Сделано в России

Старая черная «Волга», кое-где побитая-поцарапанная, лихо рассекала по практически пустой трассе, а водитель, с упоением, сжимая руль, казалось, совершенно не замечал, что давно уже превысил разрешенную скорость. Предусмотрительно притормозив, завидев вдалеке сонного гаишника, Денис Калашников, прикинувшись законопослушным гражданином, преодолел опасность в лице стража порядка и, убедившись, что пост ДПС остался вдали, со всей силы треснул спящего брата по плечу. - Подъем, Сеня! – весело гоготнул Денис. – Шесть утра, уже почти светает. Сеня, с перепугу дернувшись и едва не полетев головой в лобовое стекло, тяжело задышал. - Прикрути музыку, а? – взмолился он, на ходу припоминая что вообще делает в машине своего детства. – Что это вообще за музыка? - Нормальная музыка, - оскорбился Денис, увеличив на старенькой магнитоле, явно стыренной из другой машины, громкость. – Владимирский централ, ветер северный! Сеню аж перекосило от громкого пения. - На, похмелись, пьянь, - усмехнулся Денис, кинув Сене бутылку минералки. – Ну и рожа у тебя. Бедная Женька, такую-то моську с утра видеть. - Женька! – ахнул Сеня и тут же запустил руку в карман куртки в поисках мобильника. Денис вскинул брови, но, воздержавшись от вопросов, уставился на дорогу. Набрав нужный номер, Сеня, нервно постукивая пальцами по бедру, секунд тридцать ждал, пока гудки стихнут и сменятся заспанным голосом девушки. - Сеня, какого хрена? – простонала в трубку Женя. - Женька, ты спишь? - Конечно, спит, шесть утра, - заметил Денис. - Меня не будет на первой паре, - отмахнувшись от брата, сказал Сеня. – Скажи старосте, чтоб не отмечала. - Семен, ты вообще где? – строго, голосом тюремного надзирателя, спросила Женя. - Где я? – шепнул Сеня. - В Твери, - ответил Денис. - В Твери. – Но тут же бедный Сеня понял всю недосказанность ситуации и машинально отключил телефон. – Как в Твери? - Ну почти в Твери, - поправил Денис. – Еще не доехали. - Какая Тверь?! Мне право сдавать! Денис, уже пожалев, что разбудил брата, прищурился. - Мы едем искать батю, - твердо сказал он. - А батя в Твери? - Нет. - Тогда какого ху… - Батя прислал координаты, - раздраженно пояснил Денис и кинул Сене свой телефон. – Глянь. Сеня схватил старенькую «нокию» и, открыв сообщения, выделил первое в списке входящих.

«56°48' с.ш., 35°50' в.д.»

- Он серьезно? – вытаращил глаза Сеня. – Он присылает координаты? - Батя – бывший разведчик, - с гордостью напомнил Денис. – Конечно, он будет присылать координаты. - Я не об этом, - сухо сказал Сеня. – Почему он отправляет тебя в Тверь? - Приедем, посмотрим. Сеня, уже трижды пожалевший о том, что вообще сел к брату в машину, с остервенением кинул бутылку минералки на заднее сидение. Предполагая, что явись Денис в общагу днем ранее, когда студент-отличник был трезв как стеклышко, задумчив, как философ, и занят, как колхозник весной, исход был бы совсем другим – Дениска Калашников шел бы на три веселых буквы, возможно, получил бы толстенным конспектом по мягкому месту. Но судьба распорядилась иначе. Если, конечно, Денис не высчитывал дни и не подгадал момент, когда братец будет слегка нетрезв и на все согласен. - Останови машину, - требовательно сказал Сеня. - Сиди, заложница, - хмыкнул Денис. - Останови машину. - Остановка запрещена. Знак видел? - Останови машину, - крикнул Сеня и со всей силы ударил рукой по бардачку. - По почкам себе постучи, лось двухметровый! – прорычал Денис, зарядив брату такой мощный подзатыльник, что чудом не довел воспитательный момент до сотрясения мозга. – Это ж ласточка! Батя мне за нее голову свернет. Что, забыл уже, как он тебя лопатой отхерачил, когда ты в овраг въехал? Но, поймав взгляд Сени, Денис, поджав губы, съехал на обочину и заглушил мотор. - Что не так, садюга? - Ты приезжаешь, хрен знает откуда… - Из Ярославля, - напомнил Денис. - …забираешь меня, хрен знает куда… - В Тверь. - Искать, хрен знает что… - Батю искать. - Но батя не в Твери! – взвыл Сеня. Денис, кажется, запутался. - Что происходит, Денчик? Постучав пальцами по рулю, Денис, предусмотрительно взглянул в зеркало заднего вида, чтоб убедиться в отсутствии слежки. Годы, проведенные с отцом-разведчиком, сказались на психике Дениса куда четче, чем на Сене. Денис видел врага даже там, где его нет. Видел опасность даже в тех местах, где ее быть не может. Даже в армии, до самого дембеля, подозревал товарищей по роте в сотрудничестве с американскими спецслужбами. Поэтому сейчас, сидя с братом в одной машине, когда ситуация требовала серьезного разговора, Денис ожидал, что их подслушивают. Кто знает, вдруг в бардачке прячется карлик-шпион? - Батя вышел на след поджигателя, - нехотя пояснил Денис. У Сени отвисла челюсть. - Того самого? Выхинского поджигателя? Денис горячо закивал. - Батя видел знаки весь последний год. Потом, в августе, отправился на Алтай, я думал, обычное дело, но в сентябре батя прислал мне координаты, какая-то деревенька в Алтайском крае, возле Кучерлинского озера, - произнес Денис. – Я разобрался там с «Алтайским зверем», а потом получил новые координаты. Батя сам не объявился. - Тогда как ты можешь знать, что он вышел на след поджигателя? - Сеня, ты олень. Я отследил батины поездки, навел справки и понял, что незадолго до того, как батя приезжал в эти места, там случались пожары. - И? - И ты по-прежнему олень, Сеня. Не просто пожары, как солярой залили хату и подожгли. Такие пожары, как на нашей даче в Выхино двадцать лет назад, - без следов поджога, без свидетелей и с жертвами. Кстати, в пожаре тоже погибли женщины. Сеня потупил взгляд. - Поэтому ты выдернул меня? Думаешь, отец отправил тебя в Тверь, потому что думает, что поджигатель нанесет удар там? - Вряд ли, - пожал плечами Денис. – Не понимаю батину логику, но это ж батя! Если батя отправляет нас в Тверь – мы едем в Тверь. Не дождавшись, пока Сеня раздуплится и поймет всю тонкость плана Ивана Калашникова, Денис завел мотор и съехал с обочины. Сеня долго смотрел в окно, изучая своим сонным взглядом тяжелые кучевые облака, обдумывал слова брата и попытался понять, что же ждет их в Твери. Вопросов к Денису накопилось еще больше, но вместо основных, крутящихся в его голове, у Сени вырвалось: - Ты помнишь, как выглядел поджигатель? - Мне пять лет было, окстись, Сеня, - хмыкнул Денис. – Да и не разглядывал я его. - Почему? - Потому что тебя, болвана, из хаты выносил. - Я думал, папа меня вынес, - ввернул Сеня. - Батя? Не, он с огнетушителем бегал, а потом, как мамку увидел…короче, не батя это был. Остаток пути ехали молча. Денис включил какой-то блатной шансон и, игнорируя просьбы брата, не думал даже сменить музыку на что-то более мелодичное. Прослушав заезженный диск «Бутырки», Сеня закрыл глаза и, опершись горячим лбом о холодное стекло, заснул.

***

- Глянь, Сеня, поселок Новые Буйки, - гаркнул Денис, разбудив криком брата. – Какая ж красотища, бляха муха! - Какие буйки? – ошалело спросил Сеня. – Ты куда меня завез? Денис, проигнорировав гневный вопрос, заглушил мотор и вышел из машины, хлопнув дверью так, что зеркало заднего вида предательски задрожало, грозясь отвалиться. Сеня тоже ступил на влажную от ночного дождя землю, и, осторожно прикрыв дверь «Волги», все же накликал на себя гнев брата. - Ты какого хрена дверями хлопаешь, лось патлатый?! Бабу свою по ягодице хлопать будешь! – разозлился Денис, тут же кинувшись к двери, проверить, не осталось ли видимых следов повреждения. - Где мы? – заглушив поток брани, спросил Сеня, оглядываясь по сторонам. Узенькая проселочная дорога, довольно захламленная бутылками и пакетами обочина, ведущая в лес, типичные дачи на десять соток вдали. - Новые Буйки, - повторил Денис, роясь в бардачке. – Батя нас сюда завел. Сеня, уже успев отвыкнуть от замашек старого разведчика Ивана Калашникова, недоуменно вскинул брови и осторожно облокотился о драгоценную машину. - Пока ты спал, я позвонил тете Лене, - попытался пояснить Денис, но еще больше запутал брата. – Ну. Тетя Лена, хозяйка пивнушки для охотников. И дочь у нее еще, Настенька. - Настеньку помню, - мигом докумекал Сеня. – Настеньку сложно забыть. - Да, Настенька… - протянул Денис, вспомнив белобрысую недалекую девчушку, которая почему-то ждала его из армии. – Так вот, тетя Лена уточнила. Сказала, что в Новых Буйках неспокойно. Так, лови, Семен. И швырнул брату потрепанное удостоверение оперативника. Сеня, как самый законопослушный в семье, уже представил, как судья выносит им приговор. - Это ж 159 статья! – ахнул Сеня. – Выдача себя за должностное лицо и… - Сеня, - устало вздохнул Денис, спрятав свою ксиву во внутренний карман куртки. – Заткнись. - Я не буду мотать срок! А ты чего ржешь? Твой портрет в каждом РУВД висит! - Послал же Бог брата-юриста. О, а вон и мусора, - хохотнул Денис, завидев в конце тропы машину с мигалками. - Не мусора, а полицейские, - сказал Сеня. - Может у вас на юрфаке они полицейские, а у нас, в СИЗО – мусора. Пошли, Сеня, сделай серьезное лицо, нас не должны расколоть. На этой фразе братья, больше напоминающие прилежного пионера и гопника, пошли по узенькой тропе, на которой, помимо полицейской машины, виднелся еще и покинутый хозяином «запорожец».