Глава 3 "Ужин с сюрпризом. Часть 1. Меню, сэр"
27 февраля 2019 г., 01:37
Гостей Уотсон не приглашал и уж тем более не ждал, поэтому лёгкое удивление, что проступило на его лице, когда стук повторился ещё раз, стало закономерной реакцией на внезапное вмешательство в ритуал переодевания. Впрочем, удивление быстро сошло на нет и сменилось небольшим беспокойством, когда Джон, задумавшись на мгновение, понял, что в такой час его мог беспокоить вовсе не незваный гость, а всего лишь стюарт, обходивший каюты, или же сам Майк Стэмфорд, которому Джон ещё вчера не забыл поведать номер и место расположения собственной комнаты, дабы тот, в случае чего, успел предупредить его о смене вечерних планов.
Так и не покончив с непослушной бабочкой, Уотсон отвлекся от созерцания себя в зеркальном прямоугольнике и поспешил отозваться на непрекращающийся ритмичный перебор костяшками пальцев по твердой поверхности.
Решительно распахнув двери, молодой человек бегло окинул взглядом визитёра, дабы убедиться, что хотя бы одно из его предположений оказалось верно.
– Наконец-то, Джонни, – расплылся в улыбке Стэмфорд, отстранив сжатую в кулак руку от дверного косяка. – Я уж было подумал, что ты тут забылся сном праведника.
– Какой тут сон, Майк, – запротестовал Джон, – я как раз готовился к ужину. Он же ещё в силе? Нам не довелось пересечься сегодня, поэтому я был не совсем уверен насчёт наших совместных вечерних планов, однако решил подготовиться. Но раз ты заглянул, то скорее всего, это значит, что всё отменяется.
– Ничего не отменяется, Джон, – поспешил заверить друга мужчина. – Вон, посмотри как меня Сара вырядила. Разве так, да на обычную вечернюю прогулку по палубе, выйдешь? Разве в таком наряде говорят, что "вечеринки" не будет?
Джон рассмеялся. При детальном осмотре вечернего туалета Майка, ему стало действительно смешно, а потому он не смог сдержать ни улыбки, ни рвущегося из груди смеха.
Вид мужчины нельзя было описать иначе как – претенциозно щегольский. Майк был облачён в костюм хорошего покроя, но излишне яркого дизайна, который отдавал подчёркнутой театральностью и эффектностью.
Возможно, какому-то более ладному денди этот комплект из пёстрого галстука-бабочки, лишь отчасти сдержанного жилета и совершенно режущего глаз пиджака подошёл бы, выгодно подчиркнув и видом и цветом, все прелести фигуры и образа, однако на пышном и немного неловком Стэмфорде всё смотрелось несколько иначе. Тщательно изображая наружность его смешной, вычурной.
– У Сары отменный вкус, – вежливо заметил Джон, ему хотелось добавить уверенности и без того сконфуженному Майку. – Вы из-за этого сегодня каюту не покидали? Подбирали наряды на вечер? Я знаю, что женщины в этом деле весьма щепетильны.
– Это тоже, – махнул рукой Стэмфорд. – Но на самом деле, у Сары по утру разыгралась сильная мигрень и она вообще не желала куда-либо выходить, поэтому мы и не смогли разделить с тобой день. Ты уж прости, Джонни. Однако ужин она в любом случае хотела посетить. Не отказалась бы идти даже если бы у неё, не дай бог, отказали ноги. Женщины, сам знаешь.
– Надеюсь, что её мигрень немного стихла к этому моменту. Если хочешь, могу осмотреть её после. Возможно, что просто давление шалит. У меня есть некоторые лекарства, которые могли бы помочь.
– Я признателен, правда, – Стэмфорд замялся.
Отзывчивость Уотсона его несколько смутила, так как он чувствовал, что поступил предательски, предоставив Джона самому себе на целый день, когда обещал составить компанию, а кроме того познакомить с местными забавами – вроде сквоша или крокета на палубе – и "секретными" барами. Если бы не Сара, то они вполне могли бы провести время с толком и даже азартом, но жёны вечно вносят коррективы в дела своих мужей.
– Надеюсь, что ты сам не провёл половину дня в этой комнатке.
– Я не из тех, кто готов часами сидеть на одном месте. Впрочем, иногда и такое желание возникает. Но не сегодня. Я с самого утра был на ногах и, кажется, обследовал немало потаённых "уголков" судна. Даже завёл новое знакомство.
– С женщиной? – как-то уж слишком взволнованно обронил Майк Стэмфорд.
– Нет.
– Это хорошо. Иначе бы Сара мне этого не простила. С тех пор как я вас представил друг другу, а ты выдал ей, что не женат, она горит желанием свести тебя с кем-нибудь. Как раз-таки предупредить насчёт этого я и зашёл. Ты же знаешь, что ужин пройдет вместе с её новыми подружками, поэтому будь готов к тому, что большую часть времени тебе будут строить глазки и задавать неудобные вопросы относительно твоего капитала и прочих устремлений, а сама Сара будет всячески рекламировать тебя своим девочкам. Даже прибегая к небольшой лжи.
– Предупреждён – значит вооружён, – отозвался Уотсон, стараясь дать понять Майку, что никаких возражений не имеет, да и готов помочь Саре не ударить в грязь лицом в роли свахи.
– Кто знает, Джон, может этим вечером ты действительно встретишь ту самую. Сегодня ты холостяк, а завтра, быть может, уже при невесте. Да и не абы какой! Денег у этих леди много, уж поверь. Ладно, пока оставим эти разговоры. Я уже сам в сватья записался, похоже. Не хочешь пройтись и подышать морским воздухом, полюбоваться звёздным небом, пока не подали сигнал к ужину? Не составишь компанию старому школьному другу?
– Я не имею ничего против, но Сара тебя не потеряет?
– Она сейчас с подружками. Сама отправила меня нагуливать аппетит, да и хочет секреты семейного счастья с девочками обсудить, а такое, знаешь ли, не для ушей мужей.
•●•●•
Ресторан «Queen Mary» располагался в кормовой части палубы «В» и являл собой подобие отдельного мира для привилегированных господ, в который случайному человеку без связей и денег не попасть. Внешний и внутренний интерьер «Queen Mary» имел лёгкий налёт влияния помпезного стиля французского короля Людовика XIV, однако в основе своей всё же подчинялся главному принципу английского интерьера: богато и сдержанно. Главным мотивом стала умеренная роскошь на грани утонченности. Весь обеденный зал был декорирован мебелью, выполненной из ценных пород дерева. Многочисленные стулья, на которых уже успела расположиться большая часть гостей, имели тонкие изящные ножки, а для обивки использовалась дорогая ткань кремового цвета с простым геометрическим рисунком. Аккуратные круглые столики, накрытые жемчужно-белыми скатертями и украшенные вазонами с композициями из розовых роз и белых лотосов, располагались так, чтобы не мешать движению гостей и официантов. Вдоль стен, отштукатуренных и выкрашенных в персиковый беж, растянулся небольшой ряд сервантов из темного дерева, заполненных фарфоровой посудой. Потолок был украшен лепниной и художественной росписью, освещалось всё шестью массивными хрустальными люстрами и чередой мелких потаённых ламп. Два ряда иллюминаторов закрывали подсвеченные изнутри витражные стёкла, благодаря чему создавалась иллюзия дневного света. Колонны и арки, размещенные по периметру ресторана, были устроены так, чтоб не перекрывать гостям обзор на противоположные столики, а также маленькую сцену, на которой расположился струнный оркестр, готовый с минуты на минуту начать концерт. – Ты только посмотри, Майки, какое изящество, – шепнула на ухо супругу восторженная Сара, едва переступив порог ресторана «Queen Mary». – И я говорю не только об интерьере. Ей ещё не доводилось посещать столь утонченных заведений. По крайней мере на круизных лайнерах подобного типа. Всё чем можно было удивить и похвастаться пассажиры демонстрировали именно здесь. – Невероятно, столько красивых мерцающих платьев из атласа и шёлка. А драгоценности тут на каждой шеи висят. Кругом одни бриллианты, милый. Интересно, сколько они стоят? – вновь зашептала Сара, пока она в компании мужа, подруг, мистера Уотсона и сопровождающего их официанта продвигалась к заранее зарезервированому столику, рассчитанному на пять персон. – Одним словом – бомонд, – выдохнула завороженная Сара Стэмфорд, когда другой юркий официант – очевидно, занимающийся исполнением чьего-то заказа –, одарив даму и её кавалера услужливой улыбкой, пронесся мимо с подносом, где на красивых тарелках лежали сочные лобстеры с кусочками лимона и перьями какой-то причудливой зелени. – Прошу сюда, господа. Мы почти на месте, – с улыбкой вывел сопровождающий официант, помогая гостям пройти мимо рядов таким образом, чтобы не потревожить покой остальных посетителей. Столик, который, как успел узнать Джон, был заказан на имя мисс Хуппер – одной из недавно обретённых подруг миссис Стэмфорд –, расположился практически в центре обеденного зала, а потому очень приглянулся Саре, да и самому Уотсону, поскольку позволял без лишних хлопот наблюдать за всем происходящим вокруг. – Присаживайтесь, господа, – протянул официант, едва ведомая им компания достигла места. – Вам подать стандартное меню или у вас имеется персональное? – О, – вдруг подала голос мисс Хуппер, стройная, по-мальчишески сложенная, коротко стриженная шатенка двадцати восьми лет, носящая алмазные заколки в волосах и тёмную помаду на тонких губах, – я заказывала для себя персональное меню, поэтому оно у меня есть, но не думаю, что мои гости будут удовлетворены лишь им. Так что сегодня я хотела бы, чтобы нам предоставили полное меню, будьте любезны. – Хорошо, мисс Хуппер, – кивнул официант, а затем, развернувшись на каблуках, резво устремился куда-то в сторону камбуза для готовки. – Ты сегодня всех угощаешь, Молли? – озадаченно протянула белокурая дама в тёмно-синих перчатках и белом платье свободного кроя, простая красота которого дополнялась жемчужным пояском. – Ну, Эмма, если это мой столик, – протянула Молли, мягко бросив на подругу взгляд из-под опущенных ресниц, – то и мне платить за всех. – Но ведь можно и разделить один счёт на всех, – вступила в игру Сара, чем вызвала у Майка едва заметный приступ паники. Ещё ничего не было заказано, а сумма счёта не была составлена, но Стэмфорд уже волновался, что в таком месте откушать за цивилизованные деньги не удастся, поэтому заранее надеялся, что они с Сарой ограничатся простыми и относительно недорогими блюдами, и заплатят сами за себя, не потратив лишнего фунта или пенни. Не то чтобы он не был готов раскошелиться ради любимой, но оставить всё своё денежное имущество на тарелке тоже не желал. – А можно поступить ещё проще, – заметил Майк, – каждый выбирает то, что желает и оплачивает это самостоятельно. Джон, ты же меня в этом поддерживаешь? – Конечно, – согласился Уотсон, он и не представлял, что будет как-то иначе. – Нет, я настаиваю, – не унимались мисс Хуппер. – Я хочу, чтобы мы все весело провели время, вкушая деликатесы и распивая элитные вина. Если каждый будет высматривать в меню, что проще и дешевле, то какой толк в том, что мы здесь? Поэтому, друзья мои, не волнуйтесь и доверьтесь мне. Позвольте сегодня себе любой каприз, а я возьму на себя расходы. Мне не жалко. Это всего лишь деньги. Они не такая уж и ценность. А вот улыбки моих друзей, время, проведенное с ними, и радостные воспоминания – это другое дело. Буду крайне признательна, если вы отплатите мне именно этим. – Ты такая душка, Молли, – улыбнулась Эмма. – Что ж, в следующий раз угощать буду я. – Не имею возражений, – хохотнула мисс Хуппер, а затем взгляд её метнулся в сторону смущённого Джона Уотсона. – С вами всё хорошо, мистер Уотсон, – решила осведомиться мисс Хупер, заметив на щеках Джона лёгкий румянец. – Да, мисс Хуппер. Я в полном порядке. Просто немного шокирован вашей щедростью и проницательностью. Не так он себе представлял англичанок из высшего общества. Они представлялись ему холодными и расчётливыми дамами, склонными к накопительству, а не взбалмошным и простодушными кокетками, готовыми тратить деньги только ради того, чтобы доставить кому-нибудь удовольствие. – Проницательность, – рассмеялась шатенка. – Скажете тоже! Так, женская философия. – Леди и джентльмены, – вдруг раздался знакомый голос официанта, никто и не заметил, что тот вернулся к столику, – прошу, меню. Можете не спешить. Я подожду, пока вы определитесь. – Благодарю, – кивнул Майк Стэмфорд, когда любезная Эмма Маккен передала ему небольшую кожаную книжку с перечнем блюд и напитков. – Вот меню и для вас, мистер Уотсон, – улыбнулась блондинка, вручив Джону такую же книжку, выхваченную из рук официанта. – Вы очень любезны, мисс Маккен, – только и смог вывести Джон Хэмиш Уотсон, прежде чем взгляд его начал блуждать по строкам с замысловатыми наименованиями различных блюд. – Так, – уронила мисс Хуппер, бегло осмотрев, представленную винную карту, – тут такой богатый выбор, но я, пожалуй, пока останавлюсь на своём любимом красном вине. Надеюсь, мой выбор придется всем по душе. Вот это, пожалуйста. – Сорт Пино-нуар? – уточнил официант, заглянув через плечо дамы, а затем, убедившись, что не ошибся, одобрительно закивал. – Прекрасный выбор. Густое терпкое вино, которое подойдёт к любому блюду. – Даже к рыбе? – удивилась Сара. В винах она разбиралась плохо, но слышала, что к рыбе принято подавать исключительно белое вино. – Даже к ней, – спокойно ответил официант. – Однако всё же к вареной или тушеной морской рыбе я, в качестве идеального дополнения, порекомендовал бы какое-нибудь ароматное, не слишком крепкое белое вино с изысканной кислотностью. К примеру, Шенен Блан или же Сан-сер. – Тогда я и буду рыбу, – закивала Сара. –Лосось в медово-горчичном соусе, звучит интересно. Мне, пожалуйста, его. Ещё не откажусь от куриного крема. Салата и пудинга Ом Али. – И не забудь про Шенен Блан, Сара, – заметила Молли. – Ты же заказала морскую рыбу, а к ней лучше всего подойдёт именно оно. – Но ты же уже выбрала красное вино для всех. Я не могу заказать и выпить целую бутылку одна, – воспротивилась миссис Стэмфорд. – Вам и не придется заказывать бутылку. Мы можем подать вам один бокал, выбранного вами вина. Как раз к рыбному блюду, – поспешил успокоить миссис Стэмфорд официант. – Тогда... Я согласна. Милый, а что ты выбрал? – плавно опустив ладонь на плечо сосредоточенного Майка, промурлыкала довольная Сара. – Тушёная ветчина со шпинатом – это не слишком жирное блюдо? – задал официанту вопрос мужчина, едва оторвав взгляд от меню. – Я бы даже сказал, что оно диетическое, сэр, – улыбнулся юноша. – Диетическое, да. Это хорошо, – улыбнулся Стэмфорд. – Тогда мне это и сыр Горгондзола на закуску. – А десерт, Майки? Ты же этим не наешься, любимый. – Ладно, так и быть. И фруктов каких-нибудь на десерт. На ваш вкус. – Хорошо. Кто-нибудь ещё определился с выбором? – Да, я определилась, – вновь подала голос Молли, – Несите сюда большое мясное и большое рыбное ассорти. Думаю, все хотят его попробовать, но стесняются заказать. Я буду смелой! Так, дальше что-нибудь из горячего. Ягнятина с мятным соусом. То, что надо! Дальше: Boivin и отварной картофель. И на десерт пудинг. – Мне то же самое, только без ягнятины и ассорти, но с салатом, – сухо вывела мисс Маккен, после чего с хлопком закрыла меню и вернула его обратно официанту. – Мистер Уотсон, а вас что-нибудь привлекло? – заинтересовано вывела мисс Хуппер, когда поняла, что единственным, кто пока и словом не обмолвился при выборе блюда, остался именно Джон. – Похоже, – заметила Эмма, – мистера Уотсона действительно что-то привлекло. Я бы даже сказала, что отвлекло. Мистер Уотсон, куда это вы смотрите? Ваш взгляд уж точно устремлён не туда, куда нужно. И она была права. Джон Уотсон действительно смотрел не туда, куда следовало бы, а всё потому, что его и без того рассеянное внимание привлёк и полностью переключил на себя до боли знакомый силуэт с копной чёрных кудрей на макушке. Утренний музыкант. Скрипач, играющий Аве Марию так, что душа сама желает воспеть и восславить святую деву. Таинственный незнакомец. Случайный спаситель. И просто обворожительный мужчина в чёрном смокинге, словно сошедший с фотографии, как-то особенно выделялся на фоне всего окружения и безоговорочно притягивал к себе многочисленные взоры. Джон даже удивился, что не заметил присутствия кучерявого брюнета раньше. Наверное, это из-за того, что сам мужчина появился в обеденном зале немногим позже того, как Джон впервые начал тайно, еле заметно обводить взглядом занятые столики, пытаясь разыскать среди прочих гостей одного исключительного человека. Голосов дам, обращённых к нему, Джон не слушал. И даже не слышал. Он был поглощён тем, что пытался понять, кто является спутником скрипача, делившим с ним один столик. Не то, чтобы ему было интересно, просто статный силуэт, облаченный в безупречный белоснежный костюм, резко контрастирующий с чёрным комплектом кучерявого мужчины, был тоже смутно знаком Уотсону. И тоже вызывал какое-то особенное чувство. Нет, не благоговение или восхищение, а что-то несколько приземлённое, и даже излишне человеческое. Отчасти злое, но не враждебное. Нейтральное, но не бесцветное. Кто же этот второй человек, скрывший своё лицо за меню и исподтишка поглядывающий в сторону... столика Джона? Нет, на самого Джона. Уотсон моргнул. На секунду отвёл взгляд, а затем вновь посмотрел в сторону противоположного стола, дабы ещё раз уловить на себе тайный, но очевидно нескромный и явно изучающий взгляд мужчины в белом. Выглядит ли это так, словно они тайно пялятся друг на друга? Или всё же со стороны кажется, будто они действительно увлечены меню? Джон не мог дать точного ответа, однако все же понимал, что эту игру ни то в гляделки, ни то в не слишком тайных агентов пора прекратить. Поэтому решил отступить первым. – Консоме «Миретт» звучит интересно, – наконец-то выдал Джон Уотсон, когда наконец-то соизволил скользнуть взором по одному из пунктов меню. – Что это? – Консоме – это крепкий осветленный бульон из дичи, на гарнир к которому подаётся 10 круглых пирожков из картофеля «Миретт» под соусом «Шатобриан». Очень любопытное и сытное блюдо, на мой взгляд. Желаете остановиться именно на нём? – продекламировал официант, искренне надеясь, что гость бросит своё "да" и он наконец-то сможет оповестить кухню о новом заказе. – Думаю, что остановлюсь на этом. Да, определенно, – отложив меню на стол, спокойно вывел Джон. – Ещё что-нибудь в дополнение не желаете? – Не думаю. – Мистер Уотсон, не стесняйтесь, можете позволить себе всё, – вновь отозвалась мисс Хуппер, уязвленная тем, что последний гость так ограничил себя. – Но я в самом деле больше ничего не хочу, мисс Хуппер. Однако спасибо, что решили удостовериться. – Ну раз так, то заставлять не буду. Спасибо, что приняли наши заказы. Можете передать их на кухню, – устало взмахнув рукой, выдохнула Молли, обратившись к официанту. – Вино за ваш столик подадут сию минуту, – решил предупредить официант, прежде чем покинуть гостей, – сыр, ассорти из мяса и рыбы тоже будут поданы в ближайшие минуты, а вот остальные блюда придётся подождать. – Да, мы в курсе, – зевнула Эмма. – Наслаждайтесь вечером, господа, – обронил юноша, а затем, вклинившись в стайку пробегающих мимо коллег, исчез из виду.•●•●•
Неспешные беседы, изысканные блюда и насыщенные напитки стали неотъемлемой частью этого дивного вечера, однако вовсе не они так взволновали и взбудоражили уже успевшего опьянеть от атмосферы и вина Уотсона. Музыка. Чарующая. Гипнотическая. Джон раньше и не замечал, что она так сильно привлекает его, пока утром не услышал игру скрипача. А вечером – струнного оркестра. В оркестр входило десять человек. Пять дам и пять джентльменов. Первой скрипкой оркестра был солидный мужчина в годах. Полноватый, лысый, широколобый, но до того виртуозный, что, когда он начинал играть свою лидирующую партию, вся его внешняя несуразность куда-то исчезала. Вторыми скрипками, всего их набралось четыре, владели дамы. Тонкие и стройные, точно осины, и до того одинаковые на лица, что различить их можно было лишь по цвету завитых локонов. На альтах и на виолончели играли безликие мужчины, и только контрабасом владела аккуратная, миниатюрная блондинка, с ярко-красными кукольными губами. Струнный оркестр на протяжении вечера играл классику, изредка переключаясь на современные танцевальные композиции и какие-то лёгкие, вольные, отдаленно похожие на джазовые, вариации. И Джону эти моменты очень нравились. Было как-то необычно слушать то, что никогда не было ему близко, но в то же время пробуждало эмоции и желания. – Вас тоже тянет потанцевать, мистер Уотсон? – полюбопытствовала Эмма, заметив, как пальцы Джона отбивают по столу ритм играющей композиции, а каблуки ботинок, едва уловимо отстукивают ту же мелодию под столом. – Немного, – усмехнулся Джон, когда заметил, что обратившаяся к нему Эмма, уже давно во власти музыки. – Так давайте сделаем это. Я вас приглашаю, – послав воздушный поцелуй Джону, выдала смелая мисс Маккен. – Это будет неуместно здесь. Тут все слушают, а не танцуют. – А если мы выйдем на палубу? Музыку будет слышно. И для танца простор найдется, – не унималась Эмма. После долгих бесед за ужином, да благодаря стараниям Сары, Джон Уотсон как-то особенно приглянулся Эмме, поэтому она всячески старалась привлечь к себе его внимание. И делала самые смелые и отчаянные шаги в его сторону, которые могла позволить себе современная женщина. – Я, конечно, не так уж против, но... – начал оправдываться Джон, однако его перебила Молли и плавно сошедшая на нет мелодия. – Но момент упущен, – выдала шатенка, закончив предложение за Уотсона. – Похоже, это пока последняя композиция. Первая скрипка утомилась и собирается взять небольшой перерыв. – Но другие ведь могут играть? – возмутилась Сара, она очень хотела посмотреть на танец Джона и Эммы. – Милая, они, конечно, могут, но это будет не то, – попытался вмешаться Майк Стэмфорд. – Да что за вздор! – ещё больше возмутилась миссис Стэмфорд. – За что вообще платят этим музыкантам? Уж точно не за то, чтобы они отлынивали от своей работы. – Ого, – вдруг вывела Молли Хуппер, заметив, как ко сцене подошёл какой-то кудрявый джентльмен и начал настоятельно требовать у музыканта инструмент, – кто-то из гостей решился заменить уставшего скрипача. – Вот же нахал! – фыркнула Сара. – Скорее, излишне самонадеянный "герой", – хмуро подметила Эмма. – Это же тот, – начал было Джон, наконец-то заметив у сцены ладную высокую фигуру утреннего скрипача, но осёкся и смолк, ему не хотелось разрушать интригу раньше времени. Пусть лучше музыкальный талант этого человека – если ему позволят взойти на сцену – станет для всех присутствующих сюрпризом и открытием. – Кажется, первая скрипка согласилась уступить гостю место на сцене. Вот же смеху будет, если он не умеет играть, – тихо хохотнула Молли, впрочем, если бы она позволила себе рассмеяться громче, то всё равно не осталась бы замеченной из-за гула раздающихся со всех сторон возбужденных шепотков. Джон с трудом сдержался. Ему хотелось возразить Молли, но он решил, что самым лучшим возражением в ответ на её слова станет мелодичный перелив скрипки.
