Сожми в ладони время

А глаза пока не научились врать – раз затемненные очки по-прежнему в моде, значит, нам всем по-прежнему есть, что скрывать. (c) Эльчин Сафарли

Утро начиналось поздно, главным образом потому, что уснул Гарри почти на рассвете. Рождественский вечер был довольно странным: он, Сириус и сумевший прибыть Ремус бросались из крайности в крайность – за столом то звучали шутки и смех, то повисала неуютная тишина. Причина была в их с Блеком неумении общаться, и хотя Люпин старался разряжать атмосферу, время от времени он оказывался бессилен. Но Гарри не жаловался: Рождество, в целом, выдалось не таким ужасным, как он ожидал. Сириус был мил, и Поттер искренне радовался встрече с Ремусом. Тем не менее, к себе Гарри поднялся рано, но уснуть все равно не смог: пол ночи старательно гнал от себя мысли, настырно лезущие в голову здесь, в штабе Ордена Феникса. Отчаявшись избавиться от идиотских идей в духе гриффиндорца и прекратить самокопание, утонув в оценках правильности своего поведения, Гарри стал думать о Малфое. И только воспоминания о родных руках, в объятиях которых он засыпал каждую ночь, позволили ему отбыть в царство Морфея. Проснулся Гарри сам, но из постели, нежась в тепле, выбраться не успел; в дверь его комнаты постучали. Показавшийся в дверях Люпин заставил Поттера сесть. - С Рождеством, Гарри. Гарри искренне улыбнулся. Он не мог об этом знать, но при виде друга его глаза зажглись. - С Рождеством, Ремус. Оборотень, с лица которого не сходила теплая улыбка, прошел внутрь и присел на кровать рядом с ним. - Там внизу тебя ждут твои подарки, а где-то через час прибудут Уизли, Молли уже предупредила. Гарри кивнул и хотел было встать, но передумал. Вряд ли Ремус зашел, чтобы сообщить ему эти новости. Не двигаясь, Поттер продолжил ожидающе смотреть на Люпина, и тот, вздохнув, взлохматил свои волосы. - Я, вообще, хотел поговорить с тобой, Гарри, до их прихода. Гарри заинтересованно приподнял бровь, но Ремус решил зайти издалека. - Как дела в Хогсмиде? - Неплохо, - Поттер пожал плечами. – Деревня быстро отстраивается, через пару месяцев, наверное, снова разрешат походы туда. За неделю перед Рождеством из больничного крыла всех выписали. А после каникул должны вернуться из Мунго Невилл и остальные. Было заметно, что Гарри искренне рад данному обстоятельству. Люпин удовлетворенно кивнул. - Рад слышать. Мне жаль, что я там не присутствовал во время нападения и не смог помочь. Новость о случившемся дошла до меня слишком поздно. То, что сделали Пожиратели… - он покачал головой, глядя куда-то в сторону. – Это чудовищно, столько детей… Гарри опустил глаза. Ремус был прав, случившееся чудовищно, только виноват Дамблдор, а не Пожиратели. Поттеру вдруг стало очень интересно, кто раз за разом прятался под масками и черными плащами, выдавая себя за слуг Волдеморта. Кто-то из Ордена Феникса? Возможно, но хотя эта организация и была детищем Дамблдора, Гарри не верил, что все ее члены в этом участвовали. Молли, Артур, Макгонагал, Ремус – это же абсурд. Но и утверждать, что ни один член Ордена не был замешен, слишком самонадеянно. Наверняка у Дамблдора был особый отряд. Гарри сильно хотел посмотреть в глаза входящим в него людям. Ремус вдруг подался вперед и потрепал его по голове. - Хогвартс – самое безопасное место, и мне спокойно знать, что там есть, кому за тобой присмотреть. Уж на территории школы, где ты под защитой Дамблдора, Волдеморт до тебя не доберется. Если, конечно, ты сам не будешь делать глупости. Люпин придал голосу строгость, но все же тепло улыбнулся. Посмотрев ему в глаза, Гарри вдруг с удивлением понял, что за ним наблюдают. Ремус будто оценивал его реакцию, и Гарри, еще до того, как успел подумать, отзеркалил улыбку. И сам почувствовал, что она вышла застывшей. Что это было? Этот взгляд… Гарри он сильно не понравился. А Ремус чуть прищурился и, в ответ на недоуменно вскинутые брови, произнес: - Сириус сказал мне, что у тебя есть парень, и вы довольно давно встречаетесь, - Гарри опешил от резкой смены темы разговора, но согласно кивнул, весь подобравшись. - Можешь мне честно ответить? Я обещаю, что никто об этом не узнает. Вот Люпин и добрался до главной цели своего визита. Карие глаза глядели со странным выражением, холода в них Гарри не видел, но видел серьезность и возбужденный блеск. Было заметно, что Люпин собирается спросить о чем-то действительно очень для него важном, и Гарри, помня о непонравившемся ему взгляде, все же снова кивнул. Хотя во всем его виде сквозила неуверенность. - Кто этот человек, Гарри? Это ведь не гриффиндорец. И не большой поклонник Дамблдора, не так ли? Ты весь вчерашний вечер избегал говорить о директоре, а если приходилось, использовал обтекаемые формулировки. Этот парень сильно на тебя повлиял. Кто это, Гарри? - Гарри растерянно хлопал глазами, не зная, что отвечать, и понемногу начиная паниковать. Ремус продолжал давить. – Это слизеринец? - Я… Что это было? Дамблдор подослал к нему Люпина, собираясь разоблачить? Если так, то Гарри уже покойник. Ну, или что там директор решит с ним сделать… Ремус, продолжавший ждать ответа, выглядел уже немного раздраженным. Сейчас Гарри почти не узнавал в этом мужчине знакомого Люпина, видя перед собой кого-то другого. Чужого. - Почему это важно? – хрипло выдавил он. Оборотень нетерпеливо махнул рукой. - Если хочешь, я могу принести тебе клятву, об этом никто не узнает. Только ответь мне, - мужчина подался вперед, в явном намерении схватить его за плечи, но в последний момент передумал и вцепился пальцами в край кровати. Его глаза беспокойно метались по лицу Поттера, силясь в нем что-то найти. Гарри прерывисто вздохнул и медленно выдохнул, не в силах отвести взгляд. - Нет, не надо клятв. Возможно, глупость, но он не хотел, чтобы доверие между ним и Люпином было искусственным. Мерлина ради, это же Ремус, тот самый добрый Ремус, которого он знал столько лет! И оборотень был даже готов принести ему клятву. Если это была уловка, Гарри был готов попасться, чем проявить недоверие к этому человеку. Война, конечно, меняет людей, но Поттер не хотел, чтобы она изменила его самого. Гриффиндорец в нем желал рискнуть, а слизеринец требовал быть осторожным. Малфой его убьет. - Это Драко Малфой. Я встречаюсь с Драко Малфоем, - негромко произнес он, зажмурившись, ощущая, что бросился в омут с головой. Но когда услышал шумный выдох Люпина, резко распахнул глаза. Он желал знать реакцию немедленно. Люпин глядел на него очень удивленно, такого ответа он однозначно не ожидал. - Драко Малфой… - выдохнул он, быстро моргая и будто пробуя это имя на вкус. – Правая рука Волдеморта… - наблюдавший за ним Гарри был напряжен до предела. А Ремус, поглядев ему в глаза, вдруг широко улыбнулся. – Ну ты даешь. Не ожидал, такого парня отхватил! Гарри, не понимающий, как ему расценивать эти слова, все равно почувствовал, что щеки заливает румянец. - Вот уж кто точно должен был вправить тебе мозги. Ну что, Дамблдор уже не окружен ореолом света? Гарри, чувствуя неуверенную, сладкую надежду, зародившуюся в душе, широко распахнул глаза. - Так ты тоже…? - Я тоже, - Люпин усмехнулся. – Я в стае оборотней Сивого, Гарри. Как я могу не быть «тоже»? Там предателей убивают. - И давно ты?.. - Давно, - кивнул Ремус, нахмурившись, и отвел взгляд в сторону. - Еще после первой магической войны. Он замолчал, погрузившись в мысли, а Гарри тихо ждал, подозревая, что будет продолжение. - Ты прости меня, Гарри, - с заметным сожалением в голове произнес оборотень в итоге. - Если бы мог, я бы все сказал тебе раньше. Но мы все боялись, что ты просто не поверишь, и это будет стоить мне статуса шпиона или вообще жизни. Я… - Ремус вновь посмотрел на него, выдохнул, увидев странный блеск в зеленых глазах, и решил начать сначала. – Я понял, что из себя представляет Дамблдор, сразу по окончанию войны. После этого я, разумеется, не захотел возвращаться к нему под крыло, и, когда он отказал мне в опеке над тобой, ушел вместе с Сивым. Я хотел отомстить за годы лжи, но понимал, что мне придется встать в очередь. У Тома претензий к светлейшему больше, чем у нас всех вместе взятых. После возрождения стая встала на его сторону. Я хотел внести свой вклад в эту борьбу, но мог помочь только тем, что стал бы приглядывать за тобой и выдернул, если бы представился случай. И я согласился. Ведь еще на твоем третьем курсе я был готов притвориться загнанным оборотнем и любезничать со старым интриганом, лишь бы познакомиться с тобой. Я на самом деле не люблю врать, Гарри, но обстоятельства вынудили. Надеюсь, ты простишь меня. Поттер автоматически кивнул, переваривая полученную информацию. Кажется, сам того не ожидая, он обрел союзника, который был способен его понять. Ремус, оказавшийся в числе сторонников Тома, кажется, мог окончательно убедить Гарри в верности стремлений Волдеморта. Потому что Поттер был уверен: если то, что он знал о Люпине, правда хотя бы на половину, должны были быть действительно веские причины, чтобы он встал на «темную» сторону. Ремус, конечно, оборотень, но не законченный эгоист, если бы дело было только в желании хорошо жить, он бы не стал лгать друзьям. - Гарри, а ты сам давно знаешь? – вдруг спросил Ремус, когда молчание затянулось. - Пару месяцев. Драко и Том не хотели никому говорить, что я вышел из «игры», опасаясь, что возможные предатели донесут об этом директору, и тот что-то сделает. Люпин понятливо кивнул, хотя и не выглядел обрадованным. А потом вдруг насмешливо вскинул брови. - Том? Ты и с ним сойтись успел? Гарри пожал плечами. - Он учил меня окклюменции. - Даже так… - Слушай, а Сириус тоже знает о..? – вдруг встрепенулся Гарри. Люпин покачал головой. - Нет. Но он на твоей стороне, а не Дамблдора – учти это, - серьезно сообщил оборотень. - Если решишь рассказать ему, он тебя поддержит. Но только имей в виду, Сириус очень импульсивен, он вряд ли сможет лгать Дамблдору, а когда узнает, что тот годами подвергал твою жизнь опасности… В общем, он не создан для роли шпиона. Ему можно будет все рассказать, только когда будет возможность его вытащить. Гарри кивнул, задумчиво глядя куда-то в сторону. Ремус коснулся его руки. - Что еще, Гарри? - Вчера, когда я сказал ему, что встречаюсь с парнем, он веселился. Ты не знаешь, почему его это позабавило? Ремус сначала удивился подобному вопросу, но потом вдруг широко улыбнулся. - Это потому что он сам больше предпочитает парней. И примерно в том же возрасте по уши влюбился. - Правда? В кого? – заинтересовался Гарри. Люпин покачал головой. - Я не имею права тебе говорить, ты наверняка отнесешься к этому предвзято. Лучше узнай Сириуса получше и спроси сам. - Ну ладно… - подозрительно протянул Гарри. - Хотя знаешь, ты можешь рассказать ему о Малфое, - добавил Ремус и усмехнулся. - Мне даже интересно, что он скажет тебе по этому поводу… Расскажи ему, что ты встречаешься с Малфоем, но ничего кроме, ладно? - А ты уверен? – Поттер сомневался. - Да, он поддержит тебя и прикроет, если возникнет такая необходимость. Вообще, он правда очень дорожит тобой, Гарри. Не отталкивай его, - посоветовал оборотень на полном серьезе, кажется, действительно сильно переживая за друга. - Я больше не буду, - тихо прошептал Гарри, опустив голову, и Люпин взъерошил ему волосы. *** Гарри хотел еще о многом спросить, посоветоваться с Ремусом – уж он-то должен был понять его метания. Но в тот момент к ним заглянул Сириус и сообщил, что прибыли Уизли. Им пришлось разойтись; Гарри отправился в душ, предчувствуя, что день будет долгим, и морально к этому готовясь. Но настроение у него было хорошим, и на душе спокойно – по эту сторону он больше был не один. На первом этаже царило оживление, рыжее семейство своим появлением мигом развеяло мрачную обстановку старого особняка. Стоило Поттеру спустится, как на него тут же налетела улыбающаяся, веселая Джинни. - С рождеством, Гарри! – девушка крепко обняла его за шею, прижавшись всем телом, чем неслабо удивила. Поттер, чувствуя себя неловко, придержал ее за спину. - И тебя, Джинни. Она довольно быстро его отпустила и отошла в сторону, так что Гарри смог осмотреться. Около входа оживленно разговаривали близнецы, стоя к ним спиной и ничего не замечая, из открытой двери в столовую слышался голос миссис Уизли, что-то рассказывающей Сириусу, но громче всех были голоса из гостиной. Туда Поттер и направился. Артур и Рон что-то в красках описывали Люпину, вернее мистер Уизли, похоже, описывал очередное свое знакомство с чем-то маггловским, а Рон, очевидно присутствовавший при этом, время от времени вставлял комментарии, не выглядя сильно заинтересованным. Люпин только сдержанно улыбался и кивал. С появлением Гарри их разговор прервался. - Добрый день, мистер Уизли, Рон, - улыбнулся Поттер, проходя в гостиную. - Привет, Гарри, - просиял Артур и с энтузиазмом пожал ему руку. – Как прошел рождественский ужин? Молли очень переживала, но Ремус говорит, что у вас было весело. - У нас действительно было весело, - подтвердил Гарри, не желая, чтобы Уизли плохо думали о Сириусе: трудности в их отношениях рыжее семейство абсолютно не касалось. От Гарри не укрылось, что Рон на его приветствие не отреагировал. - Это хорошо. Молли приготовила такую вкусную индейку, по своему фирменному рецепту, пальчики оближешь! Мы и вам принесли. - Здорово, спасибо, - Гарри был немного удивлен тем фактом, что Артур не стремился завалить его глупыми вопросами о магглах, но подозревал, что мужчина просто старался быть вежливым и еще успеет это сделать позже. - Гарри! – услышал он оклик миссис Уизли из холла и, извиняющееся улыбнувшись, вышел. - Ох, Гарри, я так рада тебя видеть! – Молли традиционно притянула его к груди, заставив смущенно улыбнуться. – Что это у вас за распри с моим сыном, м? – деланно строго спросила она, стоило ему только немного отстраниться. – Рон не хочет мне ничего говорить, он словно воды в рот набирает, стоит разговору зайти о тебе. Что такое, молодой человек? - Э-эм, - неуверенно протянул Гарри, растерявшись. Он действительно не знал, что отвечать. Молли нахмурилась. - Ладно, иди уже, потом поговорим, еда не может храниться под согревающими чарами вечно. Нам нужно еще кое-что принести из Норы, а ты, Гарри, не поможешь мне? Накройте с этими, - она махнула на близнецов, – на стол, а мы сейчас вернемся. Джинни! Миссис Уизли уже отвернулась, но вдруг, всплеснув руками, снова посмотрела на Поттера. - Извини, я чуть не забыла, Гарри, - из большого кармана ее передника показалось письмо. – Это тебе, сова только что принесла. Наверное, стоит положить к остальным твоим подаркам? Гарри принял конверт из ее рук, с улыбкой посмотрев на собственное имя, выведенное знакомым каллиграфическим почерком. - Спасибо, миссис Уизли, - заторможено поблагодарил он, и, едва дождавшись, когда мама с дочкой исчезнут за дверью, нетерпеливо вскрыл конверт. «Сегодня в девять в резиденции. Счастливого Рождества!» Подписи не было, но Гарри она была и не нужна. Глупая улыбка на губах стала шире. Оставалось только дождаться вечера. *** Стоило Поттеру войти в столовую, как за ним тут же тенями скользнули Фред и Джордж. - Привет, Гарри, - в один голос произнесли они, окружая его с двух сторон. - Привет, ребята, - усмехнулся Поттер, подхватил тарелки и проворно начал расставлять их на столе. Братья взялись за столовые приборы. - Как жизнь, Гарри? - начал Фред, как-то нехорошо на него поглядывая. Не успел Гарри и рта раскрыть, за близнецом продолжил Джордж: - До нас дошли слухи, что наш милый маленький Гарри... - ... обзавелся второй половинкой. Причем... - тут же подхватил Фред. Братья в очередной раз срывались в излюбленную привычку продолжать фразы друг за другом. - …эта половинка мужского пола! Близнецы победно переглянулись, ожидая реакции на свои слова, а Гарри вдруг замер и сильно нахмурился. Медленно, он снова вернулся к раскладыванию тарелок, не поднимая глаз от стола. - Почему всем есть так много дела до того, с кем я встречаюсь? – в итоге спросил он. - Ну как же, Гарри? – почти искренне удивился Джордж. - Мы-то были уверены... - Что тебя ждет участь великовозрастного девственника. - Вспомнить хотя бы Чжоу, - губы изогнулись в усмешке. - А тут - парень. - Если бы была девушка, мы бы ничего… - Никто бы не сомневался, что ты девственник... – Фред широко, проказливо улыбнулся. - Ведь в отношениях вести пришлось бы тебе. - А так как мы уверены, что… - Сейчас роль ведущего исполняет некто очень удачливый... - Нам очень интересно... - Что ты думаешь о сексе между мужчинами? Уизли, наконец, замолчали и вновь ожидающе уставились на Поттера. Тот, ощущая, как горят щеки, желал провалиться сквозь землю. - Не ваше дело, - буркнул он, почти бросая последнюю тарелку во главу стола, и быстрым шагом направился к выходу. Но у самой двери его перехватили две пары рук. - Гарри, скажи, а девочки тебе совсем… - …совсем не нравятся? И правильно... - Секс с парнями куда ярче... - Уж мы-то знаем, - закончили близнецы в один голос и растянули губы в одинаковых широких улыбках. Гарри озадаченно на них посмотрел, не совсем понимая, в чем братья сейчас признались. Тряхнув головой, он постарался сказать как можно строже: - Я не знаю, кто вам рассказал... - Джинни, - хором ответили парни, перебивая. - И кстати, малыш Ронни очень переживает, - добавил Джордж. Фред стоял, оперевшись локтем о плечо брата, и вдвоем они закрывали выход. Гарри скрестил руки на груди, пропуская слова мимо ушей, и упрямо продолжил: - Я не знаю, кто вам рассказал, но если вы кому-то скажете... - Да кому говорить, - вновь перебили его. - Все и так знают. - Кстати, мама точно захочет сказать тебе пару слов. - А нам... - Все еще интересно… - Используете ли вы в постели игрушки? Гарри закатил глаза и, растолкав братьев, вышел. Близнецы оставались близнецами. А вот если ему что-то скажет миссис Уизли, он сгорит от стыда. Стоило постараться не оставаться с ней наедине. - Ладно, Гарри, Гарри, постой, - раздалось за спиной у Поттера, - Ну постой, останься с нами, а мы тебе секрет расскажем. Поттер, не будучи уверенным, что оно того стоит, все же обернулся. Любопытство взяло верх. - Ну что еще? - Ты ни за что не поверишь, кто... - начал Джордж, близнецы в этот момент оперативно заталкивали его назад в кухню. - …был у нас в магазине, - и, не дожидаясь, когда Гарри начнет гадать, победно произнесли хором: - Блейз Забини. Действительно, Гарри не слабо удивился, и взглядом попросил парней продолжать. - Мы мало что можем тебе сказать… - Забини сделал у нас большой заказ… - И взял с нас Неприложный обет о неразглашении его сути. - Видишь, как все серьезно, Гарри? - Ничего себе. Забини в вашем магазине… В лесу у Хагрида точно что-то сдохло, - усмехнулся он. Это было действительно странно, что могло заставить Блейза пойти на контакт с Уизли? Забини, конечно, всегда был со своими тараканами, но до такой степени? Братья казались довольными его реакцией. - Мы тоже так подумали. У вас там в Хогвартсе что, слизни совсем страх перед гриффиндорцами потеряли? Не поря-я-я-ядок… Гарри не успел ответить, вошла Молли и тут же пустила их в оборот, вновь задействовав в организации обеда. По хитрым взглядом в свою сторону Поттер понял, что стебать на тему отношений близнецы будут его еще долго. *** Обед прошел весело, как это обычно и бывало в семействе Уизли. Близнецы сыпали шутками, Молли заботилась, чтобы никто не остался голодным, Артур рассказывал очередную забавную историю. Когда с едой было покончено и все стали перемещаться в гостиную, Гарри вызывался помочь убрать со стола, и как-то так получилось, что несколько минут спустя в кухне остались только он и Рон. Наедине. Поттер ни секунды не сомневался, что миссис Уизли это подстроила. Сказать, что тишина была напряженной, значит не сказать ничего. Гарри чувствовал, что его нервы натягиваются, словно тетива, грозясь в любой момент треснуть. Руки стали мелко подрагивать, так что он дважды едва не уронил стопку тарелок, а потом случайно задел локтем стакан. Поттер как в замедленной съемке видел его падение, и в тот момент, когда стекло с оглушительным звоном достигло пола, его терпение разлетелось вдребезги вместе со стаканом. Гарри громко поставил на стол посуду и круто повернулся к Рону. - Вот ответь мне честно, ты обижаешься на меня, потому что я скрыл, с кем встречаюсь, или потому что я встречаюсь с Малфоем?! – возможно, излишне громко спросил он, уставившись на бывшего друга вызывающим взглядом. Но Уизли его проигнорировал, как ни в чем не бывало продолжив собирать тарелки. Это молчание только сильнее распаляло Поттера. – Ты не можешь смириться, что спустя все, через что мы прошли, у твоих друзей вдруг появились от тебя секреты? Или что у нас появилась личная жизнь, в которую мы не захотели тебя впускать? Или что у нас она вообще есть, в отличие от тебя? Не-е-е-т… причина ведь не в этом. Ты бесишься только потому, что считаешь, что я предпочел тебя Малфою. Малфою! Но ты ошибаешься: это не я предпочел его тебе, а ты предпочел свои детские убеждения нашей дружбе. Мы знали, что ты не поймешь, я знал это! Но ведь проще во всем обвинить других, как всегда, Рон, не так ли? Не так ли?! Под конец Гарри уже кричал, равнодушный вид Рона, за всю тираду на лице которого не дрогнул ни один мускул, приводил его в бешенство. Хотелось задеть посильнее, чтобы вызвать хоть какую-то реакцию. Поттер в несколько шагов облетел стол, встав рядом с Уизли, и сжал его плечо. - Отвечай мне! Рон тут же скинул его руку, зло и тихо бросив: - Не трогай меня. Поттер, не слушая, вновь схватил его за плечо, поворачивая к себе лицом, и лишь в самый последний момент успел увернуться, так что кулак выведенного Уизли прилетел ему в ухо. Это стало последней каплей для обоих, они сцепились, нанося удары куда придется. Рон завалил Гарри на стол; посуда полетела на пол, поднимая оглушительный шум. Поттер спихнул с себя бывшего друга и вместе с ним полетел на пол. Приземление вышло жестким, особенно для Рона, но их пыл нисколько не умерило: они продолжили кататься, колошматя друг друга, сбрасывая накопившуюся обиду. Это могло продолжаться еще долго, если бы их вдруг не оттащили: Гарри сразу повис на руках Сириуса, а Рон, еще пару раз дернувшись от Люпина, выплюнул, глядя прямо в глаза бывшего друга: - Я тебя ненавижу за то, что ты предатель, - и, скинув с себя удерживающие руки, вылетел из столовой. А Гарри стоял, не в силах пошевелиться, и тупо глядел ему в след. *** После ухода Уизли прошло несколько часов, которые Гарри провел, заперевшись в своей комнате. Его мучило ужасное чувство вины, которое он старательно гнал от себя. В этом не было смысла, самостоятельно ему было не справиться. Он не знал, просто не знал, что ему было делать с Роном. Поттер прекрасно понимал, что друг не заслужил такого отношения, но и рассказать все, как есть… Наверное, было самым правильным решением. Но когда Гарри начинал себя в этом убеждать, его неминуемо одолевали страх и сомнения. Ему необходимо было посоветоваться с кем-то. Но Ремус ушел вместе с Уизли, вернулся в стаю, когда стало понятно, что все полученные Поттером повреждения несерьезны. А кроме него больше никого подходящего не было. Или… Был еще Сириус. Крестный, с которым ему давно следовало поговорить начистоту. Уж кому, как ни Блеку было знать цену дружбы. Как и сказал Люпин, не обязательно было говорить все, а просто… просто говорить. В принципе. С этими мыслями Поттер вышел из своей комнаты. Он долго бродил по вдруг заметно опустевшему дому в поисках Сириуса, прежде чем обнаружил его. Крестный стоял посреди захламленного чердака, рассматривая какую-то фотографию у себя в руках. Сюда миссис Уизли, производя капитальную уборку дома, распорядилась снести все целые, но уж слишком мрачные вещи, которые было жалко выбросить. Сюда же, как понял Гарри, Сириус убрал старье из своей комнаты, то, из чего он уже вырос, вроде плакатов с мотоциклами, и то, что являлись слишком болезненным напоминанием о прошлом. Не желая мешать, Гарри тихо замер в дверях, полагая, что крестный не в курсе его присутствия. Он внимательно изучал профиль мужчины, видя легкую задумчивость на его лице. - Знаешь, как говорят, Гарри? – вдруг раздался голос Сириуса, заставивший Поттера вздрогнуть от неожиданности. Крестный по-прежнему не смотрел на него. Чуть наклонившись, он достал из коробки еще какую-то старую, потрепанную временем фотографию. - Мы скучаем не по людям, а по прошлому с ними, которое больше никогда не повторится. Блек, улыбаясь чуть грустно, протянул ему фото, и Гарри, оставив дверь приоткрытой, осторожно ее взял. С магического фото на него смотрели Мародеры в полном составе, им было около пятнадцати-шестнадцати. Джеймс, белозубо улыбаясь и привстав на носочки, обнимал за шеи Ремуса и Сириуса. Блек тоже весело улыбался в объектив, время от времени озорно подмигивая, а Люпин выглядел слегка сконфуженным. Слева от них Питер без остановки махал рукой. - И это правда, - продолжил тем временем крестный, - Я безумно скучаю. Ремус сильно изменился. Нас объединяет прошлое, но он – уже совсем другой человек. Наверное, как и я сам. Гарри молчал, не перебивая, и слушал. Разговор пошел немного не туда, куда он рассчитывал. Или наоборот, как раз туда, куда должен был двинуться. В конце концов, им обоим следовало разобраться с восприятием событий давно минувших дней, чтобы иметь шанс на общее будущее. И Поттер знал, почему крестный заговорил об том именно сейчас. Сириус бросил на него быстрый взгляд, и снова вернул все свое внимание фотографии. - Знаешь, Гарри, твой отец был мне больше, чем просто другом. Он был моей семьей. Он, Лили, Ремус, и Питер тоже – они были моей настоящей семьей, не Блеки. И весть о гибели Поттеров… - Сириус покачал головой и на некоторое время замолчал. – Я бы хотел, чтобы ты никогда через такое не проходил. Мы были молоды, и хотя вокруг нас разворачивалась война, никто не верил в возможную гибель. Да и как можно? Стоит только увидеть теплую улыбку Лили или вечно озорно сияющие глаза Джеймса. Видел бы ты, как он на нее смотрел… - Сириус закусил губу, помимо воли улыбаясь. Он был уже не здесь, а Гарри, затаив дыхание, жадно слушал. - А вечно рассудительный Реми? Он всегда нас предостерегал, а мы никогда не слушали. И ты… Маленький сверток на руках у Лили, озорной карапуз, ерзающий на коленях Джеймса… Это было такое чудо. Впереди была вся жизнь. Каждая минута была пропитана теплом, любовью, взаимоподдержкой. Я не забуду этого чувства никогда. И та ночь… Это было не просто убийство, это был полный крах всего. Пара серых глаз остановилась на Поттере. Сириус, глядя прямо на него, медленно коснулся своего виска. - Это все здесь, Гарри. Постоянно. Прошло почти пятнадцать лет, но чувство, что я вышел из дома четы Поттеров только вчера. И только вчера я стоял на развалинах Годриковой лощины. Хочешь, я могу показать тебе это. Все это. С самого начала. То, в чем я варюсь каждый день, хочешь? Гарри стоял, не в силах пошевелиться, и Сириус, вдруг сократив расстояние в два размашистых шага, схватил его за локоть и потянул прочь из комнаты. Поттер не сопротивлялся. Блэк, достигнув кабинета Ориона, где иногда работал Дамблдор, проворно вытащил из шкафа небольшой Омут памяти и установил его на столе. Некоторое время он стоял к Гарри спиной, загружая воспоминания, но вскоре обернулся, приглашая. Поттер смерил крестного неуверенным взглядом. Это был тот самый момент, когда ему предстояло понять мотивы поступков Блека. Понять, почему он так себя вел по отношению к нему, и либо простить и принять, либо перечеркнуть все навсегда. И Поттер был уверен: шанса, что произойдет второй вариант, не было в принципе. Он не был настолько жесток. И заранее был в ужасе от того, что ему предстояло увидеть. Гарри с опаской приблизился и медленно наклонился над чашеобразным сосудом. *** Он задыхался, чувствуя, как трясет изнутри. Ноги отказывались держать, с трудом сделав шаг назад, он рухнул на удачно стоящий стул и тут же обхватил себя руками, согнувшись пополам. Воздух получалось глотать через раз, широко распахнутые глаза глядели в пространство, в голове все еще мелькали картинки. Острое, щемящее чувство заполнило все внутри. Рыжеволосая девочка с милейшей улыбкой и сияющими зелеными глазами, с воодушевленным волнением первый раз осматривавшая большой зал Хогвартса, еще толком не знающая, что ждет ее на красно-золотом факультете, выросла в прекрасную, добрую девушку все с той же пленяющей улыбкой. Переливающийся колокольчиками смех и свет, льющийся из-под кожи. Всегда глядящие с легким прищуром глаза, забиравшиеся в самую душу, очаровательная россыпь веснушек. Невероятная тяга к справедливости и умение заставлять быть лучше всех, кто оказывался поблизости. Озорной, вечно лохматый мальчишка, изменивший всю жизнь Сириуса. Еще в поезде они поймали одну волну, которая стала толчком к созданию Мародеров и началу долгой и крепкой дружбы. Неумение усидеть на месте, иногда болезненное чувство юмора, страсть ко всему запретному. Вечный возбужденный блеск в глазах, глядя в которые сказать «нет» невозможно. Порой раздражающая надменность, желание производить впечатление и заставлять завидовать, но вместе с тем безграничная преданность друзьям, готовность идти за ним в самое пекло. Сохатый, Джеймс Поттер… - Как ты… можешь это… - с трудом выдавил Гарри, все еще не в силах избавить от картинок перед глазами. - …выдерживать? - Сириус грустно усмехнулся. - Не знаю, Гарри, не знаю. - Сириус, - с надрывом произнес Поттер. Он с трудом представлял себе, что мог чувствовать его крестный. Виденное в Омуте памяти было для него лишь эмоциональным фильмом, который он, как заинтересованное лицо, принимал близко к сердцу. А Сириус?.. Это же были его воспоминания. Гарри вдруг стало безумно стыдно. - Прости меня, пожалуйста. Блэк, обернувшись, посмотрел на него, и, чуть помедлив, подошел ближе, присел перед ним на корточки и взял его сложенные на коленях руки в свои. - Мне не за что тебя прощать. Я сам виноват. И твоя реакция – мое заслуженное наказание, я не имел права переносить образ Джеймса на тебя. Ты очень похож на отца, Гарри, но я знаю… - Ты не виноват, - горячо перебил он. – Тебе его не хватает. - Очень, - не стал отрицать Сириус. - Но ты – сын моего лучшего друга и его прекрасной Лили. Единственное, что я хочу, что я обязан был сделать в память о них – это заботиться, оберегать и поддерживать тебя. И я этого не сделал. Я подвел тебя - в ночь на Хэллоуин и когда выбрался из Азкабана. И сейчас тоже подвожу. Это ты прости меня, Гарри, - протянув руку, Блэк неуверенно коснулся его щеки, не отводя взгляд. Гарри почувствовал, что стоящие в глазах слезы заструились по щекам. - Я тебя прощаю, - одними губами прошептал он, и Сириус улыбнулся. Улыбнулся светло, почти как там, в его воспоминаниях. - Спасибо.