Продавец кошмаров

Оказавшись на складе, инспектор замер в недоумении: свет масляной лампы в руках санитара выхватил огромное помещение, покуда хватало глаз уставленное стеллажами с мешками. - Это все… - прошептал Бульдог. - Вещи пациентов. Сколько их тут побывало с момента основания клиники, одним богам известно. И недели не проходит, чтобы одного-двух не привезли. Пойдемте, нужные тюки в самом конце. - Кошмар… Здоровяк пошел вперед, а инспектор поплелся следом, слушая болтовню своего нового знакомого и рассматривая полки с табличками, на которых значились фамилии больных. Кое-где стояли даты жизни. Многие пациенты уже давно умерли, а их вещи до сих пор хранились на складе. Вдруг отыщется родственник усопшего. - Кого тут только не было! – Тиль закашлялся и утер губы рукавом робы. – Однажды привезли молодую женщину, лет двадцать. Муж ее любил сильно, просил излечить. Уж почему та умом тронулась и забыла супруга, выяснить так и не удалось. Доктор все перепробовал: и пилюли с порошками, и кровопускание с ртутными примочками, и даже электричество. Ну знаете, когда на голову крепят провода и… В общем, желаемого результата не добились. Красотка не то что мужа не вспомнила, а пуще того – по уши втрескалась в доктора. Мистер Рэйль не знал куда деваться: что ни осмотр, она висла на нем и твердила, что хочет от него ребенка. Соблазняла, рубаху на себе рвала и все такое. Однажды к ней муж пришел, захотел проведать и справиться о результатах лечения, а она с порога ему и выпалила ему про свои желания. Бедняга ревел белугой. Мы его в соседнюю комнату потом поселили. От несчастной любви бедолага сам умом тронулся и вскрылся прямо на пороге клиники. Крови потерял пинты две, не меньше. Весь мрамор заляпал. Занятная история, не правда ли?1 Ну вот мы и пришли. Тиль снял с одной из полок несколько мешков и бросил их на пол. - Благодарю, - Рэйвен присел на корточки, развязал узлы, стягивающие горловины, и высыпал содержимое мешков на каменный пол. На потемневшие от времени и пыли плиты посыпалась одежда, портсигары, трубки, очки, фляжки, чеки и прочий хлам, который сыщик пристально стал изучать. – Любезный, посветите мне. Санитар поставил лампу рядом с инспектором и сел на полку. - Что-то нашли? - Пока не знаю, быть может, - Блэк осматривал предметы и делал пометки в маленьком блокноте. Что выудил из внутреннего кармана плаща. Тем временем Тиль продолжил свой экскурс в историю учреждения, который Рэйвена не интересовал вовсе. Бульдог попросту отключил восприятие и углубился в изучение улик. И весьма преуспел: все пациенты были любителями поиграть на скачках, делать ставки на собачьих и петушиных боях. Об этом говорили бланки букмекерских контор, которые тут же исчезли в кармане плаща. По номерам квитанций Рэйвен планировал узнать фамилии тех, кому выдавались. А дальше – больше: в Жилищном Департаменте легко найдутся адреса, по которым эти несчастные зарегистрированы. «Странно, что нет документов, удостоверяющих личность, - подумал Бульдог. – В таком месте как Кромстен можно запросто угодить в тюрьму за бродяжничество, ведь только у бездомных не имеется документов. Упекут за решетку, и доказывай потом, что ты не осёл». Спустя полчаса все вещи были изучены до основания, и Рэйвен принял единственное верное решение: пора возвращаться на большую землю, тем более, что паром вот-вот отойдет. Санитар проводил гостя острова до дверей клиники, и путь до причала через пустырь, обнесенный высоким забором, Блэк проделал один. Обратная дорога заняла чуть меньше времени, спасибо попутному ветру, что помогал паромщику, крутившему огромные воротки, через которые проходил толстый канат, закрепленный на обоих берегах. Сколько времени ушло на его изготовление, можно только догадываться, и то ошибешься. На этот раз Блэка тошнило, но не рвало, ибо от всего содержимого желудок избавился в прошлый раз. Свой экипаж Бульдог нашел именно там, где и сказал Маркус. На постоялом дворе Мартина. То еще заведение, надо сказать. Рэйвен уже на подходе учуял запах дешевого табака и кислого вина и услышал отборную брань. Во дворе, за перекошенными воротами виднелась его кэб. Кобыла отмахивалась хвостом от надоедливых слепней и фыркала, подергивая ушами. Толи гнедая узнала сегодняшнего ездока, толи что-то еще, но она издала звук, похожий на ржание, чем вызвала недовольство своего хозяина, который скрывался где-то за забором. - Заткнись, а то на колбасу продам! Рэйвен закатил глаза, поправил шляпу и крикнул в ответ. - Любезный, тащите свой зад сюда. У меня есть дела, которые я хочу завершить до того, как солнце скроется за горизонтом окончательно. - Господин сыщик! – толстяк выскочил наружу, натягивая кепку. – А я решил за игрой в кости время скоротать, выиграть монету-другую, если повезет. - И как? Повезло?- спросил Блэк. - Нет, - дыхнул перегаром извозчик, застегивая куртку на все пуговицы. – Куда мчимся? Рэйвен посмотрел на серое небо, поежился и, вздохнув, сказал: - Жилищный департамент. Знаешь, где таковой? - А то, - Маркус поковылял к экипажу, крикнув попутно невидимым Блэку друзьям: – Позже отыграюсь. Готовьте деньги. Через мгновение экипаж покинул постоялый двор Мартина. Рэйвен запрыгнул внутрь, развалившись на сиденье. - Давай-ка сначала по этим адресам, - Блэк вырвал из блокнота листок и протянул его вознице. Толстяк хмыкнул. - Ломбарды и долговые конторы у нас на одной улице, а эти, что у вас записаны, и вовсе рядом стоят. А вам зачем? - сыщик не ответил. – Понимаю. Тайна следствия, - и хлестанул кобылу кнутом. Через час экипаж подъехал к невзрачному серому зданию Жилищного департамента, в котором сыщик исчез почти еще на какое-то время, показавшееся Маркусу вечностью. Он даже успел отрезветь. По выражению лица вышедшего инспектора возница не понял, нашел ли тот, что искал или нет. На лице Бульдога всегда находилась маска безразличия. Ни единой эмоции, что иногда помогало ему в игре в покер. Красный солнечный диск начал погружаться в воду, и фонарщики приступили к своим обязанностям. Электричество еще не прижилось в этих краях, как того хотел король Прохор. Все по старинке пользовались лампами и свечами. Но правящая верхушка уже планировала издать закон о принудительной электрификации всех населенных пунктов королевства, так как вырубка лесов обходится слишком накладно, да и самих лесов скоро не останется. Правда, в Бюро патентов однажды пришел некий гер Фарадей и сказал, что открыл новый вид топлива. Над ним посмеялись, но патент все-таки выдали, так как ничего подобного никто еще не делал. Чудак принес склянку какой-то желтой жидкости и поджег ее, в результате чего Бюро патентов едва не сгорело. Обиженный изобретатель сказал, что скоро все будут пользоваться именно его топливом, помахал бумагой и исчез. По номерам расписок в ломбардах и долговых конторах лейтенант выяснил фамилии тех, кому их выписывали, после чего на помощь пришли работники Жилищного департамента. Правда, Блэк приехал туда перед самым закрытием, и сотрудники не испытывали ни малейшего желания оставаться на службе и минутой дольше, но угрозы с упоминанием некоторых статей закона возымели действия, и столичному гостю решили-таки помочь. Ради торжества справедливости. В Кромстене проживало больше двух десятков человек с теми именами и фамилиями, которые интересовали Бульдога. Если бы не маленькие портреты в делах жителей города, что заведены на каждого и хранились в картотеке, он бы стер не одну пару подошв о мостовую города, пока нашел тех, кого нужно. Лица безумцев четко отпечатались в сознании сыщика, он их ни с кем бы не спутал. В результате розыскных действий на руках у Блэка оказались все шесть нужных адресов. - Куда теперь? – спросил зевая Маркус, когда его наниматель расположился под откидным верхом брички. Рэйвен помедлил с ответом, разглядывая людей, что брели по улице вдоль одинаковых домов и безликих витрин лавок и магазинов. - Теперь в гостиницу. Хватит на сегодня дел. Отдых всем нужен: и мне, и тебе, и кобыле. У нее ноги уже подгибаются, как бы не издохла. Маркус сплюнул. - Она еще нас с вами переживет. Кажись, опять гроза надвигается, - толстяк поднял воротник, глядя на свинцовое небо. – Надо перебираться ближе к столице. Там, говорят, теплее. У меня от этой сырости только насморк и подагра. Блэк не ответил. Он погрузился в раздумья и молча ехал до тех пор, пока экипаж не остановился у входа «Золотого дракона». Инспектор, спрыгивая с подножки, проверил содержимое карманов, не потеряли чего, и бросил через плечо. - Будь котов к восьми часам, придется поколесить по городу, - и инспектор скрылся за дверью. Прежде чем запереть дверь своей комнаты на задвижку, Рэйвен зажег лампу, висевшую возле двери. После бросил шляпу на шкаф, плащ повесил на дверцу и, бросив взгляд на саквояж, стоявший на кровати, направился прямиком к маленькому шкафчику, что висел на стене напротив. Открыв дверцу, лейтенант достал бутылку и прищурился. - Или мне кажется, или тут было больше, - Блэк откупорил штоф, сделал большой глоток, после чего наполнил фляжку и спрятал виски обратно, запомнив уровень содержимого. Закончив ритуал, инспектор стянул сапоги, подвинул саквояж и лег, закрыв глаза. Пока в его голове не появилось ни одной идеи, ибо вещи безумцев не дали ни единой зацепки, что же произошло. Оставалось надеяться на то, что подсказки найдутся в квартирах этих несчастных. Можно было бы отправиться немедленно, но морская прогулка так измотала Бульдога, что сейчас ему хотелось только есть и спать. Зайдя в таверну, Рэйвен заказал хозяину яичницу из шести яиц с беконом и картофелем и ломоть хлеба, отказавшись от предложенного Йоханом салата из водорослей с крабовым мясом. Через двадцать минут раздался стук в дверь, и голос в коридоре известил: - Ваш заказ, сэр.