Пляски мелких бесов [сборник]

[ooc|au|постхог|pg-13|2013|дарк|деревушка брэдли, дербишир, англия] Если бы сегодня ночью вы покинули теплую постель и отправились в лес на окраине Брэдли подышать прохладным летним воздухом, то, затерявшись в его глубине, там, среди сотен деревьев в разливающейся чернилами темноте, вы могли бы заменить слабое свечение на поляне. Если бы, конечно, не потерялись в переплетении десятка троп, уводящих в никуда. Подойдя ближе, вы бы уловили звонкое потрескивание поленьев и увидели, как языки пламени пожирают ночное небо. Вы бы увидели, как щуплый светловолосый Тед двигает длинной палкой одно из поленьев в костре, вызывая сноп ярких искр; как самый юный в компании — Колин, подперев рукой пухлую левую щеку, усыпанную веснушками, изо всех сил старается помешать своим векам закрыться, время от времени сладко позевывая; как Стивен, ловко играя травинкой в уголке своего рта, взъерошивает непослушные волосы и иногда оглядывается, на секунду всматривается лесную чащу, будто знает, что вы притаились у ствола старого дуба, за корни которого зацепились, чуть не потеряв равновесие. Замерев на месте, вы могли бы услышать их разговор, как Стивен рассказывает истории деревни Брэдли, где много выдумки и много правды, но, что из прозвучавшего было взаправду, не знает, кажется, и сам рассказчик. Послушайте… — …а времена инквизиции давно миновали, — поучительно заключил Стивен. — Инквизиции? — брови юного Колина поползли вверх. — Тогда активно казнили ведьм, — пояснил Стивен, который был самым старшим и самым умным в компании. — И вот у нас, вы представляете, спустя столько веков, — он помотал головой, будто оценивая, какой урон деревня Брэдли нанесла мировой эволюции. — И что же, сожгли эту ведьму? — подавляя зевок, спросил Тед. — Эй, нет, брат, — хитро улыбнулся Стивен, предвкушая, каков будет эффект от этой таинственной истории. — Тут все куда сложнее. — Расскажешь? — сонливость как рукой сняло, и Колин уже во все глаза смотрел на товарища сквозь голодное пламя. — Ну если вы просите, то слушайте, — Стивен потер руки, усаживаясь поудобнее на поваленном дереве. — Это было давно, лет пятнадцать назад Габриэль Палмер очнулась в Брэдли, недалеко от приходской церкви. Никто не знал, как она туда попала, сама Габриэль тоже ничего не помнила, даже своего имени. В ее сумке нашли документы, по которым и выяснили, что зовут ее Габриэль Палмер. Хотели узнать, откуда она, да местом рождения и местом жительства указана деревня наша — Брэдли. Жители, конечно, переполошились, ведь населенный пункт небольшой, все друг друга знают. Староста велел проверить архивы, нашли упоминания о семье Палмер, что жила здесь лет сто назад в особняке, да только погорела вся семья со своим особняком дотла. Плохая за ними слава водилась. — Поговаривают, особняк на крови строили, — подлил масла в огонь Тед. Колин весь ссутулился под взглядом старшего товарища, он обхватил руками свои плечи и стал чаще смотреть за спину Стивена, туда, куда тот иногда оборачивался. — Но это лишь домыслы и слухи, — вдруг улыбнулся Стив, сорвав еще одну травинку. — Сама же мисс Палмер ничегошеньки не помнила, только говорила постоянно, что не она это, не здесь ее место, и войны все боялась до паники. От выстрелов вздрагивала да бледнела, будто вся кровь из нее в одно мгновение пропадала. Ребята местные сначала смеялись над ней, а потом то один, то второй в гости наведываться стали в дом недалеко от сгоревшего поместья ее семьи, этот дом ей староста велел выделить. И что вы думаете? — Стивен многозначительно посмотрел на ребят, а затем снова обернулся. — Перестали возвращаться дети-то, ела она их на завтрак, обед и ужин, — хохотнул всегда скептически настроенный Тед, который, тем не менее, тоже любил послушать подобные сказки и попугать Колина. Мальчишка ойкнул, чуть не свалившись на землю, и тут же нахмурился: — Не смешно, — обиделся он. — Конечно, не смешно. Тебе смешно было бы, если бы мисс Палмер тебя живьем съела? — все глумился Тед. — Но-но, Тед, перестань, — поспешил успокоить друзей Стивен. — Лучше слушай, что еще расскажу. Дети ее полюбили, она добрая была, истории интересные рассказывала, знала много, но вот откуда знала — не помнила, хоть ты тресни. — И что? Сожгли-то ее за что? — снова влез нетерпеливый Колин. — А ты не спеши. Мисс Палмер тут два года жила, учителем в школе работала, полюбили ее все. У нее и хозяйство свое завелось, и муж появился, она ребенка ждала, но однажды пришел в Брэдли человек. Высокий и статный джентльмен в черном дорожном плаще ходил. Сначала у приходской церкви все вился, а потом у людей стал спрашивать, кто и как здесь живет. Журналистом-исследователем назвался, а только не записал ни строчки. Вот как он уехал, так и смерть пришла. Сначала приплод у коров вырождаться начал, больные телята, молоко пропало. Овец всех скосило, работа встала. Женщины их мертвых остригали, чтобы шерсть не пропадала. А потом совсем худо стало, младенцы умирать начали один за другим. — А при чем тут Габриэль? — сам запутался Тед. — Да притом, что спать она перестала, мужчина ей снился, тот самый. Он к ней в дом однажды только наведался, ушел сразу, а на следующий день покинул Брэдли, никто его больше не видел. Вот и снился ей каждую ночь, она в холодном полу просыпалась, муж ее чего только не делал, места все себе не находил. Вот и связали люди беды свои с тем чужаком, белой смертью прозвали за то, что волосы белые, глаза холодные и кожа бледная. А потом подошел срок рожать Габриэль, она боялась, в доме своем отказывалась, говорит, там он, мужчина этот, не ушел. Ну ее перенесли в другой дом, да только не помогло ей это. Родила она дитя, а то мертвое. — И что же? Мужчина виноват, зачем ее жечь? — Колин весь обратился в слух и во внимание, он чуть наклонился вперед, будто вытянулся в струнку, ожидая продолжение. — Да затем, что думали, пройдут беды. Но мисс Палмер все вопила, мол, мужчина в ее доме тот по углам ходит, половицами по ночам скрипит, сны про смерть и войну показывает, где умирают и нечисть всякая, а сам ей на ушко нашептывает, что пора ей. С собой зовет. Ту к ведунье местной повели, а она сказала, что нужно от прошлой жизни избавиться, чтобы теперь жить спокойно. Начала перед ней травами жжеными размахивать и бормотать что-то под нос, а Габриэль как выгибать начнет, она кричит голосом нечеловеческим, плачет, просит отпустить, предплечье сжимает, где шрам исполосованный, Драко какого-то зовет. Колин совсем съежился, взгляд не отрывался от горящих поленьев, а в голове рисовались картинки. Когда Стивен замолк, он поднял глаза: Тед и Стив смотрели в чащу, в ту же точку. — Ребят, что там? — заволновался мальчик и сглотнул. — А ты разве не слышал? — удивился Тед. — После того она совсем из ума выжила. Пошла к дому своему и сожгла, как когда-то сожгли поместье ее семьи. Деревня маленькая, до ближайшей пожарной части полчаса пути, а там еще, представь себе, машины не заводятся, — распахнул глаза Стивен. — Вот это совпадение, — присвистнул Тед, и не понятно было уже, вложил ли он в эту фразу свое вечное сомнение во всем потустороннем. — Огонь перекинуло на ближайшие дома, сколько их сгорело, сколько людей погибло, — Колин в ужасе смотрел на языки пламени, будто воочию видел горящие постройки. — Габриэль искать стали, в черном колдовстве обвиняли, сжечь хотели, но не нашли. Какой-то парнишка, совсем как ты, Колин, — взглянул рассказчик на друга, — видел, как она ночью в лес этот ушла. Как загипнотизированная, говорил, была, словно звал кто неслышимый для остальных. — И где она теперь, конечно, не известно? — вздохнул Тед. — Отчего же неизвестно? Очень даже известно. Здесь она, меж деревьев бродит. Лес-то большой, живым не покинешь, а его еще и жители месяц прочесывали, уж сильно с нечестью расправиться хотели. Ничего не нашли. Сгинула, видать. Дух ее теперь здесь бродит. Ей могилку для приличия сделали, только не на кладбище, как у всех, а в лесу. Много бед она людям принесла, не согласны они были ее со всеми хоронить, а без могилки нельзя. Тела нет, а душу надо упокоить. — Где? — огонь отражался в огромных глазах юного Колина. — А вот там, — Стив махнул в ту сторону, что так беспокоила его всю ночь, — минут пять прямо идти, и придешь. Мальчишки молча уставились в огонь, каждый обдумывал, что же стало с мисс Палмер. Сейчас вы могли бы развернуться и медленно пойти обратно. Неосторожно ступить на старую ветку, переломив ее хрупкий позвоночник. Хруст отрывисто пронзил бы тишину, и три маленькие фигурки вздрогнули, с ужасом всматриваясь в непроглядную темноту ночи. Но вы всего лишь сладко спите в своей постели, и вас не беспокоит судьба Габриэль Палмер.