Мир на двоих

Он такой милый, когда поет, при этом не понимая не единого слова по-английски, старательно отстукивает ритм на руле и подскакивает на сидение в такт зажигательной музыке, льющейся из колонок. Ира улыбается, поглядывая на своего парня из-под солнцезащитных очков, а прохладный ветер играется с её волосами, путаясь в пшеничных прядях. Они запланировали провести совместные каникулы только вдвоем, путешествуя по стране. Только он и она, только дорога, только горы и обширные равнины, раскинувшиеся до горизонта. Долгие поцелуи под звездами, такими яркими и настоящими без круглосуточных огней большого города, нежные объятия, что вызывают толпы мурашек по спине и родной человек рядом. Романтика, дорога и ночи, наполненные страстью лишь для двоих. Машина быстро несется по прямой трассе, а потом скидывает скорость, сворачивая к придорожной закусочной. Саша выключает зажигание и выскальзывает из салона своего авто, попутно доставая из кармана телефон. У девушки моментально портится настроение, и потому в забегаловку она заходит со злостью сжимая кулаки. Ей Богу, сколько можно-то? Ира ненавидит телефон Плисакина также сильно, как и Диму, который умудряется выводить её из себя, даже находясь на расстоянии. Серьезно, Саша не выпускает этот чертов мобильный из рук ни на секунду: постоянно проверяет ленту новостей в Instagram и переписывается с этим придурком — с лучшим другом. Бесит. До дрожи. До стиснутых зубов. Парень шумно прихлебывает обжигающий кофе со сливками, рассеянно осматривая посетителей маленькой закусочной. Ира не отводит от него взгляда и каждый раз борется с диким желанием плеснуть ему в лицо колу, когда телефон начинает пиликать, а Саша тянет к нему руку. Она вдыхает полной грудью, хватаясь пальцами за край стола, и начинает мысленно считать. Один. два. Три… Десять. Одиннадцать. Двенадцать. Когда Ира доходит до пятнадцати, телефон загорается, а по помещению разливается назойливая мелодия, которая для нее сравнима со звуками из Ада. На экране высвечивается фотография Димы и она кривится, сильнее цепляясь за деревянную поверхность стола. — Не отвечай, — просит, раздраженно щурясь. — Солнце, я не могу не ответить. Дима мой друг, — Саша улыбается уголками губ, а потом проводит по сенсору пальцем, принимая звонок. — Привет, дружище. Рад тебя слышать, — он радостно вопит в трубку, широко улыбаясь. — Представляешь, через пару часов мы будем у горы Говерла. Да, конечно, я скину тебе фотки, какие разговоры… Девушка не ждет завершения разговора, подскакивает с места, стул с грохотом летит на залитый кофе и ещё какой-то мутной жидкостью пол, а она выбегает на улицу, игнорируя выкрики Плисакина позади. Когда Саша выскакивает следом, Ира уже садится на байк неизвестного парня, обхватывает того за пояс и склоняется к ухо, что-то тихо шепча, когда он заводит мотор. — Ты с ума сошла?! Слезай немедленно! — Плисакин в два прыжка оказывается рядом и успевает сдернуть девушку с сидения, прежде чем мотоцикл трогается с места. — Ты офигел?! — Ира зло сверкает радужкой зеленых глаз, переводя дыхание. Вырывается из хватки парня, причудливо выворачиваясь, а он резко разжимает пальцы, отчего она чуть ли не падает на землю. — Это ты ебанулась, — спокойно говорит Саша, прикуривая сигарету. — Приключений на задницу захотелось, да?! Слишком взбешен из-за её безрассудного поступка, потому не замечает, как повышает голос, а кончики пальцев мелко подрагивают, когда он подносит сигарету к губам, чтобы вдохнуть в себя порцию горького дыма, обжигающего легкие. — Да пошёл ты к черту, Плисакин! Не хочешь путешествовать со мной, так позвони своему ненаглядному Диме. Уверена, он сумеет вертолет отыскать, чтобы примчаться к тебе ещё до заката. Он же хотел ехать с нами, и ты бы его обязательно взял, если бы я не настояла… Слушай, а может мы вообще втроем жить будем? И в постель его к себе пустим? Девушка не замечает, как начинает плакать, но ощущает, как слезы обжигают кожу, стекая вниз по лицу. Саша сглатывает, откидывает окурок в сторону и делает шаг вперед. Аккуратно касается пальцами её щеки, стирая влажные дорожки. — Милая… — Порой мне кажется, что он для тебя важнее, чем я, — она громко всхлипывает, поджав губы. — Ты ведь без него и часа прожить не можешь… — Боже, малыш, это всё из-за Димы? — Парень притягивает её к себе, крепко прижимая к груди, а ладонью поглаживает по спине, успокаивая. — Я даже и не думал… — бормочет её в волосы, целуя в висок. — Видишь вот это? — Он, ни минуты не раздумывая, достает свой телефон. Ира не успевает промолвить ни слова, как серый аппарат летит на землю, разлетаясь на части. — Большего никого, хорошо? Только ты и я. Её изумрудные глаза мгновенно загораются теплом, и она тоже обхватывает Сашу руками, пряча мокрое лицо на его груди. Никого. Только ты и я. Только мы.