Раскрасить белое...

Неделя затяжной, меж сном и явью, агонии, лишила меня сомнительного удовольствия лицезреть распрекрасное лицо столь ожидаемого всеми наследника империи Чинго. Сомнительная необходимость быть представленным великому, лучезарному и как то там еще Караями, свелась на нет горячечным бредом, к радостному облегчению всех вокруг. - Четвертый сын династии болен, - тяжелый, полный трагизма вздох, - потому не может присутствовать... Конечно же, мы все молимся за его скорейшее выздоровление. За мои шестнадцать лет я успел из единственного наследника династии деградировать до «Белого демона», и внезапная повторная эволюция аж в четвертого принца озадачивала, сбивая с толку. Император никогда не сделает ничего просто так, без тайного умысла - но мне – необразованному, чуждому политических интриг и закулисных войн, в центре которых оказался, пытаться понять, что происходит было бесполезнее, чем писать иероглифы на текущей воде. Император несколько раз посылал за мной, высочайшим повелением приказывая явится на то или иное регламентное мероприятие, но, судя по всему, ограничивался отчетами слуг о плохом самочувствии... Ветер доносил до моего темного жилища отголоски веселых празднеств, а небо каждую ночь расцвечивалось хризантемами фейерверков. Еще несколько дней назад я бы всенепременно попробовал подкрасться поближе, сунуть свой любопытный нос в чужое веселье, но странная, сковывающая тело апатия, прогоняла все происходящее вокруг через свою серую дымную призму. Могильный холод, из которого меня вырвала Инари, не отпускал, словно какая то его частичка – теперь навсегда поселилась во мне, сковывая сердце. Цвета блекли, краски стирались, эмоции, не успев родится, тонули в волнах холодного отстраненного равнодушия. Маска – безликая и безучастная. Наконец-то все стало на свои места, и мечущееся в поисках себя нутро угомонилось, приведя форму в соответствие с содержанием. Спустя неделю, императорский двор выехал в долину Дзигоку. В храме расположенного там монастыря через пять дней должна была свершиться церемония помолвки. Горячие источники, пикантность проживания в общем доме, а так же знаки внимания красавцев из свиты принца Кураями будоражили мысли придворных дам, вынуждая настоять на том, чтоб отправится туда пораньше... Естественно, только ради того, чтоб провести больше времени наедине с природой, в молитвах о счастливых и плодородных годах брака принца де Шуена и принцессы Алико. Тишина мне нравилась больше... Она не отвлекала, разрешая спокойно замереть, укутавшись ею, словно пледом, и просто бездумно, не двигаясь, существовать, часами уставившись в одну точку. Однако, покой продлился не долго: на следующий день, ближе к полудню, прискакал гонец, с требованием любой ценой в кратчайшие сроки доставить меня к императору для воссоединения с истосковавшейся и волнующейся семьей. Абстрактный страх перед Белым демоном оказался намного слабее страха перед высочайшим гневом столь неожиданно заскучавшего папеньки, который многие уже испытали на своей шкуре. В считанные минуты меня собрали, запихнув чуть ли не пинками в плотно задрапированную циновками повозку, и отправили, облегченно помахав платочками вслед… Несколько часов путешествия стали настоящей пыткой. Еще не окрепшее после болезни тело кидало из стороны в сторону на каждом ухабе. Из-за постоянной тряски и жаркой спертой духоты нагревшейся под палящим солнцем, плотно законсервированной циновками повозки, меня укачивало и тошнило, хотелось пить и хоть немного пройтись, вдохнув свежего воздуха, но об остановках не могло быть и речи... Сказано ведь – в кратчайшие сроки! Даже быстро спустившаяся ночь уже не несла облегчения. Проклятая маска не давала дышать, но идея снять ее даже не посетила раскалывающуюся от боли голову - вбитая годами привычка оказалась сильнее инстинктов. Еще один толчок. Еще один... Старое растрескавшееся дерево колес надрывно монотонно скрипит, впиваясь иглами в виски, хриплые слабые стоны, которые я давно перестал сдерживать (все равно за противным скрежетом их не слышно), с каждым выдохом вырываются из пропитанной горькой желчью гортани. Счастливый сын едет воссоединиться с папенькой... Свернувшись клубком на полу, давя рвотные спазмы, взмокший от липкого пота, я даже и не сразу понял, что тряска наконец прекратилась. С откинутым краем циновки в мою пыточную ворвалась живительная ночная прохлада. Тягучий, пропитанный хвойным ароматом воздух, с тяжелыми хрипами влетал в пересохшую гортань, неся облегчение, рассеивая муторную пелену. Жалкое зрелище... Зовите художников, сейчас в самый раз писать эпичные картины под названием «Победа над белым демоном». Я с трудом поднялся и стек из треклятой повозки в руки подхватившего меня послушника. В карих смотрящих беспристрастно глазах мелькнула тень сочувствия... Монахи... Личности прогрессивные, но, к сожалению, замкнутые и редкие… - Ваше высочество, Вам позвать лекаря? Это шутка? Даже в горячечном бреду меж жизнью и смертью ни у кого никогда не возникало желания пригласить ко мне целителей... Я – проклятый, так что мои мучения – это справедливая отработка кармической задолженности. Убей, не помню, когда я успел задолжать столь много... Но послушник, похоже, предложил это всерьез, и сейчас с тревогой сверлил взглядом мою маску в ожидании ответа. Отрицательно качнуть головой... Зря, от резкого движения в глазах на секунду помутнело, и непослушное, ватное тело начало заваливаться набок. Парень подхватил под локоть, не давая упасть... Странный какой то... Может слепой? Он что – не видит моей масти? - Тогда пройдемте, я покажу вам Ваши покои. Тут недалеко... – Парень колебался. - Или желаете, чтоб я Вас понес? У них тут что, проповедуют культ особо извращенного самоубийства? Его же закидают камнями после такой выходки. Я вновь качнул головой, благо ночной ветерок уже частично выветрил из нее противную обморочную хмарь. Хотелось скорей напиться воды, смывая разъедающую горло горечь, ополоснуться, упасть, вытянувшись на одеяле, и попытаться забыть это первое в моей жизни путешествие, как страшный сон. - Почти пришли… Послушник кивнул на темную одинокую лачугу, скорее всего использовавшуюся ранее как сарай для садовых инструментов, но по высочайшему повелению и вынужденной необходимости, превратившуюся, приказом императора, в парадные покои четвертого принца. Кривая улыбка тронула губы. Даже здесь, в тесноте и нехватке помещений, мне нашлось место для изгнания. Взмахом руки я отпустил парня, давая понять, что необходимость в его услугах более не нужна, но тот, казалось, колебался, не торопясь уходить. Я настойчиво повторил жест. Обиженно вздохнув, словно принимая неизбежное, чудак нехотя развернулся и медленно пошел прочь... Действительно – странный... Беги... Чем меньше ты находишься в моем обществе, тем спокойней твоя жизнь. Бездумно проводив его взглядом, я поплелся в свои апартаменты... Итак – все строго по порядку, вначале – напиться, потом хоть как-то ополоснуться, надеюсь, воду мне оставили... И – спать! Дверь надрывно заскрипела, сверху послышался подозрительный шорох, но среагировать я не успел, мгновение, хитро закрепленный на притолоке таз перевернулся, окатив голову и плечи мерзкой жижей. В ноздри ударил противный запах тухлятины. И без того настрадавшийся за сегодня желудок, не выдержав, сжался в диком спазме, выплескивая из себя накопившуюся желчь вперемешку с остатками завтрака… Не устояв на трясущихся ногах, я рухнул в эту лужу блевотины пополам с помоями… Близнецы... Добро пожаловать в реальность, Эрай... Выждать, покуда тело перестанет скручивать сухими судорогами, медленно подняться, оскальзываясь в гадостной жиже. Маленькая комнатка не предполагала наличия ванны, футон возле окна, и столик, с стоявшим на нем кувшином для умывания - вот и все убранство. Потянувшись, я подхватил его, и, прополоскав горло, сплюнул на пол... Какая разница, еще грязнее он от этого не станет. Вода тухлая, застоявшаяся, но все же – мокрая. Выбирать не приходилось, потому большими глотками опустошил половину. Стоящая в комнатке вонь резала ноздри, вызывая сухие спазмы... Если задержусь тут еще на минуту, то выпитое точно попросится наружу, и все повторится по-новой. Потому, подхватив кувшин и одеяло, стараясь не прижимать к себе, чтоб не запачкать, я вышел на воздух. Ну и куда теперь? На поиск слуг с требованиями уборки и ванны... Ага, мое настойчивое мычание в совокупности с внешним видом будет выглядеть феерично... Уже представляю, как они в панике с воплями ужаса бегут мне на помощь. Попытаться разыскать императора?.. Ну уж нет... На сегодня с меня достаточно родственных связей... Влажный ветерок коснулся лица. Точно! Термальные источники! Решение было принято мгновенно. Скинув с себя верхний изгаженный халат, я вылил на более-менее чистый полол остатки воды, отирая волосы. Пока сойдет, а там – отмоюсь... Представив, как тело медленно опускается в горячую воду, решительно направился на поиски этого чуда.