Игра ожидания

10.31 12 участок, стол Райана со стопроцентным отсутствием хорька. — Дженни меня убьет, — вспотевший Райан уставился на ящик, совершенно свободный от хорька. — И это все, что тебя сейчас беспокоит? — Эспозито тяжело дышал. — На свободе бегает хорек! Кейт переглянулась с Каслом. Он понимающе кивнул и повернулся к Эспозито. — Брат, не переживай, хорек — не пума. Что он может сделать? Эспозито наградил его уничтожающим взглядом, эффект которого слегка подпортила Лэйни, взяв его за руку. — Хавьер, почему ты не сказал мне о хорьке? — Я знаю, как ты их не любишь. Не хотел тебя зря расстраивать. — И ты тоже, да? — Кейт с раздражением повернулась к стоящей рядом Лэйни, чересчур много знающей о ней и Касле. — Ты работаешь с трупами, как ты можешь бояться хорьков? — Девочка, я не боюсь грызунов, — Лэйни злобно фыркнула. — Они отвратительны. Особенно хорьки. Кроме того, трупы не могут подкрасться к тебе. — Да, и трупы не перемещаются тем жутким и противным способом, словно проклятые кобры, — согласился Эспозито. — Кобры? — Кейт не могла поверить своим ушам. — Вы сравниваете хорька с коброй? — нет, эти двое окончательно свихнулись. — У трупов нет тех жутких маленьких зубов, и крошечных когтей, — Лэйни выставила наманикюренные пальцы, чтобы продемонстрировать весь ужас пришествия хорька. — Трупы не грызут мебель и не прячутся там, в засаде, пугая вас до полусмерти, — добавил Эспо, задрожав от некогда пережитого ужаса. — А помните, как мы нашли убитую леди-экстрасенса в диване? — Касл изо всех сил старался их отвлечь. — Да, но труп экстрасенса не перебирался сам на кушетку и не ждал меня там. — И что мы знаем о... — Действительно? Серьезно?! — Кейт больше не могла этого вынести. — Хорек бесит вас больше, чем человек, которого запихнули в диван? — она ясно слышала в своем голосе повышенные нотки, но сегодняшнее утро ее достало. — Да, парень, мы знаем, что у тебя... проблемы с хорьками, — Райан подошел к Эспозито. Тот предупреждающе взглянул на него. Райан замолчал, но через минуту смело продолжил, — ... но этот, он милый. Возможно, он даже тебе понравится. — Нет. Никогда. Они только жуткие... — начал Эспо. — ...с их небольшими красными глазами бусинками, — продолжила Лэйни. — ...они похожи на воплощение зла. И то, как они дергают своими носами... — ...я не могу это выдержать, — дрожала Лэйни, — и какой мерзкий писк они издают... — ...это походит на самый худший кошмар в моей жизни... — Ребята! — прервал их Касл. — Эсплэйни! Почему вы ненавидите хорьков? Объясните мне? Эспозито и Лэйни замолчали и одновременно угрожающе двинулись к Каслу. — Бро, если ты еще раз это скажешь, я тебя убью. Я не шучу. — Я имел в виду, что вы так мило заканчиваете предложения друг за друга, — Касл предусмотрительно отступил назад. — Вы такая симпатичная пара. — Вы не намного лучше, — взгляд Эспо обещал ему мучительную смерть. — Да, — Райан подлил масла в огонь, — обычно вы двое всегда так делаете. Наступила неловкая пауза. Касл пристально уставился на Кейт, и у нее вдруг не осталось воздуха в легких. Рик откашлялся и с трудом оторвал от нее взгляд. — Как он вообще вышел? — Наверно, я неплотно закрыл ящик, — Райан в отчаянии взлохматил волосы. — А что относительно драмина, от которой, как предполагалось, он должен был спать? — Эспо переключился на друга. — Я не знаю! Я дал ему все, что у меня было! Все, что дал мне мой кузен! — Подожди, значит у тебя больше ничего нет? И что мы дадим ему, когда найдем? Райан отчаянно озирался по сторонам, будто ответы находились неподалеку. — Надо найти какое-нибудь другое успокоительное средство. Лэйни, ты не знаешь, какая доза нужна хорьку? — Я что, похожа на ветеринара? — Лэйни посмотрела на него, как на сумасшедшего. — Нет. И у меня даже нет никаких успокоительных средств. — Но ты доктор! — завопил Райан. — Я патологоанатом! Зачем мне успокоительное, для трупов? — Туше! — Касл расхохотался. Кейт устало потерла виски. — Так, через минуту успокоительные средства понадобятся мне. И мы все должны успокоиться. Сейчас мы разойдемся в разные стороны и найдем этого проклятого хорька. Вот дерьмо! Гейтс! Будущая поисковая группа синхронно тяжело вздохнула, потому что Гейтс действительно шла в их сторону. Эспозито с глазами огромными от ужаса повернулся к Лэйни. — Лезь под стол! — Что?! — Гейтс! Она не может тебя здесь увидеть. Она будет думать, что у нас с тобой отношения! — Ага, а если я спрячусь под столом, это вообще не будет подозрительно! — Лэни уперлась рукой в бедро. — И почему мы не можем ей сказать, что встречаемся? — Это принцип... Лезь под стол! Пожалуйста! — Нет. Нет, черт возьми! Ты сошел с ума! — Слишком поздно, — Касл схватил Лэйни за руку и потянул ее за собой к лифту прямо под носом у Гейтс. Она удивленно проводила их глазами. И подошла к оставшимся. Эспозито беспокойно оглядывался по сторонам в ожидании нападения хорька. Вспотевший Райан с взлохмаченными волосами как у Кинг-Конга жалобно смотрел в пол.       И она, Кейт Беккет, с абсолютно сумасшедшими глазами, пораженная огромной вспышкой дежа вю. Дежа вю и осознанием того, что большую часть сегодняшнего утра она провела, скрывая от начальства свои несуществующие отношения и хорька. Такого сценария не было даже в «Полицейской академии». А жаль. Гейтс насмешливо скривила губы и оглядела живописную картинку. — Беккет. Эспозито. Райан. Вы не сильно продвинулись в работе с утра? Не так ли? — Да, сэр, — она изо всех сил пыталась удержаться, чтобы не схватиться за голову, поскольку головная боль усиливалась с каждой минутой. — Не сильно. А ведь еще не было и полудня. Интересно, это было бы очень непрофессионально, если бы она начала пить прямо сейчас? 11.00 12 участок, у доски. — Хорошо, — Райан обернулся, держа в руках маркер. — Я покажу вам, что мы имеем.       Когда Гейтс ушла, в Райане произошли определенные изменения. В нем появилась решительность. Примерно то, что происходит в середине безнадежного случая, когда никакого решения нет, но что-то не позволяет уходить. Когда что-то говорит вам, что надо идти вперед и все получится. Райан как раз находился посередине переломного момента. Он собирался найти хорька.       Изменение было удивительным... и одновременно подозрительным. Райан был спокоен. Он был человеком, способным принять решение. Он почти не потел. Кейт задавалась вопросом, как долго это продлится. Он встал так, чтобы Кейт и Эспо видели доску расследований. Это было... изумительно. Если отвлечься от того факта, что это было расследование о сбежавшем хорьке.       Им был построен подробный временной график, включая дамскую комнату, возможное появление в комнате отдыха и несколько версий движения хорька. Была колонка информации: последний прием пищи, известные интересы, любовь к игрушкам и обычные привычки. Была даже фотография хорька в середине доски. — Ничего себе! — Кейт никак не могла подобрать нужных слов, — ... это выглядит всеобъемлющим... Только... ничего себе. Это его настоящая фотография? — фотография показывала и вправду симпатичное животное, выглядывающее из травы. — Нет. Это картинка из интернета, — насмешливо ответил Райан. — У меня нет фотографии моего хорька. — Конечно, нет, — Эспозито сузил глаза. — Это было бы слишком. — Эй, если тебе неудобно, ты можешь не смотреть на него. Эспо презрительно глянул на друга, и уже было отвернулся, когда одна деталь на доске привлекла его внимание. — Что? Почему здесь моя фотография? — он сделал шаг ближе. — И почему я подозреваемый? — Я только пытался быть объективным, — попытался защититься Райан. — Я тебе покажу объективность.       Как раз в тот момент, когда Кейт поняла, что еще несколько секунд и ей придется оттаскивать Эспо от доски с расследованием Райана, чтобы он не порвал ее в клочья и заодно от самого Райана, она почувствовала знакомое теплое покалывание, начинающееся в спине и заканчивающееся где-то в районе головы. Она была вся словно окутана теплом. Голос Касла раздался чуть позади нее, и Кейт знала — стоит ей сделать шаг назад, и она окажется в его объятиях. — Удивительно, — она чуть-чуть отклонила голову, и увидела Касла со счастливым видом, рассматривающим доску. — Хорошая работа. Особенно с потенциальными подозреваемыми. Это очень объективно. — Круто, не правда ли? — Райан гордо расправил плечи. Эспозито смотрел на Касла так, будто он только что перешел на темную сторону. — Бро, мы отдел по расследованию убийств. Мы не ищем сбежавших хорьков. Касл задумчиво потер подбородок. — Я понимаю, о чем ты говоришь, — он согласно кивнул. — Это действительно не наш случай. Вот если бы хорек был мертв... — Он не мертв! — рявкнул Райан, заставляя их всех подскочить на месте. Он снова выглядел слегка ненормальным. Да, Кейт знала, что его спокойствие долго не продлится. И его рука снова была в его волосах. Он обернулся к напарнику. — Серьезно?! Брат, я знаю, что у тебя есть проблема с ним, но Дженни убьет меня, если я не найду этого хорька! — Бро, я не понимаю, почему ты не хочешь убить Дженни за то, что она заставила тебя иметь дело с хорьком? — Потому что это именно то, что мы делаем для людей, которых любим! Мы выручаем их с поисками хорька вместо того, чтобы заставлять лезть под стол! Кейт с расширенными от ужаса глазами посмотрела на такого же ошалевшего Касла. Это был удар ниже пояса, и ситуация стремительно накалялась. — Хорошо, значит, прежде всего, выручают тебя с поисками хорька? И во-вторых, при капитане моя просьба была разумной! — Разумной? Самой смехотворной вещью в мире! — Ах, смешной?! — Эспозито резко выдохнул и сделал шаг по направлению к Райану. — Хорошо, парни, — Касл вышел вперед и примирительно положил руку на плечо Райана. — Позвольте нам только... — Правильно! Райан сбросил руку Касла и завопил: — Вот именно! — воинственно наступая на Эспо со сжатыми кулаками.       Несколько любопытных детективов из отдела, привлеченные шумом возле доски, уже оборачивались в их сторону. А на доске во всей красе висела фотография хорька. Это все происходило на самом деле. Райан и Эспозито собирались вступить в драку посреди отдела из-за хорька. Пожалуйста, ну пожалуйста, пусть сейчас зазвенит телефон, и их вызовут на самое ужасное тройное убийство, иначе случится катастрофа. Кейт расправила плечи и подошла к ним. — Вы двое сейчас же должны замолчать и успокоиться, — сказала она самым строгим голосом. — На вас все смотрят. Но Райан был настолько возбужден, что ее даже не услышал. Он беспорядочно крутил головой, ничего не видя перед глазами. — Нет! Я думаю, что все это так забавно! Истеричный Райан потерял своего хорька, но я должен его найти, прежде чем его найдет Гейтс или узнает Дженни, — он снова обернулся к Эспо. — А ты, как предполагается, должен быть моим напарником! Эспозито из последних сил сдерживал желание пустить в ход кулаки. — Да! Хорошо, ты тоже мой напарник, что не помешало тебе принести сюда мой самый худший страх! Касл уселся на стол и с наигранным ужасом в глазах наблюдал за разворачивавшейся сценой. — Боже мой, — пробормотал он Кейт, — кто впустил сюда королей драмы? — Ты не помогаешь, — прошептала она одними губами, пытаясь передать ему взглядом, что, если он, не дай бог, скажет что-то еще ухудшающее ситуацию, она будет вынуждена сбежать отсюда, даже сквозь снежную бурю. — Это только хорек! — вопил Райан, вытирая пот со лба. — Это только проклятый хорек! Ты собираешься мне помогать или нет?! Касл внезапно соскочил со стола и встал между двумя разъяренными напарниками, полностью закрывая своим телом их обзор друг друга. — Конечно, мы поможем, — он положил руку на плечо Райана и чуть ли не насильно развернул его доске, не спуская своих глаз с Кейт, будто спрашивая: «так лучше?» Господи, она была так благодарна ему. Кейт чувствовала, что непрошенная улыбка начинает расцветать на ее губах, теперь, когда они больше не пытаются подраться, ей хотелось рассмеяться. До чего же неуклюжий день. Касл внимательно изучал доску вместе с Райаном. — Не волнуйся, брат, — сказал тем самым низким успокаивающим голосом, которым, как предполагала Кейт, он всегда разговаривал с Алексис, когда она была ребенком. Это был голос человека, который поддерживал ее, когда она была готова упасть, человека, чья несокрушимая сила защищала ее всегда. То, что заставляло ее закрыть глаза и чувствовать себя в безопасности. — Прямо сейчас, мы все пойдем и найдем его. «Но я уже нашла его», — подумала Кейт, ощущая, как на нее нахлынула новая волна любви к нему. Она уже нашла его. 11.15 12 участок, перед лифтом. — Мы никогда его не найдем, — шепнула Кейт, стоявшему рядом с ней в ожидании лифта Каслу. За их спинами Райан старательно добавлял на доску новую информацию, а Эспозито сидел за своим столом, злобно симулируя работу с документами. — К этому времени он мог сбежать куда угодно. — Неверующая, — глаза Касла поблескивали, губы сами растягивались в знакомую улыбку... о боже, у него опять блестели глаза.       «А может, поездка с ним в одном лифте — это не очень хорошая идея?» — Предлагаю ставку, — Касл не шептал, но тембр голоса был все еще низкий и теплый, заставляющий ее мечтать о том, чтобы остаться с ним наедине. Сегодня его постоянное присутствие и недостаток работы играли с ней плохую шутку, и ее самоконтроль постепенно исчезал. Она не была уверена, сколько еще протянет. — Я ставлю на то, что мы найдем хорька до пяти вечера, или я приглашаю тебя на ужин, — мягко закончил Касл. Он нервно кусал губы, чтобы сдержать улыбку, будто говорил самую веселую вещь на свете, и только поджидал ее ответную шутку. И обычно она бы так и сделала, но сегодня. Она повернулась к нему и, даже не успев подумать, что она делает, наклонилась, встречаясь глазами с его взглядом. — Ну, это ставка, которую я не могу проиграть, — она хотела, чтобы ответ прозвучал легко и кокетливо, а вместо этого услышала свой практически мурлыкающий голос. О боже. Касл еще продолжал улыбаться, но поддразнивание медленно исчезало из его глаз. Наступила длинная пауза, прежде чем он вздохнул. — Я тоже. О боже, Кейт снова отчаянно захотелось остаться с ним наедине. Она даже точно не могла сформулировать, что хочет с ним сделать (какая лгунья!). — Я хочу, — начала она, но тут же запнулась, не зная, что сказать дальше, и как это сказать. — Что? Что-то не так? — теперь Касл говорил шепотом, и его лицо было серьезным. Он придвинулся ближе к ней, его рука придерживала ее за локоть, а губы были в дюйме от ее уха. — Кейт, что?       Боковым зрением Кейт увидела, как Гейтс выходит из своего офиса и идет к картотеке. Стоило бы ей повернуть голову, и она увидела бы их, обнимающихся посредине отдела. Гейтс. На нескольких замечательных минут, она совершенно забыла о Гейтс.       Кейт судорожно сглотнула и резко отшатнулась назад, пытаясь изгнать беспорядок из своих мыслей. Она чувствовала себя воздушным шариком, пораженным эмоциями, идущими волнами, одна за другой, без перерыва. Каждый раз при его виде, Беккет переполняли чувства, которые она должна была прятать из-за собственных глупых правил, а теперь еще и из-за Гейтс. Все это нарушало ее хрупкий баланс. Если бы у нее было бы несколько минут, чтобы сесть и подумать, то она могла бы вести себя рационально. Но чего нет, того нет, поэтому, когда Касл так близко подошел к ней, когда его губы почти касались ее уха, она вся заледенела от ужаса. Если бы их увидела капитан, то их отношения, которые они даже сами еще не признали, моментально подверглись бы угрозе. Она боялась, что Касл уйдет из участка. Она боялась, что он уйдет от нее. Таким образом, вместо того, чтобы наклонится к нему еще ближе, она резко отошла в сторону. — Ничего. Касл медленно выпрямился, удивленно посмотрев на нее. На его лице явственно читалось замешательство. — Хорошо, — он никак не мог уловить причины резкой перемены ее настроения. — Это только... — она жестом указала в сторону офиса Гейтс. — Я хочу сказать, что ты был очень близко, это очень похоже... — это было сложно, — это не похоже на... я знаю, что ничего не было. — Нет, я все понимаю, — прервал ее мучения Касл с вежливой полуулыбкой, которая, впрочем, не добралась до его глаз. Он еще раз нажал на кнопку вызова лифта, словно желая, чтобы тот приехал как можно скорее, стараясь не смотреть на Беккет. Кейт как загипнотизированная не могла отвести от него глаз. В его поведении появилось что-то до боли ей знакомое, что-то вызывающее беспокойство. — Ты знаешь, — его голос был неуверенным, а глаза все еще блуждали по дверям лифта, — мы не должны искать хорька вместе, если ты не хочешь или я тебя раздражаю, — он наконец-то отвел глаза от двери, но по-прежнему не смотрел на нее. — Может, будет лучше, если мы, — он вздохнул и откашлялся, — разойдемся?       Кейт побледнела, чувствуя, как мерзко засосало под ложечкой. Она знала, что ведет себя по меньшей мере глупо, и слово «разойтись» не подразумевает расставание вселенского масштаба. Но она внезапно поняла, что в его поведении пугает ее и кажется таким знакомым. Он смотрел и вел себя точно так же, как в тот день, позапрошлым летом, когда он пригласил ее в Хэмптонс. После того, когда она сказала ему, что у нее планы с Деммингом. Прямо перед тем, как он оставил ее.       И это было страхом, который затмевал все другие. Даже хуже, чем если бы капитан узнала, что они встречаются, хуже того, что его могли выгнать из отдела, и хуже всего была мысль, что он уйдет сам. От нее.       Зазвенел приехавший лифт, приглашающе открыв двери, и Касл посторонился, пропуская ее вперед. Кейт почувствовала, как у нее учащается дыхание, и она тут же обернулась, проверяя, идет ли он за ней следом. Где-то за пределами сознания, где в последнее время обычно обитал ее здравый смысл, Беккет знала, что ведет себя нелепо, но, учитывая начинавшийся приступ тревоги, остановиться было невозможно.       Касл прислонился к стенке лифта в дальнем углу, что заставило ее забеспокоиться еще сильнее. Он пытался держаться от нее на расстоянии. Касл никогда не делал так раньше. Он всегда стоял рядом с ней посредине лифта. Они всегда стояли посередине. Вместе. Кейт не была уверена, что сможет стоять одна, при этом пытаясь управлять дыханием, и не производить впечатления ненормальной. Она молчала два этажа, наверно, секунд десять. Десять секунд, в течение которых Касл смотрел в пол, и Кейт не могла этого выдержать. Ее беспокойство, чувство тревоги и что-то там еще, быстро одерживали верх над ней. И ее голос прозвучал, как гром с ясного неба. — Я не хочу расходиться.       Он вскинул голову, их глаза наконец-то встретились. Она не смогла прочитать его взгляд. Это... раньше этого никогда не происходило. Она всегда знала, о чем он думает. Или почти всегда. Единственный момент, когда он скрывал от нее свои мысли, был, когда ему причинили боль. И даже тогда... о нет. Должно быть, она действительно задела его самолюбие, отлетев от него со скоростью реактивного самолета. Она поежилась, представив себя на его место. Осознание того, что она любила его, было так прочно впечатано в ее мозг, что временами, она забывала, что он не знает этого. Он не мог этого знать. Не мог знать о страхе и неуверенности, управлявшими половиной ее действий, потому что она никогда не говорила ему. Он просто предположил, что она в очередной раз отвергла его. Снова, как обычно. Касл продолжал стоять в углу, не делая никаких попыток стать ближе. — Хорошо, — он слегка нахмурился, не в силах предугадать ее следующее действие. — Мы и не будем.       Она знала, что ведет себя иррационально, но что делать? Страх того, что в прошлый раз она заставила его уехать, пересилил все вокруг. Если он решил, что у него нет ни одной причины, чтобы остаться, то, возможно, сейчас он уже придумывает вескую причину, позволяющую ему уйти от нее так далеко, как только это возможно. И она должна это исправить. Прежде чем она успела подумать, что делать дальше, Беккет уже стояла возле него, крепко держа за руку. Она стояла так близко, что ощущала запах его лосьона для бритья, мыла, и чего-то еще, что было только им. Ее сердце колотилось с такой силой, что Кейт стало страшно, что он услышит его. Она приподнялась на цыпочки и мягко произнесла ему в самое ухо: — Ты не можешь уехать. Время неважно. Все еще в лифте.       Касл умирал. Или спал. Или то и другое вместе. Но это не имело никакого значения, если этот момент мог продолжаться вечно.       Он был не в состоянии о чем-либо думать, слишком ошеломленный новыми ощущениями, и никак не мог сообразить, почему Кейт говорит о каком-то отъезде. Он никуда не собирался уезжать и, уж конечно, не в то время, когда она трогала его так, как сейчас. И, о боже, ее грудь была возле его руки? Он был не вполне уверен, но ее грудь задевала его руку. И его рука сама собой легла ей на талию. Ему понадобилась вся его концентрация, чтобы ладонь лежала спокойно, не предпринимая никаких самостоятельных действий.        А ведь он был уверен, что она злится на него или, по крайней мере, раздражена. Но это не было действиями раздраженной женщины. Фактически они не были действиями женщины по имени Кейт Беккет, чья рука плотно обхватывала его запястье, а мягкие волосы щекотали его щеку.       Кейт была всего лишь в дюйме от него, ее дыхание касалось его шеи, и это было настолько волнующе и удивительно. Сколько его фантазий о ней начинались именно с внезапной остановки лифта, где кроме них никого не было. Если бы лифт сейчас внезапно остановился, то он бы точно решил, что находится без сознания или спит, либо это самый большой розыгрыш на свете. Он не был уверен, что точно понимает происходящее.       Кейт была все еще рядом с ним, ее голос звучал в его ухе, а тело прикасалось с изящной пыткой. Она понятия не имела, сколько раз он мечтал об этом. Только в его фантазиях она не была такой бледной, и ее зрачки не были так расширены, а в глазах не плескалось что-то очень похожее на панику. И определенно у нее никогда так не подрагивали губы, будто она изо всех сил сдерживалась, чтобы не заплакать. Что-то было не так. Но она была настолько близко.       Его сердце сжалось, и он вынудил себя оставаться на месте. Это не было... это не было тем, на что было похоже. Теперь он точно понимал значение фразы «эмоциональный ступор».       Она все еще продолжала стоять рядом с ним, не убирая его руку со своей талии, несмотря на то, что пять минут назад отскочила от него, как от прокаженного. А за минуту до этого приняла его предложение пообедать таким голосом, словно приглашала его в постель. Потом она рассердилась на него за то, что попытался дать ей пространство, и потом смотрела на него так, словно он собирался исчезнуть. Беккет рассердилась, когда он нашел ей оправдание, чтобы на некоторое время сбежать от него.       И теперь она стояла возле него, смущая и окончательно запутывая его разум. Она тяжело дышала и была готова расплакаться, и единственное, в чем он был уверен, это что вполне готов убить себя, если она все же заплачет.       Касл был парализован своей нерешительностью. Его разум подсказывал, что что-то было не так. Он чувствовал, как она дрожит, и, хотя умом понимал, что это вовсе не возбуждение, тело говорило ему обратное. Это было желание их тел, и он хотел обнять ее, прижать к стене, запустить руку в ее волосы и коснуться нежной кожи на горле, прежде чем поцеловать ее снова и снова. О нет. Нет-нет, она отстранилась, но по-прежнему продолжала держать его за руку, обжигая кожу. — Я думаю, что... — Кейт прикусила нижнюю губу, явно намереваясь то ли убить его, то ли свести с ума. — Мы не можем дать Гейтс повод, выгнать тебя. — Что? — он до сих пор не мог сконцентрироваться, и она совсем не помогала. — Гейтс, — она уставилась на его воротник, стараясь избежать его взгляда. — Мы не можем делать ничего такого, что дало бы ей повод выгнать тебя. — Гейтс была в коридоре? — что-то наконец щелкнуло в его башке. — Ты поэтому отступила? — Да, — она с облегчением вздохнула. — Поэтому ты такая странная? — ошеломленно спросил он, не веря своим ушам. Она была рада, что до него в конце концов дошло? Она была в панике из-за этого? Беккет подумала, что он рассердился на нее? Нет, это смешно. Наверно, тут было что-то еще, чего он никак не мог понять. — Ты расстроилась из-за возможных проблем с Гейтс? — Если она будет думать, что мы вместе. — С чего ей так думать? — выпалил он быстрее, чем успел подумать, как он будет звучать. Будто бы он сам не думает, что между ними что-то есть. И он, конечно, не думает, но...       Кейт резко выдохнула, и он хотел сказать, что не это имел в виду, просто он так привык притворяться, и ничто не говорило о том, что она тоже притворяется... черт! Все правила в одночасье оказались перевернуты с ног на голову. — Кейт, — он притянул ее к себе чуть сильней, — почему ты так расстроена? — Я не... — она более плотно вцепилась в его запястье, — почему ты думаешь, что я расстроена?       Нет, он точно попал в параллельную вселенную. Кейт была так близко, что было достаточно склонить голову, чтобы поцеловать ее. Ее пальцы с такой силой вцепились в его руку, что он уже практически не чувствовал ее. — Нет никакой причины, — он бросил быстрый взгляд на ее лицо и замер, когда глаза сами собой зацепились за вырез ее блузки. Он понял, что точно умрет в этом лифте. — Просто это так необычно, переживать о том, что думает Гейтс. — Меня не волнует, что думает Гейтс. — Тогда что случилось? Теперь она отступала, убрав руку с его запястья, и отстранившись. — Я не... не знаю, — она вздохнула и наконец-то честно посмотрела в его глаза. — Я не хочу, чтобы ты уходил из отдела.       Ее глаза были огромные, и она продолжала кусать нижнюю губу. Касл хотел заверить ее, что не позволит Гейтс этого сделать, но не мог двинуться с места, пораженный необычной идеей пришедшей ему в голову. Просто раньше он не обратил на это внимания. Ощущение ее тела не давало ему услышать то, что она повторила уже в третий раз. Что-то о его уходе. И это означало, что она расстроена из-за того, что ему, возможно, придется уйти? Значит, она не хочет, чтобы он ушел. О боже... и если она так беспокоится из-за этого, то это означает... — Что? — его молчание добралось и до нее. Кейт выглядела такой взволнованной, и красивой, и робкой, и прекрасной, желание поцеловать ее было ничем по сравнению с тем, как он чувствовал себя сейчас. Он сильнее прижался к стене лифта, чтобы удержать себя от необдуманных действий. — Ничего, — Касл не мог перестать улыбаться, и знал, что сейчас его лицо в точности отражает все его чувства к ней. Он бы с удовольствием продолжил этот разговор, но точно знал, что это не совсем то, в чем она сейчас нуждалась. И прежде чем все испортить, он должен был все вернуть на свои места. И сделать это независимо от того, чего хотелось ему. Он вздохнул и посмотрел в ее глаза. — Я думаю, что это обидно. Гейтс хочет от меня избавиться? Она уже один раз попробовала, и у нее ничего не получилось, — плечи Кейт расслабились, из глаз постепенно исчезала тревога. — Но если ты волнуешься, я могу держаться от тебя на расстоянии десять футов, — он поднял брови, — И мы можем притвориться, что у тебя есть запретительное постановление суда против меня. — Касл, запретительное судебное постановление составляет пятьдесят футов, — она слабо улыбалась, и ее взгляд вернулся к нормальному. — Да? — он скорчил смешную рожицу. — Это, конечно, тяжелее, но я мог бы находиться в комнате отдыха, а ты бы сидела за своим столом, — шутка была глупая, но она рассмеялась, и значит, у него все получилось. — Подожди, значит, я зашиваюсь с бумажками, а ты получаешь кофе? Это несправедливо. — Не волнуйся, я найду способ принести тебе кофе. Я бы никогда не подвел тебя с ним. — Нет, — спокойно сказала Кейт, и от выражения ее глаз сердце Касла подпрыгнуло и затопило его сумасшедшим ожиданием счастья и любви. — Я не думаю, что ты когда-нибудь подведешь меня. Несколько секунд спустя. 12 участок. Лифт, на котором за настоящее время можно было бы спуститься к центру Земли.       Кейт с трудом приходила в себя после перенесенного шока. Прошедшие пять минут были настоящим эмоциональным водоворотом, который, слава богу, закончился. И если ее руки все еще дрожали, то сердечный ритм вернулся почти к нормальному. Паника ушла в сторону, оставив после себя усталость и опустошение. Она глубоко вздохнула. Все будет хорошо. Все будет хорошо, потому что, так или иначе, Касл сделал все, чтобы было хорошо. Она не могла отвести от него глаз, и сейчас Кейт не волновало, что на ее лице отражались все ее чувства. Вся ее любовь.       Она постаралась незаметно привести в порядок свое дыхание, это было почти невозможным, потому что он тоже не отрывал от нее взгляда. У Рика было такое забавное выражение лица, будто он только что понял, что волшебство, Санта-Клаус и Нарния существуют на самом деле. Он смотрел на Кейт так, будто только что раскрыл самую противоречивую загадку природы и не может дождаться момента, чтобы поделиться с ней. Кейт знала, что за прошлые пять минут она умудрилась показать ему слишком много, но сейчас ей было все равно. Он был рядом с ней, именно как Касл, а не парень, собирающийся сбежать от нее как можно дальше.       Часть Беккет, та самая часть, которая упорно отказывалась быть счастливой, шептала, что он не стал ни о чем ее спрашивать, а ведь это был прекрасный шанс узнать о ее истинных чувствах, и он только что проигнорировал его. Но блеск в его взгляде говорил, что, возможно, он уже все понял. Тишина все длилась и длилась, и они оба не отводили глаз. Ее сердце начало колотиться заново, щеки начинали краснеть, и она отчетливо понимала, что должна отвернуться, иначе... иначе он поймет ее превратно.       «Да полно, Кейт. Так уж и превратно?» Она сделала осторожный, маленький шажок. Возможно, она только должна... — Такое чувство, что мы едем в этом лифте вечность, — голос Касла был слегка хрипловатым, но он вернул ее на землю. Прекрасно, они же на работе. Как она могла об этом забыть? — Думаю, мы уже приехали, — он нажал кнопку, и двери разъехались, показав тусклый коридор, ведущий к обезьяннику. Касл повернулся к ней с выражением лица, как у ребенка, которого первый раз привели в Диснейленд. Он был уверен, что за поворотом ему откроются все чудеса мира. — Мы идем в карцер? Пожалуйста, скажи, что это правда. — Ну, — Кейт сделала паузу, вынуждая себя отвлечься от не-отношений с ее не-парнем и сосредоточиться на работе, — Я думаю, что мы могли бы поискать здесь хорька и заодно взглянуть на шайку циркачей-домушников. Это было хорошо. Это было ими. И она вновь почувствовала под ногами твердую землю. — Вау! — Касл подпрыгнул от счастья. — И клоуны тоже здесь? В той же самой клетке? Да, это было почти нормально. 11.30 12 участок. Обезьянник. Наконец-то не лифт.       Как только они зашли в обезьянник, Кейт сразу ощутила неправильность происходящего. Тишина. Вместо обычного гула голосов и различных неблагозвучных звуков в обезьяннике царила странная тишина, прерываемая только тихим свистом, шедшим из ниоткуда. Она быстро огляделась по сторонам и, схватив Касла за плечи, затащила его в комнату охраны. Пустую комнату. — Что? Что мы делаем? — он машинально взял ее за локоть, когда она завела его к охранникам, и забыл отпустить. Она чувствовала тепло его руки через одежду и привычно сделала над собой усилие, чтобы отвлечься и не придвинуться ближе. Господи, если его руки на нее так действуют, что же будет когда... Кейт безжалостно выдернула себя из неприличной фантазии, начинающей цвести пышным цветом, и толкнула его к стене, когда он попытался заглянуть за угол. — Остановись немедленно, — прошептала она. — Мы здесь прячемся. — Что? — остолбенел Касл. — Это же смешно! Мы же работаем здесь! — Кейт угрожающе нахмурилась, а он раздраженно вздохнул, нечаянно коснувшись ее груди. — Хорошо! Ты работаешь здесь, и ты можешь... Чтобы утихомирить Касла прежде, чем он выдал бы их укрытие, Кейт закрыла его рот ладонью, отчаянно игнорируя тепло губ под своими пальцами. — Охранники! — прошипела она в его шею, и Касл замолчал, понимая, о чем она говорит. Она убрала руку, случайно погладив при этом его нижнюю губу, и замерла. Он был настолько близок, что она чувствовала его дыхание, его широко открытые бездонные глаза, и...       Стоп! А не это ли уже было пять минут назад? Кажется, за эти пятнадцать минут, она прикоснулась к Каслу больше, чем за последние три с половиной года. И это было удивительно.       Нет! Спокойно! Она зажмурилась и приказала себе сосредоточиться. Открыв глаза, Кейт слегка прижала руки к его груди, показывая, чтобы он оставался на месте. Он кивнул в ответ, и она медленно отступила, вытаскивая оружие и двигаясь за угол.       Черт побери! Касл крепко взял ее за руку, переплетая их пальцы. Он последовал за ней. Кейт моментально остановилась и потащила его назад за угол. Их пальцы были все еще переплетены. — Что ты делаешь? — Что ТЫ делаешь? — его глаза были широко открыты. Она жестко толкнула его к стене. — Жди здесь! — нет, это были просто ужасные слова. Дерьмо! Она попыталась встряхнуться, а он пытался не двигаться. Хорошо. Уже лучше. —Ты должен ждать меня здесь. — Тогда, почему ты говорила мне идти с тобой? — Что? Я не говорила... — Ты держала меня за руку. — Это ты держал меня за руку! — Знаешь, Кейт, чтобы держаться за руки, нужны две. Руки. Это множественное число. — Я не говорила руки... Нет, я не... я ясно дала понять, что ты остаешься. Ты кивнул. Я думала, ты меня понял. — Простите, детектив, я только подумал, что ты хочешь почувствовать мою мужественную грудь, — неловко пошутил Касл, — Мне жаль, что я ошибся.       Кейт печально вздохнула. Она любила его шутки, когда они не ставили ее в неловкое положение. Но в последнее время всячески избегала флирта, чувствуя себя виноватой и дразня его тем, чего не может ему дать. Тихий, но нетерпеливый голос в ее голове тут же напомнил, что если бы она взяла себя в руки, то могла бы сколько угодно шутить с Каслом на сексуальные темы, возможно даже в голом виде. Если бы только захотела.       Беккет отвернулась от него, сделав вид, что не замечает замешательства в глазах Касла, и увидела стоящий в углу монитор, куда выводились изображения с камер. Ну, конечно. А она озабоченная дура. — Касл, — она подошла ближе к монитору, продолжая тащить его за собой. Рик все еще держал ее руку и должен был как-то извернуться вокруг себя, чтобы не потерять с ней контакта. К сожалению, сделать это в тесном помещении было не так-то просто, и он благополучно вписался носом в стенку. — О, мне жаль, — она встала на цыпочки, чтобы лучше видеть изображение на экранах. На них не было никакого движения, и это было нехорошо. — Не переживай, — Касл прижал руку к лицу, — Это всего лишь мой нос. Он даже не разбит. Хорошо, что моя фотосессия только на следующей неделе. — У тебя фотосессия? — она повернулась к нему. Какая, собственно, разница? — Можешь, не отвечать. Сейчас это не важно. Ты остаешься здесь и будешь наблюдать за монитором, — она отпустила его руку и переместилась в угол, вынимая «глок» из кобуры. — Я вхожу. Если ты увидишь что-то странное, то не бежишь ко мне, а зовешь помощь. — Или, — рука Касла внезапно оказалась на ее щеке и с силой повернула ее голову к себе. Его лицо было мертвенно-белого цвета. — Я иду с тобой и прикрываю твою спину, или мы вместе идем за помощью. Потому что я не буду стоять здесь и смотреть на экране телевизора, как в тебя стреляют.       «Снова», — это невысказанное слово оглушающе повисло в воздухе.       И Кейт опять почувствовала знакомый прилив вины за то, что она сделала с ним. — Хорошо, — она кивнула, все еще прикасаясь к его руке, гладящей ее кожу. — Это... — в его глазах ясно читались все те слова, которые она никогда не позволяла ему говорить. Она судорожно сглотнула комок, застрявший в ее в горле, — Это будет более разумно. Мы будем... Внезапно Касл отступил. — Кейт, монитор, — он убрал руку с ее лица и подвел к монитору. — Касл, что ты делаешь? Я думала, мы не будем ждать, здесь что-то происходит... — Мы и не будем. Я знаю, что происходит, — он обнял ее за плечи и практически подтолкнул к экрану. — Ты видишь это? Кейт подошла ближе. Изображение на экране было слегка смазано, но она смогла разглядеть большинство фигур. Правда, они находились без движения, и что-то мелькало в дальнем углу. Что-то перемещалось вне поля зрения. Что-то маленькое и быстрое. — Это... не может быть! — Это, — голос Касла был слегка взволнован. — Это наш хорек. 11.35. 12 участок, перед обезьянником.       Кейт раздраженно наблюдала за возбужденным Каслом. Нет... нет и еще раз нет! У нее был свой предел для смешного и, как раз сейчас, он наступил. Она вышла в коридор, показав ему жестом, чтобы шел за ней. — Куда ты идешь? — Касл, надо... — Нет! Их надо разбудить! — Что? — она безучастно скользнула по нему глазами. Это было сумасшествием. — Мы должны разбудить их по одному. Только... — он медленно уставился в монитор, потом осторожно заглянул за угол, и оглянулся на нее. — Посмотри на это. Но только тихо.       Кейт неуверенно подошла к нему. Рик присел на корточки, все еще всматриваясь в зал, и махнул ей, чтобы и она сделала то же самое. Кейт осторожно склонилась над ним, сжав зубы от прикосновения своих ног к его спине и ощущения его головы возле своих бедер. Она не была уверена, что должна увидеть, но уж явно не это. — Что... что это?       Сцена, развернувшаяся перед ее глазами, была самой странной из всего, что она когда-нибудь видела в своей жизни. А видела она немало. Обитатели каждой камеры сидели или лежали на полу без всякого движения. Их глаза были открыты, словно кто-то или что-то заморозило их на границе яви и сна. Пропавшие охранники сидели у последней клетки, заворожено глядя на молодую женщину, сидевшую на полу, в середине камеры, на скрещенных ногах. Ее сокамерники симметрично расположились по углам камеры. Никто не двигался, стояла гнетущая тишина, прерываемая мелодичным свистом, который Кейт слышала раньше, когда они только вышли из лифта.       Посредине камеры, перед женщиной, находился хорек. То есть Кейт думала, что это хорек, но не была уверена, не будучи специалистом по хорькам. По крайней мере, она не думала, что хорьки могут себя так вести. Он то поднимался на задние лапы, как мангуст, то снова опускался, и плавно колебался в разные стороны. И это кое-что напомнило Кейт. Хорек был единственным существом в обезьяннике, которое двигалось.       Она встала, отступив за угол. Касл встал вслед за ней и споткнулся. Чтобы не допустить его падения, Беккет обхватила его за талию. — Касл. Что, черт возьми, ты делаешь! — пробормотала она в его грудь. Он пытался восстановить равновесие, и его проклятые руки были всюду, пронзая ее тело вспышками жара. «Если он немедленно не прекратит, то я просто сойду с ума». — Мне жаль, — он наконец-то оставил ее в покое. — Это был несчастный случай, ты нарушила мой баланс. — Никакой... не... что, черт возьми, с хорьком? — О, — Касл закрыл глаза, — Ты слышишь это? — Касл! — Кейт слегка ущипнула его за щеку. — Сосредоточься! Хорек! Касл сокрушенно покачал головой: — Разве ты не видишь? — он повернулся к монитору с танцующим хорьком. — Они все загипнотизированы. 11.39. 12 участок, все еще перед обезьянником, и это серьезно.       Кейт задержала дыхание, подходя к монитору. — Точно! — вся эта странная тишина, оцепенение — все это теперь имело смысл. Касл был гением. — Но как? Рука Касла появилась над ее головой, указывая на экран. — Это девушка в последней клетке. Она единственная, кто не спит. Кейт всмотрелась в изображение девушки одетой в восточный костюм. Картинка на мониторе была слишком нечеткая, чтобы получить полное представление. — Все чересчур расплывчато, я не могу увидеть больше. Я должна... — Подожди, — Касл достал из кармана бумажник, открыл его, и вытащил плоскую штучку, что-то наподобие сковороды в миниатюре, гордо вручив ей. — Используй это. — Это что — зеркало? — удивленно нахмурилась Кейт. — Да! Это гибкое зеркало из бумажника. Это из Эстонии. Правда, здорово? — И почему у тебя есть зеркало? — она подняла брови. — Для того чтобы наблюдать из-за угла и оставаться незамеченным, разумеется.       Конечно. Это же Касл, чему она удивляется. Она подошла к стене, незаметно настраивая зеркало под нужным углом. Теперь она видела ее очень хорошо, на ней и вправду был костюм восточной обитательницы гарема. Она повернулась к Каслу. — Посмотри на ее одежду. Она из шайки воров-циркачей. — Держу пари, что она одна из лучших артисток цирка. Она — гипнотизер! — Да... но как она их всех загипнотизировала? И что она делает с хорьком? — Кейт вновь уставилась в зеркало, когда лицо Касла внезапно оказалось рядом с ней. Его щека была рядом с ее щекой. Беккет чуть не выронила зеркало. — Что ты делаешь? — Тихо, — его тело прижималось к ее спине. — Я смотрю.       Кейт сглотнула и попыталась не двигаться, потому что их губы были почти рядом. Она сконцентрировалась на хорьке, который все еще двигался почти как... — Эспозито был прав, — голос Касла звучал в ее ушах, посылая потоки желания через все тело, это очень сильно затрудняло нормальное дыхание. — Он действительно похож на кобру.       Внезапно Беккет все поняла и так стремительно обернулась к нему, что ее губы практически задели его. Руки Касла машинально притянули ее к себе, прежде чем он пришел в себя и отшатнулся в сторону, прижимая одну руку ко рту. — Извини! — Кейт автоматически хотела дотронуться до него, но вовремя сообразила, что это лишь ухудшит и так непростое положение. Это был шок... чувство его губ на своих, она собиралась наслаждаться этим в течение еще многих дней. — Я действительно... — Нет, — у него были абсолютно шальные глаза, — Не сожалей. — Хорошо, — Кейт вздохнула, не зная, что ей теперь делать. Дерьмо! — Касл, ты прав. — В чем? — он все еще был ошеломлен. — Хорек как кобра! Свистящий шум! Касл опустил руку, его глаза постепенно заполняло понимание. — Она — заклинатель змей! — Ее флейта была конфискована, поэтому она свистит! Касл сжал руки в диком волнении. — Это лучшее дело, которое у нас когда-либо было! Я почти завидую отделу краж. Жаль, что эти циркачи никого не убили. — Ладно, — она остановила его, — это заклинательница змей. Мы только входим и останавливаем ее. — А разве ты не хочешь узнать, зачем она это делает? — удивленно спросил Касл.       В эту же минуту Кейт увидела, как на экране началось движение. Три девушки, сидящие в клетке с заклинательницей, оторвались от стены и активно поползли к дверям. Одна из них подняла руку вверх и бросила что-то... веревку? — она вылетела и почти достала до охранника, не хватило лишь несколько дюймов. Девушка быстро намотала ее на руку и затем бросила снова. — Кейт! — рука Касла подпрыгивала на ее плече, и сам Касл в возбуждении подпрыгивал сзади. — Это как в эпизоде Брэйди Бунча! * — Они пытаются стащить ключи у охраны! Они повернулись лицом друг к другу. — Они готовят побег из тюрьмы! Касл широко раскрыл глаза: — Нет, это не просто побег. Они хотят исчезнуть без следа. Кейт рассмеялась. Она не могла ничего с собой поделать. Она и правда любила его. _______ Брейди Бунч — (The Brady Bunch) — американский комедийный телесериал, транслируемый каналом ABC с 26 сентября 1969 по 8 марта 1974 года. 11.45. 12 участок, лучшие планы не всегда сбываются.       Позже Кейт задавала себе вопрос: почему она решила, что все пройдет легко? Она что, забыла, какой сегодня день?       Она решительно зашла за угол, Касл шел за ней. Да, ее оружие было поднято, но там была всего лишь свистящая девушка в цветных шароварах. — Остановитесь! — в неестественной тишине обезьянника ее голос прозвучал особенно громко. Свист резко прекратился и, вздрогнув от неожиданности, гипнотизерша шлепнулась на задницу. И тут же все обитатели камер начали шевелиться, кроме трех девочек бросающих веревку. Они, наоборот, замерли. Касл подошел ближе. — Это... — начал он с удивлением, — Это их нижнее белье?       Кейт бросила быстрый взгляд через плечо. Да. Это было именно так, как сказал Касл. Веревка была сделана из связанных между собой трусиков, и, учитывая ее длину, надо полагать, что все сегодняшние обитательницы изолятора остались без нижнего белья. Замечательно. — Я только... — Касл из последних сил сдерживал смех, — Я возьму это, — он пошел вперед, чтобы подобрать орудие преступления.       И вот тут-то все и началось. Охранники, стоявшие до этого в ступоре и с трудом понимающие, что происходит, внезапно решили перейти к действиям. Один из них тщетно пытался подобрать веревку из трусов, а второй, увидев приближающегося Касла, вспомнил про свое оружие. — Стой! Ни шагу дальше! Касл послушно сделал шаг назад и поднял руки вверх. — Офицер! — Кейт не верила своим глазам, в довершении всего не хватало еще, чтобы Касл получил пулю от своих же. И тогда день удастся полностью. — Пропустите его! — Детектив Беккет?! — парень все еще очень опасно размахивал пистолетом. — А что происходит? Кейт очень плавно шагнула вперед, чтобы ни в коем случае не напугать этого вооруженного придурка. — У вас тут ситуация...       Она не успела договорить. В этот момент заклинательница змей бросила в сторону Кейт дикий взгляд и сделала глубокий вдох, издав жуткий нечеловеческий вопль. Половина людей, встававшая на ноги, упала обратно на пол. В том числе и один из охранников.       Шайка из трех девиц без нижнего белья — теперь Кейт точно узнала всех троих, она видела их утром в лифте — схватила импровизированную веревку и еще раз забросила ее к охранникам. К последней паре трусиков был привязан самодельный крюк. Кейт присмотрелась. Ну конечно, это была часть кошачьего уха. — Касл! — она двигала дулом пистолета от ошалевшего охранника до поющей девушки-гипнотизера. — Забери это проклятое нижнее белье у девчонок! — она тут же мысленно выругала себя: «Что я делаю, посылаю Касла навстречу опасности?», — но он не ответил ей. Беккет обернулась и обнаружила его еле стоящим на ногах, с расфокусированным взглядом. — Не может быть! Ты меня разыгрываешь, — пробормотала она, пытаясь удержать его на ногах. Может быть, она бы и смогла привести его в чувство, но тут сознание оставило его окончательно, и он начал медленно сползать на пол. Кейт с ужасом следила за ним, как в кино с замедленной съемкой. Она подняла обе руки, чтобы затормозить его падение, но недооценила свои собственные силы, и его вес сбил Кейт с ног.       Она честно попыталась затормозить, теперь уже их совместный полет, но у нее ничего не вышло. Ее «глок» вылетел из руки и ударился об пол, почти одновременно с головой Касла.       Неизвестно, что испугало ее больше — звук пистолетного выстрела или возможная травма головы ее драгоценного партнера. От звука выстрела загипнотизированная публика пришла в себя и дико заорала. 11.52 12 участок, обезьянник. — Касл! — Кейт слышала свой собственный голос, словно через вату, оглушенная оружейным выстрелом. Весь остальной шум очнувшихся от транса арестованных и персонала шел где-то на заднем плане. Орали все, кроме Касла, неподвижно лежащего на полу с закрытыми глазами.       У Кейт болел живот, но это не имело никакого отношения к ее собственному падению. Она судорожно пыталась вылезти из-под Касла. Она часто забывала, что Касл был намного больше и тяжелее, его тело придавливало ее к полу мертвым грузом. И при этом он еще ударился головой, когда падал. — Касл! — произнесла она, чуть не плача, сумев каким-то образом переместиться и добраться до его лица, как раз в тот момент, когда он открыл глаза. — Кейт? — он попытался подняться на ноги, а она чуть не разрыдалась от облегчения. — Что произошло?       Рик попытался встать, но она странным образом была и под ним и сверху его; Касл постарался помочь ей, и... о боже, его руки снова были всюду. Они оказались под ее рубашкой, скользя по голой коже, и этого было вполне достаточно, чтобы прижаться к нему еще сильней. Беккет сама не знала, как у нее получилось отпрянуть от него и быстро привести себя в порядок.       Один из охранников добрался до рации и вызывал помощь, но другой все еще валялся на полу. В происходящем хаосе женщины-кошки все еще пробовали добраться до ключей от камер и какой-то незнакомый парень из другой клетки, просунувшись через железные прутья, тянул руки к ее пистолету, сиротливо валявшемуся на полу. Беккет прыгнула, неудобно приземлившись на локоть, и успела схватить свое оружие за миллисекунду до того, как оно бы оказалось в чужих руках, крикнув Каслу: — Хватай трусы!       Касл торопливо кивнул и бросился вперед, почти споткнувшись об хорька, появившегося из ниоткуда, как по мановению волшебной палочки. Краем глаза Кейт видела обалдевшую охрану, сидевшую на полу и качающую головами. Парень из камеры попытался схватить ее запястье, и она, не глядя, ударила его рукояткой. Удивительно, но сквозь его жалобный крик, она все еще могла различить пение гипнотизерши, хотя теперь в этом адском котле ее чары вряд ли на кого-то действовали. — Они у меня! — торжествующе закричал Касл, держа в руках веревку из нижнего белья. — Хватай хорька!       Кейт встала, откинув волосы с лица и сжимая спасенный «глок». Она посмотрела на Касла, такого восхитительного в своей растрепанности, что слова сами собой слетели с ее языка, прежде чем она успела подумать, что говорит: — Хочу увидеть тебя таким в своей спальне!       Шокированные охранники, потеряв дар речи, уставились на нее в немом изумлении, и она точно знала, что они еще не раз припомнят ей это, но выражение на лице Касла полностью стоило этого.