Сожми в ладони время

Очень редко войну ведут по заранее определенному плану, но чаще война сама выбирает пути и средства в зависимости от обстоятельств. (с) Фукидид

Драко вертел в руках уже изрядно помятое письмо. Ровные строчки, начертанные аккуратным мелким почерком, он успел выучить наизусть, но продолжал смотреть так, будто они были обязаны сообщить ему какие-то дополнительные сведения помимо тех, что уже были им усвоены. Например – дать ответы на вопросы о грядущем, причем, желательно, чтобы информация была более достоверная, чем прогнозы Трелони. - Малфой, оставь несчастный пергамент в покое, пожалуйста. Он ничего тебе не сделал. Драко вздохнул, в очередной раз пробежал по тексту глазами и отложил письмо на стол. Пока Паркинсон была здесь, не стоило и пытаться сосредоточиться. - Ты расскажешь, что там такого? А то я уже начинаю бояться - в последние дни ты похож на маньяка, - Драко шутки не оценил и наградил разлегшуюся в кресле подругу мрачным взглядом. Панси посерьезнела и все же сняла ноги с подлокотника. - От кого оно? - От лорда Гринграсса. Недоуменное выражение лица стало ответом. - Неужели он отказал тебе? - Вот еще. От таких предложений не отказываются. - Малфой, перестань действовать мне на нервы и объясни по-человечески, - Паркинсон уже не просила - требовала. Драко бросил на нетерпеливую подругу насмешливый взгляд. Серьезно ее угрозу воспринимать не получалось. Но веселье продлилось недолго - письмо не давало ему покоя. - С лордом Гринграссом связался Люциус. Официально сделал предложение заключить помолвку между мной и Асторией. - И что? - Мы договаривались, что у меня есть несколько лет в запасе, чтобы выбрать самостоятельно. - Ты параноик, - заключила Паркинсон, все еще не понимая сути проблемы. - Панси, - Драко закатил глаза, раздражаясь ее непонятливости, и, наконец, объяснил доходчиво: - Ему донесли о Поттере. Нет, я знал, конечно, что после того провала в Азкабане слухи о союзе Гарри с Томом до него дойдут, но не думал, что он так быстро узнает обо мне с ним. - Дай-ка сюда письмо, - не слишком уверенно, Малфой выполнил просьбу – у него возникло ощущение, что он вынужден расставаться с сокровищем, столько времени он провел с этим несчастным клочком бумаги. Панси быстро пробежала написанное глазами, настолько быстро, что создалось впечатление, будто ее вовсе не интересовало содержание послания, а затем без зазрения совести подожгла кончик пергамента заклинанием. - Что ты… - Драко дернулся в ее сторону, но затем махнул рукой, - А-а-ай… Письмо пришло две недели назад, и все это время я жду, что Люциус со мной свяжется. В письме все выскажет или, скорее, потребует личной встречи. Не может он... - Драко перебил сам себя, - видимо, все-таки может, раз столько дней – тишина. - Ты с Гарри говорил уже? - А при чем здесь Гарри? Отцу до него не добраться, пока он в Хогвартсе. - Тогда, может… - Да не может, Панси! – Малфой вспылил. - Люциус бы спокойнее отреагировал, скажи я, что собираюсь жениться на Грейнджер. Попробовал бы выбить дурь, девчонка бедна и безродна, но если бы не вышло – настоял, чтобы сначала она вошла в какой-то род, и дело с концом. Но Поттер для него – воплощение самого дьявола. Сколько себя помню, он не желал, что бы я имел с ним какие-либо контакты. А после того, что было на втором курсе, а затем еще и в Министерстве… Он – последний человек, с кем Люциус смирится. Тем не менее, и просто выжечь меня с гобелена он ведь не может? А если я встречаюсь с Гарри по приказу Темного Лорда? - Он даже Тому ничего не сказал? - В том то и дело, что нет. Ни мне, ни Тому, ни кому-либо еще. Только Гринграссу написал. Понимая, что Драко ждет от нее совета, Панси задумалась. В голове начала выстраиваться более-менее правдоподобная легенда, которую Драко мог бы рассказать отцу, но, уже продумав все до конца, она от нее отказалась. Одна ложь порождает другую – в этом не было смысла. - Рано или поздно Люциус должен был узнать правду, - медленно произнесла она. Малфой прислушался. - Понимаю, что ты рассчитывал на поздно, но это уже случилось. Ты не сможешь врать отцу вечно. - Предлагаешь сказать правду? – Малфой действительно удивился. Паркинсон тут же ощетинилась так, как если бы тот уже категорически отклонил ее предложение. - А почему нет? – с нажимом спросила она, но была вынуждена сбавить обороты. - Разберись с его реакцией сразу, а не откладывай на потом. Что ты, кстати, был намерен делать, если бы он тебе все же написал? - Импровизировать, - буркнул Драко, падая на диван и вытягиваясь на нем во весь рост. Сцепив руки за головой, он закрыл глаза, силясь упорядочить мысли. - От Поттера гениальных идей набрался? – не удержалась девушка. - Ради Салазара, Панси! – Малфой резким движением принял сидячее положение, зло посмотрел на подругу, снова лег и тут же поднялся на ноги, принявшись мерить шагами комнату. Такое поведение как ни что передавало его нервозность. – Я не знаю, стоит ли сразу подключить Тома или сначала попробовать разобраться самостоятельно… Уж лучше бы он сразу выказал свою неприязнь - я бы хоть представлял, чего ждать и как защищаться. Вот ты представляешь, чего от него теперь ждать?.. – круто повернувшись к девушке, Драко впился испытывающим взглядом, но тут же был вынужден махнуть рукой, понимая, что дельного ответа не добьется. Паркинсон, считая, что сделала все от нее зависящее, улеглась спиной на сиденье, закинула ноги на спинку кресла, нисколько не смущаясь то и дело задирающейся юбки, а голову свесила вниз, теперь с интересом рассматривая перевернутого Драко. – Ненормальная. - От ненормального слышу. Сам наведайся к Люциусу. - Ага, без твоего гениального совета я бы в жизни до такого простого решения не дошел! - Сейчас получишь, - предупредила Панси, не торопясь, впрочем, возвращаться в вертикальное положение. Вместо этого она начала забавляться со своими волосами, кончики которых как раз доставали пола. Драко наблюдал за ней со смесью отчаяния и жалости. Несколько минут спустя он не выдержал. - О, все, ты меня сейчас с ума сведешь. Я иду на дежурство, - подхватив мантию, Малфой сбежал из комнаты в считанные секунды. Избавляясь от раздражителя, но не от проблемы. *** Жить жизнью обычного студента оказалось трудно. Если задуматься, Гарри с трудом удавалось вспомнить, когда еще он так бесцельно тратил время – то есть, «Золотое трио» всегда была занято расследованием каких-то тайн. Можно даже сказать, что это было их главным занятием в Хогвартсе, а учились они в свободное время. И только в преддверии экзаменов Гермиона заставляла их обращать внимание на школьные предметы, они целиком погружались в работу, хотя даже тогда не упускали из внимания насущные проблемы. Поиск философского камня или Тайной комнаты, попытки разобраться в истории Сириуса, Тримудрый турнир, тренировки с Армией Дамблдора - Гарри хотел заниматься хоть чем-то! Сейчас казалось, что даже занятия со Снейпом или Томом были лучшей альтернативой этому бездейству. И как другие не умирали от скуки с такой жизнью?.. В попытке скоротать время, Гарри, не отдавая себе отчет, наблюдал. Джинни весело смеялась, кидала взгляды из-под ресниц, мило улыбалась и время от времени трогала Дина за руку. Ее флирт был неприкрыт, и, конечно, не ускользал от внимания Томаса, который выглядел самодовольным. Не переставая что-то рассказывать, он приближался к ней все ближе, и, казалось, вот-вот поцелует. - Зачем она это делает? – озвучил Поттер, наконец, терзавший его вопрос. Пытавшаяся писать эссе Гермиона отвлеклась, проследила за взглядом друга, и, пожав плечами, снова вернула внимание домашнему заданию. - Потому что в этом возрасте уже положено с кем-то встречаться. - Но это же глупо. Тратить время на кого-то, кто тебе даже не нравится… Гермиона вздохнула и снова подняла голову, рассматривая сокурсников. - Никто их не обязывает выбирать сейчас партнера на всю жизнь. Но наличие отношений влияет на популярность, их пару теперь обсуждают. Гарри смотрел и не понимал: его отношения с Драко были намного серьезнее. Притворство, ложь – все это если и было, то на более высоком уровне. Они встречались, рискуя при этом своими жизнями и чем-то еще более важным, но отказаться не могли. А это же… просто детский сад какой-то. Дин засобирался уходить – ему было пора на отработку к Филчу, Джинни, продолжая мило улыбаться, поцеловала его в щеку, при этом наклонившись так, что в вырезе декольте показалась грудь. Покрасневший Томас почти сбежал из гостиной, а Гарри отвернулся к подруге. - Я, кстати, написал Сириусу, - невпопад поделился он. Смерившись с невозможностью доделать задание, Гермиона отложила в сторону исписанный пергамент. - Ты расскажешь Малфою? - Думаю, да. Не хочу выслушивать потом от Тома, если кто-нибудь… - Например Финниган, - вставила Гермиона. - …заметит мое отсутствие. Помолчали. Гарри неприятно было признавать правоту Тома, но временами это было неизбежно. В тот вечер, когда он в последний раз разговаривал с Драко, он проклинал принципиального Риддла всю дорогу из подземелий до Гриффиндорской башни, в которой его ждал неприятный сюрприз. Симус устроил настоящий концерт, рискуя перебудить весь факультет, а бедной Гермионе никак не удавалось его успокоить. - …ты тоже не знаешь где он, не так ли? Грейнджер, не смей мне врать! Я не видел его с ужина, и его постель не тронута! Что-то случилось, как ты не понимаешь? - Симус, он часто… - Бродит по замку ночью? Когда он встречался с Малфоем, я был готов в это верить, но сейчас ему что там делать? Не думаешь же ты, что он мог к нему вернуться?! - Симус, я действительно люблю побродить по замку в одиночестве – это старая привычка, которая появилась еще на первом курсе и к Малфою не имеет отношения. Пустые коридоры помогают мне собраться с мыслями. Неизвестно, до чего бы додумался ирландец, если бы Гарри вовремя не вернулся. Именно это происшествие заставило его отнестись к словам Темного Лорда со всей серьезностью – за прошедшие три недели он ни разу не пересекся с Драко, даже смотреть на него себе запрещал. Оставаясь всегда на виду у сокурсников, он не оставлял и шанса уличить себя в связи со слизеринцами. Но теперь ему жизненно важно было отлучиться. - Кроме Сириуса, кому еще ты хочешь рассказать правду? - Я думал о семье Уизли… - уловив, как поджались губы Грейнджер, Гарри прервался. – Что? - Джинни, Рон, Фред с Джорджем – их еще есть шанс убедить, на счет старших не знаю, а Молли и Артур – точно нет. Они сдадут тебя директору сразу же. Ты вообще соображаешь? Артур без ума от магглов, Уизли едва ли не вернейшие сторонники Дамблдора. - Именно поэтому я и хотел, чтобы они перестали его поддерживать. К тому же, ну… ты понимаешь. - Это невозможно. Гарри вздохнул. Молли и Артур точно будут там – нападение Пожирателей на Министерство заставит Орден Феникса собрать все силы. Гарри так не хотел, чтобы они пострадали… - Тогда… - заставляя себя не думать об этом, Поттер сглотнул. – Тогда Тонкс. Ее помощь может пригодиться. - Да, пожалуй, - согласилась Гермиона. – Но с ней будет проще поговорить Люпину. Кстати, к Сириусу тебе бы тоже неплохо его взять. Ну, или хотя бы Малфоя. - В Бродяге я уверен, он меня поддержит. - Доверяй, но проверяй, этой истине Северус меня научил, - Гермиона улыбнулась, как бы извиняясь за свою недоверчивость, но Гарри сомневался, что ей действительно было совестно. - А Фреду с Джорджем я могу завтра написать – встретимся во время ближайшего похода в Хогсмид, нам же обещали их в скором времени возобновить. - Мерлин, Гермиона… неужели правда – нам удастся организовать все так, что, поддержав Волдеморта, мы не будем враждовать с друзьями? - Всех нам все равно не удастся убедить, кто-то останется. - Но не после того, как Том обнародует правду о деятельности Дамблдора. - Кончай загадывать, Поттер, - Гермиона шутливо пихнула его в плечо. – У тебя как раз есть отличный шанс что-то сделать, а не только вслух мечтать. Рон уходит. Гарри тут же перевел взгляд. Уизли действительно направлялся к выходу, подводя черту под почти часовым ожиданием Поттера. - Уверен, что не хочешь, чтобы я пошла с тобой? - Уверен. Я сам. Не привлекая к себе внимания, Гарри вышел вслед за бывшим другом. Поймать его одного оказалось не так просто – они с Гермионой следили целых три дня, и все это время Уизли будто намеренно не оставался один. В итоге, им даже пришлось его подставить – Гермиона без зазрения совести сожгла его домашнюю работу по ЗоТИ, тянувшую максимум на «Слабо», из-за чего Рон получил отработку. Неудивительно, что Уизли не спешил покидать гостиную и по коридору шел так же медленно – он явно не горел желанием терять вечер в обществе какой-нибудь захламленной кладовки. Догнать его Гарри не составило труда. - Рон, подожди! Уизли остановился мгновенно, будто налетел на невидимую стену, однако поворачиваться не спешил. Гарри притормозил на расстоянии нескольких шагов. Все заранее приготовленные фразы вылетели из головы, и, чтобы не затягивать и без того тяжелую тишину, он был вынужден ляпнул первое, что пришло в голову: - Это мы с Гермионой уничтожили твою работу. Кулаки рыжего сжались, но усилием воли он заставил себя расслабиться. Все же повернувшись, Рон посмотрел на Поттера с преувеличенно спокойным выражением лица. - Очень мило, что ты решил сознаться, Поттер. Назови мне хотя бы одну причину, почему я не должен сломать тебе сейчас челюсть? - Тогда я не смогу закончить то, ради чего это начал. Мне нужно тебе кое-что рассказать. - А ты уверен, что я все еще хочу это услышать? - Мне кажется, так будет честно. - Ах, тебе кажется, - не сдержавшись, Рон в два размашистых шага сократил расстояние между ними, приблизившись вплотную. Холодный взгляд сверху вниз мог пробрать до костей, но Гарри имел слишком большой опыт общения с Малфоем. - Не знаю, то ли ты всегда был таким, то ли набрался у своего любовничка, но твой эгоизм меня бесит. - Это я эгоист?! – в ответ возмутился Гарри. Его обещание держать себя в руках, данное самому себе, стремительно теряло силу. - Из нас двоих именно ты отказываешься вылезти за пределы своей скорлупы. Строишь из себя жертву. А ты не думал, почему мы с Гермионой не рассказали тебе все с самого начала, нет? Может, проблема в тебе, а не в нас? - Если проблема во мне, возможно, тебе стоит оставить меня в покое, Поттер? - Не могу. - А мне плевать, - Рон повысил голос, но, глубоко вздохнув, заставил себя говорить спокойно, хотя слова и звучали сквозь зубы, - что ты не можешь и что думаешь. - То есть, слушать меня ты не будешь? - Верно, Поттер. Свой выбор ты уже сделал. А теперь окажи милость, исчезни, - вновь отвернувшись, Рон двинулся дальше по коридору, и последние слова Гарри долетели ему уже в спину. - Может, я и ошибался раньше, Рон, но я пытаюсь все исправить. И этот выбор делаешь уже ты. Не остановившись, не обернувшись, никоим образом не показав, что услышал, Рон ушел. Разочарованный Поттер был вынужден вернуться в гостиную. *** Гарри упал на диван, даже не заметив, кто уже там сидел. - Что с тобой, Поттер? – Симус выглянул из-за учебника, окидывая его критическим взглядом. Гарри отмахнулся. - Ты не видел Гермиону? - Она только что поднялась к себе. - Спасибо, - Поттер встал, намереваясь позвать кого-нибудь из девочек и попросить, чтобы те передали Гермионе спуститься, но Финниган удержал его за руку. - Эй, Гарри. Ты же знаешь, что Рон всегда был полным придурком? Против воли, Гарри усмехнулся. Что ж, если весь факультет знал об этом факте, вероятно, Поттеру действительно не стоило принимать поведение этого упрямого барана на свой счет. *** Чистый пергамент раздражал своей идеальностью, в то время как вокруг стол был завален смятыми недописанными письмами, каждое из которых начиналось одинаково. «Гарри!» - гласили они. А вот дальше каждое первое предложение начиналось по-своему и в итоге не удовлетворяло своего автора. Сириус пытался написать мордредово письмо уже часа два, не меньше. Но, как признаться, как объяснить крестнику, доверие которого едва сумел завоевать, что по собственной глупости вновь его предал? Сириус не знал и продолжал тянуть, день, неделю, три, наверняка, делая этим только хуже. «Гриффиндорец ты или хаффплавец?!» - мысленно надавал себе оплеух Блэк. – «Ты напишешь Гарри, и сделаешь это сегодня!» Но последовать собственному ультиматуму мужчине помешало вспыхнувшее в камине зеленое пламя. Вскипевшее тут же раздражение быстро утихло: в отличие от бродивших по Гриммо как по своему дому Орденцев, Люциус Малфой мог рассчитывать на большее радушие. - Я думал, ты сегодня не придешь, - поделился Сириус, вновь поворачиваясь к рабочему столу и уничтожая мусор до того, как стоящий за его спиной сноб мог успеть это прокомментировать. - Тебе следовало дать мне знать, если не хотел меня видеть. - Не в этом дело, - Блэк скривился. - Ты ведь собирался поговорить с Драко. - Такого я не обещал. Сириус круто повернулся. Между бровей залегла складка. - Но я полагал, что в прошлый раз мы все обсудили… - Тебе показалось, - избавившись от сажи на мантии, мужчина прошел в комнату. - Сириус, я все равно не дам ему заключить брак с Поттером. Можешь не сотрясать зря воздух. - Если ты нам не дал шанса, зачем и собственному сыну жизнь ломаешь? - Сириус поднял глаза на Малфоя-старшего, надеясь, что под его взглядом сухой аристократ смягчится. Блэк понимал, что этой темой принципиального любовника лучше не доставать, но все равно не мог себя остановить – как раз эта принципиальность его жутко бесила. К тому же, он должен был сделать хоть что-то, чтобы помочь крестнику – например, обеспечить благосклонность отца его возлюбленного. Свекор из Люциуса, конечно, Мерлин упаси, но Гарри сам выбрал эту семейку. - Я знаю, чем это закончится, Сириус. История имеет свойство повторяться, - процитировал мужчина, и ни единый мускул не дрогнул на этом, казалось, неживом лице. Как будто задето было вовсе не то, что так много значило для них когда-то. - Гарри – не я, а Драко - не ты, - упрямо заметил Блэк и добавил: - Это больше похоже на месть. - Кому? - Люциус пренебрежительно отмахнулся. – Это давно в прошлом. Я не столь мелочен. - Тогда почему? - Потому что Поттер ему не пара, - рыкнул Малфой, сжав свою неизменную трость до побелевших костяшек. Губы превратились в тонкую линию. – Так хочешь поговорить об этом, Блэк? Ладно. Твой обожаемый Поттер до мозга костей предан Дамблдору и друзьям, и я не вижу причин, почему он мог бы выбрать моего сына, а не их, как сделал когда-то ты. Однако, если я ошибаюсь и Драко не отделается только разбитым сердцем, все будет еще хуже. Мой сын вырос бунтарем и новатором, и я не хочу проверять, до каких идей его доведет связь с Поттером. Мне хватает того, что из-за мальчишки он решился сделать Малфоев полукровками. - Ты забыл упомянуть, что скорее Дамблдора предпочтешь увидеть зятем, чем его, - мрачно добавил анимаг. – Но ты не можешь… - Довольно. Если ты и дальше намерен продолжать этот бессмысленный разговор, я лучше пойду, чтобы не терять времени. - Не я виноват, что ты упрямый осел, - оскалился Сириус, выставляя наружу весь блэковский темперамент. - Я очень рад это слышать, - повернувшись на каблуках, Малфой зашагал к камину, всем своим видом давая понять, что тема только что произошедшего разговора за последние недели уже стала его постоянной мигренью. - Еще и ранимый, как девица, - буркнул мужчина, зная, что мог бы остановить любовника, но не желая этого делать. Когда Люциус исчез, Сириус отвернулся назад к рабочему столу и с первого раза написал треклятое письмо. Пару минут спустя сова уже несла его в Хогвартс. *** Хлопок аппарации напугал сосредоточенного Фреда; дернувшаяся над котлом рука обеспечила излишнее попадание корня мандрагоры в раствор. Зелье было безнадежно испорчено. - Какого… - возмутился Уизли, когда вместо фиолетового оно приняло синий цвет и повалил резкий неприятный запах. Убедившись, что ничего исправить нельзя, парень поднял сильно недовольный взгляд на визитера. – Забини, ты как всегда кстати. - И как всегда без приглашения, - добавил появившийся из соседнего помещения Джордж. В руках у него был поднос с чем-то непонятным. Фред, тем временем, бурча себе что-то под нос, уничтожил содержимое котла. - А вам следовало бы встречать меня более радушно, учитывая, что я кормлю всю вашу семейку уже не один месяц, - парировал Блейз, присаживаясь на краешек ближайшего стола. Его критический взгляд со скрытым интересом изучал мастерскую близнецов – каждый раз, что он бывал здесь, она выглядела по-другому. - Слишком много на себя берешь, - фыркнул Джордж, уже не реагируя на подначку. Забини использовал каждый удобный случай, чтобы развести близнецов на эмоции – вид двух пышущих злостью идентичных парней радовал глаз, но ни как не пугал. Уизли быстро это поняли. - Как и вы. Напоминаю, что это я здесь жертва – несчастный обманутый покупатель… - Тоже мне жертва, - буркнул Фред, пытаясь что-то найти на принесенном братом подносе. – Будь все жертвы такими, я бы боялся за их обидчиков. - Жалость к себе – это убого, Фредди. - Чего тебе надо, Забини? – вмешался Джордж. Блейз перевел взгляд на него, потом на его брата. Оба выглядели довольно усталыми, что, вероятно, и оправдывало отсутствие их извечной привычки заканчивать друг за друга фразы. На то, что Уизли внемли его просьбе перестать так делать при нем, Забини не рассчитывал. Эта манера разговора его жутко бесила – Фред и Джордж будто стремились слиться в одного человека, хотя на деле были абсолютно разными. С тех пор, как вынужденное сотрудничество обязало его познакомиться с ними поближе, Блейз физически не представлял, как их можно спутать. - Как и всегда – пришел проконтролировать процесс. - Малолетний диктатор, - услышал Блейз ворчание Фреда. - Реже бы ты под ногами путался, мы бы быстрее закончили твой заказ, - поддержал Джордж. - Хочешь сказать, я вас отвлекаю, Уизли? Что-то такое было в интонации, что заставило обоих рыжих оторваться от своих дел и посмотреть на наглого слизеринца. В воздухе повисла недосказанность – Блейз и не надеялся на такую реакцию, она превзошла его ожидания и многое рассказала. Он едва удержался от того, чтобы облизать губы. Джордж прочистил горло. - «Вскрыватель» работает. - «Вскрыватель», - Блейз фыркнул, выражая отношение к названию, - не исполнил свое предназначение. Мы с вами обговаривали, с защитой какого уровня он должен справиться. - Снова намекаешь, что мы недоделали его специально? Что бы ты знал – «УУУ» дорожат своей репутацией. - «УУУ»… - Блейз оттолкнулся от стола и медленно подошел к Фреду. Обошел его по кругу, заглядывая через плечо, что он делает, подхватил с подноса какую-то увесистую ракушку, подбросил ее в воздух. То, как напряглись оба брата с его приближением, он чувствовал кожей и наслаждался произведенным эффектом. Остановившись в полуметре от Фреда, он резко посмотрел в глаза стоящему чуть в стороне Джорджу. – Плевать я хотел на репутацию вашего магазина. Доделайте заказ – ради нее, ради денег или просто потому, что я такой душка. Блейз самодовольно улыбнулся. За его спиной близнецы быстро переглянулись, что не укрылось от его внимания. На удивление, последняя фраза осталась не прокомментирована. - Скажи, к какой дате тебе нужен этот артефакт, и ты получишь его. Незачем шататься здесь, - буркнул Фред, резко отворачиваясь и отходя к ближайшему стеллажу. Блейз почти не сомневался, что бурная деятельность наиграна. Джордж же скрестил на груди руки, рассматривая его в упор. - Знаешь, возможно, нам стоит пересмотреть условия нашего договора, Блейз, - быстро уловив, что за игру затеяли Уизли, Забини едва подавил улыбку. Смело, но заведомо обречено на провал – эти гриффиндорцы славились своей хитростью, но не им пытаться переиграть слизеринца. – Ведь, по сути, это не ты сделал нам одолжение этим заказом, а мы тебе, приняв его. Во-первых, вряд ли на островах нашелся бы еще кто-то, способный такое провернуть. Не в такие сроки. А во вторых… - Мы не задаем вопросов, Забини, - закончил Фред, продолжая стоять спиной. - Так, может, это тебе стоит начать относится к нам более уважительно, учитывая, что это мы идем тебе навстречу. Блейз сделал вид, что задумался. - Да, может быть. Если вы глупы так же, как и ваш младший брат, и я зря здесь теряю время. Потому что, я думал, для всех очевидно, что вопросы не нужны, когда ответы известны, - оба Уизли напряглись. – Или, вы скажите, что не знали с самого начала, где будет использоваться ваше изобретение? Близнецы молча за ним наблюдали. Блейз подошел к Джорджу, медленно протянул руку и кончиками пальцев коснулся его подбородка, обвел линию челюсти, ожидая, что Уизли в любой момент отшатнется, но тот продолжал смотреть ему прямо в глаза. Забини облизнулся, а затем оглянулся на второго брата. Губы изогнулись в усмешке. - И, тем не менее, согласились. А не именно ли поэтому вы согласились? Работать с отвратительным слизеринцем… Не надо, не говорите мне, что я давно вам нравился и вы мечтали о такой возможности, не поверю. - Забини, - зарычал Фред. Блейз улыбнулся, но эта улыбка быстро превратилась в оскал. - Так, когда я увижу результат? В отличие от меня, мое начальство не столь благосклонно к вам настроено. Время поджимает. - Куда вы нападете, Блейз? – послышался голос Джорджа, и слизеринец обратил внимание на свою первую жертву. Его пальцы все еще касались веснушчатого лица; он погладил нижнюю губу парня. - Больница св.Мунго, Гринготтс, Хогвартс, Министерство, Азкабан… не так много вариантов с защитой такого уровня, да? Полагаю, вы грешите на Хогвартс, и потому медлите с заказом. - Так да или нет, Забини? - Нет, Фредди, - Блейз отпустил Джорджа и отступил на шаг. Голос прозвучал жестко: - Из-за вашей ошибки нападение на Азкабан едва не провалилось. Подобное не повторится, когда мы атакуем Министерство. - «Вскрыватель» почти готов. Мы практически дошли до финальных тестов. - Это то, что я хотел услышать. Я наведаюсь через неделю, и не один. Забини быстро исчез, а Уизли посмотрели друг на друга. - Если Пожиратели облажаются, Орден Феникса быстро выйдет на нас. - Тогда нужно убедиться, что они не облажаются, - Джордж перевёл взгляд на то место, где минуту назад стоял посредник Темного Лорда - Блейз Забини. *** «Импровизировать» – это, наверное, все же слишком экспрессивно сказано, и Драко скорее собирался «действовать по обстоятельствам». План был весьма общим – сказать правду, стоять на своем, попытаться найти компромисс. Однако решение наведаться к Люциусу было спонтанным. - Ты можешь пугать меня этим, но ты не лишишь род продолжения, отец. Конечно, разговор с самого начала шел тяжело. Люциус точно не ждал его появления, и, когда вышел из камина уже не в самом радужном настроении, не обрадовался присутствию сына в своем кабинете. Какая-то часть внутри Драко мелочно радовалась, что он сумел доставить отцу неудобство. Тем не менее, основное внимание было направлено на то, чтобы не пропустить ни малейшего движений, слова или взгляда отца – Драко не мог похвастаться тем, что очень хорошо знал Люциуса, но все же кое-что в его реакциях могло бы дать ему подсказку. С самого начала стало понятно, что договориться им будет сложно, если вообще возможно. Драко мог бы грешить на Тома или убеждать, что Поттер временное несерьезное увлечение, но первая же фраза отца дала понять, что вариант проигрышный. Откуда-то он знал о серьезности намерений сына, и Драко ничего не осталось, как следовать плану – говорить правду, стоять на своем, пытаться найти компромисс. Тем не менее, из всего этого получалось только стоять на своем. - Если посчитаю, что оборвать род менее пагубно, чем позволить тебе навлечь на него позор – лишу. А до тех пор ничто не мешает мне обвенчать тебя с Асторией до твоего совершеннолетия. - А разве Лорд Гринграсс уже дал тебе согласие? Глаза в глаза. Дело ведь даже не в Астории – она только разменная монета, не согласится ее отец, Люциусу не составит труда найти другую девушку. Дело в готовности дать отпор. Если прежде Малфой-старший и имел мнение, что его сын способен действовать только через Лорда – при его поддержке и непосредственном контроле – то теперь оно стремительно таяло. Что решительно не облегчало задачу обоим. - Отец, я от своего не отступлю, - в итоге был вынужден предупредить Драко. Люциус холодно прищурился. - Ты бросаешь мне вызов, мальчик? - Нет. Люциус резко встал и отошел к окну. Оттуда открывался вид на внутренний двор – голые стволы деревьев не портили вид аллеи, вымощенной белым мрамором. Пришло время признать – пускай он и придерживался иных убеждений и всю свою жизнь перечил ему, Драко все же был истинным Малфоем. Люциус всегда знал это, но предпочитал отрицать. - Почему мы спорим, Драко? – негромко спросил он. - Ведь ясно же, что преследуем одну цель – процветание и благополучие рода Малфой. - Потому что по-разному понимаем его благополучие. - То есть, ради этого мальчишки ты готов разрушить вековые традиции? – Люциус обернулся. - Разбавить кровь, жениться на мужчине… - Традиции устаревают, отец, - не проявляя эмоций, откликнулся Драко. - Чистокровность – признак аристократизма. - И во имя него я должен отказаться от остальных преимуществ? - Каких преимуществ? Оба замолчали. Люциус едва заметно усмехнулся, когда не дождался ответа. Драко резко встал. - Я выбрал его, отец. И тебе придется смириться с этим, - Драко направился к выходу, но долетевшие в спину слова заставили его замереть в проходе. - Ты не ответил на вопрос, - Люциус неспешно вернулся к своему креслу во главе стола. Каждый его шаг отдавался пульсацией в голове парня. – Ради него ты готов поступиться ценностями нашего рода? - Я думаю, ответ тебе известен. Драко ушел, а Люциус еще некоторое время задумчиво смотрел на закрытую дверь. - Предки тебя проклянут. Освежив стакан неразбавленным виски, Люциус также покинул свой кабинет. Малфой-менор являлся величественным строением, выполненным в готическом стиле в начале 12 века, и с тех пор практически не терпел изменений. Пафосный, дорогой, вычурный, но вместе с тем идеально соответствующий Малфоям, любовь к роскоши у которых являлась таким же фамильным признаком, как платиновые волосы. Сама атмосфера поместья накладывала отпечаток на каждого из своих гостей, заставляя держать подбородок выше, спину прямее, а из речи исключить все фамильярности. Даже стены не позволяли Малфоям забывать, кто они и какое место в обществе им причитается. История семьи насчитывала множество выдающихся личностей, но и самые неприметные ее члены отличались этими качествами – амбициозность, деловая хватка, чувство самосохранения. За последнее их нередко называли трусами, но Малфои никогда не опускались до того, чтобы оспаривать мнение плебеев. Тонко чувствуя, где риск оправдан, а где за лучшее отойти в сторону или вообще ее сменить, они добивались власти и богатства там, где другие срывались. И когда ты стоишь на вершине мира, какая разница, что о тебе говорят толпящиеся у подножия? Иными словами, Люциусу Малфою было чем гордиться. Неспешно пересекая поместье, комнату за комнатой, он вышел к галерее. Длинная череда полотен с похожими друг на друга мужчинами и женщинами, все из которых держали себя с поистине королевским достоинством. Люциус медленно шел мимо, уважительно кивая предкам, удостаивающим его внимания в ответ, но от приглашений поговорить отказывался. На некоторое время он задержался только у портрета Корнелла Малфоя. Тот был изображен вместе со своим супругом, в котором был единственно заинтересован даже после смерти. Хотя в магическом мире однополные браки всегда были естественны, в семье Малфой являлось традицией жениться только на женщинах. Корнелл был единственным, кто рискнул эту традицию нарушить, что породило большой скандал. Но все же, с гобелена его не выжгли – бунтаря спас тот факт, что его избранником был чистокровный волшебник. За свою жизнь Корнелл творил немало безумств, большинство из которых сходили ему с рук – спасало наличие младшего брата, которому, в итоге, и пришлось выполнять все обязательства перед родом. Корнелл вместе с супругом погибли в море, не оставив наследника – поговаривали, что это младший брат и избавился от сумасбродного старшего. Если это и было правдой, ни Люциус, ни любой другой потомок, живший после Корнелла, не был удивлен подобному поступку. Сменялись эпохи, но величие Малфоев не угасало. Были другие войны, другие революции, порой рождались личности, о которых семья предпочитала забыть, и единственным следом от них оставалась только небольшая выжженная точка на фамильном древе. Неизменны оставались существующие каноны, негласный кодекс, позволивший Малфоем оставить свой след в истории. Так почему сейчас их репутация должна была быть втоптана в грязь из-за прихоти влюбленного мальчишки? Люциус не мог позволить Драко уничтожить то, что строили их предки веками. На то ведь и нужны родители – оберегать детей от ошибок. *** Употребить алкоголь в его возрасте, пожалуй, было еще большая глупость, чем есть так много сладкого. Однако если отказаться от сластей было выше его сил, то исключить из рациона спиртное Дамблдор вполне был способен. Чему его старый друг и помощник совсем не был рад. Поэтому бутылка с джином оставалась только наполовину пустой уже больше десятка лет, хотя стабильно раз в пару месяцев вынималась из тайника. Один соблюдал сухой закон, другой пил только из своей фляжки, не доверяя до конца никому. Даже на основании этого факта было заметно, что существовании их дружбы было странным явлением, но вместе с тем – закономерным. - Сегодня я стал свидетелем, как какая-то девчонка спорила с одним из верных мне ребят, доказывая, что брать магглорожденного в Аврорат – верх глупости. Говорила, что он погибнет на первой же вылазке, и то, что он все же сумел закончить школу авроров - не показатель. Пришедший Нотвер ее успокоил, но каков сам факт, а? – прокряхтел Грюм, отставляя в сторону здоровую ногу – от жара камина ему было жарко. - Чистокровная? – пока без интереса уточнил Дамблдор, не понимая, какой интерес ему должен быть до этого происшествия. - В том то и дело, что нет, полукровка. И по идее должна была выступать в защиту этого парня, а не выступать. - Так парня все же приняли? - Не могли не принять - никаких оснований для отказа, – Грюм глотнул из фляги. - Но с тех пор, как после первой Магической войны магглорожденным разрешили поступать в школу авроров, не было еще ни одного случая, чтобы кто-то из них сумел ее закончить. - Значит, их магический потенциал растет, - а вот это было уже хорошей новостью, и Альбус тут же задумался, пытаясь решить, как можно использовать эту новость. - Я бы на это не рассчитывал, - отставной аврор, который появлялся в Аврорате так часто, что в этом можно было засомневаться, жестко усмехнулся. - Я выяснил кое-что о его семье – отец крупный нефтяной магнат, то есть, как я понял, очень богат. Аттестат куплен и, боюсь, девчонка права: парня убьют во время первого же столкновения с Пожирателями. - Однако большего волнения заслуживает выступление мисс, - понял, к чему был этот рассказ директор. Аластор кивнул. - Именно. Идеи ублюдка о магической неоднородности продолжают набирать популярность, несмотря на все наши усилия дискредитировать его. - Мне нужно только два месяца, может даже меньше. - А потом что, Альбус? – Грюм подался вперед. - Как ты намерен искоренять эти мысли в их неразумных головах? - Массы в большинстве своем легко внушаемы, Аластор, - старец спокойно улыбнулся. - Многие готовы поверить в любую сказку, если она обещает им и их семье мир и безопасность. Когда некому станет мне возражать, я объясню всем готовым слышать, почему прав я, а не Том. - Та девчонка точно не была готова слушать какие-либо аргументы. - Они послушают, Аластор. Я защищал их десятилетиями – от тирании Гриндевальда, от безумств Волдеморта; почему бы им не дать мне шанс все объяснить? - Полагаешь, твоя репутация сможет все сделать за тебя? – усомнился Грюм, но Дамблдор был в себе уверен. - Так и будет. Ну а на особо несговорчивых подействует тот факт, что в Хогварсте собрано все молодое поколение Соединенного Королевства. Хотя они, конечно, не заложники, - на губах директора образовалась свойственная ему загадочная полуулыбка. – Не я начал эту войну, мой старый друг. Но я ее закончу. - Не сомневаюсь в этом, - аврор склонил голову, заражаясь этой уверенностью. У него не было причин сомневаться в старом друге. - У тебя будут эти два месяца – верные мне авроры при поддержке Ордена Феникса сдержат попытки нашего врага поменять расстановку сил. - Я надеюсь на тебя. - Но ты уверен, что помощь тебе не нужна? – все же не удержался он. - О чем ты, друг мой? Аластор фыркнул в ответ на мнимое непонимание директора. - Ну, например, о Снейпе, который в последнее время перестал приносить хоть сколько-нибудь полезные сведения. А так же о вышедшем из под контроля Поттере. Ну и конечно о Наследнике Волдеморта, который, как я сообщил тебе еще месяц назад, является учеником твоей школы. Ты думаешь как-то с этим разбираться? - Нет. - Не понял. Дамблдор вздохнул так, будто смертельно устал и отвернулся от мужчины, уставившись в огонь. - Северус предан мне всецело, о чем я не раз говорил тебе и всему Ордену. А Гарри будет содействовать моим планам независимо от своего желания до тех пор, пока находится в Хогвартсе. И покинуть замок я ему не позволю. Он в руках Ордена, Аластор, нет причин для беспокойства. - А его любовник? Когда там мы обнаружили, что посылаемые нами «видения» перестали к Поттеру доходить? В ноябре? Ты правда веришь в подобную святость твоего маленького героя? Он провел в постели с Малфоем не один месяц. И если младший Малфой хоть немного похож на своего отца, он вполне мог перетянуть Поттера на свою сторону. Вся их история шита белыми нитками, ты не находишь? - Младший Малфой не похож на отца – они с Люциусом не ладят, - директор остался спокоен. - И идея Гарри мне нравится – возможно, действительно удастся перетянуть Драко к нам. Я уже говорил об этом с Северусом. Но даже если прав ты и Гарри больше не верит мне, уверен, я смогу вернуть его запутавшийся разум на правильный путь – не убеждениями, так магией. - Интуиция подсказывает, что только на магию и будет надежда, - буркнул Аластор. Чуть помолчав, он пояснил: - Не понравился мне его взгляд тогда, в твоем кабинете. А Поттер пригодится тебе – и я сейчас имею в виду не твой ритуал, а наши действия после войны. - Оставь политику мне, друг, - это не твоя стезя. Однако я привык полагаться на твою интуицию – она нас не раз выручала. И раз ты настаиваешь, я поговорю с Гарри еще раз. - На мой вкус, подвал или Imperio надежнее, но и это лучше бездействия. Дамблдор не ответил, и некоторое время друзья молчали, прежде чем директор снова заговорил: - Еще ты упомянул Наследника. Должен сообщить, что у меня есть кое-какие мысли на этот счет. - Не поделишься? – Грюм не дождался продолжения. - Всему свое время, Аластор. Верь мне, как делал всегда, и не окажешься на стороне проигравших. - Ты знаешь, меня не это всегда заботило. Только справедливость. Дамблдор улыбнулся. Неспешную беседу, являвшуюся скорее способом скоротать вечер, чем реальным обсуждением дел, прервал замерцавший в камине огонь. Старые друзья обратили на него внимание, и парой секунд спустя пламя сформировалось в голову школьного завхоза. - Профессор Дамблдор, сэр, вы просили сообщить, когда парень вернется в Хогвартс. Так вот, он снова здесь, сэр. - Очень хорошо. Большое спасибо, Аргус. - Мне снять со Слизерина баллы, профессор? Он не первый раз нарушает правила. Или, я мог бы, как в старые времена, запереть паршивца в… - Спасибо, мой мальчик, не нужно. Уже довольно поздно, желаю тебе спокойной ночи. - Надеюсь, она действительно пройдет спокойно и ни одному поганцу не приспичит нарушать устав… - с тихим бурчанием смотритель исчез, и камин директора снова ничем не отличался от любого другого. - Ты вычислил наследника? Вопрос остался висеть в воздухе без ответа. Дамблдор продолжал удерживать на лице полуулыбку, взгляд был устремлен в огонь, и в голубых глазах, как и на очках-половинках, танцевали языки пламени.