Напиши мне утром

— Ты же знаешь, что тот факт, что ты пялишься на него, не заставит его заново влюбиться в тебя, — сказал Лиам, присаживаясь рядом с Гарри, который снова вернулся в свой маленький укромный уголок. Он поглядывал на Найла с тех пор, как они закончили разговор на кухне, не желая ничего, кроме как броситься блондину в объятия и рассказать, что он чувствует. Каким злым Найл его сделал. — Я не хочу этого, — бросил Гарри, делая глоток какого-то напитка. Лиам фыркнул, закатывая глаза. — Как скажешь, Гарри. Но я знаю тебя лучше. — Я уже прошел через это, теперь все кончено. Мы не были хорошей парой, я не позволю ему снова ранить меня, — сказал кудрявый вполголоса, сам не зная, был ли он честен. Часть его очень хотела этого. Вторая же часть безмолвно кричала ему заткнуться. — Вы, ребята, были отличной парой. Я никогда не понимал, почему вы расстались, — вздохнул Лиам, глядя в толпу. — Я тоже не понимаю этого, — прошептал Гарри, ловя взгляд блондина. Они смотрели друг на друга всего секунду, прежде чем Найл отвел взгляд, заставляя появиться в голове кудрявого тысячи различных мыслей и предположений. — Прости меня за тот день. — Что? — зеленоглазый начал теребить край футболки, считая это более интересным, чем смотреть на Лиама. — Мне не следовало говорить тебе об.. ну, ты знаешь... это не мое дело, прости, мне жаль. — Все нормально, Лиам, — сказал Гарри, прикусывая губу и снова переводя взгляд на Найла. Найл тоже смотрел на него, но, как и в прошлый раз, отвел взгляд через секунду. Гарри не отвернулся, состроив кривую гримасу, когда его сердце сжалось при взгляде на то, как Хоран целует блондинистую фифочку, которую привел с собой. — Знаешь что, Лиам? Давай напьёмся, — сказал Гарри, залпом опустошая стакан и взглянув на друга. — Что? — Я сказал давай напьемся. Лично я не совсем в духе, чтобы смотреть, как мой бывший развлекается с кем-то еще, — Гарри поднялся, даже не дослушав ответ Лиама, и направился на кухню, хватая со стойки полупустую бутылку водки. — Гарри... Не думаю, что это хорошая идея, — ответил Лиам, нахмурившись глядя на друга. Он знал, каким бывает Стайлс, когда напьется... — Не будет моей первой ошибкой, — пожал Гарри плечами, открывая бутылку и запрокидывая голову. Пьяный Гарри делился на три фазы. Первая — чрезмерно возбудимый Гарри. После практически получаса, проведенного с бутылкой, Гарри присоединился к толпе. Он стал хихикающим телом, смеющимся с каждого малейшего движения, что делал. Лиам изо всех сил старался уследить, чтобы Стайлс не натворил ничего тупого. А это значит, что Лиам пытался держать Гарри от Найла так далеко, насколько мог. И, что грустно, это было нелегко. Почти каждый раз, когда Пейн отворачивался, его друг всегда бросался к Найлу. Это слишком досаждало. Через час Гарри перешел к фазе номер два. Чрезмерно чувствительный Гарри. Не имело значения, что вы ему говорили — все в конце концов доводило парня до слез. Вы могли рассказать ему шутку о курице, перебегающей дорогу, но он даже не рассмеялся бы. Лиам даже не знал, какая из двух фаз хуже. Всё, что знал парень, это то, что его друг сейчас рыдал в его объятьях, и не имел представления, как помочь. — У него проблемы? — спросил Найл, подходя к Лиаму. Он понял, что его слова прозвучали грубо, когда Гарри вздрогнул и сильнее прижался к другу. Но проблема в том, что Найл больше не знал, как вести себя рядом с ним. — Он просто пьян, — сказал Лиам, поглаживая спину Гарри, пока тот тихо всхлипывал, уткнувшись Пейну в грудь. — О да, я понял это еще час назад, когда он пытался дотронуться до моего члена, — сказал Найл, облокачиваясь о стену. Лиам резко посмотрел на блондина, ненавидя его сейчас особенно сильно. — Когда ты перестанешь быть таким надменным? — О чем ты? — усмехнулся Найл, не особо обрадованный фактом, что Лиам пытается влезть к нему в голову. — Ты всё ещё любишь его, — ответил Лиам через минуту. Гарри успешно перешел к третьей фазе: сонный Гарри. Всхлипывающий мальчик сейчас быстро засыпал в руках лучшего друга. — Нет, не люблю, — солгал Найл, шаркая ногой и пытаясь смотреть куда угодно, но не на Лиама. Лиам снова посмотрел на парня, полностью выбешенный его присутствием здесь. — Похер, Найл. Я знаю тебя так же хорошо, как знаю его. Вы двое — долбанные идиоты, — прошипел Лиам, тяжесть голоса Пейна заставила Найла посмотреть на него в ответ. — Знаешь что, Лиам? У тебя нет права указывать мне, что я чувствую, ясно?! Я больше не люблю его, он не любит меня тоже. Прими это наконец, — Найл смотрел на Лиама, не желающий ничего кроме как свалить. Но он не мог сделать это. Он не мог, потому что знал, что Лиам прав. Он идиот. Но это не значило, что то, что он делал, было неправильным. Лиам не понимал, что Найл делал это ради Гарри. — Ты засранец, Найл. Я не собираюсь приукрашивать это, я не собираюсь быть твоим лучшим другом. Ты мой друг, да, но, если честно, я так устал от вас обоих. Я не понимаю тебя. У тебя есть такой прекрасный человек, которого ты можешь называть своим, но ты просто отшвыриваешь этот факт, словно это ничего. Он любит тебя, но тебя не волнует. — Тогда почему волнует тебя?! Тебе никогда не было дела до на.. — и тогда Найла осенило. Причина, почему Лиам всё еще защищал Гарри, даже когда тот давно спал в его руках. Причина, почему он так яро за него сражался. — Т-ты влюблен в него. Ты любишь Гарри.