Брошенка

Венди за несколько лет жизни на острове очень четко научилась различать те воистину страшные моменты, когда Питер загорался новой идеей. У него становился очень цепкий, очень внимательный взгляд, которым он упирался в чье-нибудь лицо, перед тем как затеять с этим потеряшкой новую игру, или в дерево, как когда придумал привязать к тому канат и лазать на скорость… На сей раз она почувствовала этот взгляд на себе. Перевела дух и приготовилась. Ждать, пока идея дозреет, пришлось долго — дня три. Он подошел и спросил: — Что же ты с Феликсом так неласкова, Венди? Она пожала плечами. — Я должна быть с ним ласкова? — Какая же ты жестокая! Он без ума от тебя. — Какой феерический бред! Питер печально вздохнул. — Ну какой же это бред? Он страдает. Не ест, не пьет… Я, как друг, за него беспокоюсь. Венди кинула взгляд в сторону костра. Мальчишки недавно пришли с охоты, и теперь радостно вгрызались в поджаренные кабаньи ребрышки. Феликс откусывал огромные куски, и щеки его блестели от жира. Питер проследил за ее взглядом и еще раз печально вздохнул. — Очень беспокоюсь, Венди. Ты посмотри, как исхудал! Венди подумала, что Феликс всегда был худой и угловатый. С самого первого дня. — Он очень расстраивается, что ты так с ним обращаешься. Пожалуйста, улыбайся ему почаще. Это моя Очень Важная просьба. Очень Важная. Приказ. — Мне противно лицемерить! — Ну разве это лицемерие? Ты такая неприветливая, Венди. А ведь он ничего тебе не сделал… Знаешь, а ведь Тень не забыла дороги к твоему дому. Как думаешь, миссис Дарлинг очень расстроится, когда у нее исчезнут еще и сыновья?.. — Пройдет время, и ты уже не сможешь их забрать! Питер улыбнулся торжествующе. — А кто тебе сказал, что моя Тень может передвигаться лишь в пространстве? Ты живешь в Неверленде, милая. Тут нет времени. Я могу забрать твоих братьев хоть вчера… и ничто мне не помешает. Кроме моей доброты, конечно. Ну как, ты согласна? Венди медленно кивнула. Она с самого начала знала, что согласится. И ненавидела себя за это.