Порочные связи

Вся эта ситуация была настолько противоречива, что мне захотелось все переиграть, но было уже поздно. Джаред с интересом читал свежий номер явно паршивой газетенки – все это я прочитала на его лице. Шеннон же осматривал меня, словно видит впервые. По внешне неопрятному виду барабанщик и сам, казалось, только недавно проснулся. — Да это полная чушь, я пошел спать, — безразлично оставив макулатуру на столешнице, парень бросил через плечо такую фразу: — Разбирайся с ней сам. — Что?! Причем здесь «разбирайся»? — меня снова убила реакция этого мужчины. Вчера он был весь из себя такой белый и пушистый (ну почти), сейчас же снова эта защитная реакция. К чему?! — Почему ты здесь? — по лицу Шеннона было видно, что он устал. От чего интересно? Решив как можно быстрее сгладить все острые углы, я выпалила: — Думаю, что разговор будет долгим, так что для начала кофе, — я сделала шаг в сторону кофемашины, а затем опомнилась. Я же не в своем доме. — Ты ж не против? Сонно зевнув, прикрывая рот широкой ладонью, барабанщик кивнул головой в знак согласия. Мои движения были скованны. В этот момент я чувствовала себя так неуютно и неуклюже, что меня просто выворачивало наружу. Мы втроем толком еще и не были нормально знакомы, но я уже оказалась на второй день у них в квартире, да еще и переночевала... Это дико даже для меня! Поставив чашку крепкого эспрессо перед мужчиной, я обратила внимание на его черные, спортивные наручные часы: было уже час дня. Мы все это время проспали как убитые, и неудивительно, что все так получилось. Надо было думать головой, что я творю. Возможно, тогда бы всей этой глупой ситуации просто не произошло. — Чем вчера занимались? — неожиданно серьезно поинтересовался шатен, сделав небольшой глоток кофе. — Вот только давай без намеков, хорошо? — мне самой было жутко неловко общаться с ним в таком тоне. — Это прост вопрос, — Шенн улыбнулся своей искренней улыбкой, и у меня пропали все сомнения в том, что дело не в «тайном» подтексте – парень просто интересуется. — Это только мои проблемы, и никто не должен был о них знать... В общем, пару дней назад меня выгнали со съемной квартиры. Об этом узнал Винченцо Ди Лоренцио, с подачки своего сына предложил мне на одни сутки переночевать в подсобке. В знак благодарности, что я тебе помогла, – глаза мужчины раскрывались все шире с каждым новым моим словом. — День прошел, и босс сказал, что больше не может мне помочь. Тогда вечером после смены, где-то за полночь, твой брат хотел заехать в кафе и нашел меня. Потом мы поругались, и да, я его ударила... затем идиотский фотограф – и я здесь. — Я многое пропустил, как видно, — достав из шкафа какие-то печенья, мужчина стал их задумчиво есть, глядя в пустоту перед собой. — Смотрел вчера матч с Лейкерс? — Шеннон на меня непонимающе посмотрел, словно он витал где-то в своих мыслях. — Джаред вчера говорил, что вы хотели вместе посмотреть этот матч, но ты куда-то упорхнул... — Были кое-какие дела, — конечно, дела Шенн... Можно узнать имя этой особы? С чего вдруг я должна его ревновать? Он же мне никто. Собрав всю волю в кулак, я потянулась худенькой ручкой к той злосчастной газете. За всеми движениями непрерывно наблюдал барабанщик. Глаза сразу же наткнулись на алую надпись на первой странице: «Любовные неудачи самого Джареда Лето». Нервно хохотнув, я отчетливо рассмотрела свое лицо и лицо Джея. Удар получился смачный, и этот чертов фотограф действительно казался мастером своего дела... Так четко запечатлеть момент. Данная реклама могла аукнуться не только фронтмену, но и мне... Не став больше мучить ни Шеннона, ни себя, мне пришла в голову гениальная идея: «Кажется, мне пора уходить». Молча встав из-за стола, я пошла в гостевую комнату, чтобы собирать свои вещи. Быстро умывшись холодной водой и приведя себя в порядок, я оделась и стала проверять сумку, как услышала стук в дверь, хотя она и была открыта. В дверном проеме стоял Шеннон: — Эй, я тут подумал: не хочешь куда-нибудь съездить позавтракать? — посмотрев на мое выражение лица, мужчина добавил: — Я угощаю... Попытавшись немного отговорить его от этой затеи, мужчина просто взял меня за руку и повел за собой на улицу. Шатен был в курсе, что я уже собралась куда-то уходить. Оторопев в очередной раз перед мотоциклом, барабанщик хохотнул, когда увидел мою реакцию, и добавил: «Не стоит так волноваться, детка, мы поедем на Ленд Ровере». — Разумное решение, — отцепив его руку от своей, я поправила свою сумку через плечо. Всю дорогу до кафе я замечала, что Шеннона что-то беспокоит и он это тщательно обмозговывает. Рассказывать обо всем, что его мучает, мне он был не обязан, ведь я ему, по сути, никто, так же, как и он мне. Погода на улице была, как и всегда, солнечной. Жара понемногу охватывала город целиком. Мне внезапно сильно захотелось в кое-то веке побывать на пляже. Говорить о своих чудных идеях старшему Лето не хотелось. Я все еще чувствовала с его стороны некую отчужденность. В этот момент, пока мы ехали, я украдкой смотрела на него и думала о том, что мы никогда не сможем стать чем-то большим, хоть и поначалу он заигрывал со мной. Огромные колеса Ленд Ровера остановились возле тихого небольшого ресторанчика. Мне подумалось, что здесь неплохой интерьер и очень мило. Мы заняли место в отдалении от большинства столиков. Молодой парнишка-официант знал Шеннона достаточно хорошо, ибо барабанщику стоило лишь сказать: «Мне как всегда». С выбором моего завтрака возникли небольшие проблемы. Я долго изучала меню, пока шатен упорно вглядывался мне в глаза, словно ребенок. Наконец-то остановившись на блинчиках с джемом и чае, безумный официант от нас ушел. Еще немного поиграв в гляделки, я проиграла к сведенью, мы завели непринужденную беседу. Я не докапывалась до парня, он – до меня. В тот момент сложилось такое впечатление, что у Шеннона тоже была уйма вопросов. Которые, в конце концов, он и задал: — Скажи честно, у тебя было что-нибудь с моим братом? — отпив горячий кофе из большой белой кружки, мужчина стал пристально смотреть мне в глаза, словно ища в них ответ. — Ты издеваешься? — Шенн нахмурился и поставил кружку на стол. Его вопрос был вполне серьезным — это не праздный интерес. — Нет, у меня с этим типом ничего не было. Без обид, но после нашей первой встречи он мне не по душе. — В это могу поверить, — слегка рассмеявшись, мне показалось, что часть напряжения сошла на нет. — Так за что ты его? — барабанщик крепко сжал кулак и медленно продемонстрировал хук правой. — Не надо преувеличивать, это была всего лишь пощечина, — манерно закатив глаза, я вновь посмотрела на собеседника. — Мощная пощечина, однако, — бегло включив и выключив свой телефон, парень увидел, что кто-то прислал ему сообщение. — Еще бы чуть-чуть - и нокаут. — Твой брат, как всегда, ляпнул лишнего, — в подробности уходить совершенно не хотелось, ибо, узнав о нашем разговоре, ни я, ни Джей не выйдем сухими из воды. Шеннону об этом было знать необязательно. Наше милое общение было прервано телефонным звонком, на экране смартфона показалось лицо миловидной девушки. Эта платиновая блондинка заставила его встать из-за стола, предварительно извинившись, конечно, и удалиться на время. Мне ничего не оставалось, как сидеть и ждать. Шеннон вышел из заведения через заднюю дверь, она находилась неподалеку. Официант перебросился с ним парой фраз и пошел обслуживать клиентов. Меня так сильно задело, что он сейчас сидит здесь со мной, крутит шашни в этом миленьком ресторанчике, а сам не против поболтать с еще одной особой покруче меня. Интересно, какая я по счету у него? Уже доев свой завтрак и как следует разозлившись, я психанула и встала из-за стола. Официант, проходивший мимо, сказал мне: «Мисс Вам не стоит беспокоиться, мистер Лето уже все оплатил». Выражение моего лица было настолько потрясенным, что мне захотелось кричать. Как он посмел пригласить меня в это «чудное» место, да еще и убежать, как последний идиот?! Теперь меня интересует лишь один вопрос: «Где мне теперь искать свои вещи?» Я же ничего с собой не брала, кроме сумки. Жестко схватив лямку сумки и перекинув ее через плечо, я твердой походкой направилась из заведения. Толкнув тяжелую дверь, меня тут же ослепило солнце. Вытащив из сумки солнцезащитные очки, мне пришлось их одеть. Пройдя всего пару шагов от заведения в сторону тротуара, прямо передо мной возник черный внедорожник. С визгом затормозив почти в сантиметре от меня, сумка свалилась на асфальт, двери черного джипа распахнулись и меня силой пихнули в машину. Я пыталась вырываться, кричать, но было уже поздно: какой-то амбал с силой обхватил меня и усадил к себе на колени. Ничего разглядеть было не возможно: на голове уже был надет черный мешок. Очки были разбиты и, наверное, валялись на тротуаре. Машина слишком долго ехала по дороге, хотя и довольно быстро, меня мотало из стороны в сторону, что аж чуть не стошнило. На благо, с моими похитителями этого не произошло. Машина плавно проехала по мелкому гравию и наконец остановилась. Дверь быстро открылась, и меня волоком потащили в лифт. Я чувствовала, как мы стали подниматься наверх. Голова почти не соображала, кричать, как я поняла, не было смысла: эти мерзавцы вывезли меня за город. Снова быстрые шаги, меня ведут по длинному коридору: сначала направо, потом налево – нужно это запомнить. Шаги посчитать уже точно не получится. Но, если что, я знаю, куда бежать. Здоровенный амбал, тот, что держал меня все это время со спины, грубо привел меня в какое-то помещение. Здоровенной ручищей мужик подтолкнул меня вперед, и, сделав буквально два шага, я осталась стоять на месте. Черный мешок мне сняли через пару секунд. Свет ослеплял, я стояла в большой гостиной, оформленной под цвет слоновой кости. Холодный мраморный пол был отполирован до блеска. Это не какой-нибудь жалкий подвал, а роскошные апартаменты. — Добро пожаловать, Кейт, — позади меня послышался до боли знакомый голос. — Хуго! — резко, даже слишком, я развернулась на сто восемьдесят градусов и стала смотреть на того здорового амбала, что все это время тащил меня. — Хуго Ван Дер Вен! Черт бы тебя побрал, что за шутки?! Я была злая до ужаса, хотелось ударить этого огромного смуглого громилу по плечу. На смену гневу пришла добрая улыбка и счастье... Я рада, что вижу его вновь. Подлетев к нему, со всей силы я повисла у него на шее и крепко-крепко обняла. Хуго, этот чертов бельгиец, был мне самой родной и близкой душой на свете. Мое радостное приветствие прервал обиженный голос Джареда: — Просто прекрасно, — отпустив телохранителя, я повернула голову в сторону. В темно-синем кресле цвета сапфира в одних только штанах, в тех, что он был еще утром, сидел Джей. Выражение его лица было не таким веселым, скорее обескураженным и немного раздраженным. Волосы были растрепаны, а напротив парня стоял «горилла» охранник. — Джаред, что ты здесь делаешь? — Спроси у него?! — разозлено выбросив руку в сторону моего друга, мужчина протер лицо. — Хуго, почему ты здесь? Ии... зачем ты приволок Джареда? — меня сильно интересовал этот вопрос, ибо было поистине неизвестно, зачем амбал приволок в этот дорогущий отель младшего Лето. — Не его одного, — почесав затылок, бельгиец махнул рукой в сторону другой закрытой комнаты. — Шеннон? — как-то излишне с придыханием сказала я. — Ну... так надо, золотце. Осмотрев гигантскую гостиную и прилежащие к ней комнаты взглядом, я насчитала девятерых охранников в черных деловых костюмах. Оставив все сомнения, я кинулась в сторону другой комнаты. Один из амбалов моего отца хотел остановить мое передвижение по гостиной, но убедительный взгляд моего «спасителя» Хуго заставил передумать охранника. Распахнув дверь, я увидела, что Шенн лежит на кровати без сознания. — Хуго! — я позвала мужчину. — Слушаю тебя, золотце, — громила навис надо мной. — Что это такое? — я указала пальцем на барабанщика. — Тело, — холодно заметил мужчина. — Почему он в таком состоянии? — Этот парень сопротивлялся в отличие от... ну, ты меня поняла, — Хуго мотнул головой в сторону Джея. Меня сильно расстраивали новости о том, что обоих парней доставили в этот отель без их воли непонятно зачем. Осторожно я подошла к кровати и увидела, что Шенн без сознания, но цел и невредим. Бельгиец, решив не надоедать своим присутствием, вышел из комнаты. Оставшись наедине, я присела на край кровати и провела холодной ладонью по щеке барабанщика в надежде, что он проснется, но не вышло. Большой палец легко коснулся губ. В теле вдруг стало зарождаться желание лечь рядом с ним и обнять. Не могу не признать, что он мне действительно понравился. Милый, добрый, открытый, чувственный и искренний... По крайней мере, я таким его видела. В моей жизни этих качеств в людях часто не достает. После стольких лет скитаний и поисков лучшей жизни для себя одной я начала понимать, что захотела мужчину, что никогда не станет моим... И от этого мне от чего-то грустно. Внезапно, веки Шеннона дернулись, и мужчина открыл глаза. В этот же момент я отдернула руку. — Кейт... — тяжело подняв свою правую руку с кровати, шатен протер ей глаза, — я что-то пропустил? — Нет, ты попал на премьеру, — я кисло кивнула и поняла, что мне пора уходить. — Приходи в себя и не буянь сильно. Я все решу. — Ты знакома с этими «людьми в черном»? Уже выходя из комнаты, я услышала его плоскую шутку. Знал бы ты, что эти «люди» делают по-настоящему хорошо... Убедившись в том, что все в порядке и рядом со мной Хуго, у меня была уйма вопросов. Мой телохранитель и я сели на огромный кожаный диван цвета шампанского. За окном была прекрасная погода, и мы находились в поистине красивом месте. Диалог между нами не нужно было слишком долго настраивать. Мы оба были родственными душами. Хуго знал меня лучше собственного отца, что вечно занимался работой, особенно после смерти мамы. Все эти люди в черном, как выразился Шеннон, были частью огромной организации, принадлежащей моему отцу. Мало кто знает о моей жизни среди хороших знакомых или даже близких друзей. У меня нет друзей в силу неких весьма веских обстоятельств. Я дочь чикагского гангстера. Мой отец глава преступного синдиката, расположенного на восточном побережье. И об этом никто не должен знать. Долгое время я действительно жила в Чикаго. Затем после каких-то обстоятельств нам пришлось переехать в Майами. Мне нравилось это место куда больше шумного города. Огромный дом на побережье, сладкая жизнь без ограничений... Вот только знала ли я, какова цена за все это великолепие, – нет. После смерти мамы в автокатастрофе мне тогда было одиннадцать, я понемногу начала понимать все жестокие реалии этого мира. Оружие, алкоголь, наркотики, кровь и смерть - это те вещи, от которых меня всегда ограждал Хуго. С каждым новым годом моя «жизнь» начинала превращаться в тихий ужас. Мне как дочери своего отца иногда нужно было быть рядом с ним на разных званых ужинах и приемах. Дорогие бриллианты, одежда от кутюр, роскошные любовницы, безумные рестораны, оружие, сделки... и в конце концов смерть. После одного происшествия в Майами, то, что стало последней каплей и отправной точной моих скитаний, я навсегда решила уехать из города, скрыться от своего прошлого и убежать в будущее, где больше не будет всего этого дерьма, но, как видно, мне это не дано. Хуго с серьезным лицом пояснил мне, что мой отец после моего ухода и дерзкого побега решил во что бы то ни стало отыскать мою жалкую душонку. У меня бы все получилось, если бы не то фото в «желтой» газетенке. Они сорвались с места, как псы, учуявшие добычу. Ван Дер Вен понимал меня и знал, что я просто так не приду к ним в отель. Тогда-то и родился этот безумный план с похищением. Обоих братьев Лето захватили как прилагавшийся ко мне багаж, не более. Бельгиец хотел выяснить у Джареда, не обижал ли он меня, и если да, то он труп... Сгладив все углы, я ждала худшего. — Он очень сильно волновался за тебя, Кейт, — Хуго положил свою горячую ладонь мне на колено. — Поговори с ним. Босс за той дверью. — Я уже поняла по скоплению охранников, — обреченно улыбнувшись, я встала с кресла. — Мы можем отпустить Джареда и Шеннона? — Если ты рассказала мне правду и они и пальцем тебя не трогали, то да, — кивнув в знак согласия, я направилась в комнату Джея. Парень все так же холодно осматривал помещение. Обстановка его уже не пугала, хотя он был и зол. — Джаред, пошли со мной, — парень взволнованно на меня посмотрел и, подскочив с кресла, остановил за руку, нежнее, чем в прошлый раз. — Ты в порядке? — в его взгляде читалась нескрываемая забота, словно перед ним стоял Шеннон, а не я. — Знаешь, ты чертовски хорошо выглядишь, — не стесняясь, я оглядела его торс и прикусила нижнюю губу. Мне не хотелось отвечать на его вопросы, поэтому я прибегла к этому трюку. – Кажется, я сказала это вслух?.. — Девушки говорят мне это слишком часто, так что можешь не стесняться. — Джей, ты придурок, — взяв парня за руку, я повела его к выходу из номера. Рядом с дверью стоял Шеннон. Увидев, как я мило держу его брата за кисть, барабанщик прищурил глаза. Выражение лица шатена запомнилось мне достаточно отчетливо. Неужели это ревность?.. Наконец-то оказавшись в коридоре, оба парня встали передо мной. Вид у меня бы скорее усталый, нежели испуганный. — Кейт, пошли с нами, — Шенн хотел как можно скорее увезти меня отсюда. — Я хочу принести свои извинения за этих ребят, — сжав переносицу, у меня на глаза накатили слезы, ведь через пару минут мне нужно было увидеться с отцом. — Они это не со зла. — У тебя что, отец мафиози? — Джаред задал этот вопрос без задней мысли и не ожидал, что я серьезно моргну ему в знак согласия. — Вот ж дерь!.. Шеннон сильно стукнул брата по ребрам, и тот не успел договорить. — Кейт, с тобой точно все будет в порядке? — Шеннон положил свои руки мне на плечи и заглянул в глаза. — Да, все будет нормально, там в другой комнате мой отец, — успокоив барабанщика, я сделала шаг назад. — Можете считать, что у нас семейная встреча... Кстати, вот, держи, — совершено забыв об их машине, я достала из кармана ключи от ровера. Хуго отдал мне их, как только я решила отпустить парней. — Бельгиец мне сказал, что мы в Пасадене, так что не теряйтесь. Уже собираясь уходить обратно в апартаменты, оба брата меня назвали по имени: «Кейт?!» — Что? — с удивлением повернувшись к ним, я не понимала, чего они хотят. — После того как все закончится, я поеду за вещами, а они находятся у вас дома. Так что еще увидимся. Удовлетворив их любопытство и подмигнув на прощание, я окончательно зашла в прекрасный люксовый номер на последнем этаже отеля «Langham Huntington» – эту надпись я прочитала на табличке в коридоре.