Tristan

Легкий бриз дул со стороны искусственного моря, ласково потрепывая короткие волосы Блэйда. Солнце уже зашло, и на безоблачном небе высыпали звезды. Волны мерно плескались, накатывая на берег. Где-то далеко за спиной слышались далекие отголоски неспящего города. Они с Тристаном на время остановились в единственном на все Пустынные Земли городе-курорте. Городе у моря. Но по иронии судьбы не могли наслаждаться отдыхом на пляже при свете дня. Тристан привлекал слишком много ненужного внимания. И дело было вовсе не в том, что абсолютно каждый с раскрытым ртом засматривался на соблазнительную поджарую фигуру в темных шортах до колен, расстегнутой на три пуговицы черной рубашке с акульим принтом и черных же солнцезащитных очках, лишь добавляющих крутости кружащему головы образу своего хозяина. Нет, главной причиной были шрамы, очень много шрамов, кричащих о том, что их обладатель далеко не самый обычный человек. Ненужные мысли, ненужные слухи… Пара дней, и сюда непременно заявится некто нежелательный, чтобы посмотреть, что же за птичка залетела в его владения. Сидеть же на жаре, на пляже среди полуголых отдыхающих в полном облачении было как-то странно. Да и смысл? Именно поэтому им оставались только поздний вечер и ночь, когда вход на пляж закрывали и выпроваживали гостей, чтобы никто в пьяном угаре не начал ломать лежаки, выдирать зонты и гадить на песок. За морем и за пляжем тщательно следили. Любой нарушитель ловился быстро и наказывался жестко. Любой, но не Тристан. Тот в два счета обнаружил слабое место в защите и без труда провел их внутрь. Отыскал слепое пятно камер наблюдения. И вот теперь они оба стояли, облокотившись об опустевший деревянный ларек – прокат досок для серфинга – и смотрели на залитое лунным светом беспокойное море. За прошедшие пять лет их жизнь заметно изменилась. Несмотря на то, что Альянс считал Тристана мертвым и более не разыскивал, они не рискнули остаться в Возмездии. Уехали оттуда по фальшивыми документами и более не возвращались. Даже если не брать в расчет сам Альянс, в городе оставалось слишком много людей, что знали их в лицо. Высокий риск. Поэтому оба парня теперь путешествовали, кочевали из города в город, нигде не оставаясь дольше нескольких месяцев. Разумеется, Блэйд мог не надеяться на спокойную и тихую жизнь, когда рядом был Тристан. Тристан, который не мог без движения, без бурлящей в крови дозы адреналина. Именно поэтому бывший наемник ничуть не удивился, когда его любовник внезапно пришел к нему с предложением. – Ты серьезно? – Блэйд скептически выгнул правую бровь. – Нам нельзя привлекать внимание, помнишь же? – А мы и не будем, – промурлыкал Тристан, хитро улыбаясь, и кинул сидящему на диване напарнику какой-то предмет. Блэйд поднял со своих колен часть черной маски с золотыми, извилистыми узорами. Маски, что должна была закрывать верхнюю часть лица. Он повертел ее в руках, а после поднял недоуменный взгляд на Тристана, у которого осталась вторая часть – нижняя. Закрывающая лицо от носа до подбородка. Тоже черная, с выкрашенными золотом рядами скалящихся звериных клыков. – У тебя неплохо выходило толковать с Дэнди, – продолжил он, игнорируя то, как кривится его партнер при звуке ненавистного имени. – Даже смог обвести его вокруг пальца. Так что… Почему бы нам не обратить это в пользу? Ты будешь, скажем, таинственным человеком в полумаске, который готов за разумную плату решать чужие трудности. А я буду, скажем, твоим питомцем – Призраком, которого ты и станешь отправлять решать эти самые трудности. – Подожди, – Блэйд нахмурился. – Что еще за ролевые игры? – Не нравится? – усмехнулся в ответ Тристан. – Тристан работал один. Сам обо всем договаривался. Но Призрак… Призрак исполняет только приказы своего хозяина. Какими бы те ни были. Призрак совсем другой. Цветастые бумажки меня не интересуют, можешь ставить цену на свое усмотрение. Главное, чтобы заказы давали увлекательные. Сложные. Невыполнимые – еще лучше. Справишься? И куда ему было деваться? Поначалу притворная игра давалась не так легко. Но Блэйд провел достаточно много времени среди хищников преступного мира. Он знал ход их мыслей, знал модели поведения. Нужно было лишь взять все это и сшить себе новую личину. Уверенная в себе, загадочная теневая личность. Мужчина без имени и лица, имеющий в своем распоряжении парня, способного пробраться куда угодно, убрать кого угодно, украсть что угодно. Скользить в ночи, словно тень, словно… Призрак. Интригует, не так ли? Самыми сложными были первые шаги. Заставить взять себя в расчет, заполучить доверие, создать репутацию. А дальше… дальше все уже шло само собой. Слухи разлетались быстро, пробуждая в людях любопытство, пробуждая алчность. Клиенты сами их искали, будучи крайне заинтересованными в том, чтобы именно за их заказ взялся быстро сделавшийся легендарным Призрак. Таинственный парень в оскаленной полумаске, скрывающей нижнюю часть лица. Парень, что почти никогда не разговаривал, вольготно развалившись на кожаном диване рядом с заключающим сделку хозяином. Голова с накинутым капюшоном покоится на коленях у этого самого хозяина, глаза же прикрыты. Словно ему нет никакого дела до бесполезной болтовни. Правда, так бывало не всегда. Иногда Призрак бодрствовал: все так же лежал, удобно устроивши голову на коленях Блэйда, и лениво подбрасывал острый метательный нож, чтобы без какого-либо труда поймать его двумя пальцами за лезвие и снова подбросить в воздух. Еще бывало, гораздо реже, что Призрак-таки обращал внимание на серьезных людей, пришедших потолковать с его хозяином. Обводил их скучающим взглядом, ни на ком подолгу не задерживаясь, а после привычно прикрывал глаза, чтобы насладиться прикосновением руки хозяина, поглаживающей его волосы. Что же касалось Блэйда, то тот держался властно, не позволяя никому усомниться, что именно он является здесь хозяином положения. И эти поглаживания… Словно питомца, большого кота, умостившегося на его коленях. Так в фильмах влиятельные мафиози гладили разлегшихся рядом экзотических хищников – чаще всего крупных кошек, вроде тигров или львов. Показывая свое превосходство, свое высокое положение, свою силу. Свою власть. В их нынешней с Тристаном ситуации это работало почти так же. Призрак интриговал. Даже несмотря на то, что он выказывал расположение лишь одному человеку и не пытался соблазнить окружающих, как постоянно делал раньше, боссы группировок все равно заглядывались, все равно начинали испытывать влечение. Желание. Им хорошо была видна соблазнительная поджарая фигурка, по-кошачьи гибкая. И наверняка невероятно умелая в постели. Хоть полумаска и скрывала половину лица, того, что оставалось на виду, им вполне хватало, чтобы пробудить фантазию, чтобы разжечь жажду. Что же окажется под, если ее стянуть? Хорошенький рабочий ротик? Мягкие, чуть припухшие губки, которые так вкусно смотрелись бы на их эрегированных членах? Каждое, даже малейшее движение Призрака завораживало. От него трудно было оторвать взгляд, трудно сосредоточиться на деле. Блэйду часто приходилось выслушивать одно и то же предложение. Мало кто удерживался, мало кто соблюдал какие-никакие приличия. – Признаться, я бы не отказался арендовать вашего питомца и для личного пользования на ночку-другую, – произнес мужчина – босс одной из довольно крупных группировок города, в котором они недавно остановились. Он не отрывал пристального взгляда от руки Блэйда, который скользнул по щеке Тристана тыльной стороной пальцев, отчего тот, не открывая глаз, подался навстречу, потерся о них, словно большой, ласковый кот. – Боюсь, мистер Хьюго, я очень жадный человек, – хриплый смешок, рука продолжает поглаживать питомца, спокойный, но довольно жесткий взгляд возвращается к собеседнику. – Способности моего мальчика в этом плане я предпочитаю оставлять только для себя. Надеюсь, вы понимаете и не держите обиды. – Отлично понимаю, – хмыкнул в ответ мистер Хьюго, перед тем как оторвать полный сожаления взгляд от объекта вожделения и подняться с кресла. – Что ж, очень жаль. Но если вдруг передумаете, то дайте знать. Я готов очень щедро заплатить вашей жадности, если та захочет ненадолго отступиться. – Буду иметь в виду, – вежливо отозвался Блэйд, прощаясь с гостем. Хотя на самом деле внутри весь кипел, стискивая зубы. Как же он ненавидел эти предложения об аренде, сальные взгляды и неприкрытую похоть. Трудно было держать созданный образ, трудно сохранять хладнокровие. Однако если клиенты и не догадывались, что на самом деле творилось у Блэйда под маской, то Тристан прекрасно все видел и не упускал возможности посмеяться. – А мистер Хьюго был ничего, – хрипло хохотнул он, приоткрывая один глаз. На что его напарник тут же нахмурился. – Как ты вообще мог его оценить, если все время провел с закрытыми глазами? – Я ведь способный мальчик, ты сам сказал, – снова смешок, хитрый прищур устремленных на него карих глаз. – Ты невыносим, – Блэйд лишь тяжело вздохнул в ответ, снимая натершую переносицу полумаску. – Идем, пора готовиться к заданию. Он не стал брать себе новое имя. Хотел что-то придумать, но ничего толкового в голову не шло, потому пришлось остановиться на просто хозяине Призрака. Да и какая разница, если всех как раз интересовал Призрак, а он шел к нему лишь досадным дополнением, от которого, увы, никак нельзя было отделаться. Так что никто не возражал. В том числе и сам Блэйд. Что же касалось заданий, миссий – называй как хочешь – Блэйд по большей части только мешался. Несмотря на то, что все еще считался напарником. Ему было не угнаться за Тристаном-человеком, а уж за Тристаном-зверем и подавно. Так что сами задания Призрак выполнял в одиночку, а вот с подготовкой Блэйд ему помогал. Помогал и радовался, что хоть в чем-то оказывался полезен. Сейчас же они оба взяли небольшой отпуск. Отдыхали от дел, так сказать. Блэйду очень хотелось показать Тристану знаменитый город-курорт. И просто провести время вдвоем, без беготни, заказов и выслеживаний. Без притворной игры с боссами преступного мира. Как пара. Тристан хоть и насмешливо хмыкнул, но возражать не стал. Несмотря на то, что тот ничего не говорил, Блэйд все же видел, что ему нравится их маленький отпуск. Жаль только днем на пляже позагорать не выйдет, да и поплавать тоже, но именно поэтому Райвал и снял шикарный дорогущий номер на самом последнем этаже пятизвездочного отеля. С личным бассейном на крыше, где они оба могли и плавать, и загорать без беспокойства о том, что кто-то приметит многочисленные шрамы. Хотя… честно сказать, плавал там только Блэйд. Тристан же предпочитал оставаться на лежаке, нежась под лучами жаркого солнца. Словно большой ленивый котяра. – Вода еще не успела остыть, – заметил Блэйд, созерцая раскинувшееся до горизонта море. – Не хочешь искупаться? – Воздержусь, – бросил Тристан, обхватывая губами трубочку от своего коктейля. Сочный оранжевый цвет, высокий бокал и нанизанная на край долька апельсина. "Секс на пляже". Разумеется, какой же еще он мог выбрать. Блэйд не сомневался, что название и сыграло решающую и вместе с тем единственную роль. – Могу научить, – Блэйд улыбнулся, пришла его очередь поддевать напарника. Тристан на это лишь стрельнул в его сторону не самым добрым взглядом. Не любил признавать, что чего-то не умеет. На его взгляд это не прибавляло ему баллов и портило образ. Хотя Блэйд полагал, что именно в данном случае причина крылась немного глубже. Ведь учиться читать и считать Тристан все же согласился. На удивление, в отличии от физических навыков, эти два умения давались парню не так легко. Но Блэйду нравилось его учить, нравилось наблюдать, как тот делает успехи. Как слегка хмурится, всматриваясь в переплетения знакомых и в то же время чуждых букв, пытается соединить их в нечто осмысленное. Но плавание… Не особо востребованный навык в землях, полных песка и голых, крошащихся скал. К тому же он видел, как учат плавать детей, и наверняка перекинул эту картину на себя, ужаснулся от нелепости представленного и отринул мысли об обучении. Блэйд был почти наверняка уверен, что пробовать Тристан все же пытался. В их бассейне на крыше, когда напарник спал или отсутствовал. Хотя, скорее, когда отсутствовал, чтобы исключить любую возможность засвидетельствовать свой позор. Иначе он не был бы так категоричен. Они еще немного помолчали, наблюдая за накатывающими волнами. Стоять вот так, в тишине, только вдвоем… Поразительное чувство. И все же… Блэйд видел кое-что в карих глазах. Кое-что, что не давало ему покоя. Он не решался заговорить об этом в прошлом городе, но сейчас… То ли выпитый коктейль придал храбрости, то ли время показалось подходящим, удачным. И потому… – Ты… ты ведь уже здесь бывал? – спросил он, не отрывая взора от волнующейся водной глади. Тристан поначалу ничего не ответил, даже взгляда не перевел. Но потом все же что-то одобрительно промычал. Несколько отрешенно, как показалось Блэйду. Вот как? Значит, не показалось. Жаль, что больше он навряд ли скажет. Тристан не любил возвращаться к жизни до Свалки. Считал себя и того мальчика разными личностями. Словно он сам был кем-то другим, кем-то, кто нагло отобрал чужое тело, влез в него, словно в одежду, и теперь носил. Воспоминания же прошлого владельца просто шли неприятным бонусом. – Тогда… в том городе… тоже? – Блэйд рискнул осторожно задать еще один вопрос. – Мм, – снова одобрительное мычание, столь же отрешенное. Взгляд карих глаз устремлен вдаль, но перед ними сейчас вовсе не теряющийся в подступающей ночи горизонт. Тот город… Он располагался на пути, поэтому Блэйд предложил остановиться там на пару дней. Отдохнуть от долгой дороги и просто посмотреть, как живут люди в детище выходца из Зеленых Земель. Когда пустынников изгнали и на бесплодных землях начали воздвигать города, приехало немало волонтеров из Альянса, готовых помочь с постройкой. Но только один, весьма крупный и состоятельный бизнесмен, решился спроектировать и создать город по своему усмотрению. Город, отличный от всех прочих. Нет, он не копировал модели с Зеленых Земель, а проектировал с нуля, учитывая особенности как пустынников, так и окружающего ландшафта. Шейр. Так он его назвал. Крупный город, не мегаполис, обнесенный, как правило, стеной, защищающей его от песчаных бурь, скорпионов и легкого проникновения внутрь всяких отбросов и сомнительных личностей. Его поделили на три круга. Первый – Центральный – деловой, где располагались офисы и различные предприятия. Второй – Средний – обитель торговли и развлечений. Третий же – Внешний – спальные районы, поделенные на части. Богатый, средний, низший класс, район для приезжих. А еще совсем небольшой – нищенский. В каждом городе Пустынных Земель обитали бродяги, беспризорники, наркоманы и прочий сброд. И даже здесь их не удалось вывести, а потому пришлось смириться и выделить часть под трущобы. Отстроив город, выходец из Альянса не вернулся домой, а остался управлять своим детищем. При поддержке самого Альянса, разумеется. Только он и его семья могли беспрепятственно покидать Пустынные Земли, возвращаться к себе на родину, отдыхать какое-то время от песка и духоты. Даже после смерти благодетеля, управление городом не перешло к пустынникам, а осталось в руках Альянса. А именно – потомков основателя Шейра. Именно поэтому преступность здесь была низкой, а жизнь относительно спокойной. Самым удивительным Блэйд находил то, что в богатый район с рядами аккуратных частных домов мог попасть любой. Здесь не было ни патрулей, ни охраны. Да и сами жители не возражали, когда чужаки прогуливались по их ухоженным улицам и таращились на дома. Блэйду стало интересно, как тут живут, поэтому он потащил Тристана на прогулку по богатому району. Относительно богатому, так как в этой части жили не владельцы крупных корпораций, а приличные люди на неплохих должностях и с довольно высокой зарплатой. Вроде каких-нибудь сеньоров в игровой индустрии или тимлидов в группе разработки программного обеспечения. И вот, проходя мимо очередного уютного двухэтажного домика с зеленым двориком и большим деревом, чьи ветви почти касались крыши, Тристан вдруг замер. Остановился, жадно всматриваясь в очертания. Ловя каждый блик солнца, отражающийся от стекол, от водостока, от металлической дверной ручки. Взгляд лихорадочно бегал, будто стремясь охватить картину целиком, удержать ее, не дать рассыпаться, разлететься на мелкие, ничего не значащие осколки. Блэйд тоже остановился. Успел сделать пару шагов, когда заметил, что его напарник за ним не следует. Открыл рот, собираясь спросить, в чем же дело, но слова замерли на кончике языка, так и не сорвавшись. Тристан смотрел на ничем не примечательный дом, но видел что-то другое. Что-то погребенное глубоко в памяти. Он продолжал смотреть, даже когда дверь открылась и наружу выбежала девочка лет восьми. Выбежала и понеслась на задний двор, заливисто смеясь под тявканье спешащего ее догнать лопоухого щенка. Из окна высунулась женщина, что-то крикнула девочке, а после, вздохнув, покачала головой и снова скрылась в недрах дома. Но Тристан… Тристан никак не отреагировал. Даже взгляда не скосил. Он не видел, ни девочки, ни щенка, ни женщины. Трудно было не понять. Они часто переезжали, ходили по новым местам, и подобная реакция… Блэйд никогда такого не видел. Тристан узнал это место, этот дом. Сердце в груди взволнованно забилось. Блэйд тоже перевел взгляд на двухэтажный домик. Домик, в котором Тристан наверняка когда-то жил. Очень хотелось спросить, удостовериться, но… не скажет. Не сейчас. И все же… Блэйд полагал, что его любовник был из неблагополучной семьи. Его отец пил, проигрывал деньги и не заботился о том, как это отразится на семье, но… В этом районе подобные личности не жили. Просто не смогли бы накопить достаточно денег, да и не стали бы. К тому же если соседям не нравился потенциальный покупатель свободного дома, ему его не продавали. Что же на самом деле произошло? Что же случилось? Что толкнуло порядочного человека встать на кривую дорожку и привести семью к погибели? Знал ли Тристан ответы на эти вопросы? Блэйд осторожно взглянул на напарника. Сложно было понять, что тот в данный момент чувствовал. Однако Райвал знал, что трогать его сейчас не следовало, а потому снова перевел взгляд на дом. Попытался представить другую семью, которая когда-то здесь жила. Наверняка многое поменялось, где-то сделали ремонт, что-то покрасили, убрали, добавили, переделали, но… Тристан узнал это место, а значит, изменилось оно не сильно. Взгляд карих глаз скользнул вверх по дереву и замер на крыше. Неужели он туда залазил? Прямо по дереву? Родители наверняка не приходили в восторг. Интересно, часто ли его ругали? Так хотелось узнать побольше. О чем он мечтал? Как проводил дни? Были ли у маленького Тристана друзья? Чем он в то время увлекался? Собирал машинки? Играл в баскетбол? Гонял по улицам на скейте? – Идем, – Тристан первым разорвал молчание. Отвел взгляд от дома и направился дальше по улице. Все эти два дня он сам на себя не был похож. Слишком молчалив, слишком задумчив. Ходил по улицам, а взгляд блуждал, скользил по окружению. Иногда на чем-то подолгу останавливался. Часто всматривался и в лица проходящих мимо людей. Пытался найти кого-то знакомого? Старого друга? Кого-то из родственников, если такие у него остались? Блэйд не знал. Он не вмешивался, не лез с расспросами. Не бередил старую рану. Ждал подходящего момента. И вот сейчас… – Рэйд, – вдруг произнес Тристан, переводя взгляд на слегка удивленного и явно не понимающего Блэйда. – Тристан Рэйд. Так это звучало когда-то. Ты, кажется, был заинтересован. Я вспомнил. – Неплохо, – Блэйд улыбнулся в ответ, немного помолчал, а после добавил. – Хорошо звучит. Хотя Тристан Райвал звучало бы ничуть не хуже. – Если тебя это так сильно обрадует, пусть будет Райвал, – усмехнулся тот, вновь ловя губами полосатую соломинку. – Мне не принципиально. – Звучит, как признание, – Блэйд приподнял правую бровь. – Предложение, – поправил его Тристан, игриво прикусывая трубочку. – Руки и сердца? – Странный выбор. А в остальных частях не заинтересован? – хитрый прищур, насмешливая ухмылка. – Да уж, романтик из тебя никакущий, – Блэйд со вздохом покачал головой, однако улыбки скрыть все равно не смог. Он не удивлялся. С Тристаном всегда было именно так. Практически любое их свидание, любой поход куда-либо непременно окачивался сексом или же чем-то близким к этому. Впрочем, Блэйд не жаловался. – Ты ведь знаешь, что секс на пляже запрещен, – поддразнил Блэйд, наблюдая, как Тристан ставит недопитый коктейль на стойку пустующего ларька и, легко оттолкнувшись от стены, делает шаг в его сторону. – Как и незаконное проникновение после закрытия, – парировал Тристан, явно наслаждаясь тем, что напарник принял правила игры и начал в свою очередь отступать, не сводя с него заинтригованного взгляда. – Время от времени сюда заходят проверяющие, – предупредил Блэйд, который, кажется, об этом не так уж и сильно беспокоился. – Тогда им будет на что посмотреть, – хриплый смешок. Рука легонько, но в то же время ощутимо толкнула бывшего наемника в грудь. Блэйд обо что-то запнулся, не удержал равновесия и не самым изящным образом упал на лежак с оставленным на нем чьим-то полотенцем. Тристан не дал ему опомниться: сбросил свою расстегнутую рубашку и, перекинув ногу, оседлал чужие бедра. Коварно улыбнулся, проводя кончиком языка по нижней губе. Взгляд карих глаз пронзал насквозь, вытягивая наружу глубоко спрятанные желания. Однако Блэйд не спешил действовать, несмотря на быстро выросший бугорок в собственных шортах. Вместо этого он наблюдал, как Тристан берет его руку и прижимает раскрытую ладонь к груди. К трем рваным белым шрамам, оставшимся от жутких когтей. Впитавшая солнечное тепло кожа пышет жаром, под пальцами ровно и уверенно бьется сердце. Блэйд сглотнул, не разрывая зрительного контакта. Тристан медленно повел его руку вниз, по выступающим кубикам пресса. Один, второй, третий… Кончики пальцев коснулись резинки темных шорт. – Дьяволенок, – тихо выдохнул Блэйд хватая свободной рукой висящий на шее любовника кулон – рыболовный крючок, в который вцепилась черная акула. Хватая и притягивая на себя. Заставляя наклониться ближе. Тристан приоткрыл рот, позволяя поймать свои губы, утянуть в жаркий, безумно долгий поцелуй со сладкими нотками персика и клюквы. Блэйд отпустил кулон, обе его руки легли на бока любовника и начали медленно скользить все ниже, ниже и ниже, пока не обогнули выпирающие тазовые косточки и не легли на упругие ягодицы. Любовно огладили их и ощутимо сжали, заставляя Тристана протяжно простонать сквозь поцелуй. Однако он не остался в долгу и двинул бедрами, проезжаясь промежностью по бугорку в штанах Блэйда, отчего застонал уже тот. Вот же!.. Тристан чуть отстранился, прикусывая нижнюю губу любовника и слегка оттягивая ее. Озорной огонек во взгляде, дразнящая усмешка на губах. Его шаловливые пальчики едва ощутимо пробежали по кубикам пресса Блэйда и нырнули вниз, чтобы накрыть ладонью тот самый бугорок, которому в шортах становилось все теснее и теснее. Накрыть, немного сжать и помассировать, вырывая из груди напарника глухой рык. Пробуждая в нем сдерживаемую жажду. Хватка на его собственной заднице заметно усилилась, сделавшись почти болезненной, но это лишь сильнее распалило дьяволенка. – Снова нарываешься, – хрипло выдохнул Блэйд, прикусывая кожу под ушком. – Ага, – тихо хохотнул Тристан, запрокидывая голову, чтобы открыть больше доступа к шейке. Прикрыл глаза, фокусируясь на ощущениях. Его руки скользнули вверх, легли на твердые плечи напарника. Подушечки больших пальцев принялись описывать круги на загорелой коже, ненавязчиво массируя, время от времени ощутимо надавливая, а после снова возвращаясь к изначальному движению. Эти надавливания вовсе не являлись спонтанными, они служили сигналом одобрения, побуждением для Блэйда продолжать в том или ином темпе. И тот прислушивался к своему партнеру, становился своеобразным инструментом в его руках, потакая прихотям, умножая разливающееся по их телам удовольствие. За прошедшее время они успели хорошо изучить и понять друг друга, и теперь сделались подобны дуэту, способному безукоризненно петь каждый свою часть волнительной сонаты. Ноты которой, слившись, сплетались друг с другом, превращаясь в захватывающую дух мелодию. Хотя приведи Блэйд при Тристане подобное сравнение, тот непременно бы насмешливо фыркнул. Его всегда забавляла излишняя романтичность своего партнера. Нагретая солнцем кожа была солоноватой на вкус, и Блэйд бесстыже покрывал ее обжигающими поцелуями. Тщательно вылизывал, нежно покусывал и оставлял легкие метки, которые вскоре сойдут, не оставив следов. На Тристана и без того обращали слишком много внимания, а с метками того становилось еще больше. Они должны были предупреждать, держать подальше похотливых шакалов, что, словно оголодавшие слепни, вились вокруг Тристана. Должны были говорить им, что этот ошеломляющий парень занят, что он уже кому-то принадлежит. Однако… эффект получался обратным. Отчего-то чужие метки воспринимали как сигнал о легкой доступности, и спешили занять очередь. И, конечно же, привычные дразнящие взгляды, которые Тристан бросал на своих воздыхателей, делу ничуть не помогали. Когда Блэйд находился рядом, покушений почти не случалось. Зато стоило ему только ненадолго отойти, отлучиться, как… Как по возвращении он непременно обнаруживал какую-то наглую морду, откровенно пытающуюся склеить его парня. Уже сделавшийся родным аромат чужого тела пленял. Блэйд провел по шейке носом, поцеловал бьющуюся жилку. Одна из его рук скользнула вверх. Провела по изрезанной шрамами спине, считая выпирающие позвонки. Вверх. Вниз. Тристан тихо выдохнул, нетерпеливо двинув бедрами. Стоило поторопиться. На пляже в любой момент могли появиться проверяющие, но… Трудно оторваться. Когда в твоих руках находится Тристан, его хочется смаковать. Наслаждаться каждой секундой. Впитывать каждой клеточкой своего тела. Вдыхать. Растворяться… Его личный наркотик. Тристан осторожно убрал одну руку с чужого плеча и запустил ее в карман шорт. Нащупал привычный пузырек с таблетками. Обычно он принимал их до и незаметно, как приспособился делать еще со времен Свалки. Не всем нравилась мысль, что парень считает их заразными и перестраховывается. Однако в этот раз не вышло. Слишком насыщенный день, и Блэйд постоянно находился рядом. Смотрел. Но сейчас, когда тот увлечен его шеей… Большой палец ловко открутил крышку, позволив той бесшумно упасть на песок. Проделывать все одной рукой было не очень удобно, но Тристан не жаловался. Попытался наклонить пузырек так, чтобы таблетка скользнула ему в ладонь и… В этот момент чужая рука перехватила его запястье. Тристан скосил взгляд и встретился с серьезно взирающими на него темными глазами Блэйда. Хех, попался. – Ты слишком часто глотаешь эту дрянь, – начал тот. Давно хотел поднять эту тему, но никак не мог поймать с поличным. Убедиться, что его напарник не бросил их принимать. Он не дал возразить или парировать, поспешно продолжив свою мысль: – В них нет нужды. Ты прекрасно знаешь, что я чист и ни с кем другим не спал ни эти пять лет, ни те два года, когда ждал твоего возвращения. Он упомянул только себя, потому как… как не был уверен, что Тристан делает то же самое. Что он больше ни с кем не спит. Не заворачивает в клуб после выполнения заказа, чтобы снять накопившееся напряжение, подцепив первого приглянувшегося парня. Или же где-нибудь на улице в темном переулке под светом неверной луны. А может, даже в машине предложившего подкинуть до дома незнакомца. Разумеется, если бы Блэйд спросил, Тристан не стал бы юлить, ответил бы прямо. Но… смог бы Райвал и дальше жить с такой правдой, даже понимая, что… Он боялся спрашивать, боялся получить ответ, продолжая пребывать в своей маленькой иллюзии. Ведь… пока не знаешь точно, есть надежда. К тому же… когда Тристан возвращался, на нем никогда не было чужих меток. Даже легких, едва заметных. Ни разу. Но даже если он и запрещал мимолетным партнерам ставить метки, чтобы не расстраивать своего постоянного любовника, это все равно очень много значило. И все же… Блэйд предпочитал не знать. Тристан чуть прищурился, с сомнением посмотрел на зажатую в руке баночку. Он ничего не говорил, и Блэйд пользовался моментом. – Даже с твоим невероятным и закаленным организмом употребление такого количества таблеток здоровья не прибавит. Но если тебе будет легче, я могу использовать резинку… – Нет, – тут же оборвал его Тристан, который терпеть не мог презервативы. Не те ощущения. Блэйд замолчал, позволяя напарнику все обдумать, принять решение. Тристан же долго смотрел на баночку, что-то взвешивая в уме. Колебался. Он так привык к этому обязательному ритуалу. Заниматься сексом, зная, что не принял таблетку… Однако в конце концов все же качнул зажатую между двух пальцев баночку и отпустил, позволив той шлепнуться на песок, рассыпая содержимое. – Доволен? – хмыкнул, возвращая руку обратно на крепкое, все еще прикрытое тканью плечо. Тристан развратно двинул бедрами, проезжаясь своим собственным бугорком по чужому, чем вырвал из груди Блэйда сдавленный полустон-полурык. – Если будем шуметь, сюда точно кто-нибудь придет, – пригрозил Блэйд, усиливая хватку на беспокойных ягодицах в попытке удержать любовника на месте. Однако, судя по расцветшей на лице ухмылке, это как раз было тем, чего Тристан и добивался. Чувство опасности, напряженные до предела нервы и разогнанный по венам адреналин. Он еще раз двинул бедрами, гораздо настойчивее. – Тогда нам придется поспешить, не так ли? – пронзительный взгляд глаза в глаза. Дразнящий, вызывающий. – Дьяволенок, – беззлобно выругался Блэйд, притягивая его на себя, чтобы бугорок в шортах оказался как раз между зажатых в его руках ягодицах. Теперь бедрами двинул уже он. Член проехался по промежности, уперся прикрытой тканью головкой в такое же прикрытое тканью сжатое колечко мышц. Тристан выгнулся, запрокидывая голову. С губ сорвался протяжный, приглушенный стон. Пальцы с силой впились в плечи. Однако Блэйд на этом не остановился, продолжил настойчиво двигаться, тереться через два слоя одежды. Взгляд темно-серых глаз поймал карий. Подернутый легкой, едва заметной дымкой. Тристан усмехнулся, не скрывая наслаждения. Его пальцы коснулись шеи, скользнули под воротник рубашки. Губы приоткрылись, обдали кожу под ухом горячим дыханием, легко коснулись выступающей венки, чтобы после в унисон особо настойчивому толчку сомкнуть на ней зубы. Блэйд зашипел, сильнее стискивая ягодицы. Головка его члена раздвинула сфинктер и чуть протиснулась внутрь. Насколько позволяли два слоя влажной, пропитавшейся смазкой ткани. И если Райвал на видных местах засосов больше не оставлял, то Тристана это правило не коснулось. Однако если все так и продолжится, то они сильно рискуют возвращаться обратно в отель в порванных шортах, так что… Блэйд взялся за резинку и приспустил шорты сначала с Тристана, потом с себя самого, высвобождая налитые кровью члены. Вытащил из кармана маленький пузырек со смазкой, вылил немного прозрачной вязкой жидкости себе в ладонь. Чутка разогрел перед тем, как прикоснуться к вздрогнувшей дырочке. Любовно погладить ее, а после надавить, протискивая внутрь два смазанных пальца. Это, скорее, была часть ласки, чем надобность. Ласки, с которой Тристану приходилось мириться, чтобы в конце получить вознаграждение. Даже спустя годы он все еще оставался невероятно жадным, жаждущим скорее перейти к делу. Но промедление, оттягивание момента и все эти легкие поддразнивания в итоге делали экстаз сочнее, ярче. Так что ради этого можно было и потерпеть сладкую пытку. Тристан шумно выдохнул, двигая бедрами навстречу. Насаживаясь на грубые мозолистые пальцы. Горячие стенки приветственно обхватили их, стиснули, сжали, затягивая глубже. Тристан обвил руками крепкую шею, легонько покусывая покрасневшую кожу. Пальцы нарочито медленно задвигались внутри, словно бы изучая, выискивая то самое, приятное, заветное местечко. Сладкую точку внутри узкого прохода. – Н-нхг, – хрипло простонал Тристан, прикрывая глаза и потираясь стоящим членом о кубики пресса напарника. Размазывая по ним выступающую крупными каплями смазку. Благо Блэйд расстегнул свою рубашку и в отличие от шорт той не грозило быть заляпанной сомнительными пятнами. Хоть это и было приятно, голод все же брал свое. Тристан пытался заставить любовника ускориться, стать жестче. Нетерпеливо опускался вниз, чтобы встретить чужие пальцы на полпути, но Блэйд слишком хорошо его знал и сводил на нет все попытки спровоцировать. Двигался в своем собственном ритме, целуя шею и плечи, проводя языком по полоскам старых шрамов. Пальцы уверенно растягивали, раздвигали податливые стенки, которые алкали чего-то намного крупнее, горячее и толще. Однако Тристан не был бы Тристаном, если бы его можно было так легко приструнить. Раз он не мог навязать свой ритм, то пришло время сменить тактику. Заставить партнера потерять над собой контроль, самому захотеть поскорее перейти к более активным, животным действиям. Поэтому он наклонился к покрасневшему ушку и принялся тихо постанывать. Губы едва касались чувствительных точек, горячее дыхание обдавало нежную кожу. Пальцы зарылись в короткие волосы на затылке. Сжали, потянули. Член требовательней ткнулся в твердый, натренированный живот. Блэйд поначалу держался. Очень недолго, но все же. Кто бы мог его винить? Когда на твоих коленях беспокойно ерзает столь невероятно соблазнительный парень, эротично, так, как умеет только он, постанывает прямо в ухо и… Нет, это было слишком для и без того до предела возбужденного мужчины. На спокойный, медленный и чувственный секс с Тристаном можно было рассчитывать, только если его связать. – Скорпион! – сквозь зубы тихо выругался Блэйд, вытаскивая пальцы и приставляя член к разработанной дырочке. Стоило только головке преодолеть сопротивление и войти, как Тристан шумно выдохнул, выгибая спину, и подался навстречу, спеша поскорее вобрать внутрь вожделенную плоть. Такую обжигающе горячую, пульсирующую и влажную от обильно выступающей смазки. Блэйд глухо застонал от обрушившихся на него ощущений, от жадно обхватившей его член источающей жар узости. Руки сильнее стиснули упругие ягодицы. Трудно было не кончить сразу же, словно неопытный подросток. Тристан пожалел его, замер ненадолго, смакуя долгожданное чувство заполненности и позволяя любовнику вернуть над собой контроль. Да, им следовало поторопиться до появления патруля, но не настолько же. – В следующий раз я точно тебя свяжу, – хрипло выдохнул Блэйд, ловя подернутый дымкой насмешливый взгляд. Несколько непослушных прядей упали на лоб, мешая обзору, но кого это сейчас волновало? – Жду с нетерпением, – хохотнул Тристан и, не разрывая зрительного контакта, чуть приподнял бедра, чтобы потом снова их опустить, насаживаясь до самого основания. Глаза блеснули желтым, загоревшись неестественным внутренним светом. Одновременно притягивающим и пугающим. Круглый зрачок уменьшился, а на нижнем и верхнем веках проступила черная полоса, будто аккуратная подводка, только вот Блэйд знал, что если провести по ней пальцем, ничего не смажется. Тристан улыбнулся, показывая выросшие во рту небольшие звериные клыки, и, наслаждаясь появившимся во взгляде партнера голодом, наклонился вперед и поймал охотно открывшиеся навстречу губы. Он знал, насколько Блэйда заводит эта маленькая шалость, небольшая трансформация. Он мог так же изменить уши и отрастить хвост, превратившись в одного из мальчиков-котиков с обложек порно журналов, но это давалось уже куда сложнее. Они практиковали подобное время от времени, но на секс с полностью преобразившимся полузверем Блэйд упрямо не соглашался. Пока. Тристан верил, что однажды все же сможет найти правильный подход, а до тех пор… Не отрываясь от чужих губ, он перехватил инициативу и задал свой темп. Не слишком медленный, но и не быстрый. Достаточный для того, чтобы удерживаться на тонкой грани между блаженством и жаждой чего-то большего. Острые клыки, дразня, легонько царапали язык, взгляд звериных глаз из-под полуприкрытых век гипнотизировал, заставляя кровь резвее бежать по венам. И тугие стенки так плотно обхватывали, сжимали двигающийся внутри член… Блэйд терял голову. В который раз. Его дьяволенок, его инкуб… Он никогда не сможет им насытиться. Где-то на том конце пляжа сверкнули два пьяных луча фонариков. Забегали по песку, по лежакам, по накатывающим на берег ленивым волнам. Патруль приступил к своим обязанностям. Взошедшая луна и россыпь звезд не давали достаточно света, чтобы приметить издалека занимающихся непристойностями нарушителей. К тому же это место… Пока луч света не упадет на занятый лежак, их вряд ли увидят. Тристан все рассчитал, когда выбирал, где остановиться. Блэйд заметил патруль. Нет, не благодаря своей наблюдательности. Тристан едва заметно скосил взгляд, и он, успевший превосходно изучить своего любовника, последовал за ним. Мысленно выругался, но поцелуя не разорвал, не отстранился. У них еще оставалось немного времени, а потому… Блэйд согнул ноги в коленях, уперся пятками в ребристую поверхность лежака и, придерживая Тристана за бедра, толкнулся. Встретил его на полпути и вырвал из груди приглушенный поцелуем стон. – Нервничаешь? – насмешливо выдохнул Тристан, ненадолго оторвавшись, чтобы глотнуть воздуха. Его губы едва касались чужих, ловили горячее сбившееся дыхание. Привкус персика и клюквы пощипывал кончик языка, и уже трудно было сказать, кто из них пил тот коктейль с провокационным названием. Вместо ответа Блэйд снова толкнулся, входя до упора, заставляя Тристана прикусить нижнюю губу и с коротким стоном запрокинуть голову. Он принялся двигаться, вернувшись к открывшейся шейке. Выцеловывать и покусывать раскрасневшуюся кожу, оставляя-таки метку где-то за ушком. Взял более напористый темп, толкаясь коротко и резко, проникая глубоко. Настойчиво проезжаясь по простате. Тристан рвано дышал, подмахивая бедрами, пьянея от накатывающих волн разливающегося по телу удовольствия. Взгляд желтых звериных глаз затуманился, проникшие под рубашку пальцы впивались в плечи Блэйда, короткие ногти царапали лопатки, оставляя отметины. Его налитый кровью и обделенный вниманием член дергался в такт толчкам, бился и скользил по влажным от размазанной по ним смазки кубикам пресса. Ему было хорошо, но все еще недостаточно для более-менее приличного насыщения. Лучи фонариков приближались, уже преодолели половину пути. Патрульные шли неспешно, болтали между собой и пинали песок носками ботинок. Возможно, в полной тишине, они и смогли бы краем уха уловить отдаленные постанывания и влажные, пошлые шлепки кожи о кожу, но… Разговоры друг с другом и доносящийся из-за забора шум неспящего города делали свое дело, прикрывая предающихся страсти нарушителей. Блэйд краем глаза заметил сокращающееся расстояние. Немного ускорился. Одна рука обхватила член партнера и задвигалась, подстраиваясь под общий ритм. Тристан протяжно простонал, упиваясь двойной стимуляцией. Экстаз кружил голову, влажные пряди липли к щекам, лезли в глаза. Но сейчас… сейчас ему было так хорошо, что ничего более не имело значения. Даже если они не успеют, даже если патруль поймает их с поличным… Ммм… Это того стоит. Еще как стоит. Блэйд сосредоточился на движениях, на толчках, стараясь довести их обоих до пика. До самого предела. Он был так близко и ощущал, что Тристан тоже. По его дыханию, по хватке на своих плечах, по тому, как сильнее твердеет и пульсирует под его рукой чужая, обжигающе горячая и влажная плоть. Еще немного, еще чуть-чуть… Два судорожных движения, и Тристан с довольно громким стоном излился ему в руку, пачкая живот. Сам же Блэйд яростно толкнулся, вгоняя член до упора, и с глухим рыком кончил внутрь, взятый в плен конвульсивно сжимающимися стенками. Скорпион! Обрушившийся оргазм оглушил, стер грани мира, лишил звуков и заволок взгляд густой пеленой. Тяжело дыша, Блэйд опустил голову, уткнулся покрытым капельками пота лбом в крепкое плечо Тристана в попытке отдышаться, прийти в себя, по кусочкам собрать обратно взорвавшийся яркими искрами мир. – Ты что-нибудь слышал? – подувший в их сторону ветер донес грубоватый мужской голос. – Не уверен, – ответил ему второй. – Пойдем проверим. Мне кажется, я вижу какой-то силуэт. Зажаль скорпион! Блэйд стиснул зубы. Ему требовалось еще немного времени. Посидеть вот так, наслаждаясь послеоргазменной негой, перевести дыхание. Но… Неужели они не могли идти помедленней. И… что теперь делать? Если… Тристан убрал прилипшие к лицу пряди и приподнялся, позволяя слегка опавшему члену выскользнуть, увлекая за собой несколько белесых ниточек спермы. Перекинул через лежак вторую ногу, выпрямился и легко натянул приспущенные шорты обратно. Продолжая грязно ругаться, Блэйд судорожно принялся приводить себя в порядок. Если патрульные поймут, чем они тут занимались… Скользящие из стороны в сторону лучи фонариков уже были так близко. – Эй! Там есть кто-нибудь? – спросил один из патрульных, пытаясь осветить дальние лежаки. Времени на то, чтобы вытереться, не осталось, так что Блэйд спешно натянул свои шорты и, морщась, принялся застегивать рубашку. Чтобы хоть как-то скрыть улики. Пятна на одежде можно и не разглядеть, а вот высунутый наружу член и подозрительно блестящий живот, забрызганный крайне знакомой вязкой жидкостью, сомнений точно не оставят. Пальцы не слушались, пуговицы отказывались попадать в крохотные петельки, отчего Блэйд только сильнее стискивал зубы и мысленно сыпал все более изощренными ругательствами. Он не отказался бы убежать, скрыться, но слишком поздно. Движущуюся фигуру быстро засекут на таком расстоянии, никакие тени не помогут. А если его найдут забившимся под лежак, то вопросов станет только больше. – Мистер? – луч фонарика ударил в лицо вместе с вопросом, в котором сквозило удивление. – Находиться на пляже после закрытия запрещено. Блэйд зажмурился от яркого света, прикрылся рукой. – Простите, мы… – начал было он, когда вдруг осознал, что патрульные обращались лишь к одному человеку. Тристана здесь уже не было. Ну конечно. Как он мог сомневаться. – Простите, я… – поправился Блэйд, на ходу лихорадочно придумывая убедительное оправдание. – Я пригрелся на солнце и не заметил, как задремал. Проснулся, а уже темно. Мне очень жаль, что так вышло. Я как раз собирался уходить и… Патрульный опустил фонарик чуть ниже, чтобы не доставлять нарушителю дискомфорта. Его напарник же, хмурясь, высвечивал соседние лежаки, чтобы убедиться, что "спящий красавец" на пляже в единственном экземпляре. Блэйд был уверен, что его уведут. Заставят подписать кучу бумаг, выпишут штраф, но первый патрульный поджал губы, что-то обдумал и со вздохом произнес: – Ладно-ладно. Проваливай и больше правил не нарушай. Если попадешься во второй раз, так просто уже не отделаешься. Выход в третьей секции рядом с открытым баром. Разумеется, надо было выписать штраф и так далее, но в таком случае это означало бы, что оба патрульных не справились со своей задачей. Не достаточно тщательно проверили пляж после ухода последнего посетителя. Пропустили одного. Пришлось бы самим объясняться, заполнять кучу бумаг и платить штраф. Так что проще и лучше для обеих сторон было отпустить и забыть. Притвориться, что ничего не было. – Спасибо, премного благодарен, – поблагодарил Блэйд, но патрульный лишь отмахнулся, желая только одного – чтобы их "промашка" поскорее свалила. Так что Райвал развернулся и направился к указанному выходу. Однако перед этим он был готов поклясться, что слышал до боли знакомый приглушенный смешок, донесшийся откуда-то из теней. Уголки губ против воли поползли вверх. Вот ведь дьяволенок…