Невеста поневоле

Тауриэль стремительно двигалась по коридорам замка Трандуила. Мимо нее летели бесчисленные факелы, коридоры, стены и стражники, застывшие на посту. Оказавшись перед тяжелыми резными дверями тронного зала, она на секунду застыла, собираясь с мыслями, но после смело толкнула деревянную створку. Трандуил как обычно вальяжно сидел на троне и читал какой-то длинный ветхий свиток. Он кинула на девушку холодный взгляд и приосанился. — Вызывали, владыка? — спросила короля Тау. — Да, — лениво отозвался Трандуил. — У меня к тебе есть несколько вопросов по поводу твоего мужа. Тауриэль внутренне напряглась, но ничем не выдала свое состояние внешне. Она понимала, что сейчас ей нечего бояться — нападки Леголаса прекратились, жизнь шла своим чередом. Они с Ференом жили в своем домике, но, скорее, не как муж и жена, а как старые друзья. Так было на протяжении пяти месяцев, и все это время Трандуил не возникал и не плевался ядом в сторону эльфийки. Но не тут-то было. — Расскажи мне, как часто вы делите с Ференом ложе? Девушка обомлела от бестактности короля и даже не нашла, что ответить. Она стояла молча довольно долго, а потом выдавила: — Это не ваше дело, владыка. — Не мое? — Трандуил вскинул кустистую бровь. — Я поясню, чем вызван мой интерес. Вы женаты уже почти полгода, и все еще не ждете наследника. Мне кажется это странным, я забочусь о здоровье своих подопечных… — Не врите, владыка! — воскликнула эльфийка. — У вас есть другие причины? Вы боитесь, что я смогу убежать с вашим сыном?! Смею вас заверить, он мне безразличен! — А ты ему нет! — Тау даже не заметила, как Трандуил оказался возле нее, весь полыхающий от гнева. — Он по-прежнему не перестает думать о тебе! Я окружил его всем, что могло бы отвлечь его от мыслей о какой-то дрянной эльфийке, но нет! Единственное, что отвлечет его — рождение у вас с Ференом наследника. — Вы себя не слышите, — попятилась Тауриэль. — Вы заставляете меня родить ребенка, чтобы ваш сын окончательно прекратил обо мне думать? Вы в своем уме, владыка? — у Тауриэль откуда-то появилась истинная, безрассудная смелость, которая раньше включалась лишь в бою. Она вылетела из зала, но Трандуил почему-то не предпринял даже попытки удержать ее и закончить неприятный разговор. Ноги привели ее в холодный сад, в котором зима все еще не хотела уступать права робкой весне. На дворе вот-вот должен был наступить март, лес стоял голый, черный и неприветливый. Оказавшись среди обнаженных холодных деревьев, Тауриэль попыталась отдышаться. Немыслимо! Ей физически отвратно чувствовать себя в одном помещении с этим чудовищем, с Трандуилом. Как он может лезть в ее жизнь после того, как абсолютно сломал ее и растоптал? Она решила не возвращаться на службу и отправилась домой. Вечером Тау поделилась случившимся с супругом. Ее всегда радовало, как Ферен подходил к решению любых проблем. Он внимательно и без истерик выслушивал жену и только после этого приступал к медленному препарированию событий. — Он прав, — неожиданно заявил эльф в этот раз.- Наш брак начался весьма подозрительно, и поженились мы очень быстро. Это можно было бы списать на внебрачного ребенка, но как видишь… — Ты поддерживаешь его? — воскликнула Тау. — Ни в коем случае, — возмутился Ферен с оскорбленным видом. — Я лишь могу понять и его, и даже Леголаса. Если ситуация именно такая, какой описывает ее король, принцу сейчас очень несладко. — А каково мне в этой истории никого не волнует? — голос Тауриэль сорвался на крик. — Все ищут личную выгоду, все хотят устроиться комфортнее и жить спокойно, но что делать мне? Мне не дали быть с любимым, искалечили судьбу, а теперь еще и заставляют родить нежеланного ребенка! Ферен молчал. Он осознал, что сказал глупость и сильно раскаивался. — Лучше бы я тогда просто убежала из Лихолесья, — прошептала Тау. От крика у нее разболелось горло. — Вы все мне противны. Мне хочется уйти. Умереть. Неужели ты не понимаешь, что я видела в тебе того, кто никогда от меня не потребует ничего, что мне не нравится? Единственного в этом замке, кто уважает мое мнение и никогда меня не обидит? — она посмотрела на побледневшего Ферена. — И что теперь? Ты принимаешь их сторону? — Если бы я принимал их сторону, я бы насиловал тебя каждый вечер после того, как ты приходила после службы, — севшим голосом отозвался Ферен. — Я бы даже не спросил тебя в первую брачную ночь. Мы переспали лишь однажды. И я не намерен менять своих решений. Думаю, это говорит за меня. Тау зашла в спальню и легла на кровать. Больше всего на свете ей хотелось оказаться сейчас в другом месте, которое очень далеко от Лихолесья, Трандуила и Леголаса. Внезапно, она услышала за окном легкий шорох. Дикие звери никогда не подходили близко к домам, а вот недобросовестные сплетники вполне могли обивать пороги их дома. Тауриэль насторожилась и бесшумно поднялась с кровати. Ее пронзила невероятная догадка. — Выходи, Леголас, — громко крикнула она. — Ты же хочешь, чтобы тебя заметили. В окне мелькнул знакомый силуэт с колчаном за спиной. Ставни бесшумно открылись и спокойный Леголас быстро пролез в комнату с улицы. Одновременно с ним из гостиной в спальню вошел Ферен. — Я подозревал, что все здесь не просто так, — сказал Леголас, глядя на супругов. — Теперь ты видишь, что ключ к тайне нашей быстрой помолвки лежит совсем не в том месте, где ты его искал? — надменно спросила лихолеского принца эльфийка. — Я предлагаю тебе уйти, — тихо сказал Леголас, глядя на Тауриэль. — В последний раз. Или я уйду сам. Она молчала. Напряжение в воздухе нарастало. Тауриэль очень жалела, что не видит Ферена, который стоят за ее спиной. — Уходи, — тихо, но твердо прошептала она Леголасу. Тот молча развернулся и вышел в лес через окно. В комнате повисла звенящая тишина, среди которой Ферен просил, зачем Тауриэль отпустила того, кого любила всю сознательную жизнь. — Потому что это было бы предательством по отношению к тебе. — Но ради чего? — непонимающе спросил Ферен. — Ради будущей большей любви, — вздохнула Тау и обняла супруга.