Дневник Хеймитча

Любовь – это огонь, зажигающий душу. (с) Джордано Бруно. *** Жатва прошла быстро. Сначала «выбрали» Китнисс, потом меня, но Пит вызвался добровольцем. Сейчас голубки у себя, а я зайду к Эффи. Из воспоминаний Хеймитча. - Можно? - Заходи. Сердце бешено стучит. Что мне сказать? Как начать разговор? - Хеймитч, … Всхлип. Она плачет. Почему? Быстро подхожу к ней и обнимаю. Она вырывается и бежит в ванную комнату. Через 10 минут выходит без парика и косметики. - Эффи, … - Я была такой глупой. Так жалела, что отпустила тебя тогда. Я не верю своим ушам. Обнимаю, пытаюсь успокоить. - Это я болван, Эффи. Я во всем виноват. Вспомнился тот вечер: выпивка, карты, гогот приятелей. Потом ресторан, неудобный костюм, мое смущение. Все пронеслось перед глазами. Я аккуратно поднимаю ее личико, смотрю в глаза и тихо шепчу: - Все хорошо. Теперь мы будем вместе. Она улыбнулась. Мою душу переполняют чувства – от счастья до детского восторга. Не сдерживаю себя и целую ее в губы. - Хеймитч, я хотела с тобой серьезно поговорить. Серьезно? Да нас же могут подслушать. - Здесь нет камер и жучков. Я проверяла. Она читает мои мысли. - Я весь во внимании. - Плутарх предлагает устроить восстание. Я вздрагиваю, но вспомнив, что здесь мы не в поле зрения Капитолия, отвечаю: - Ну что ж, хорошая идея. Думаю, завтра стоит встретится с ним и все обсудить. - Хорошо. Пошли смотреть повтор Жатвы. Изображаю кисляк на лице. - Все равно пошли. Китнисс с Питом нас уже потеряли. А вот это верно. Перед входом в купе с телевизором набрасываю на себя мрачный вид. Так, на всякий случай. *** Столько знакомых людей сегодня поднялось на сцену. Многих мне действительно жаль: ведь им не суждено победить. Бабулька из Четвертого, наркоманы, алкаш из Седьмого, Лай, Рубака… а я ведь надеялся, что он будет ментором Одиннадцатого. Чертов Капитолий. Он еще поплатится. Из воспоминаний Хеймитча. - Не грусти заранее, что-нибудь придумаем. Вздыхаю. Я устал верить в светлое будущее. Откупориваю бутылку. - Будешь? - Давай. После третьего бокала я чувствую, что по венам разбегается тепло. Проблемы понемногу отходят на второй план. Мне хорошо. Она рядом. Видя, что я не предпринимаю никаких действий, она первая целует меня и притягивает к себе. Вихрь мыслей в голове. Огонь разносится по телу. Все уплывает далеко-далеко. Остается только она. Выхожу из ее купе, точнее, выползаю. Беру в вагоне-ресторане бутылку, иду к себе. По пути вижу, как мои смотрят пятидесятый сезон Голодных игр. Притаился сзади. Смотрю. Теперь они еще и сравнивают мою выходку с силовым полем со своими ягодами. Говорю, что они похожи, но не одинаковы. Подмигиваю им и ухожу к себе. Пока мои у стилистов, иду с Эффи к Плутарху. После недолгого пустого разговора, он отводит нас в какой-то конференц-зал. Рассказывает про обстановку в дистриктах, настроения людей, потом про Тринадцатый. Новый Распорядитель тоже намеревается вытащить Пита из-за его дара красноречия, но, как и я, не списывает Китнисс со счетов. Эффи предлагает объединиться с другими трибутами и защищать Пита. Меня осеняет. - Слушайте, а ведь все сегодняшние трибуты против Игр. Каждый прекрасно знает о своих шансах на победу. Фаворитами этого года являются мои голубки. Уж кто-нибудь, но точно захочет с ними объединиться. - Я понял. Мы устроим восстание на Играх, а оно перерастет в восстания в дистриктах? – перехватывает мою мысль Плутарх. - Да. Всем нам, победителям, Капитолий уже однажды сломал жизнь. В этом году все из нас выступят за восстание. Так же, все знают о красноречии Пита. Если мы сумеем его вытащить, то без труда направим все силы мятежников на Капитолий. Так мы отомстим за пережитое. - Хеймитч, … - неуверенно начала Эффи. - Совсем забыл, Плутарх, в этом году в твоих руках жизни 24-ех человек. Мы хотим, чтобы именно от тебя пострадало как можно меньше людей. - Да, да, конечно. Я буду добрым Распорядителем. Добрый Распорядитель. Смешно звучит. - Вы постарайтесь обойти как можно больше трибутов. Расскажите про наш замысел. - Хорошо. Этим мы и займемся. - Через 15 минут открытие, пошли лучше сразу к Тренировочному центру. - Веди. Я здесь не разбираюсь. Мы идем по бесконечным коридорам. - Эффи, как ты думаешь, кому из трибутов можно доверять? - А кого ты знаешь лично? Лично? Задумываюсь. - Только Рубаку. - Начни с него. С остальными разберемся. Доходим до Тренировочного центра. Скоро сюда прибудут все колесницы. Пока смотрим прямую трансляцию Открытия. Цинна, как всегда, великолепен. Все смотрят только на Двенадцатых. Всматриваюсь в других трибутов. Пытаюсь найти возможных союзников. Вот уже подъезжает первая колесница. Я жду одиннадцатую. Увидев Рубаку, быстро направляюсь к нему. - Ну как оно? Простой вопрос, который может относиться к чему угодно, но по моим глазам он понимает его смысл. - Только после вас. Бунтовали один раз после нашего приезда. - Еще хочешь? Его упитое лицо выражает сомнение, но потом расплывается в улыбке. - С вами? - С ними. – Киваю в сторону своих подопечных. - Ну тогда без п. Смеемся. Он хлопает меня по плечу и спрашивает: - Когда свадьба? Моих подопечных? Или… моя? - Чья? Рубака помирает со смеху. - Ну не моя же. - Не пугай народ своим гоготом. Пошли лучше к моим. По пути он напрашивается быть свидетелем на моей свадьбе. Еле сдерживаю поток брани. *** Пытался заставить Китнисс взять кого-нибудь в свою команду. Она отказывается, а Пит не против. Мне надо обойти добрую половину трибутов. Некоторых успею подловить после тренировок, до остальных, надеюсь, доберется Рубака. Вечером Китнисс сказала, что в свою компанию возьмет только изобретателей из Третьего и бабушку Мэгз. В принципе, уже неплохо. Поговорю с ними. Из воспоминаний Хеймитча. - Ты решил на счет союзников? - Думаю. Китнисс за Третий и Мэгз. - Неплохой выбор. - Поговори с Джоанной и Финником. Я уверен, они не против. - Хорошо. Плутарх предлагает завтра встретиться в конференц-зале с трибутами. - Как? Их выпустят с этажа? - Без труда. Плутарх уже все придумал. - Ну ладно. - Здравствуй, Хеймитч. - О, какие люди, Рубака. Как тренировка? - Ничего нового. Заходим в лифт. - Ты с кем-нибудь разговаривал? - Да. Третий, Четвертый, Шестой, Седьмой и Восьмой. - Замечательно. Спасибо. - Как бы я хотел, чтобы этот лифт застрял, и у нас был ящик рома. Нажимаю на все кнопки подряд. Лифт останавливается. - С тебя ром. Он хохочет. Жаль, что время нельзя остановить, как этот лифт. - А ты хочешь меня спросить, откуда я узнал про свадьбу? - Допустим. - Просто у тебя вид как у влюбленного салаги. Вздыхаю. Неужели все так заметно? - Раз ты любишь ее, значит, не потеряешь. Вот я и спросил про свадьбу. - Ты вот так сразу все понял? - А что тут непонятного? Луплю по кнопкам, лифт движется вверх. - Ладно, погуляем на моей свадьбе. - Ты веришь, что я вернусь? - Еще как. Я тебя лично за хребет вытащу. Рубака расплывается в улыбке. 11ый этаж. - Знаешь, передай ей спасибо от меня. Она изменила тебя. В лучшую сторону. Двери закрываются. Еду дальше в одиночестве. - Все здесь? – Спрашивает Плутарх. Оглядываю присутствующих: Бити, Вайресс, Финник, Мэгз, морфлингисты, Джоанна, Чума, Цецелия, Лай, Рубака и Сидер. - Да. – Отвечаю я. - Ну что ж. Нам надо, во что бы то ни стало, вытащить Пита и разнести тут (в Капитолии) все к чертям, в частности арену. – Начинает Плутарх. – У вас есть какие-нибудь планы? - Почему вытащить только Пита? Он не будет ничего делать без Китнисс. – Возражаю я. - Альма Койн просила спасти его в первую очередь. Альма Койн? Да кто она такая? Лично мне она не указ. Замечаю на себе немигающий взгляд Вайресс. Что же она так уставилась на меня? - Хеймитч, ты же победил за счет силового поля? – Немного подумав, спрашивает она. - Так и есть. - Тогда я знаю, что можно устроить. – Продолжает Вайресс. - Плутарх, а на арене будет такое же силовое поле, как и … - В Тренировочном центре? – Закончил ее реплику Бити. - Да. А как вы его заметили? - За счет небольшой трещинки. Она как изъян в стекле. Если ее пробить каким-нибудь предметом, через который проходит ток, то можно взорвать все силовое поле. - Отличная идея. Что тебе для этого понадобится? - Катушка с проводом и источник тока. Молния подойдет. Устроишь непогоду на арене? - Без труда. Хеймитч, а какие планы у твоих? - Самому интересно. Если кто-нибудь из вас наткнется на них, то прикиньтесь дружелюбными. - А если она прикончит меня раньше? – Спросила Джоанна. - Она не из тех, кто сразу и просто так убивает. Тишина. Каждый обдумывает свои действия на арене. - В общем, постарайтесь выжить. До встречи в Тринадцатом. Прощаемся. Иду к себе. *** Как всегда, Дистрикт-12 отличился на индивидуальном показе. Пит нарисовал Руту, а Китнисс повесила Сенеку. Интересно, сколько за это им поставит Плутарх? Изобразил гневно-негодующее лицо. Повезло в этом году с Распорядителем. Был бы другой, сразу бы по нулям влепил. Из воспоминаний Хеймитча. Завтра интервью. Обойдутся без наших наставлений. Сегодня весь день проведу с Эффи. Она обещала найти какую-нибудь обычную кафешку. Думаю, что на себя напялить. Тут мой взгляд натыкается на браслет с пламенем. Хм... А во что Цинна завтра оденет Китнисс? Я быстро нашел его. Он что-то творил с белым свадебным платьем. Стилист поведал мне, что под первым подвенечным будет второе платье, напоминающее оперение сойки-пересмешницы. Шикарно. Хвалю его. Прошу совета на счет себя. Цинна быстро нашел для меня черные брюки и цветастую рубашку. Неплохо. Благодарю его и бегу к себе. - Пошли, там нам обоим понравится! - Думаешь? - Уверена. Заходим. Что-то среднее между ночным клубом, баром и кафе. В принципе, нормально. Людей немного, и все они… обычные. Заказываем коктейли и легкие закуски. Ближе к ночи появился ди-джей. Заиграла зажигательная музыка, народ начал постепенно оживляться. Эффи тащит меня танцевать. Залпом выпиваю мохито и иду с ней. Музыка в ушах и алкоголь в венах. Она рядом. Больше ничего не надо. *** Что сегодня творилось на интервью! Народ просто сходил с ума. Сначала каждый трибут намекал на отмену Квартальной бойни. К выходу Китнисс, половина зрителей расплылась в слезах: не суждено парочке быть вместе. Затея Цинны великолепна: когда Китнисс покрутилась, то свадебное платье «сгорело» и превратилось в оперение сойки. Зрители бурно аплодировали. Не представляю, что творится в дистриктах. Пит сказал, что Китнисс беременна. Люди как будто сорвались с цепи. Заиграл гимн, и все трибуты взялись за руки, образовав неразрывную цепь – знак объединения дистриктов. Все экраны быстро померкли. Повтор отменили. На улице требуют отменить Игры. Мы почти добились своего. Из воспоминаний Хеймитча. Ночь перед Играми. Конференц-зал. Я, Плутарх, Бити и Финник. - Бити, у Рога будет катушка с проводом. На счет молнии не беспокойся. - Хорошо. А когда именно мне взорвать поле? - Хороший вопрос. Думаю, мы отправим вам что-нибудь. Допустим, булочки. Дистрикт, из которого они – день. Их количество – час. Подойдет? - Вполне. - Финник, теперь на счет тебя. На арене будет… море. Конечно, ты приплывешь самым первым, а потом профи. Не дай им особо поживиться у Рога. На лице Одэйра промелькнула улыбка. - А, и еще, поможешь моим, если они не умеют плавать? – Интересуюсь у него я. - Без проблем. - Возьми мой браслет. На всякий случай. Отдаю ему свою побрякушку с пламенем. Мало ли, вдруг Китнисс захочет его убить. - Ну, все тогда. Все последние вопросы решены. Пусть удача всегда будет на вашей стороне. Прощаемся. Я направляюсь к себе. *** Дал последние наставления своим (постарайтесь выжить). Напоследок сказал Китнисс, чтобы она помнила, кто настоящий враг. Думаю, моя сойка-пересмешница поняла, что я имел в виду Капитолий. Дневник закончился. Надо завтра купить какой-нибудь блокнот. - Неужели это все? – Удивленно спросила Китнисс. - Наверно. Хеймитч не стал бы таскать с собой старую записную книжку, когда есть новая. - Ответил Пит. - Скорее всего, так и есть. Столько всего произошло у нас прям под носом: заговор всех трибутов, роман Хеймитча с Эффи … - Я догадывался об их отношениях. Тишина. Но сквозь нее проступает звук, похожий на стук колес по рельсам. Неужели… - Пит, кажется, Хеймитч и Эффи приехали. Это поезд, доставивший до дома счастливую пару. - И что нам сейчас делать с его дневником? - Встретим их, напросимся домой. Ты отвлечешь их своей торжественной речью, а я положу куда-нибудь дневник. - Хорошо. Пошли. Уже где-то на подходе к тому месту, которое в Дистрикте-12 называлось вокзалом, Пит спросил: - А как ты думаешь, почему Эффи приехала сюда спустя почти год? На что Китнисс дала самый честный ответ, пожав плечами: - Не знаю. И предложила: - Давай сегодня спросим у них. Из воспоминаний Хеймитча. Нас уже встречают Китнисс с Питом. Интересно, они прочитали мою историю? Приветствуем друг друга, зову к себе на чай. Они соглашаются. Дом, милый дом... Наконец-то в моей холостяцкой конуре произойдут хоть какие-то изменения. Пока Эффи в ванной комнате смывает макияж, спрашиваю своих о дневнике. Они удивлены. Понятно, Китнисс думала, что я выронил его случайно. Прочитали. Хорошо. Спрашивают на счет Эффи. Душу начинает резать тупым ножом. Это все моя вина... Предлагаю не омрачать сегодняшний день и откладываю эту историю до следующей встречи. Когда вышла Эффи, мои влюбленные голубки нехило удивились. Прям как я в ресторане. Поздний вечер. Китнисс и Пит собираются к себе. Прощаемся. Притягиваю к себе Эффи и обещаю больше никогда не отпускать. Она целует меня. Впервые после Игр я чувствую себя в безопасности. Впервые в жизни мне так хорошо.