Эх, папа

Неделю назад состоялся Андрюшкин переезд и подстроенные им же смотрины, по-другому я назвать это не могу. Хорошо, хоть маму в качестве кого-нибудь не привел, и на том спасибо. Конечно, я потом его здорово отчитал, тоже мне, интриган хренов! Это была наша первая размолвка, дело в том, что Андрей считал себя правым: «Все ведь хорошо! Родителям я рассказывал, что у меня есть любимый человек, а тебя невозможно было уговорить прийти в гости. Клим, я хочу, чтобы у нас все хорошо было, без пряток от семьи и каких-то тайн.» Но меня, если честно, просто взбесил этот его поступок, если я выгляжу как малолетка, то это не значит, что можно поставить меня в глупое положение и, более того, пытаться прогнуть под себя. Так что Андрюша в этот день получил не хилых таких пиздюлей и под конец моей гневной тирады сидел как нашкодивший котенок, опустив голову и потупив глазки в пол. Даже Митька и тот притих, уж он как никто другой знает, что разозлить меня сложно, но если это сделать, то «на орехи» можно получить капитально. На этом наша размолвка окончилась: я выговорился, а Андрей пообещал впредь не строить подобных подстав. Но «подстава» объявилась сама на следующий же день, вернее, объявился, и тактично так пригласил нас на рыбалку. Митька, как услышал, обпищался от восторга, пришлось брать отгул на работе. Им-то что: один на каникулах, другой только поступать будет, а Иван, как оказалось, рыбалкой (не только своей) и зарабатывает на жизнь: имеет небольшую пристань и пускает всех желающих порыбачить и погостить в уютных домиках, расположенных поблизости. Конечно же, там все сделано для народа: и рыбка ловится, и мангалы под шашлычок стоят, даже небольшой магазинчик оборудован. Вот в это чудное место мы и направились, ни много ни мало, а в четыре утра! Поначалу, сознаюсь, я испытывал неловкость, все-таки не каждый день с отцом своего парня отдыхаешь, да еще когда разница в возрасте с парнем больше, чем с его папулей. Но ничего, разговорились, темы наших с Андреем отношений не касались, будто я просто друг и не иначе, еще и Митька со своей пока еще детской непосредственностью разряжал обстановку. Никогда не думал, что мой сын так зафанатеет от рыбалки, сам я не очень это дело люблю и не таскал его по рекам-озерам, и вот сейчас он просто прилип к Ивану, задавая вопрос за вопросом, а тот и рад стараться: объясняет, что-то показывает. Совру, если скажу, что мне не понравилось. Вернувшись домой, Митька мне все уши прожужжал, какой дядя Ваня умный и умелый. Пришлось пообещать ребенку еще раз посетить пристань, но только после летнего лагеря, в который он отправляется через несколько дней. Стоит ли говорить о том, что все эти дни Митька хвостом ходил за мной. Ага, я сейчас о том, что Андрюхино жилье не поспособствовало нашему единению, сын все так же подрабатывал цербером. Ух, вот уедет он в лагерь — оторвемся по полной! А то наш «медовый» месяц, какой-то не медовый совсем. Редкие поцелуи украдкой и практически невинные касания — это все, что мы могли себе позволить.

***

— О-о-о, да. Давай вот сюда еще, ага, а теперь немного посильнее. М-м-м, как же хорошо! Такой балдеж. — Да не крутись ты, я с ритма сбиваюсь. — Андрюш, я не могу спокойствие сохранять, меня штырит. Я кончу сейчас от этой штуки. Да-а… какой кайф! — Эй, Митька в другой комнате, а ты стонешь как ненормальный. — Митька поймет, сам же эту херовину в дом принес. — Пап! Ты чё голосишь на весь дом? — завалился в комнату ребенок. — Не мешай отцу получать удовольствие! Кыш отсюда! — указал сыночку рукой на выход, но тот не спешил уходить. — Не-не-не! Мы так не договаривались! А ну верни прибор на родину! — вот наглый же, подошел и вырвал у Андрея из рук эту волшебную фиговину, — это продается в магазине «Все по одной цене», стоит три копейки и называется массажер для головы «Мурашка», сходи и купи, раз тебе так понравилось! И вообще, скоро выезжать пора, если опоздаю, то так и буду с вами все лето торчать. — Злой ты, Митька, еще сын, называется! — пришлось подняться с дивана и выполнять обязанности родителя, то есть, проконтролировать процесс важным вопросом: — ты все собрал? — Все. Дядь Ваня звонил, сказал, что подъедет через полчаса, — надо же, как спелись! И вот, чемодан собран, дитё готово и горит желанием покинуть отчий дом. Две недели Митя проведет в пригородном лагере, он ждет этого с нетерпением, ведь в этом году едет туда последний раз. Дождавшись Ивана, мы загрузились в машину, Андрею оставалось лишь помахать нам на прощание, так как пассажирских мест было только два. Дорога была недолгой, около полутора часов от черты города, Митька как всегда трещал без умолку и нагло клянчил сразу по приезде взять его на пристань. А у меня были другие мысли, я уже знал, что первым делом сделаю, когда вернусь домой. Вот и лагерь. Сдали необходимые справки, предъявили нужные документы, теперь пришло время прощаться. — Пап, я буду скучать, — обнял меня. — Я тоже, Мить. Ты звони почаще, хорошо? — покивал, отстранился и побежал бодрой рысью к указанному корпусу. Нам оставалось только сесть в машину и двинуться в обратный путь. Почти всю дорогу мы молчали, мне было трудно начать разговор первым, да и что я скажу? Но Иван сам заговорил: — Клим, я вижу, что тебе нелегко дается общение со мной. Когда Андрей переезжал и ты еще не знал, что я его отец, твое поведение было совсем другим: веселый, позитивный, не скованный, а сейчас все иначе, — помолчал, будто собираясь с мыслями, — я прекрасно знаю, что Андрей нетрадиционной ориентации и наша семья давно смирилась с этим фактом, так же я осведомлен, что у вас отнюдь не дружеские отношения. Знаешь, мой сын человек прямой, еще в апреле он сказал, что встретил человека, с которым хочет остаться в будущем, — усмехнулся, — а еще он говорил, что когда, наконец, состоится знакомство, то будет необычный сюрприз, если ты не понял, то этот сюрприз мы сейчас отправили в лагерь, — снова молчание, а у самого язык к небу прилип, не могу и слова вымолвить, — я давно отбросил свои предрассудки, и понял, мне гораздо важнее видеть сына счастливым, чем следовать общепринятым стандартам, в общем, я не против ваших отношений, — наверное, именно такие слова мне и нужно было услышать. — Иван, я благодарен тебе за понимание, для меня это важно. Оставшийся путь мы проехали общаясь на отстраненные темы, я попросил высадить меня ближе к дому, сейчас есть очень важное дело, которое не терпит отлагательств. Спустя пару часов я стоял у квартиры Андрея. Смешно, но я волновался. Сегодня подготовился по всем правилам, опустим пикантные подробности, зашел в аптеку и, придав выражению лица покерфейс, купил презервативы и смазку. Я хочу его, и мне не важно сверху или снизу, потом мы конечно это обсудим, но в данный момент, хочется скорее ощутить тепло его обнаженного тела. Звоню в дверь. — Ты почему трубку не брал? — с ходу наехал, — я уже отцу позвонил, он сказал, что домой тебя отвез, думал ты сразу ко мне. — Андрюш, давай хотя бы закроемся, а потом будем разбираться, почему я поехал домой, пакетик подержи, — передал ему покупки из аптеки. — Это… — вот что значит, восемнадцать лет, удивился так, глядя на содержимое. — Ага, оно самое, раздевайся, чего стоишь? — черт, по-моему я его поверг в шок своим заявлением, да и сам уже все кроме трусов с себя скинуть успел. А, не хочу терять и минуты, подхожу и стягиваю с него футболку, следом шорты вместе с трусами, хватаю за руку и веду в спальню. Уже когда мы оказались в горизонтальном положении, Андрей будто очнулся от шока: — Клим, я так тебя хотел все это время… Странно, я думал он набросится, но поцелуи были невесомы, нежно, лишь кончиками пальцев, он поглаживал мою шею. Я млел только от одного осознания, что мы так близко, а эти, так похожие на невинные, касания, вызывали какой-то небывалый трепет в моей душе. Его губы спускались все ниже, не обделяя вниманием ни один кусочек тела, невольно вспомнился наш первый и единственный раз, когда Андрей был напорист и нетерпелив, сейчас же, он будто смаковал момент близости, не давая вдохнуть, от переполнявшей тело истомы. Даже когда он приблизился непосредственно к паху, то не спешил сразу радовать меня полноценным минетом, а некоторое время водил приоткрытыми губами по лобку, лишь мимолетно касаясь плоти. После этих немудренных, но таких возбуждающих ласк, последовал такой бонус… Нет, не было приема «глубокой глотки»; тепло его рта, движения языка, прикрытые глаза — все это сводило с ума от желания, мне все равно было его мало, хотелось уже сплавиться в одно целое, почувствовать то, чего так хотел и о чем думал все недавнее время. Я не вытерпел и сам прекратил эту пытку удовольствием: — Андрюш, я хочу… Неожиданно, но вместо того чтобы уже вставить, он перевернул меня на живот и вздернул на четвереньки и… черт! Какой порнухи этот бесстыдник насмотрелся?! Соображать нет никакой возможности, когда твой анус так бесстыдно ласкают языком, и даже вставленный палец не принес особого дискомфорта. О боже, даже два пальца… я уже по-моему поскуливать начал, словно течная сука, как же приятно! — Можно? — он еще спрашивает? — Давай, иначе я так обкончаюсь, садист! — Люблю тебя, — выдохнул мне в шею. Входил медленно, плавно, боли почти не было… или была, но это все заглушилось обоюдным желанием, осознанием того, что тебя не просто трахают, а любят и, похоже, это взаимно. Неторопливые движения сменились ритмичными толчками, я сам начал подмахивать, и вскоре, почувствовал то же самое приятное ощущение, что словил в прошлый раз. Еще пара минут, рука Андрея на моем члене, влажные поцелуи в шею — оргазм накрыл сумасшедший, даже в прошлый раз такого не было. Андрей кончил следом и, скинув презерватив, рухнул рядом на кровать. — Андрюш, ты где научился? Если практиковался, то я тебя убью, — заплетающимся языком пригрозил прогрессирующему в сексе парню. — Порнушка, — так же расслабленно признался он. — Понятно, в следующий раз сверху я, — укладываясь на бочок, чтобы вздремнуть, поставил Андрюшу перед фактом. — Ага, — сказал зевая, но тут до него дошел смысл, — что?! — Ты спи-спи, потом поговорим, — и поговорим, и попробуем, готовься, мой хороший!