. У нее ничего не выходило - то у велосипеда сворачивался руль, то обе сестры падали или вместе, или по отдельности. - Я не могу, Туни! Посмотри, может нам встать возле стенки? - Лили отчаянно пыталась помочь сестре, сделать все сама, чтобы они поскорее отправились в путь. - Что тут у вас стряслось? Мистер Эванс закрыл дверь на ключ и спустился с крыльца. На нем был аккуратный костюм, а в руках кожаная мужская сумка. Он подошел к дочерям, по пути подтягивая галстук. - Папа, посади Лили ко мне на багажник, пожалуйста! - взмолилась Петунья. У нее уже болели обе руки - одна на запястье, а другая ниже плеча. - Не проблема, дамы! - улыбнулся папа. Лили нравилось, как он называл их с Петуньей "дамы" - она в ответ улыбнулась и почувствовала себя очень важной персоной. - Сейчас все будет хорошо! Петунья, садись. Петунья села на велосипед и обернулась назад. Ей было интересно, как же все-таки усядется сестра. Мистер Эванс поднял Лили и подсадил на багажник, а та обхватила сестру руками и свесила ноги по бокам. - Спасибо, папочка! - улыбнулась Лили. - Мы тебя любим! - Я вас тоже очень люблю! Куда вы направляетесь на этот раз, Тунья? - папа взглянул на часы и обнаружил, что у него есть еще минут пять, по их истечению он должен немедленно отправиться на работу. - На пикник в парк, это недалеко, не волнуйся, папа! - Петунье не терпелось скорей поехать, не говоря уже о Лили, которая уже подпрыгивала на багажнике от нетерпения. Мистер Эванс снова посмотрел на дочерей, а потом на часы и сказал: - Ну что, мне пора, красавицы! Удачи! Он широко улыбнулся и помахал рукой, двинувшись за ворота и направо. Лили и Петунья провожали его взглядами и махали руками, пока тот не скрылся за следующим поворотом, а потом поехали в другую сторону. *** - Туни, когда мы приедем? Через пять минут пути Лили снова задала тот же вопрос. - Лили, потерпи, видишь, парк вон там, за горкой? - За которой? - Которая слева, вот здесь. Лили выглядывала из-за спины сестры то с одной, то с другой стороны. Петунья злилась на нее - трудно управлять велосипедом, когда кто-то сзади постоянно вертится, и одновременно следить, чтобы "кто-то сзади" не упал. - Лил, не вертись! Мы же упадем! - Я не вижу, где парк! Тут Петунья увидела, что вдоль дороги летят черные фигуры. Распознать, что это, девочка не могла - они не были похожи ни на птиц, ни на людей. Ну, на людей все же они немного смахивали - правда, непонятно, почему они летят головой вперед... и почему они вообще летят. За ними тянулись ветреные хвосты, постепенно исчезающие с конца, что делало общую картину похожей на черные ленты, переплетающие дорогу со всех сторон. Таких лент было около пяти. - Туни... Что это?.. - зашептала Лили и что есть сил вцепилась в седло. Она заметно побледнела, не зная, что перед ней. Петунья тоже испугалась - черные ленты были совсем близко, они почти касались девочек, летя прямо на них. Она потеряла управление, отпустив руль и обернувшись, чтобы закрыть себя и сестру. Обе тотчас взвизгнули и оказались на земле, зажмурившиеся и поцарапанные. Как только шум ветра в ушах стих, Лили открыла глаза. Черные вихри были уже где-то за поворотом, рядом привставала на локтях Петунья. Где-то в метре от них лежал велосипед, выглядевший сломанным. На самом деле с ним все было в порядке, просто руль вывернулся в другую сторону. Сестры довольно сильно съехали с дороги и угодили прямо в канаву, на самом дне которой и оказался велосипед Петуньи. Но пока до него никому не было дела. - Что же это такое? - спросила Туни, Лили в ответ лишь пожала плечами. Страх постепенно уходил, дыхание успокаивалось, а в ушах больше не было слышно шума. Лили вздохнула и повернулась к сестре. Осмотрев свои руки и ноги, которые были в целости и сохранности, она увидела содранную коленку сестры. - Смотри, Туни, у тебя рана... - Я вижу, Лил, кажется, мы поедем домой прямо сейчас. Впрочем, Лили и не сопротивлялась. Сейчас поход в парк для нее не был самым важным на сегодня. - Подожди, надо же сейчас что-то сделать... Наверное, нам нужен подорожник, уж он-то должен помочь... - Лили стала озираться по сторонам в поисках подорожника, но поблизости его не было. Странное место. - Не нужно, лучше дай мне свой платок. Мой стал совсем грязный. Лили достала платок и протерла от пыли ранку Петуньи. Та тихо зашипела, но Лили старалась сделать все очень аккуратно. Убрав платок, обе сестры заметили, что содранная коленка стала принимать свой прежний вид - рана затягивалась, а потом и исчезла вовсе. - Как ты это сделала? - Петунья с завистью, восхищением и удивлением в глазах одновременно смотрела на Лили. - Я... я не знаю! Оно само так вышло... Но ведь это хорошо, верно? - Все же нам нужно быть дома сегодня. - Я знаю, Туни, поехали обратно... - Но только мы же никому не расскажем, верно? Маме не понравится эта история, Лил. - Конечно, Туни. Теперь у нас есть общий секрет, да? - У нас всегда их было достаточно, тебе не кажется? - усмехнулась Петунья, а Лили в ответ звонко рассмеялась. Сестры кое-как сели на велосипед и направились обратно, в сторону Коукворта.

***

1969 - Не знаю, как ты, но я не переношу этого Снегга! Невозможно с ним общаться, Лили! Ты знаешь, где они живут, какая у них семья? - возмущенно говорила Петунья, яростно жестикулируя. Она явно была против общения Лили и Северуса Снегга. Они сидели с Лили в летней беседке в саду и говорили обо всем на свете. Но в конце концов разговор перешел к семье Снеггов, и дело уже готово было превратиться в очередную ссору между сестрами. - Это.. это вообще-то наше дело! Не хочешь - не водись с ним, а я буду! - Лили скрестила руки на груди, насупилась и отвернулась к окну.И вообще... мне, может тоже... тоже твои друзья... не... не нравятся! - Лили заплакала, достаточно громко и очень жалобно. - Ладно, Лил, прости. Я больше не буду, ладно? - Петунья взяла сестру за плечи. - Лил... Лили-и! Не пла-ачь! - всхлипнула Туни и вскоре заплакала тоже, обняв сестру.

***

1971 - С днем Рождения, Туни! - Лили вручила сияющей сестре подарок на тринадцатилетие в аккуратной блестящей обертке, который непременно захотелось открыть. Как только Петунья взяла подарок, Лили вытащила букет замечательных роз, которые так волшебно благоухали и переливались всеми цветами радуги у нее в руках. - Как ты заставила их быть... такими, Лили? Петунья восхищенно ощупывала каждый лепесток, а Лили сияла: она была рада, что ее подарок оценили по достоинству. - Я не знаю, они сами так получились! Но тебе же нравится? - Не то слово, Лил, но это странно! Я не знаю, что с тобой и как у тебя это все получается! Петунья была растрогана подарком сестры и совсем не хотела ссориться с ней, но это же магия - а у Петуньи при этой мысли откуда-то из глубины души стала пониматься ненависть, зависть, или восхищение... Но девочка жестко пресекла эти мысли, понимая, что не хочет обижать сестру, какой бы она ни была. Что насчет таких разговоров как о Снегге, о магии, у сестер все было решено - Лили не заговаривала об этом, а Петунья старалась не думать. Но все равно Петунья чувствовала, что сегодня должно произойти что-то неожиданное и так ненавистно магическое. - Ты чего, Туни? - Лили встревоженно взглянула в скривившееся лицо Петуньи, явно не понимая, в чем дело. Или, может, она догадывалась, о чем думает сестра в этот момент, но не желала это признавать. - Нет, все хорошо! - Туни натянула улыбку на лицо и поспешно отвернулась. Лили вздохнула и повернула в другую сторону. Она поняла, в чем дело. А ведь завтра она собиралась рассказать Петунье про Хогвартс во всех красках, чтобы ей тоже захотелось туда попасть, чтобы они вместе там были. Лили знала, что Петунье уже тринадцать и в школу ее не возьмут, знала, что у нее нет магических способностей и никогда не будет. Впрочем, ей всего лишь поведал об этом Северус - да много ли он знает? Может, он говорит неправду назло Петунье. Лили, как совсем маленький ребенок, упорно продолжала верить в это, хоть и была согласна с Северусом, хоть и знала, что он прав. - Тунья! С днем рождения, солнышко! - послышался из гостиной нежный голос матери. Мама... Она тоже боялась магии младшей дочери, хоть и пыталась не показывать этого. Но для Лили это было хорошо видно. Папа хотя бы не показывал страха, и Лили, впрочем, думала, что он один ее поддерживает и любит. Это было так, но родители же всерьез беспокоились о способностях Лили. - Спасибо, я так вас люблю! - это был счастливый голос Петуньи, и Лили, решив, что не испортит сестре день рождения, спустилась вниз ко всем. Через полчаса семья Эвансов сидела за столом и завтракала пирогом миссис Эванс. Папа рассказывал всем невероятно веселую историю, и внезапно Лили услышала шум. Она оглянулась. Это был камин - им никто в этом доме давно не пользовался, а сейчас он издавал какие-то звуки совершенно непонятным образом. - Мам, что с нашим камином? - спросила Лили. Разговоры замолкли. Тотчас из камина появился всплеск зеленого пламени, и прямо из него вышел старик в очень странном одеянии. Его добрые глаза смотрели на удивленных Эвансов, а в светлой бороде чернела зола. Поспешно отряхнув бороду, старец поклонился. Он ожидал, что Эвансы начнут разговор первыми, но, видимо, забыл, что они маглы, и волшебница тут только одна, но она об этом не знает. Тогда Альбус Дамблдор поспешил представиться, иначе испуганные маглы проявят агрессию и ему придется стирать им память, а дочь они уж точно в Хогвартс не отпустят. - Доброе утро! Приятного аппетита, кстати, да... Меня зовут Альбус Дамблдор, я директор школы чародейства и волшебства "Хогвартс". Я могу вас поздравить - в вашей семье родилась волшебница. Она, несомненно, станет сильным магом в будущем, если продолжит развивать свои навыки. Невероятной волшебницей станет Лили Эванс, просто невероятной! - Так это... это все, это... магия? - спросил отец. Мать сидела рядом, не решаясь вымолвить ни слова, а в душе Петуньи совершенно отчетливо возникала ненависть. К Лили, к этому светлобородому старику, к магии в целом! Что за бред? Кто это вообще такой? - Врожденная магия вашей дочери, все верно! - усмехнулся Альбус Дамблдор. - Это всплески магии, которыми ваша дочь весьма успешно управляет... Петунья вскочила и бросила вилку на стол. Ее лицо покраснело. Все присутствующие сразу замолкли и уставились на девочку. Она тем временем поняла, что зря это сделала, что вышло очень глупо, особенно когда в доме гость. Но сесть и извиниться, как ей показалось, было бы еще хуже, поэтому Петунья произнесла: - Хватит! Что тут вообще происходит? Эта ваша... магия! Глупости! Вы мне испортили очередной день своей МАГИЕЙ! Своим... уродством! Не ожидая пинка от кого-то из родителей, Туни вылетела из столовой. - Не обращайте внимания, она... - миссис Эванс покраснела, ей стало стыдно за поведение дочери. Но объяснить его она не могла, сколько бы ни старалась. - Ничего-ничего, мы же можем продолжить разговор? - сказал Дамблдор. После выходки Петуньи Эвансы стали уважать его, хотя до сих пор не знали его ни капельки. - Не хотите лимонных долек? Дамблдор улыбнулся, а несколько минут спустя сидел за столом и беседовал с мистером и миссис Эванс. Лили немного послушала и вышла. Она не знала, радоваться ей или нет - ведь было бы куда лучше, если бы Петунья тоже стала волшебницей...

***

Через несколько дней Лили и миссис Эванс провожала в Косой переулок одна из преподавательниц Хогвартса - профессор МакГонагалл. Лили очень удивила ее способность превращаться в кошку, поэтому она подумала, что профессор, видно, замечательный человек, раз превращается в такое великолепное животное. В пути мама Лили бесконечно задавала вопросы профессору - как все устроено, почему так происходит, а в конце разговор вообще зашел о Министерстве магии. МакГонагалл была явно заинтересована беседой, но все выкладывать не спешила. Затем она сказала миссис Эванс, что если бы она была волшебницей, делала бы успехи в магии. Саму миссис Эванс это очень растрогало, а Лили разговор показался невероятно скучным, и она едва не пожалела о поездке. Косой переулок встретил новых посетителей яркими вывесками, шумом и радостными возгласами других покупателей. Лили видела детей своего возраста, таких разных. Кто-то улыбался, кто-то презрительно отворачивался - правда, Лили не понимала, почему. На некоторых она уже успела обидеться, а кто-то понравился ей с первого взгляда. Больше всего Лили понравился магазин волшебных палочек. Столько палочек, таких разных, и среди них тебе подходит только одна... Магазин "Флориш и Блоттс" Лили тоже оценила по достоинству - читать она всегда любила. Мантии ее почему-то не интересовали, а ингредиенты для зелий в виде сушеных слизней и глаз жуков тоже не вдохновляли. Поэтому Лили предоставила покупку мантий и ингредиентов маме и профессору МакГонагалл, а сама пошла к Флориану Фортескью. Там она присела за свободный столик и заказала мороженое с клубникой. Через несколько минут к Лили подсела девочка ростом не выше ее. По ее виду можно было догадаться, что она от кого-то убегала или же кого-то догоняла. Пепельные волосы были заплетены в небольшую косичку, которая сильно растрепалась. Ее синие глаза сразу же понравились Лили - такие яркие, добрые и красивые. - Я Мэри, а ты? - девочка улыбнулась и прямо через стол протянула Лили руку, едва не сбив стаканчик с ее мороженым. - Лили! - Лили с удовольствием пожала руку девочке и тоже улыбнулась. - Смотри, а это наши новые друзья, - сказал Мэри, показав куда-то в сторону. Там стояли два мальчика и одна девочка. Один из мальчиков был сильно взъерошенный и носил очки, а второй - немного гордый и очень красивый. Девочка стояла к Лили спиной, и все, что она узнала, это то, что у нее были темные волосы. Девочка о чем-то спорила с мальчиком в очках, а красивый мальчик глядел куда-то в сторону и время от времени вставлял свои реплики. Едва увидев Лили, очкастый перестал спорить и улыбнулся ей, помахав рукой. Лили в ответ спешно помахала и отвернулась. - Это Джеймс, Сириус и Марлин, Лили! Может, мы даже будем учиться все на одном факультете. Ты что-нибудь знаешь о Хогвартсе? И вообще, кто ты по крови? - без умолку говорила Мэри. Лили нравилась такая атмосфера - счастливая, и даже чуть-чуть праздничная. - Я вот полукровка, а все они - чистокровные, - продолжала девочка, показывая рукой на Джеймса, Сириуса и Марлин. - А ты маглорожденная, да?.. - Я не понимаю, что это значит, - ответила Лили, прервав ее. Ну и правильно - сколько можно болтать? - Смотри, Лили. Маглорожденная - это когда твои родители маглы, полукровка - если один из родителей магл или маглорожденный, а один волшебник. Чистокровный - это если у тебя в роду одни волшебники. - Выходит, я маглорожденная? - Выходит! А хочешь, мы тебе покажем разные магазины? Здесь просто чудесно! Нет, Лили не хотела отсюда уходить. Не хочется идти непонятно куда непонятно с кем, и вообще в таком случае ее придется искать. Лили все же с места сходить не собиралась. Она уже обдумывала, как отказаться, чтобы никого не обидеть, и тут ее окликнула мама. - Прости, Мэри, мне пора! До встречи в Хогвартсе! Лили вскочила и убежала к маме. Лицо Мэри выразило крайнее сожаление - она явно нуждалась в большей компании. Она что-то сказала в ответ, но Лили уже не услышала. Лили возвращалась домой в прекрасном настроении. В Хогвартсе ей будет хорошо - у нее будет Северус, Мэри, а еще было бы неплохо познакомиться и с остальными. И все они точно попадут на один факультет с ней, Лили. Или про что там пыталась объяснить Мэри. А Петунья пусть остается дома - она, может, все равно не захотела бы ехать в Хогвартс.